||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ ГРАЖДАНСКИХ

ДЕЛ ПО ИСКАМ И ЖАЛОБАМ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ НА

ДЕЙСТВИЯ И РЕШЕНИЯ ОРГАНОВ ВОЕННОГО

УПРАВЛЕНИЯ И ВОИНСКИХ ДОЛЖНОСТНЫХ

ЛИЦ ЗА 2001 ГОД

 

Настоящий обзор подготовлен на основании обзоров и справок окружных и флотских военных судов, а также практики Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации за 2001 год.

В нем приведены статистические данные о работе военных судов по рассмотрению гражданских дел в 2001 году, приведена положительная практика и проанализированы некоторые ошибки, допущенные судами, а также изложена позиция Военной коллегии по отдельным спорным вопросам.

В обзоре даются некоторые рекомендации по применению гражданского, гражданского процессуального законодательства и законодательства о статусе военнослужащих, воинской обязанности и военной службе.

 

Вопросы подсудности и порядка

рассмотрения дел

 

В предыдущих обзорах Военной коллегии о практике рассмотрения гражданских дел неоднократно указывалось на то, что с принятием Федерального конституционного закона "О военных судах Российской Федерации" военным судам, наряду с жалобами на действия (бездействие) органов военного управления и воинских должностных лиц, стали подсудны и дела, рассматриваемые в исковом порядке.

Несмотря на то, что вопросы подсудности и порядка рассмотрения гражданских дел достаточно детально регламентированы в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 года N 9 "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" военными судами в 2001 году все еще допускались ошибки.

К примеру, имели место как случаи необоснованного отказа в принятии исковых заявлений и жалоб военнослужащих, так и рассмотрения гражданских дел, к подсудности военных судов не отнесенных.

На ошибочность таких решений Военная коллегия неоднократно обращала внимание руководителей окружных (флотских) военных судов.

Возникали в практике и другие вопросы о подсудности гражданских дел военным судам. В связи с этим Военная коллегия считает необходимым отметить следующее.

В соответствии с частью 2 статьи 7 Федерального конституционного закона "О военных судах Российской Федерации" военным судам подсудны жалобы бывших военнослужащих на действия (бездействие) органов военного управления и воинских должностных лиц лишь в том случае, если нарушение прав, свобод и охраняемых законом интересов указанных граждан имело место в период прохождения ими военной службы.

С. обжаловал в военном суде Уссурийского гарнизона действия командующего войсками округа, отказавшему ему в восстановлении в воинском звании "майор", которого заявитель был лишен по приговору военного суда.

Отменяя решение по жалобе С. ввиду существенного нарушения норм процессуального права, судебная коллегия Дальневосточного окружного военного суда в кассационном определении указала, что жалоба С. была принята судьей к своему производству суда с нарушением правил подсудности.

В соответствии со статьей 7 Федерального конституционного закона "О военных судах Российской Федерации" и статьей 114-1 ГПК РСФСР военным судам подсудны гражданские дела о защите нарушенных и (или) оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов военнослужащих, граждан, проходящих военные сборы, от действий (бездействия) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятых ими решений.

Граждане, уволенные с военной службы, вправе обжаловать в военный суд действия органов военного управления, воинских должностных лиц и принятые ими решения, нарушившие права, свободы и охраняемые законом интересы в период прохождения ими военной службы.

Из содержания жалобы С. усматривалось, что им обжалованы действия воинского должностного лица, имевшие место по истечении почти 4 лет после увольнения заявителя с военной службы.

В связи с изложенным судебная коллегия посчитала, что заявитель не относится к числу лиц, жалобы которых могут рассматриваться военными судами, а судом первой инстанции при рассмотрении дела не выполнены требования п. 4 ч. 2 ст. 122 ГПК РСФСР.

Выполнить указанные требования (передать дело на рассмотрение другого суда, которому оно подсудно) гарнизонному суду было предложено при новом рассмотрении дела.

Такое решение Дальневосточного окружного военного суда является правильным.

По смыслу статей 8 и 9 Федерального закона "О материальной ответственности военнослужащих" дела по искам к бывшим военнослужащим о возмещении ими материального ущерба, причиненного во время прохождения военной службы, подсудны военным судам.

Определением судьи Хабаровского гарнизонного военного суда было отказано в принятия искового заявления командира воинской части о привлечении к материальной ответственности бывшего военнослужащего С. ввиду его неподсудности военному суду.

Рассмотрев частную жалобу командира части, судебная коллегия Дальневосточного окружного военного суда указанное определение отменила и направила материалы по заявлению на новое рассмотрение для решения вопроса о принятии его к производству.

Из содержания искового заявления усматривалось, что материальный ущерб, требование о возмещении которого было предъявлено, причинен ответчиком С. во время прохождения военной службы.

В соответствии со статьями 8 и 9 Федерального закона "О материальной ответственности военнослужащих" и пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 года N 9 "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" дела по таким искам должны рассматриваться военными судами в порядке, предусмотренном Гражданским процессуальным кодексом РСФСР.

Тот факт, что к моменту предъявления данного иска ответчик С. уже был уволен с военной службы, в данном конкретном случае правового значения при определении подсудности не имел.

Неверное определение правовой природы жалобы военнослужащего повлекло вынесение ошибочного судебного решения.

Решением Белогорского гарнизонного военного суда И. было отказано в удовлетворении жалобы на бездействие командиров войсковых частей 62266 и 64385, которые не исполнили предыдущее решение того же суда в отношении заявителя.

Утверждая, что первое судебное решение не исполнено по вине указанных должностных лиц, в то время как сам заявитель принимал к этому все необходимые меры, И. в кассационной жалобе просил решение по его второй жалобе отменить, а изложенные в ней требования удовлетворить.

При рассмотрении данного дела Дальневосточный окружной военный суд пришел к выводу о том, что решение суда первой инстанции подлежит отмене, а дело - прекращению, в связи с тем, что оно не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке главы 24-1 ГПК РСФСР.

В своем определении окружной суд указал следующее.

Из материалов дела видно, что 20 декабря 2000 года Белогорским гарнизонным военным судом была удовлетворена жалоба И. на действия командиров войсковых частей 64385 и 62266, связанные с его исключением из списков части.

Суд обязал командиров названных частей восстановить заявителя в списках личного состава части, обеспечить всеми положенными видами довольствия, после чего исключить из этих списков.

18 сентября 2001 года И. обратился в суд с жалобой на действия тех же воинских должностных лиц, связанные с неисполнением упомянутого решения суда от 20 декабря 2000 года, и просил признать эти их действия неправомерными.

Данная жалоба была принята к производству суда и 2 октября 2001 года рассмотрена с вынесением решения как жалоба на неправомерные действия воинских должностных лиц, то есть в порядке, предусмотренном главой 24-1 ГПК РСФСР.

Между тем, вопросы, связанные с исполнением судебных решений, разрешаются не в указанном порядке, а в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве и, в частности, Федеральным законом "Об исполнительном производстве". Гарнизонному военному суду следовало разъяснить указанные положения заявителю и на основании п. 1 ч. 2 ст. 129 ГПК РСФСР отказать в принятии его жалобы.

По изложенным выше причинам на основании ст. 309 и п. 1 ст. 219 ГПК РСФСР, судебная коллегия обжалуемое решение отменила, прекратив производство по делу.

Такое решение суда кассационной инстанции является правильным.

Аналогичное по своему существу решение было принято и Северным флотским военным судом по делу капитана второго ранга К.

К. подал в Северодвинский гарнизонный военный суд жалобу, в которой просил возместить материальный ущерб, причиненный ему тем, что решение этого же суда от 6 апреля 1998 года, обязывающее командира войсковой части выплатить денежную компенсацию взамен продовольственного пайка за период с 1995 по 1998 годы, выполнено только в январе 2000 года.

Решением от 16 января 2001 года К. отказано в удовлетворении жалобы на том основании, что названная компенсация выплачена по стоимости пайка на день фактической выплаты и этим самым заявителю возмещены причиненные убытки.

Флотским военным судом решение в кассационном порядке отменено. При этом в кассационном определении указано, что судом гарнизона не учтены изменения, внесенные в Гражданский процессуальный кодекс РСФСР Федеральным законом N 120-ФЗ от 7 августа 2000 года.

Согласно указанным изменениям такие заявления в настоящее время рассматриваются не в порядке, предусмотренном главой 24-1 ГПК РСФСР, а на основании ст. 207-1 того же кодекса.

В соответствии с указанной правовой нормой по заявлению взыскателя суд, рассматривающий дело, может произвести соответствующую индексацию взысканных судом денежных сумм на момент исполнения решения суда. При этом по результатам рассмотрения в судебном заседании указанного заявления судом выносится определение, на которое может быть подана частная жалоба.

Таким образом, названной статьей определены как порядок, так и способ возмещения убытков, вызванных несвоевременным исполнением судебного решения.

Следует напомнить, что рассматриваемый вопрос разрешен и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 года N 9 "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статуе военнослужащих".

Согласно пункту 4 Постановления при определении порядка рассмотрения гражданских дел судам необходимо иметь в виду, что по правилам главы 24-1 ГПК РСФСР рассматриваются требования военнослужащих о защите нарушенных прав от перечисленных в статье 239-2 ГПК РСФСР действий (бездействия) органов военного управления и воинских должностных лиц. При этом нормы главы 24-1 ГПК РСФСР применяются, когда требования военнослужащих, в том числе имущественного характера, непосредственно вытекают из административно-правовых отношений, основанных на властных полномочиях одной стороны по отношению к другой. В этих случаях все требования военнослужащих должны быть разрешены по существу при рассмотрении жалобы, поскольку в соответствии со статьей 239-7 ГПК РСФСР суд, признав жалобу обоснованной, обязан вынести решение о восстановлении нарушенных прав в полном объеме.

В тех же случаях, когда обжалуемые действия совершены органами военного управления и воинскими должностными лицами не в порядке осуществления административно-властных полномочий, а в процессе иной деятельности, основанной на равенстве участников правоотношений, дело подлежит рассмотрению в порядке искового производства.

Применительно к сказанному следует отметить, что допускались судами ошибки и другого рода.

Военнослужащие Р. и другие обратились в Видяевский гарнизонный военный суд с жалобами, в которых просили обязать командование выплатить им денежную компенсацию взамен продовольственного пайка.

Сославшись на исковой характер заявленных требований, судья отказал в принятии жалоб и предложил оформить их в виде исковых заявлений, в которых указать цену иска и, исходя из ее размера, уплатить государственную пошлину.

Рассмотрев дело в порядке надзора, президиум Северного флотского военного суда указанное определение отменил, а жалобы направил в тот же суд для рассмотрения со стадии принятия к производству.

В обоснование принятого решения суд флота сослался на приведенные правовые нормы, разъяснения Верховного Суда и указал, что поскольку в данном конкретном случае требования военнослужащих о восстановлении нарушенного права непосредственно вытекают из административно-правовых отношений, основанных на властных полномочиях командования, с одной стороны, и заявителей, с другой, они должны рассматриваться по правилам главы 24-1 ГПК РСФСР.

Это решение является правильным.

 

Вопросы, связанные с порядком прохождения

военной службы и обеспечением льгот

и преимуществ военнослужащих

 

Заключение контракта о прохождении военной службы, служебное время и время отдыха

 

Контракт о прохождении военной службы вступает в силу со дня его подписания военнослужащим и соответствующим должностным лицом, а не с момента объявления его в приказе командира войсковой части.

К. обжаловала в военном суде - войсковая часть 97697 приказ командира части об увольнении ее с военной службы по истечении срока контракта. Одновременно она просила обязать указанное должностное лицо заключить с ней новый контракт.

Военный суд - войсковая часть 97697 в удовлетворении жалобы К. отказал.

Данное решение 3-м окружным военным судом оставлено без изменения.

В протесте заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации - председателя Военной коллегии ставился вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных решений по следующим основаниям.

В соответствии с п. 6 ст. 34 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" командир (начальник) принимает решение о заключении нового контракта о прохождении военной службы или об отказе в его заключении с военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, не позднее, чем за три месяца до истечения срока действующего контракта.

Согласно п. 4 ст. 32 Закона контракт о прохождении военной службы вступает в силу со дня его подписания соответствующим должностным лицом в соответствии с Положением о порядке прохождения военной службы.

Как установлено в суде, К. за три месяца до окончания контракта подала рапорт о заключении с ней нового контракта. На рапорте имеются резолюции командира войсковой части, который против этого не возражал, а также вышестоящего начальника - командира дивизии о продлении контракта.

В деле имеется контракт, подписанный заявительницей и командиром войсковой части. Их подписи скреплены гербовой печатью войсковой части.

Командир части в судебном заседании указанные обстоятельства подтвердил.

Приведенные данные, как было указано в протесте, свидетельствует о том, что К. в установленном законом порядке заключила с Министерством обороны в лице соответствующего должностного лица контракт о прохождении военной службы.

Отсутствие в контракте номера и даты издания приказа командира войсковой части об объявлении данного контракта, на что сослались суды первой и кассационной инстанций, не может поставить под сомнение законность его заключения, поскольку это обстоятельство не является необходимым условием вступления контракта в силу.

Рассмотрев материалы дела, Военная коллегия протест удовлетворила, отменила состоявшиеся по делу судебные решения и направила дело на новое рассмотрение.

Если в период нахождения в основном отпуске военнослужащий заболел, то его основной отпуск подлежит продлению на число дней нахождения на лечении.

По приказу командира войсковой части Ч. был предоставлен основной отпуск. Этим же приказом она была уволена в запас по достижении предельного возраста пребывания на военной службе и исключена из списков части.

В дальнейшем Ч. обратилась в военный суд с жалобой, в которой просила восстановить ее на военной службе в прежней должности, продлить очередной отпуск на время болезни, после чего уволить ее в установленном законе порядке.

Решением военного суда Калининградского гарнизона, оставленным без изменения военным судом Балтийского флота, в удовлетворении жалобы отказано.

В протесте Главного военного прокурора предлагалось состоявшиеся по делу судебные решения отменить и вынести новое решение об удовлетворении жалобы Ч., в подтверждение чего приведены следующие доводы.

Согласно ч. 1 ст. 35 Закона Российской Федерации "О воинской обязанности и военной службе" порядок прохождения военной службы в мирное время определялся указанным Законом, Положением о порядке прохождения военной службы и воинскими уставами.

Статья 36 Закона к исполнению обязанностей военной службы относила время нахождения военнослужащего на лечении. Таким образом, в период пребывания в госпитале военнослужащая исполняла обязанности военной службы и исключению из списков части не подлежала.

В соответствии с действовавшим в тот момент Положением о порядке прохождения военной службы военнослужащим-женщинам, заболевшим во время очередного отпуска и получившим освобождение, отпуск продлевался начальником на срок болезни без каких-либо ограничений.

Данная норма соответствовала законодательству Российской Федерации, которым таких ограничений прав военнослужащих также не предусматривалось.

Таким образом, с учетом нахождения на лечении Ч. имела право на продление очередного отпуска на число дней лечения.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в протесте, Военная коллегия посчитала, что протест в данной части подлежит удовлетворению, а судебные решения - отмене.

Следует отметить, что этим правилом следует руководствоваться и в настоящее время. Согласно части 18 статьи 29 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года N 1237, военнослужащим, заболевшим во время основного или дополнительного отпуска, кроме отпуска по личным обстоятельствам, основной или дополнительный отпуск продлевается на соответствующее количество дней болезни. Продление отпуска в этом случае осуществляется командиром воинской части на основании справки из лечебного учреждения.

 

Привлечение к дисциплинарной ответственности

 

Нарушение порядка наложения дисциплинарных взысканий на военнослужащего расценено судом как основание для признания незаконным его увольнения с военной службы по п. "в" ч. 2 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе".

Военным судом гарнизона С. было отказано в удовлетворении жалобы на действия командующего войсками МО ВВС и ПВО, а также начальника 313-й комендатуры охраны и обслуживания управления МО ВВС и ПВО, связанные с привлечением к дисциплинарной ответственности и увольнением с военной службы.

4-м окружным военным судом решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В обоснование принятых решений суды указали, что за короткий период исполнения обязанностей заместителя начальника 313-й комендатуры С. нарушил взятые на себя по контракту обязательства и совершил ряд серьезных дисциплинарных проступков. Поэтому у командования имелись все основания для наложения на заявителя дисциплинарных взысканий и его досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением условий контракта.

Допущенные же командованием отдельные нарушения порядка привлечения С. к дисциплинарной ответственности и его увольнения в запас о незаконности и необоснованности обжалуемых действий свидетельствовать не могут.

В протесте заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации - председателя Военной коллегии было предложено указанные выше судебные решения отменить по следующим основаниям.

В ходе судебного разбирательства С. последовательно утверждал, что ни одно из наложенных на него дисциплинарных взысканий ему лично не объявлялось, в связи с чем он был лишен возможности их своевременно обжаловать в установленном порядке.

Кроме того, командованием существенно нарушен установленный порядок его увольнения с военной службы, так как о дне заседания аттестационной комиссии С. уведомлен не был, беседы с ним не проводились.

В соответствии с ч. 2 ст. 6 Закона Российской Федерации "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" от 27 апреля 1993 г. (с последующими изменениями) на должностных лиц возлагается процессуальная обязанность документально доказать законность обжалуемых действий (решений); гражданин освобождается от обязанности доказывать незаконность обжалуемых действий (решений), но обязан доказать факт нарушения своих прав и свобод.

Как видно из материалов дела, утверждения С. о нарушении порядка привлечения его к дисциплинарной ответственности и увольнения с военной службы документально, как этого требует закон, не опровергнуты.

Более того, подтверждены они и начальником строевой части 313-й комендатуры, который в судебном заседании показал, что о наложении дисциплинарных взысканий С., действительно, в известность поставлен не был.

При таких обстоятельствах судам следовало признать, что ни один из фактов, послуживших основанием для решения о досрочном увольнении С. с военной службы, не был надлежащим образом зафиксирован в качестве дисциплинарного проступка (нарушения условий контракта).

Кроме того, был существенно нарушен и сам порядок увольнения, установленный действовавшим в то время приказом Министра обороны "О порядке заключения контрактов о прохождении военной службы и увольнения с военной службы офицеров, прапорщиков и мичманов Вооруженных Сил РФ" N 67 от 6 февраля 1998 г.

Указанные нарушения являются основанием для признания действий привлеченных к делу должностных лиц (привлечение к дисциплинарной ответственности и увольнение с военной службы) незаконными.

Кроме того, отмечалось в протесте, нельзя не принять во внимание то обстоятельство, что отрицательный вывод о деловых и морально-психологических качествах С. сделан командованием только по его поступкам, совершенным за короткий промежуток исполнения служебных обязанностей на новом месте службы (менее 1-го месяца) и без учета его прежней, продолжительной службы в армии.

Между тем, из материалов дела усматривается, что на протяжении более чем 10-ти лет военной службы С. характеризовался только с положительной стороны и к дисциплинарной ответственности не привлекался.

При таких обстоятельствах, делался вывод в протесте, на основании п. 2 ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих", С. подлежал восстановлению на военной службе в прежней должности и обеспечению всеми видами довольствия, недополученного после необоснованного увольнения.

Рассмотрев материалы дела и согласившись с доводами протеста, Военная коллегия протест удовлетворила, состоявшиеся судебные решения отменила и вынесла новое решение об удовлетворении жалобы С.

При наложении дисциплинарного взыскания в виде предупреждения о неполном служебном соответствии военнослужащему до увольнения с военной службы или снижения в занимаемой должности предоставляются время и возможность для исправления своего отношения к служебным обязанностям.

М. обратился в Читинский гарнизонный военный суд с жалобой на действия командующего войсками округа, связанные с увольнением заявителя с военной службы по пп. "в" п. 2 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" - в связи с невыполнением условий контракта, и просил признать данный приказ незаконным и обязать указанное должностное лицо восстановить его на военной службе.

Решением гарнизонного военного суда, оставленным без изменения Восточно-Сибирским окружным военным судом, в удовлетворении жалобы было отказано.

В протесте председателя Военной коллегии предлагалось отменить вынесенные по делу судебные постановления в связи с неправильным применением и толкованием норм материального права, повлекших вынесение незаконного решения.

В обоснование этого указано, что М. уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта.

Согласно представлению, основанием для досрочного увольнения М. с военной службы, наряду с иным, послужило недобросовестное исполнение им служебных обязанностей, за что заявитель был наказан в дисциплинарном порядке.

Между тем, из материалов дела усматривается, что хотя М. и принял должность, с которой в дальнейшем был уволен, фактически обязанностей по указанной должности в связи с убытием в отпуск не исполнял.

При этом вопрос об увольнении заявителя с военной службы был решен именно во время его нахождения в отпуске.

По предыдущему месту военной службы, где М. характеризовался с отрицательной стороны, на что также была сделана ссылка в представлении к увольнению, он также прослужил короткий срок - менее 10 дней.

Из служебной карточки М. видно, что за бесконтрольность и отсутствие учета, приведшие к материальному ущербу, на заявителя наложено дисциплинарное взыскание - предупреждение о неполном служебном соответствии.

В тот же день, рассматривая вопрос о досрочном увольнении М. с военной службы, аттестационная комиссия части пришла к выводу о его несоответствии по уровню профессиональной подготовки и морально-деловым качествам требованиям ст. 33 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" и ходатайствовала о досрочном увольнении офицера по пп. "в" п. 2 ст. 51 указанного Закона.

Через четыре дня М. был представлен к досрочному увольнению с военной службы по предложенному основанию.

Вместе с тем, в соответствии со ст. 102 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, дисциплинарное взыскание - предупреждение о неполном служебном соответствии - применяется один раз за время пребывания прапорщика (мичмана) или офицера в занимаемой штатной должности.

Если в течение года после наложения этого взыскания прапорщик (мичман) или офицер не исправил свое поведение образцовым выполнением воинского долга, и взыскание не сыграло своей воспитательной роли, он представляется в установленном порядке к снижению в должности или к досрочному увольнению с военной службы в запас.

Из этого следует, что при наложении дисциплинарного взыскания в виде предупреждения о неполном служебном соответствии военнослужащему до увольнения с военной службы или снижения в занимаемой должности предоставляется время и возможность для исправления своего отношения к исполнению служебных обязанностей. Этого в отношении М. фактически сделано не было.

Таким образом, вывод командования о том, что наложенное на М. взыскание в виде неполного служебного соответствия не сыграло своей воспитательной роли, и он подлежит досрочному увольнению в запас, не может быть признан обоснованным, поскольку, из материалов дела усматривается, что он сделан должностным лицом через 4 дня после его наложения, в период нахождения офицера в отпуске, когда он обязанностей по военной службе не исполнял, дисциплинарных проступков не совершал и каким-либо образом себя не проявил.

Рассмотрев материалы дела, Военная коллегия протест по изложенным в нем основаниям удовлетворила и вынесла новое решение об удовлетворении жалобы заявителя.

 

Денежные выплаты, возмещение ущерба в связи с их задержками

 

Дела этой категории, как и в прежние годы, были самыми многочисленными. Об этом свидетельствуют и приведенные в обзоре статистические данные.

Указанная ситуация обусловлена продолжающимися задержками выплат в войсках и на флоте, а применительно к отдаленным регионам - и невыполнением требований п. 6 ст. 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих" о новом порядке начисления коэффициентов и надбавок за службу в отдаленных местностях.

Как правило, рассмотрение этих дел серьезных затруднений у судей не вызывало.

Вместе с тем, по делам о выплате районных коэффициентов к денежному довольствию и процентной надбавки за непрерывную службу в отдаленных местностях в практике военных судов возникали трудности.

 

Выплата денежного довольствия военнослужащим, проходящим военную службу в районах Крайнего Севера и других отдаленных местностях.

 

В разосланном Военной коллегией в окружные и флотские военные суды письме указано, что при рассмотрении таких дел необходимо иметь в виду следующее.

Выплата военнослужащим повышенных должностных окладов и процентных надбавок за непрерывную службу в отдаленных местностях устанавливалась ранее постановлениями Совета Министров СССР, в частности, Постановлением N 188-75 от 7 марта 1974 года.

Была она предусмотрена и статьями 257 - 285 Положения о денежном довольствии военнослужащих Советской Армии и Военно-Морского Флота, введенного в действие приказом Министра обороны СССР от 14 августа 1978 N 075.

С изданием 16 марта 1996 года Министром обороны Российской Федерации приказа N 115 "О дополнительных денежных выплатах военнослужащим, проходящим военную службу в отдаленных и с тяжелыми климатическими условиями местностях" статьи 257 - 285 названного выше Положения признаны не действующими в Вооруженных Силах. Одновременно была утверждена Инструкция об условиях и порядке осуществления дополнительных выплат военнослужащим, проходящим службу в отдаленных и с тяжелыми климатическими условиями местностях.

В соответствии с Инструкцией выплата военнослужащим повышенных должностных окладов и процентных надбавок за службу в указанных местностях была сохранена, а сфера применения данной льготы - расширена. В частности, дополнен круг отдаленных местностей, увеличены размеры повышения должностных окладов и процентных надбавок, установлен единый порядок предоставления данной льготы офицерам и другим категориям военнослужащих, проходящих военную службу по контракту.

31 декабря 1999 года Федеральным законом N 229-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в статьи 11 и 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих" статья 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих" была дополнена новым пунктом 6.

Согласно этому пункту военнослужащим, проходящим военную службу по контракту в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях и других местностях с неблагоприятными климатическими или экологическими условиями, в том числе отдаленных, к их денежному довольствию устанавливаются коэффициенты (районные, за военную службу в высокогорных районах, в пустынных и безводных местностях) и выплачиваются процентные надбавки к денежному довольствию в размерах и порядке, которые установлены федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации для граждан, работающих и проживающих в указанных районах и местностях.

Поскольку приведенная правовая норма вступила в силу с 1 января 2000 года, о необходимости ее применения было сказано в подготовленном Военной коллегией Обзоре судебной практики рассмотрения гражданских дел по искам и жалобам военнослужащих на действия и решения органов военного управления и воинских должностных лиц за 2000 год.

Данная рекомендация остается в силе.

Вместе с тем, в связи с изменением действующего законодательства отдельные положения упомянутого Обзора требуют уточнения.

Это касается вопросов о том, следует ли начислять районные коэффициенты и процентные надбавки на должностные оклады, выплачивавшиеся военнослужащим с повышением за службу в отдаленных местностях, и ежемесячную пенсионную надбавку к денежному довольствию, размер которой обусловлен размером пенсии, исчисляемой с применением районного коэффициента.

Отвечая на первый вопрос, необходимо иметь в виду, что решением Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 8 апреля 1998 года N СП-4/98 приказ Министра обороны от 16 марта 1996 года N 115, как не прошедший государственную регистрацию и не опубликованный для всеобщего сведения, признан недействующим. Приказом Министра обороны от 13 апреля 2001 года N 172 он признан утратившим силу.

Возобновившие свое действие в связи с отменой приказа Министра обороны от 16 марта 1996 года N 115 статьи 257 - 285 Положения о денежном довольствии военнослужащих Советской Армии и Военно-Морского Флота (приказ Министра обороны СССР от 14 августа 1978 N 075) признаны незаконными решением Военной коллегии от 7 марта 2000 года N ВКПИ-09.

Что касается упоминавшегося Постановления Совета Министров СССР N 188-75 от 7 марта 1974 года, то оно по своему содержанию вошло в противоречие с пунктом 6 статьи 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих" (в редакции Федерального закона от 31 декабря 1999 года N 229-ФЗ). Поэтому в силу требований пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 12 декабря 1991 года "О ратификации соглашения о создании Содружества Независимых Государств" это постановление, как противоречащее законодательству Российской Федерации, применению не подлежит.

Изданные же одноименные Постановление Правительства Российской Федерации от 28 марта 2001 года N 237 и приказ Министра обороны от 18 июня 2001 года N 275 "О мерах по реализации Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в статьи 11 и 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих" возможность выплаты военнослужащим должностных окладов с повышением за службу в отдаленных местностях не предусматривают.

Таким образом, поскольку правовые основания для выплаты военнослужащим должностных окладов с указанным повышением в настоящее время отсутствуют, учитывать это повышение как при начислении районных (за военную службу в высокогорных районах, в пустынных и безводных местностях) коэффициентов, так и денежного довольствия в целом, нельзя.

Что касается возможности начисления районных коэффициентов и процентных надбавок за службу в отдаленных местностях на ежемесячную пенсионную надбавку к денежному довольствию, размер которой обусловлен размером пенсии, исчисляемой с применением районного коэффициента, то позиция Военной коллегии по данному вопросу изложена в определении N 2н-135/01 от 7 июня 2001 года.

Существо этой позиции состоит в том, что при выплате ежемесячной надбавки военнослужащим, имеющим право на пенсию за выслугу лет, к сумме указанной надбавки применяется лишь надбавка за службу в отдаленной местности. Районный коэффициент к сумме исчисленной военнослужащему ежемесячной пенсионной надбавки не применяется.

При этом необходимо учитывать, что решением Военной коллегии N ВКПИ-01/70 от 29 августа 2001 года содержащееся в абзаце пятом пункта 2 приказа Министра обороны РФ от 18 июня 2001 года N 275 указание о том, что при выплате ежемесячной пенсионной надбавки военнослужащим процентная надбавка за службу в отдаленной местности не применяется, признано недействительным и не порождающим правовых последствий.

Соответствующее изменение в указанный приказ внесено приказом Министра обороны от 6 января 2002 года N 11.

Военнослужащие, направляемые в краткосрочные служебные командировки за пределы России, так же, как и другие граждане, имеют право на получение суточных в размере, установленном в Постановлении Правительства Российской Федерации N 1261 от 1 декабря 1993 года.

Командованием, а затем и судом К. было отказано в выплате суточных денег за командировку в Республику Таджикистан, в размере, установленном Постановлением Правительства Российской Федерации от 1 декабря 1993 г. N 1261 "О размере и порядке выплаты суточных при краткосрочных командировках на территории иностранных государств" и письмом Министерства финансов РФ от 27 декабря 1996 г. N 110 "О размерах выплаты суточных при краткосрочных командировках на территории ряда зарубежных стран".

Отказывая заявителю в удовлетворении его требований, военные суды указали, что ни Законом Российской Федерации "О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территории государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан..." от 21 января 1993 г., ни Постановлением Правительства Российской Федерации 1994 г. N 280 выплата указанной категории военнослужащих суточных в иностранной валюте не предусмотрена.

Нет указаний об этом и в приказе Министра обороны 1996 г. N 9, а также в директиве начальника Генерального штаба Вооруженных Сил от 18 ноября 1996 г. N ДГШ-314\0631.

Что же касается Постановления Правительства Российской Федерации от 1 декабря 1993 года N 1261 и письма Министерства финансов от 27 декабря 1996 года N 110, то они, по мнению судов, регламентируют выплату суточных рабочим и служащим, направленным в краткосрочные командировки за границу, а не военнослужащим, проходящим военную службу и получающим в связи с этим ряд других льгот, в том числе второй оклад по занимаемой должности во время нахождения в командировке.

Рабочие и служащие, в отличие от военнослужащих, во время нахождения в командировке не назначаются на должность и не получают второй оклад по месту пребывания.

Суды признали, что К. с 18 июня 1999 г. по 14 апреля 2000 г. находился в служебной командировке, но пришли к выводу, что ее нельзя признать краткосрочной, поэтому он не имеет права на получение суточных в соответствии с письмом Министерства финансов N 110 от 27 декабря 1996 г.

Рассмотрев данное дело по протесту заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации - председателя Военной коллегии, Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся судебные решения и вынесла новое решение об удовлетворении жалобы заявителя, по следующим основаниям.

В соответствии с п. 9 ст. 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих" военнослужащим, направляемым в командировку, производятся выплаты на командировочные расходы в порядке и размерах, которые определяются Правительством Российской Федерации.

Как в предыдущие годы, так и сейчас, Правительством Российской Федерации не принималось по данному вопросу каких-либо специальных нормативных актов, касающихся только военнослужащих, а издавались общие нормативные акты о размере и порядке выплаты суточных при краткосрочных командировках, причем отдельно на территории России и отдельно на территории иностранных государств.

В настоящее время действуют три таких постановления Правительства Российской Федерации: "О нормах возмещения командировочных расходов" (на территории РФ) от 26 февраля 1992 г. N 122; "О размере и порядке выплаты суточных при краткосрочных командировках на территории иностранных государств" от 1 декабря 1993 г. N 1261 и "О финансовом обеспечении работников учреждений Российской Федерации в государствах - участниках СНГ, Латвийской Республике, Литовской Республике, Эстонской Республике" от 19 июня 1994 г. N 713.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 1 декабря 1993 г. N 1261 установлена выплата суточных командированным в Таджикистан в иностранной валюте и разрешено Министерству финансов Российской Федерации по согласованию с Министерством иностранных дел Российской Федерации в случае необходимости вносить изменения в размеры суточных, предусмотренные настоящим Постановлением. В соответствии с письмом Министерства финансов Российской Федерации от 27 декабря 1996 г. N 110 размер суточных установлен 20 долларов США в сутки.

Вывод судов о том, что командировка, в которой находился К., не является краткосрочной, в связи с чем он не имел права на получение суточных в иностранной валюте, как утверждалось в протесте, ничем не обоснован и противоречит п. 5 указанного Постановления, который определяет, что в случае пребывания работника в кратковременной командировке за границей более 60 дней выплата суточных начиная с 61-го дня производится в размерах, установленных для работников загранучреждений Российской Федерации при командировках в пределах государства, где находится загранучреждение.

В соответствии с п. 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 18 июля 1994 г. N 844 "О максимальных сроках непрерывного прохождения военнослужащими военной службы по контракту на территориях государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также направления (командирования) военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел для выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах", максимальный срок командирования указанных лиц составляет 2 года.

Кроме того, в протесте обращается внимание на то, что Соглашением о коллективных миротворческих силах и совместных мерах по их материально-техническому обеспечению от 24 сентября 1993 г. утверждено Положение об объединенном командовании коллективных миротворческих сил.

Согласно п. 19 Положения военнослужащие и гражданский персонал контингента миротворческих сил обеспечиваются денежным, вещевым, продовольственным и другими видами довольствия по нормам, установленным законодательством посылающего государства. Им предоставляются дополнительные гарантии и компенсации применительно к установленным законодательством Российской Федерации правилам.

При этом военнослужащие и гражданский персонал объединенного командования контингента миротворческих сил и воинских частей (коалиционного состава) получают денежное довольствие по должностям, с которых они были направлены в состав контингента миротворческих сил.

Каких-либо упоминаний о том, что предоставление дополнительных льгот военнослужащим, выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах, влияет на выплату суточных командированным, в приказе Министра обороны Российской Федерации 1996 г. N 9, равно как и в Законе Российской Федерации "О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территории государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах" и других нормативных актах, в соответствии с которыми издан этот приказ, не имеется.

Напротив, в п. 3 приложения N 2 к данному приказу Министра обороны указано, что военнослужащим (кроме военнослужащих, проходящих военную службу по призыву), направленным в составе воинской части или командированным для выполнения соответствующих задач в условиях чрезвычайного положения или при вооруженных конфликтах (вне пунктов постоянной дислокации воинской части, где они проходят службу), путевое довольствие (полевые деньги или суточные) подлежит выплате по установленным нормам за весь период командировки.

Поскольку ни один из нормативных правовых документов не устанавливает ограничения для обеспечения указанными выплатами военнослужащих, они должны получать их на общем основании, в связи с чем жалоба К. должна быть удовлетворена.

Нарушенные права военнослужащего на своевременное получение денежной компенсации взамен продовольственного пайка могут быть восстановлены путем выплаты задолженности с учетом стоимости пайка на момент фактической выплаты.

А. и другие обратились в Магнитогорский гарнизонный военный суд с жалобами на неправомерные действия военного комиссара г. Усть-Катава, связанные с невыплатой денежной компенсации взамен продовольственного пайка за длительные периоды времени. Указанную денежную компенсацию заявители просили выплатить им с учетом стоимости пайка на момент фактической выплаты.

Решением Магнитогорского гарнизонного военного суда жалобы заявителей удовлетворены.

По протесту председателя Уральского окружного военного суда постановлением президиума того же суда решение Магнитогорского гарнизонного военного суда по данному гражданскому делу изменено.

Суд надзорной инстанции исключил из решения указания о причинении убытков в результате несвоевременной выплаты заявителям денежной компенсации взамен продовольственного пайка и о необходимости выплаты им указанной денежной компенсации, исходя из стоимости пайка на момент производства выплаты.

Согласно принятому президиумом новому решению, жалобы А. и других удовлетворены частично, в связи с чем привлеченное к делу должностное лицо обязано выплатить им денежную компенсацию взамен положенных продовольственных пайков за прошедшие месяцы, в размере стоимости пайков, установленных на эти месяцы.

В удовлетворении требований об индексации причитающейся заявителям суммы денежной компенсации взамен продовольственного пайка на момент производства фактического расчета, отказано.

Свое решение Уральский окружной военный суд мотивировал тем, что Постановлением Правительства Российской Федерации от 9 января 1999 г. N 29 внесены изменения в Постановление Правительства РФ от 10 июля 1992 г. N 479-28 и подпункт "б" пункта 3 изложен в новой редакции: слова "с учетом индексации цен на продукты питания" исключены.

Во исполнение указанного Постановления Министр обороны издал приказ от 13 февраля 1999 г. N 61, которым внесены изменения в приказ МО 1992 г. N 200.

В частности, абзац второй ст. 18 "Положения о продовольственном обеспечении Вооруженных Сил РФ" изложен в новой редакции, из которой следует, что выплата денежной компенсации взамен положенных продовольственных пайков за прошедшие месяцы производится в размере стоимости пайков, установленной на эти месяцы. Данные изменения не противоречат положениям ст. 14 Федерального закона РФ "О статусе военнослужащих".

Упомянутые изменения, внесенные Постановлением Правительства РФ N 29-1999 г. и приказом МО РФ N 61-1999 г., согласуются с Законом РФ от 24 октября 1991 г. "Об индексации денежных доходов и сбережений граждан", которым индексация денежной компенсации взамен продовольственных пайков не предусмотрена.

Кроме того, по мнению суда надзорной инстанции, заявители в своих жалобах не выдвигали требований о возмещении убытков, причиненных незаконными действиями должностных лиц. Следовательно, суд первой инстанции, сославшись в решении на ст. 1064 и указав, что заявителям в результате инфляции и своевременной невыплаты командованием денежных сумм компенсации были причинены убытки, тем самым вышел за пределы требований А., З., С., У., Е., К. и К. При этом суд не мотивировал свой вывод о необходимости выхода за пределы требований заявителей.

Военная коллегия Верховного Суда, рассмотрев дело по протесту заместителя Председателя Верховного Суда - председателя Военной коллегии, отменила постановление президиума Уральского окружного военного суда, а решение Магнитогорского гарнизонного военного суда оставила в силе, указав следующее.

Суд первой инстанции, разрешив вопрос о возмещении заявителям понесенных убытков, вопреки утверждению об этом в постановлении Президиума, не вышел за пределы их требований.

Как следует из материалов дела, А. и другие в своих жалобах просили выплатить причитающуюся им задолженность по денежной компенсации за продовольственный паек в размере его стоимости на момент производства расчета в связи с обесцениванием продовольственного пайка за периоды невыплат.

На своих требованиях они настаивали в ходе судебного заседания, поясняя, что в результате невыплаты денежной компенсации им были причинены убытки и их права могут быть восстановлены лишь при выплате компенсации исходя из стоимости пайка на момент фактического расчета.

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 г. N 9 "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" военнослужащему, право которого на своевременное получение денежных выплат было нарушено, должен быть компенсирован понесенный в связи с этим ущерб в полном объеме и, в частности, потери от инфляции.

Согласно ст. 239-7 ГПК РСФСР и ст. 7 Закона РФ "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан", права гражданина, нарушенные неправомерными действиями государственных органов и должностных лиц, подлежат восстановлению в полном объеме. При этом убытки возмещаются в порядке, установленном Гражданским кодексом Российской Федерации.

Порядок возмещения таких убытков установлен ст ст. 15, 1064 и 1082 ГК РФ, согласно которым убытки возмещаются в полном объеме.

Поскольку в результате инфляции невыплаченные своевременно А. и другим заявителям денежные средства значительно утратили свою покупательную способность, причиненные им убытки должны быть полностью возмещены.

Произведенные судом надзорной инстанции изменения в решении суда привели к тому, что нарушенные права заявителей оказались не полностью восстановленными.

Таким образом, принятое судом первой инстанции решение о выплате А. и другим задолженности по денежной компенсации за продовольственный паек с учетом понесенных заявителями убытков, исходя из стоимости пайка на момент производства выплаты, является правильным и оно должно быть оставлено в силе.

В соответствии с п. 12 ст. 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих" кроме дополнительных выплат военнослужащим, предусмотренных указанной статьей, сохраняются и другие дополнительные выплаты, ранее установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Полярнинским гарнизонным военным судом удовлетворена жалоба Л. на действия командира войсковой части, связанные с невыплатой ему положенных видов денежных компенсаций и единовременного денежного вознаграждения за непрерывную службу в качестве мичмана за 1997 - 1999 гг.

Обосновывая свое решение о выплате указанного денежного вознаграждения, суд сослался на п. 7 приказа Министра обороны N 020 от 27 января 1993 г. В кассационном порядке решение не обжаловалось и не опротестовывалось.

Президиум Северного флотского военного суда, рассмотрев дело в порядке надзора по протесту председателя названного суда, решение гарнизонного суда в части удовлетворения требования заявителя о выплате единовременного денежного вознаграждения за непрерывную службу в качестве мичмана отменил и в удовлетворении этого требования отказал.

Рассмотрев материалы дела по протесту ее председателя, Военная коллегия постановление президиума флотского военного суда в данной части отменила, оставив в силе решение гарнизонного военного суда, исходя из следующего.

В обоснование принятого решения, президиум флотского суда указал, что данное вознаграждение было установлено ст. 208 и 209 Положения о денежном довольствии военнослужащих в СА и ВМФ (приказ Министра обороны СССР N 075 - 1978 г.) и п. 5 приложения N 14 к приказу Министра обороны Российской Федерации N 020 -1993 г.

Однако в связи с изданием 16 марта 1996 г. Министром обороны приказа N 115, ст. ст. 208 и 209 приказа МО СССР N 075 - 1978 г. признаны недействующими, а п. 5 приложения N 14 к приказу Министра обороны N 020 - 1993 г. - утратившим силу.

Между тем, приказ Министра обороны N 020 от 27 января 1993 г. был издан во исполнение Постановления Совета Министров - Правительства Российской Федерации N 65 от 27 января 1993 г. "Об упорядочении выплаты денежного довольствия военнослужащим, лицам рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, сотрудникам уголовно-исполнительной системы и усилении их социальной защиты", которое не отменено и действует в настоящее время.

Согласно п. 7 этого Постановления Правительства прапорщикам, мичманам, предусмотрена выплата единовременного денежного вознаграждения за непрерывную службу в качестве прапорщиков и мичманов. Данное обстоятельство не принято во внимание президиумом флотского военного суда.

Кроме того, президиум указал, что Федеральным законом "О статусе военнослужащих", приказами Министра обороны N 20 от 10 января 1995 г. и N 61 от 4 февраля 1998 г., прапорщикам и мичманам был предусмотрен ряд других выплат.

Однако, в соответствии с п. 12 ст. 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих", кроме дополнительных выплат, предусмотренных указанной статьей, сохраняются и другие дополнительные выплаты, ранее установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Положения Закона Российской Федерации "Об образовании" и Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" в полной мере, в том числе и в части выплаты надбавки к должностному окладу за ученую степень "кандидат наук", а также денежной компенсации на приобретение книгоиздательской продукции и периодических изданий, применимы к военнослужащим - преподавателям высших военно-учебных заведений.

Пушкинским гарнизонным военным судом удовлетворены исковые требования Г. и других о взыскании с филиала Военного инженерно-космического университета (ВИКУ) убытков, связанных с недоплатой надбавки к должностному окладу за ученую степень "кандидат наук", а также невыплатой в определенные периоды денежной компенсации на приобретение книгоиздательской продукции и периодических изданий.

Президиум Ленинградского окружного военного суда решение гарнизонного суда отменил и отказал заявителям в удовлетворении исковых требований, указав следующее.

Заявители проходят военную службу по контракту и в соответствии с требованиями ст. 12 и 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих" размеры их окладов по воинским должностям и по воинским званиям, а также дополнительные выплаты определяются Правительством Российской Федерации.

Кроме выплат, указанных в данном Законе, Президентом и Правительством Российской Федерации (а в пределах выделенных ассигнований и Министром обороны) для военнослужащих могут устанавливаться другие надбавки и дополнительные выплаты.

К их числу относится надбавка за ученое звание и ученую степень, установленная Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 27 января 1993 г. N 65, которое воспроизведено в приказе Министра обороны - 1996 г. N 239.

Таким образом, необходимости применения для разрешения спора какого-либо иного нормативного акта, в том числе и Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" не имелось, а нормативных документов, устанавливающих право военнослужащих на получение компенсации за приобретение книгоиздательской продукции до 1 января 2001 г. ни Правительством, ни Министерством обороны не принималось.

В протесте председателя Военной коллегии ставился вопрос об отмене постановления президиума Ленинградского окружного военного суда по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 12 Федерального закона "О статусе военнослужащих" денежное довольствие военнослужащих состоит из месячного оклада в соответствии с занимаемой воинской должностью (оклад по воинской должности) и месячного оклада в соответствии с присвоенным воинским званием (оклад по воинскому званию), которые составляют оклад месячного денежного содержания военнослужащих (оклад денежного содержания), месячных и иных дополнительных выплат.

В соответствии с п. 11 ст. 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих" кроме выплат, предусмотренных настоящим Законом, Президентом Российской Федерации, Правительством Российской Федерации, а в пределах выделенных ассигнований и Министром обороны Российской Федерации могут устанавливаться надбавки и другие дополнительные выплаты военнослужащим.

Выплата лицам офицерского состава надбавок за ученое звание и ученую степень была установлена Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 января 1993 г. N 65 "Об упорядочении выплаты денежного довольствия военнослужащим, лицам рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, сотрудникам уголовно-исполнительной системы и усилении их социальной защищенности".

Аналогичный порядок выплаты надбавок за ученое звание и ученую степень был предусмотрен Инструкцией о порядке и размерах выплаты офицерам надбавки за ученое звание и ученую степень и надбавки за ученую степень, утвержденной приказом Министра обороны Российской Федерации от 20 июня 1996 г. N 239.

Вместе с тем, впоследствии, 22 августа 1996 года, был принят Федеральный закон "О высшем и послевузовском профессиональном образовании". Согласно п. 5 ст. 30 этого Закона научно-педагогическим работникам высших учебных заведений установлена надбавка к должностным окладам, существенно превышающим размер тех же надбавок, установленных названными выше постановлением Правительства и приказом Министра обороны.

В соответствии со ст. 12 Закона Российской Федерации "Об образовании" и ст. 10 Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании", высшие военно-учебные заведения (военные образовательные учреждения высшего профессионального образования) входят в единую систему образовательных учреждений Российской Федерации, и на них в полном объеме распространяется действие федерального законодательства в области образования.

Таким образом, указывалось в протесте, по общему правилу положения Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании", равно как и Закона Российской Федерации "Об образовании", как не содержащие каких-либо изъятий, применимы при регулировании отношений, возникающих в сфере военного образования.

Денежное довольствие военнослужащих, помимо перечисленных в ст. 12 и 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих" выплат, может включать, как об этом указано выше, иные надбавки и выплаты, устанавливаемые федеральными органами. Возможность регулирования этих вопросов различными нормативными актами прямо предусмотрена п. 4 ст. 12 Федерального закона "О статусе военнослужащих", в котором указано, что особенности обеспечения денежным довольствием отдельных категорий военнослужащих определяются федеральными конституционными законами, федеральными законами и иными нормативными актами Российской Федерации.

Федеральный закон Российской Федерации "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" является специальным правовым актом, регулирующим правоотношения, складывающиеся в области профессионального образования, в том числе и в сфере оплаты труда педагогических кадров, поэтому положения п. 5 ст. 30 Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании", устанавливающего научно-педагогическим работникам всех высших учебных заведений повышенные надбавки за ученую степень и ученое звание, в полной мере распространяются и на преподавателей высших военно-учебных заведений.

Что же касается Постановления Правительства Российской Федерации от 27 января 1993 года N 65 "Об упорядочении выплаты денежного довольствия военнослужащим, лицам рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, сотрудникам уголовно-исполнительной системы и усилении их социальной защищенности" и разработанной на его основе Инструкции о порядке и размерах выплаты офицерам надбавки за ученое звание и ученую степень и надбавки за ученую степень, утвержденной приказом Министра обороны Российской Федерации от 20 июня 1996 г. N 239, то эти подзаконные нормативные акты, как вошедшие в противоречие с упомянутым новым Законом, в соответствии с требованиями ст. 4, 15, 76 и 115 Конституции Российской Федерации применяться не могут.

С позицией президиума Ленинградского окружного военного суда, согласно которой действие законов "Об образовании" и "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" на военнослужащих решениями Правительства или приказами Министра обороны РФ распространено не было, вследствие чего они в условиях Вооруженных Сил неприменимы, согласиться нельзя, поскольку в соответствии со ст. 3 Федерального закона "Об обороне" федеральные и иные законы Российской Федерации действуют в Вооруженных Силах независимо от их объявления приказами или иными правовыми актами органов управления Вооруженными Силами Российской Федерации.

Исходя из изложенного, отмечалось далее в протесте, правильным является решение суда первой инстанции и в части выплаты названной категории научно-педагогических работников - преподавателям высших военно-учебных заведений, ежемесячной денежной компенсации на обеспечение книгоиздательской продукцией и периодическими изданиями, предусмотренной п. 8 ст. 55 Закона Российской Федерации "Об образовании".

Таким образом, поскольку положения Закона Российской Федерации "Об образовании" и Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" в полной мере, в том числе и в части оплаты труда, применимы к преподавателям высших военно-учебных заведений, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, в связи с чем оснований для его отмены не было.

Согласившись с доводами протеста, Военная коллегия постановление президиума окружного военного суда по данному делу отменила, а решение суда первой инстанции оставила в силе.

 

Жилищные вопросы

 

При переводе в другую воинскую часть в пределах одного населенного пункта за военнослужащим сохраняется время принятия его на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий по прежнему месту службы

 

Б. обратился в суд с жалобой на действия командира и жилищной комиссии войсковой части, связанные с выделением жилого помещения военнослужащему этой же части К.

Признав обжалуемые действия незаконными, Рязанский гарнизонный военный суд обязал командование распределить жилую площадь в соответствии с требованиями законодательства в порядке очередности.

Московский окружной военный суд при рассмотрении дела в кассационном и надзорном порядке решение суда оставил без изменения.

В протесте заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации - председателя Военной коллегии ставился вопрос об отмене состоявшихся судебных решений в связи с неправильным применением судами норм материального права.

В обоснование этого в протесте указано, что фактические обстоятельства в ходе производства по делу установлены полно и правильно.

В частности, из материалов дела усматривается, что К. был принят на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий в Рязанском высшем военном автомобильном инженерном училище (РВВАИУ) 20 августа 1992 г. В дальнейшем он был переведен к новому месту службы в другую войсковую часть, также дислоцированную в Рязани.

Б. состоял на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий в данной войсковой части с 5 октября 1992 г.

Вместе с тем, отмечается далее в протесте, суды ошибочно оценили нормативные правовые документы, регламентирующие порядок учета нуждающихся в улучшении жилищных условий граждан и предоставления им жилья.

В частности, удовлетворяя требования Б., суды указали, что Правила учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в населенных пунктах Рязанской области (утверждены постановлением президиума и исполкома Рязанского областного Совета народных депутатов и президиума Рязанского областного совета профсоюзов от 25 июня 1991 г. N 216/10) противоречат Примерным правилам учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в РСФСР (утверждены Постановлением Совета Министров РСФСР от 31 июля 1984 г. N 335) и ст. 30 - 34 Жилищного кодекса РСФСР.

Поэтому п. 20 этих Правил, согласно которому граждане, состоящие на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий по месту работы и переведенные по решению вышестоящих органов на другое место работы в том же населенном пункте, принимаются на учет по новому месту работы с сохранением предыдущего времени пребывания на жилищном учете, при рассмотрении данного дела неприменим.

Между тем, судами при рассмотрении дела оставлено без внимания то, что в соответствии со ст. 72 и 73 Конституции Российской Федерации жилищное законодательство находится в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов. При этом субъекты Российской Федерации на своей территории обладают всей полнотой государственной власти в жилищной сфере.

Правила учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в населенных пунктах Рязанской области утверждены постановлением президиума и исполкома Рязанского областного Совета народных депутатов и президиума Рязанского областного совета профсоюзов 25 июня 1991 г. N 216/10 в установленном законом порядке на основании соответствующего поручения Совета Министров.

Такое поручение содержится в Постановлении Совета Министров РСФСР от 31 июля 1984 г. N 335, которым утверждены Примерные правила учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в РСФСР.

Кроме того, вопреки утверждению в судебных постановлениях, эти Правила не противоречат ни Примерным правилам, ни Жилищному кодексу РСФСР, в которых также не содержится запрета на учет времени состояния на жилищном учете по прежнему месту работы в случае перевода на другую работу в том же населенном пункте.

Более того, такой же порядок предусмотрен и во вновь принятых Правилах учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий и предоставлении жилых помещений в населенных пунктах Рязанской области, утвержденных постановлением главы администрации Рязанской области от 11 ноября 1997 г. N 541.

Согласно ст. 33 ЖК РСФСР, жилые помещения предоставляются гражданам, состоящим на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий, в порядке очередности, исходя из времени принятия их на учет и включения в списки на получение жилых помещений.

Поэтому, делается вывод в протесте, К. имел право на обеспечение жилым помещением с учетом времени нахождения его на учете по прежнему месту службы в том же населенном пункте.

Рассмотрев материалы дела и согласившись с доводами, изложенными в протесте, Военная коллегия состоявшиеся судебные решения отменила и вынесла по делу новое решение об отказе в удовлетворении жалобы Б. и признании действий жилищной комиссии и командира войсковой части о выделении жилого помещения К. законными.

Военнослужащий должен быть обеспечен жильем с учетом всех членов его семьи, в том числе и военнослужащих, если последние имеют на это право.

Военный суд - войсковая часть 10706 частично удовлетворил жалобу Ж. и обязал командование произвести выплату заявителю безвозмездной финансовой помощи на строительство квартиры в жилищном кооперативе в размере 100% ее стоимости, исходя из социальной нормы площади жилья, причитающейся Ж., его жене и матери, с учетом права заявителя на дополнительную жилую площадь.

В удовлетворении требования Ж. об оплате жилой площади, полагающейся также его родному сыну, суд отказал.

Военный суд Балтийского флота указанное решение оставил в силе.

Военная коллегия, рассмотрев дело по протесту ее председателя, состоявшиеся решения изменила и обязала воинских должностных лиц оказать Ж. безвозмездную финансовую помощь на строительство квартиры в размере 100% стоимости всей ее площади, которая, причитается как самому заявителю, так и его жене, матери и сыну.

В обоснование такого решения в определении военной коллегии приведены следующие доводы.

Из материалов дела видно, что на момент обращения Ж. за безвозмездной финансовой помощью в состав семьи данного военнослужащего входили: его жена, мать и сын.

В суде достоверно установлено, что сын заявителя в 1997 г. окончил Высшее военно-морское училище. Согласно справке, выданной войсковой частью, лейтенант Ж. (сын заявителя) проходит военную службу по контракту и не обеспечен жильем вследствие прохождения военной службы по первому контракту.

В соответствии со ст. 15 Федерального закона "О статусе военнослужащих", военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, на первые пять лет военной службы (не считая времени обучения в военных образовательных учреждениях профессионального образования) предоставляются служебные жилые помещения или общежития. В течение этого срока за ними и членами их семей сохраняется право на жилые помещения, занимаемые до поступления на военную службу. Они не могут быть исключены из списков нуждающихся в улучшении жилищных условий по месту жительства до призыва (поступления) на военную службу.

При таких данных вывод суда первой инстанции о том, что сын заявителя, являясь самостоятельным субъектом воинских правоотношений, подлежал обеспечению жильем как военнослужащий, а не как член семьи военнослужащего, несостоятелен.

 

Увольнение с военной службы

 

Военнослужащие, имеющие право на получение жилищных сертификатов, не могут быть уволены с военной службы до их получения без согласия самих военнослужащих.

Решением 61 гарнизонного военного суда, оставленным без изменения 3-м окружным военным судом, Б. и Ш. отказано в удовлетворении жалоб на действия командира войсковой части, связанные с увольнением заявителей с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями без предоставления им жилья (без предоставления жилищных сертификатов) при отсутствии на то согласия заявителей.

Рассмотрев материалы дела и согласившись с доводами, изложенным в протесте ее председателя, Военная коллегия состоявшиеся судебные решения отменила ввиду неправильного определения судами юридически значимых обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела.

В принятом по делу новом решении Военная коллегия частично удовлетворила требования Б. и Ш., приказы об их исключении из списков личного состава части признала незаконными и обязала командира восстановить заявителей в списках личного состава до разрешения их жилищной проблемы (получения государственных жилищных сертификатов).

При этом Военная коллегия указала, что в соответствии с абзацем 3 пункта 1 статьи 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" военнослужащим, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, подлежащим увольнению с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями, в последний год военной службы Министерством обороны (иным федеральным органом исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба) по желанию военнослужащего выдается государственный жилищный сертификат для приобретения жилого помещения на семью в избранном после увольнения с военной службы месте жительства в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Заявители полностью отвечали требованиям, установленным в данной норме закона, как по выслуге лет, так и по основанию увольнения. Таким образом, они имели право на получение жилищных сертификатов до окончания военной службы, то есть до исключения из списков личного состава части.

Поскольку Б. и Ш. были исключены из списков личного состава части до обеспечения жилищными сертификатами, следует признать, что был нарушен порядок их увольнения с военной службы, в связи с чем они подлежали восстановлению на службе до решения жилищного вопроса.

Военнослужащие, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, без их согласия не могут быть уволены с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями без предоставления жилых помещений.

Военный прокурор гарнизона обратился в военный суд с заявлением в защиту прав Я., уволенного с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями.

В своем заявлении прокурор просил приказ командира войсковой части об исключении Я. из списков личного состава признать незаконным и обязать указанное должностное лицо восстановить заявителя на службе до предоставления ему жилья по нормам, предусмотренным жилищным законодательством, либо выдачи жилищного сертификата.

По решению военного суда гарнизона заявление военного прокурора было удовлетворено.

Президиум Московского окружного военного суда, рассмотрев дело по протесту первого заместителя военного прокурора военного округа, решение изменил и обязал Министерство внутренних дел в лице командира части обеспечить Я. и членов его семьи жильем по нормам, установленным действующим законодательством, без восстановления на военной службе.

В протесте заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации - председателя Военной коллегии предлагалось отменить постановление президиума окружного военного суда в связи с неправильным применением норм материального права по следующим основаниям.

Не отрицая факт нуждаемости Я. в улучшении жилищных условий, президиум окружного суда пришел к выводу, что в связи с оформлением документов на получение им жилищного сертификата отпала необходимость для восстановления его на военной службе. Кроме того, по мнению суда, данный военнослужащий не связывал свое увольнение по организационно-штатным мероприятиям с улучшением жилищных условий и, следовательно, мог быть уволен без предоставления жилья по нормам жилищного законодательства.

Эти выводы суда, как указано в протесте, не основаны на законе и противоречат материалам дела.

В соответствии с п. 1 ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих", военнослужащие, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, нуждающиеся в улучшении жилищных условий по нормам, установленным федеральными законами и иными нормативными актами Российской Федерации, без их согласия не могут быть уволены с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями без предоставления им жилых помещений.

Поскольку Я., являясь нуждающимся в улучшении жилищных условий и имея выслугу более 10 лет, своего согласия на увольнение по указанному основанию без обеспечения жильем не давал, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о незаконности приказа командира войсковой части и необходимости восстановления Я. на службе, как об этом ставил вопрос военный прокурор.

С учетом изложенного Военная коллегия протест удовлетворила и, отменив постановление президиума окружного военного суда, оставила в силе решение военного суда гарнизона.

 

Процессуальные вопросы

 

Процент судебных ошибок, связанных с существенными нарушениями процессуального закона в 2001 году, по-прежнему оставался на высоком уровне. Характер этих ошибок весьма разнообразен.

Несмотря на неоднократные упоминания в предыдущих обзорах судебной практики, судьями по-прежнему допущено значительное количество ошибок при применении ст. 130 ГПК РСФСР, определяющей основания и порядок оставления искового заявления (жалобы) без движения.

Определением судьи Краснореченского гарнизонного военного суда в связи с неоплатой истцом государственной пошлины был оставлен без движения иск военнослужащего Б. к воинской части о взыскании денежного довольствия и иных предусмотренных законодательством выплат на общую сумму свыше 185000 рублей.

Ходатайство Б. об освобождении от уплаты государственной пошлины либо об уменьшении ее размера судьей было оставлено без удовлетворения.

В связи с неуплатой истцом в установленный срок государственной пошлины на основании другого определения судьи исковое заявление Б. было ему возвращено.

В частных жалобах Б. просил отменить определения судьи об отказе в принятии его искового заявления, об отказе освободить вовсе либо уменьшить размер государственной пошлины за подачу искового заявления и о возвращении его искового заявления.

При этом он ссылался на п. 1 ч. 2 ст. 5 Закона РФ "О государственной пошлине", согласно которому истцы освобождаются от уплаты государственной пошлины по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и по иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Рассмотрев представленные материалы, судебная коллегия Дальневосточного окружного военного суда обжалуемые определения отменила.

Как усматривалось из искового заявления Б., им действительно предъявлен гражданский иск о взыскании денежного довольствия и иных выплат, предусмотренных для военнослужащих.

Согласно указанной норме Закона РФ "О государственной пошлине" истцы, предъявившие иски о взыскании заработной платы (денежного содержания) и по иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, освобождаются от уплаты государственной пошлины.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Федерального закона РФ "О статусе военнослужащих" право на труд реализуется военнослужащими посредством прохождения ими военной службы.

Следовательно, исковое заявление Б. о взыскании денежного довольствия и иных выплат в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 5 Закона РФ "О государственной пошлине" пошлиной облагаться не должно, а требование суда об ее уплате не основано на законе.

Соглашаясь с приведенным решением окружного суда, Военная коллегия обращает внимание на то, что указанная льгота по уплате государственной пошлины установлена лишь по делам, рассматриваемым в порядке искового производства. Жалобы граждан, рассматриваемые по правилам главы 24-1 ГПК РСФСР, от оплаты государственной пошлиной не освобождаются.

Это вытекает как из требований Закона РФ "О государственной пошлине", так и из положений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 1992 года N 16 "О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации законодательства при разрешении трудовых споров".

Поэтому, при отсутствии других оснований для предоставления указанных льгот, с жалоб военнослужащих на любые действия органов военного управления и воинских должностных лиц государственная пошлина взимается в установленном размере.

Что же касается исков военнослужащих, освобожденных от уплаты государственной пошлины, то в случае их удовлетворения суд в соответствии со статьей 95 ГПК РСФСР обязан взыскать пошлину в доход государства с ответчика, если он не освобожден от ее уплаты (пункт 52 Постановления Пленума).

Необоснованное оставление жалобы (иска) без рассмотрения повлекло отмену определения суда.

Определением судьи Уссурийского гарнизонного военного суда жалоба военнослужащего С. на действия командира воинской части, связанные с исключением заявительницы из списков личного состава части, была оставлена без рассмотрения в связи с ее неявкой в судебное заседание по вторичному вызову.

В частной жалобе С. просила отменить данное определение, ссылаясь на то, что ею была получена лишь одна повестка о необходимости явки в судебное заседание, при этом она известила суд о невозможности явки ввиду отсутствия средств на проезд.

Рассмотрев материалы дела, проверив доводы частной жалобы, Дальневосточный окружной военный суд пришел к выводу о том, что обжалуемое определение подлежит отмене ввиду нарушения и неправильного применения судом первой инстанции норм процессуального права. В материалах дела содержались сведения о том, что С. была надлежащим образом извещена о необходимости явки в суд 30 июля 2001 года. Данные о том, что повестка о вызове в судебное заседание, назначенное на 26 июля, была вручена заявительнице, в деле отсутствовали.

Кроме того, как справедливо отмечалось в частной жалобе, у суда имелись сведения о причине неявки С. в суд 30 июля 2001 года. Однако, как усматривалось из протокола судебного заседания, в нарушение требований ч. 2 ст. 157 ГПК РСФСР вопрос о том, являлась ли причина неявки уважительной, судом на обсуждение не ставился и не разрешался.

При таких обстоятельствах судебная коллегия сочла, что судом в отношении жалобы С. неправильно применен п. 6 ст. 221 ГПК РСФСР.

Ошибка была допущена и Белогорским гарнизонным военным судом при оставлении без рассмотрения иска С.

Посчитав невозможным рассмотрение данного иска по имеющимся в деле материалам ввиду того, что истец не явился в суд по вторичному вызову, суд первой инстанции вынес определение об оставлении искового заявления без рассмотрения.

Однако гарнизонным судом не было учтено, что согласно п. п. 5 и 6 ст. 221 ГПК РСФСР оставление заявления без рассмотрения ввиду вторичной неявки истца возможно лишь при обязательном условии - отсутствии его волеизъявления о рассмотрении дела без его участия.

Просьба истца о рассмотрении дела без его участия не является препятствием для оставления иска без рассмотрения лишь в том случае, если суд в соответствии с ч. 4 ст. 157 ГПК РСФСР придет к выводу об обязательном участии данной стороны в судебном заседании и вынесет соответствующее определение.

Поскольку, как усматривалось из материалов дела, С. просил рассмотреть дело без его участия, а определение об обязательном его участии в ходе судебного разбирательства не выносилось, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что окончание производства по делу на основании п. 6 ст. 221 ГПК РСФСР в данном случае являлось неверным.

 

Исковая давность, сроки обжалования

 

Решением Комсомольского-на-Амуре гарнизонного военного суда иск М. о взыскании с воинской части убытков, причиненных несвоевременной выплатой денежной компенсации взамен продовольственного пайка, рассчитанных с применением сводного индекса потребительских цен, удовлетворен частично.

При этом суд отказал в удовлетворении части требования истца в связи с пропуском общего срока исковой давности.

В кассационной жалобе М. просил судебное решение в данной части отменить и удовлетворить его исковые требования в полном объеме.

По мнению истца, суд первой инстанции ошибочно применил исковую давность, поскольку ее срок заявителем пропущен не был.

Дальневосточный окружной военный суд решение в обжалованной части отменил и принял по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме, указав следующее.

В силу ч. 1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Из материалов дела усматривается, что имевшаяся у воинской части задолженность перед М. по выплате денежной компенсации взамен продовольственного пайка с января 1997 года по апрель 1998 года, была погашена только в период с 30 июня по 27 июля 2000 года.

Именно с момента выплаты истцу этой задолженности и должен исчисляться срок исковой давности, поскольку только с указанного времени истец мог рассчитать действительный размер убытков, причиненных ему несвоевременной выплатой положенных денежных средств.

Что же касается ч. 2 ст. 200 ГК РФ, согласно которой по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения, то данная правовая норма применима лишь к требованиям о выплате самой денежной компенсации взамен продовольственного пайка, но не убытков, причиненных гражданину ввиду несвоевременности ее выплаты.

В соответствии с законом правом принесения протеста в порядке судебного надзора на решение соответствующего военного суда обладает военный прокурор военного округа, а не его заместитель. Ненадлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о рассмотрении дела в порядке надзора повлекло отмену судебного решения.

Военным судом гарнизона удовлетворено заявление военного прокурора в защиту интересов Я., уволенного с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями.

Суд признал приказ командира войсковой части об исключении Я. из списков личного состава части незаконным и недействующим с момента издания и обязал названное должностное лицо восстановить военнослужащего на военной службе до предоставления ему жилого помещения или выдачи жилищного сертификата.

Президиум окружного военного суда, рассмотрев дело по протесту первого заместителя военного прокурора военного округа, решение военного суда гарнизона изменил.

Министерству внутренних дел Российской Федерации в лице командира части постановлением президиума предписано обеспечить Я. и членов его семьи жильем по нормам, установленным жилищным законодательством РФ, без восстановления на военной службе. В остальной части решение суда первой инстанции было оставлено без изменения.

В протесте председателя Военной коллегии предлагалось отменить постановление президиума окружного военного суда в связи с существенным нарушением норм процессуального права, повлекшим вынесение незаконного постановления, по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 28 Положения "О военной прокуратуре" от 4 августа 1981 г., действующего в части не противоречащей Федеральному закону "О прокуратуре Российской Федерации" от 17 ноября 1995 г. N 168-ФЗ и ст. 320 ГПК РСФСР, правом принесения протеста на решение соответствующего военного суда обладает военный прокурор военного округа.

Вместе с тем, данное дело рассматривалось в порядке надзора по протесту первого заместителя военного прокурора Сибирского военного округа, что недопустимо. Протест, подписанный должностным лицом, не имеющим в силу закона права на его принесение, к рассмотрению судом принят быть не может.

Кроме того, из материалов дела усматривается, что уведомление о времени и месте его рассмотрения в надзорном порядке было вручено Я. лишь на следующий день после судебного заседания, а участвовавшему в деле военному прокурору гарнизона вообще не направлялось. Это повлекло нарушение прав данных лиц, которые по существу были лишены возможности выступить в суде надзорной инстанции.

Таким образом, дело было рассмотрено судом в отсутствие участвующих в нем лиц, не извещенных о времени и месте судебного заседания, что в соответствии с п. 2 ст. 308 ГПК РСФСР является безусловным основанием для отмены вынесенного постановления.

Военная коллегия протест удовлетворила и, отменив постановление президиума окружного военного суда, оставила в силе решение военного суда гарнизона.

 

Отдел обобщения судебной практики

Военной коллегии Верховного Суда

Российской Федерации

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"