||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 сентября 2008 г. N 16-о08-31

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Галиуллина З.Ф.,

судей <...> и Ламинцева С.А.

рассмотрела в судебном заседании 17 сентября 2008 года кассационную жалобу осужденного В. на приговор Волгоградского областного суда от 17 июня 2008 года, которым

В., <...>, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с осужденного В. в пользу территориального фонда обязательного медицинского страхования (ТФОМС) 22096 рублей 80 коп.

Заслушав доклад судьи Пейсиковой Е.В., изложившей обстоятельства дела, доводы кассационной жалобы, выслушав осужденного В., поддержавшего доводы своей жалобы, мнение прокурора Сафонова Г.П., полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

осужденный В. признан виновным в покушении на убийство Д. и Х.Л.

В кассационной жалобе осужденный В., не соглашаясь с приговором, утверждает, что конфликта и неприязненных отношений между ним и законным представителем потерпевших Х.Е. не имелось. В квартиру к ней зашел по договоренности, с целью отремонтировать электрические розетки. Утверждает, что не помнит, как нанес ножевые ранения дочерям Х.Е., не мог осознавать опасность своих действий, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения. Утверждает, что умысла на их убийство у него не имелось, ссылается на показания Д. и Х.Л. о том, что угроз в их адрес он не произносил. Оспаривает квалификацию своих действий по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ, полагает, что его действия подлежит квалификации по ч. 3 ст. 111 УК РФ. Указывает на признание своей вины в содеянном и раскаивание, просит учесть возмещение потерпевшим морального и материального вреда, наличие у него несовершеннолетних детей и смягчить наказание.

В возражениях государственный обвинитель Федоров К.А. просит оставить приговор без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, проверив доводы кассационной жалобы и возражения на них, судебная коллегия находит выводы суда о виновности В. в совершении инкриминируемого деяния основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, подробный анализ которых содержится в приговоре.

Вина осужденного В. в совершении покушения на убийство двух лиц установлена показаниями потерпевшей несовершеннолетней Д., которая рассказала, что к ним домой пришел В., находившийся в состоянии алкогольного опьянения, сказал, что мама просила его сделать розетки, когда она повернулась спиной, он схватил ее и нанес удар ножом в область спины слева, отчего она закричала и присела на пол, потом услышала крики младшей сестры, и побежала, направляясь к выходу, при этом В. пытался схватить ее за плечо, она вырвалась и выбежала на улицу, за ней побежал В., потом вместе с младшей сестрой, у которой тоже было ножевое ранение, сообщили о произошедшем матери; аналогичными показаниями потерпевшей малолетней Х.Л., данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании; показаниями законного представителя несовершеннолетних потерпевших Х.Е. о том, как В. ночью позвонил ей и просил встретиться, она отказала, а днем она сама позвонила ему и отчитала за поздний звонок, примерно через 30 минут позвонила ее старшая дочь и сообщила, что ее и сестру В. ударил ножом в спину.

Согласно актам судебно-психологических экспертиз Х.Л. и Д., учитывая возрастные и индивидуально-психологические особенности, психическое состояние, конкретные обстоятельства исследуемой ситуации могли правильно воспринимать происходящие события, совершаемые с ними действия, осознавать их характер и значение, сохранять в памяти и давать адекватные показания.

Указанные сведения подтверждаются показаниями свидетеля Х.Л., А., К. об обстоятельствах произошедшего, согласуются с протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого в кухне и зале квартиры обнаружены следы вещества бурого цвета, протоколом осмотра телефонных соединений сотового телефона Х.Е., актами судебно-биологической, медико-криминалистических экспертиз и другими доказательствами.

Согласно актам судебно-медицинских экспертиз у Д. имелись телесные повреждения в виде колото-резаной раны левой половины грудной клетки на уровне 9 - 10 межреберий в левой поясничной области, проникающей в левую плевральную полость с открытым переломом 11 ребра и ранением диафрагмы, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; у Х.Л. имелись телесные повреждения в виде колото-резаной раны левой половины грудной клетки в 7-ом межреберье по заднеподмышечной линии, проникающей в левую плевральную полость с повреждением нижней доли левого легкого, гемопневмотораксом (скопление крови и воздуха в плевральной полости), которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Доводы В. относительно отсутствия неприязненных отношений с Х.Е., опровергаются ее показаниями о ночном звонке В. и отказе с ее стороны встретится, а также выводами судебно-психологической экспертизы В. о том, что криминальные агрессивные деяния В., направленные против несовершеннолетних Д. и Х.Л., побуждались у него мотивом мести Х.Е., при этом месть В. была обусловлена конфликтным разговором с Х.Е. и возникшей у него фрустрацией в самоуважении, неудовлетворенностью ожиданий теплой эмоциональной реакции на его ночные телефонные звонки со стороны Х.Е.

Доводы жалобы осужденного об отсутствии умысла на убийство потерпевших опровергаются материалами дела.

Способ и орудие совершения преступления - нож, а также характер и локализация телесных повреждений - в жизненно важные органы обеих потерпевших - левую половину грудной клетки, свидетельствуют об умысле В. на причинение смерти несовершеннолетних Д. и Х.Л.

Умысел В. на причинение смерти потерпевших подтверждается также и его поведением, свидетельствующим о его направленности на достижение преступного результата. Так, В. нанес ножевое ранение малолетней Х.Л., лежащей на полу, которая после удара притворилась мертвой, а потом увидел как Д., после нанесенного им удара ножом направляется к двери, попытался ее удержать, а затем выбежал следом за ней на улицу и, не обнаружив ее, скрылся с места происшествия.

Таким образом, квалификация действий В. по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ является правильной.

Согласно акту стационарной судебно-психиатрической экспертизы В. обнаруживает признаки психического расстройства в форме синдрома зависимости от алкоголя, однако указанные нарушения не достигли степени выраженных, а потому не лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В момент инкриминируемых ему деяний временного психического расстройства не обнаруживал, находился в состоянии простого алкогольного опьянения, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими.

Суд обоснованно признал его вменяемым.

Таким образом, доводы осужденного относительно того, что он не мог осознавать и контролировать свои действия, являются несостоятельными.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих в силу ст. 379 УПК РФ отмену приговора, не допущено.

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности, совершенного преступления, данных о личности, отсутствия судимости, положительной характеристики, добровольного возмещения потерпевшим морального вреда, влияния наказания на исправление осужденного.

Вместе с тем, суд, указав в приговоре о том, что обстоятельств, смягчающих наказание В., предусмотренных ст. ст. 61 и 62 УК РФ, не имеется, не учел, что согласно п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ добровольное возмещение морального вреда, причиненных в результате преступления, является обстоятельством, смягчающим наказание.

Кроме того, как видно из материалов дела, В. имеет малолетнюю дочь, 2002 года рождения, проживающую совместно с ним.

В соответствии с п. "г" ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие малолетних детей у виновного является смягчающих наказание обстоятельством.

В то же время наказание, назначенное В. в минимальных пределах санкции нормы, является справедливым.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ о назначении наказания более мягкого, чем предусмотрено за данное преступление, учитывая тяжесть совершенного преступления, обстоятельства дела, а также тот факт, что преступление виновным совершено в отношении малолетней и несовершеннолетней потерпевших, не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Волгоградского областного суда от 17 июня 2008 года в отношении В. изменить, учесть в качестве смягчающих наказание обстоятельств добровольное возмещение морального вреда, причиненного преступлением, и наличие малолетнего ребенка.

В остальном приговор о нем оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"