||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 13 января 2010 г. N 380-П09

 

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

Председательствующего - Серкова П.П.,

членов Президиума - Давыдова В.А., Кузнецова В.В., Магомедова М.М., Нечаева В.И., Свиридова Ю.А., Соловьева В.Н., Хомчика В.В. -

рассмотрел уголовное дело по надзорной жалобе адвоката Мартынова Е.Н. в интересах потерпевшей В.Т. на кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 9 сентября 2009 года.

По приговору Московского областного суда с участием коллегии присяжных заседателей от 16 февраля 2009 года

С., <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы: по ч. 2 ст. 159 УК РФ на 2 года, по п. "а" ч. 3 ст. 126 УК РФ на 10 лет, по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 18 лет, по п. п. "а", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ на 12 лет, по ч. 1 ст. 327 УК РФ на 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 22 года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Оправдан по ч. 2 ст. 325 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления.

Ч., <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы: по п. "а" ч. 3 ст. 126 УК РФ на 10 лет, по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 13 лет, по п. п. "а", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ на 10 лет.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 15 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Оправдан по ч. 2 ст. 325 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 марта 2009 года указанный приговор отменен и дело направлено на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе судей.

Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июля 2009 года кассационное определение Судебной коллегии от 30 марта 2009 года отменено и дело передано на новое кассационное рассмотрение.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 9 сентября 2009 года приговор Московского областного суда отменен и дело направлено на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе судей.

В надзорной жалобе адвоката ставится вопрос об отмене кассационного определения и передаче дела на новое кассационное рассмотрение.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Дзыбана А.А., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание приговора, кассационного определения, других судебных решений, мотивы надзорной жалобы и вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, выступление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Фридинского С.Н., полагавшего надзорную жалобу удовлетворить, адвоката Мартынова Е.Н. и потерпевшей В.Т., поддержавших доводы надзорной жалобы, адвоката Сулаквелидзе Р.Г. в защиту осужденного Ч., просившего надзорную жалобу оставить без удовлетворения, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

 

установил:

 

вердиктом коллегии присяжных заседателей, как указано в приговоре, С. признан виновным в том, что под выдуманным предлогом оказания помощи В. в возврате водительского удостоверения, которого она была лишена за нарушение Правил дорожного движения, в период с марта по декабрь 2007 г. в городе Москве получил от нее 50000 рублей для передачи их сотруднику ГИБДД с целью возврата водительского удостоверения, но распорядился этой денежной суммой по своему усмотрению.

В период с октября 2006 г. по март 2007 г. с целью дальнейшего использования изготовил с помощью копировально-множительной техники не соответствующий действительности бланк паспорта, вклеив в него свою фотографию и указав реквизиты гражданина РФ С.Ю., который использовал до 29 декабря 2007 г. в качестве удостоверяющего его личность документа и предъявлял его сотрудникам правоохранительных органов 18 октября 2006 г., 27 марта, 19 октября, 6 ноября, 28 декабря 2007 года.

Кроме того, С. и Ч. признаны виновными в том, что они, действуя совместно и по договоренности, разработали план похищения В. для требования с ее родственников денег за освобождение. 27 декабря 2007 г., в период с 21 часа до 23 часов, под выдуманным предлогом возврата водительского удостоверения поместили В. в автомашину "Ленд Ровер Рендж Ровер спорт" под управлением С. и направились в сторону Владимирской области. В пути следования В. по телефону сообщила матери о месте своего нахождения. В результате этого совершение действий в отношении В. они перенесли.

28 декабря 2007 г., в период с 14 до 19 часов, С. и Ч. вновь посадили потерпевшую в автомашину, перевезли в <...> и поместили в <...>, где удерживали до 19 часов 28 декабря 2007 г., однако когда им стало известно, что квартира ежедневно будет проверяться ее хозяевами, они посадили В. в автомашину и направились в сторону г. Москвы.

28 декабря 2007 г., в период с 19 час. до 20 час. 40 мин., с целью завладения имуществом В. в соответствии с разработанным планом С., управляя автомашиной, свернул с автодороги и остановился на обочине, расположенной в 1400 метрах от поворота автодороги "г. Сергиев-Посад - г. Краснозаводск", С., Ч. и В. вышли из автомобиля, С. нанес потерпевшей не менее 3 ударов кулаком в область головы и верхних конечностей и не менее пяти ударов ножом в область шеи, Ч. находился рядом, следил за окружающей обстановкой и был готов оказать помощь С.

В. были причинены резаное ранение шеи с повреждением суставов, вследствие чего от острого малокровия внутренних органов она скончалась на месте. После этого С. и Ч. забрали имущество потерпевшей на общую сумму 337 000 рублей. При этом они забрали из сумки паспорт и свидетельство о регистрации транспортного средства на имя В. и с целью скрыть совершенные по отношению к потерпевшей действия, сожгли их.

В надзорной жалобе адвокат Мартынов Е.Н., представляющий интересы потерпевшей В., ставит вопрос об отмене кассационного определения, считает, что вопросный лист председательствующим сформулирован в строгом соответствии с объемом предъявленного обвинения. Каких-либо оснований для признания вердикта неясным и содержащим противоречия, установлено не было.

Полагает, что председательствующий обоснованно исходил из положений ч. 3 ст. 348 УПК РФ, дающих ему право квалифицировать содеянное подсудимыми в соответствии с обстоятельствами, не подлежащими установлению присяжными заседателями и требующими собственно юридической оценки, при этом судом обоснованно исключен из обвинения осужденного квалифицирующий признак, предусмотренный п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ (определяющий один из мотивов убийства), в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения в этой части, что прямо предусмотрено ч. 8 ст. 246 УПК РФ, позволяющей обвинителю изменять обвинение в сторону смягчения до удаления суда в совещательную комнату для постановки приговора.

Кроме того, указывает, что сторона защиты в своей кассационной жалобе не оспаривала формулировку вопросного листа и не указывала на противоречивость вердикта.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по мнению адвоката, допущено не было.

Рассмотрев материалы уголовного дела по надзорной жалобе адвоката потерпевшей, Президиум Верховного Суда Российской Федерации находит кассационное определение подлежащим отмене на основании п. 3 ч. 2 ст. 409 УПК РФ ввиду нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, что повлияло на правильность судебного решения.

В своем кассационном определении от 9 сентября 2009 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, отменяя обвинительный приговор от 16 февраля 2009 года в отношении С. и Ч. и направляя дело на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства, указала на нарушение требований ст. 339 УПК РФ, которые определяют содержание вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, и мотивируя это тем, что судья объединил в одном вопросе (N 12 и N 16) два взаимоисключающих друг друга мотива убийства, на которые присяжные заседатели ответили утвердительно, в результате чего вердикт присяжных оказался противоречивым, а в соответствии с ч. 2 ст. 345 УПК РФ противоречивый вердикт не может являться основанием для вынесения приговора в порядке, определенном ст. 351 УПК РФ.

Однако согласиться с таким решением Судебной коллегии нельзя, поскольку оно принято без учета всех обстоятельств дела и требований уголовно-процессуального закона.

Из материалов дела следует, что С. и Ч. обвинялись в том, что с целью хищения имущества потерпевшей, а также для сокрытия совершенного ими похищения потерпевшей В. договорились, а затем совершили ее убийство.

Делая вывод о неправильной постановке вопросов перед коллегией присяжных заседателей, Судебная коллегия оставила без внимания, что согласно требованиям ч. 1 ст. 338 УПК РФ судья, с учетом результатов судебного следствия, прений сторон, формулирует по каждому из деяний, в котором обвиняется подсудимый, в письменном виде вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями.

Исходя из положений ст. 334 УПК РФ, разграничивающих полномочия судьи и присяжных заседателей, присяжные заседатели разрешают вопросы, указанные в п. п. 1, 2 и 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, а именно: о доказанности деяния, в котором обвиняется подсудимый, о совершении им такого деяния и его виновности в нем.

Из содержания ч. 1 ст. 339 УПК РФ также следует, что перед присяжными заседателями ставятся три основных вопроса:

1) доказано ли, что деяние имело место;

2) доказано ли, что деяние совершил подсудимый;

3) виновен ли подсудимый в совершении этого деяния.

После основного вопроса о виновности подсудимого могут ставиться частные вопросы о таких обстоятельствах, которые влияют на степень виновности либо изменяют ее характер, влекут освобождение подсудимого от ответственности.

Указывая на нарушение требований ст. 339 УПК РФ, выразившееся в объединении в одном вопросе (N 12 и N 16) двух взаимоисключающих друг друга мотивов убийства, Судебная коллегия оставила без внимания, что данная норма закона не содержит в себе указаний о постановке по каждому из мотивов преступления отдельного вопроса.

Кроме того, вопрос N 12, на который имеется ссылка в кассационном определении, поставлен по доказанности события преступления и не содержит в себе информации о доказанности мотивов совершенного убийства.

Принимая решение об отмене приговора, суду кассационной инстанции следовало учесть, что присяжные заседатели как судьи факта отвечали только на вопросы, входящие в их компетенцию и сформулированные в пределах объема обвинения, поддержанного государственным обвинителем.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 347 УПК РФ в случае вынесения обвинительного вердикта производится исследование обстоятельств, связанных с квалификацией содеянного подсудимым, назначением ему наказания, разрешением гражданского иска и другими вопросами, разрешаемыми судом при постановлении обвинительного приговора, при этом государственный обвинитель, участвуя в обсуждении последствий вердикта, был вправе высказать свое мнение о квалификации действий подсудимых.

Из материалов дела следует, что государственный обвинитель, выступая в прениях, просил исключить из обвинения подсудимых п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, с чем согласился суд.

Данное решение суда об исключении из обвинения С. и Ч. п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, предусматривающего ответственность за убийство с целью скрыть другое преступление, никем не обжаловалось, что фактически препятствует новому рассмотрению дела в полном объеме.

При этом Судебная коллегия не учла, что в соответствии с положениями ст. ст. 360, 383, 385, 387 УПК РФ при повторном рассмотрении дела не допускается ухудшение положения осужденного после отмены приговора по его жалобе и жалобе его защитника.

В уголовно-процессуальном законе не содержится указаний на то, что эти нормы УПК РФ не подлежат применению при рассмотрении уголовных дел с участием коллегии присяжных заседателей.

Следовательно, кассационное определение, как постановленное с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, подлежит отмене.

С учетом отмены кассационного определения и принимая во внимание, что С. и Ч. обвиняются в совершении особо тяжких преступлений, могут скрыться от суда и воспрепятствовать таким образом производству по уголовному делу в суде кассационной инстанции в разумные сроки, Президиум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь требованиями статей 97, 108, 255 УПК РФ, избирает С. и Ч. меру пресечения в виде заключения под стражу.

Руководствуясь ст. 407, п. 5 ч. 1 ст. 408 УПК РФ, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

 

постановил:

 

1. Надзорную жалобу адвоката Мартынова Е.Н. удовлетворить.

2. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 9 сентября 2009 г. в отношении С. и Ч. отменить и дело передать на новое кассационное рассмотрение.

3. Избрать С. и Ч. меру пресечения в виде заключения под стражу на срок до 13 апреля 2010 года.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"