||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 20 сентября 2007 г. N 77-О07-11

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Борисова В.П.,

судей Пейсиковой Е.В., Тимошина Н.В.

рассмотрела в судебном заседании кассационное представление на определение Липецкого областного суда от 17 июля 2007 года в отношении

Ш., <...>, гражданина Республики Узбекистан,

которым признано незаконным решение о его выдаче правоохранительным органам Республики Узбекистан и постановление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 25 мая 2007 года в отношении него отменено.

Заслушав доклад судьи Пейсиковой Е.В., мнение прокурора Третецкого А.В., поддержавшего доводы кассационного представления об отмене определения суда, Судебная коллегия

 

установила:

 

правоохранительными органами Республики Узбекистан 10 ноября 2000 года Ш. заочно предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. "а" ч. 3 ст. 169 (кража, совершенная повторно) и по п. "а" ч. 3 ст. 168 (мошенничество, совершенное повторно) УК Республики Узбекистан.

13 ноября 2000 года постановлением следователя Янгиюльского РОВД с санкции прокурора Янгиюльского района Ш. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, и в тот же день Ш. был объявлен в розыск.

Ш. был задержан в связи с объявлением его в международный розыск 12 января 2007 года заместителем прокурора Лебедянского района Липецкой области, постановлением судьи Лебедянского района Липецкой области от 16 января 2007 года на основании ст. 108 УПК РФ и ст. ст. 60 и 61 Минской Конвенции ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Постановлением заместителя Генерального прокурора РФ от 25 мая 2007 года удовлетворено ходатайство Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан о выдаче Ш. правоохранительным органам Республики Узбекистан для привлечения его к уголовной ответственности за кражи.

Этим же постановлением отказано в выдаче Ш. правоохранительным органам Республики Узбекистан для его привлечения к уголовной ответственности за мошенничество и в части вменения квалифицирующего признака кражи - "повторно".

В кассационном представлении поставлен вопрос об отмене определения суда, направлении материала об экстрадиции Ш. на новое судебное рассмотрение.

По доводам кассационного представления требования норм УПК РФ и норм международного права при вынесении постановления о выдаче Ш. были соблюдены. Тем не менее, в определении суда помимо установления факта соответствия решения об экстрадиции действующему законодательству и международным договорам, указано, что при решении вопроса о выдаче лица иностранному государству необходимо учитывать все юридически значимые обстоятельства. Одним из таких обстоятельств, на который сослался суд как на обстоятельство, исключающее выдачу, является принятие ряда актов об амнистии Президентом Республики Узбекистан и Сенатом Олий Мажлиса Республики Узбекистан в 2003 - 2005 годах, в связи с которыми уголовное дело в отношении Ш. подлежит прекращению.

Исходя из этого, автор кассационного представления считает, что основания для отказа в выдаче лица иностранному государству для осуществления уголовного преследования изложены в ст. 57 Конвенции "О правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам" от 22 января 1993 года и в ст. 464 УПК РФ и являются исчерпывающими, а принятие запрашивающей стороной акта амнистии не служит препятствием для выдачи лица.

Кроме того, в качестве другого основания отмены решения о выдаче суд указал отсутствие в запросе компетентных органов Республики Узбекистан о выдаче Ш., предусмотренных ст. 66 вышеуказанной Конвенции, гарантий, а ограничился лишь положениями данной статьи. Однако, как утверждает автор кассационного представления, приведенные в запросе Республики Узбекистан гарантии полностью соответствуют, как требованиям п. 3 ч. 3 ст. 462 УПК РФ, так и ст. 66 Конвенции "О правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам".

Кроме того, в кассационном представлении указывается, что требования суда о необходимости предоставления запрашивающей стороной дополнительных, не предусмотренных указанной Конвенцией сведений, позволяющих осуществить проверку соблюдения положений Уголовно-процессуального кодекса Республики Узбекистан при расследовании уголовного дела в отношении Ш., в частности, при продлении сроков предварительного расследования, необоснованны.

Проверив материалы дела о выдаче лица для уголовного преследования, обсудив доводы кассационного представления, Судебная коллегия находит кассационное представление подлежащим удовлетворению.

По смыслу ч. 1 ст. 462, п. 1 ч. 3 ст. 462, ст. 464 УПК РФ Российская Федерация в соответствии с международным договором может выдать иностранному государству иностранного гражданина или лицо без гражданства, находящихся на территории Российской Федерации, для уголовного преследования: 1) если деяние является уголовно наказуемым по уголовному закону Российской Федерации и закону иностранного государства, направившего запрос о выдаче лица; 2) если уголовный закон Российской Федерации предусматривает за совершение деяния наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года или более тяжкое наказание; 3) если не имеется предусмотренных законом или международным договором оснований для отказа в выдаче.

Как видно из определения, каких-либо оснований, указанных в ст. 464 УПК РФ и препятствующих выдаче Ш. Республике Узбекистан для уголовного преследования, суд не установил.

В то же время суд, указав, что при решении вопроса о выдаче лица иностранному государству необходимо учитывать все юридически значимые обстоятельства, установил, что после совершения Ш. преступлений, в совершении которых он обвиняется, в Республике Узбекистан в 2003 - 2005 годах принимались Указы Президента Республики Узбекистан и Постановление Сената Олий Мажлиса Республики Узбекистан об амнистии, в соответствии с п. п. 5 и 6 которых, подлежали прекращению все следственные дела и дела, не рассмотренные судами, о преступлениях, относящихся к не представляющим большой общественной опасности.

В обоснование отказа в выдаче Ш. суд, сославшись на положения ст. 15 УК Республики Узбекистан, указал, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 169 УК Республики Узбекистан, за совершение которого Ш. выдан правоохранительным органам Республики Узбекистан, относится к категории преступлений, не представляющих большой общественной опасности, т.е. уголовное дело, по которому он обвиняется, подлежит прекращению.

Данный вывод суда нельзя признать правильным. Решение о применении акта амнистии принимается в отношении каждого лица индивидуально. При этом применение акта об амнистии в отношении подозреваемых и обвиняемых возложено на органы дознания и органы предварительного следствия, дела и материалы, о преступлениях которых находятся в производстве этих органов. Таким образом, решение вопроса о применении акта амнистии в отношении Ш. и прекращении в отношении него уголовного преследования в компетенцию суда, рассматривающего дело о выдаче лица для уголовного преследования, не входит.

Кроме того, оценка суда относительно наличия в материалах дела дополнительных сведений, позволяющих осуществлять контроль над соблюдением требований Уголовно-процессуального кодекса Республики Узбекистан, в частности, сроков расследования уголовного дела по обвинению Ш., не основана на законе, поскольку противоречит положениям ч. 6 ст. 463 УПК РФ, в соответствии с которой в ходе судебного рассмотрения судом осуществляется лишь проверка соответствия решения о выдаче данного лица законодательству и международным договорам Российской Федерации.

Кроме того, нельзя признать обоснованным вывод суда об отсутствии в запросе Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан гарантий в отношении Ш., указанных в п. 3 ч. 3 ст. 462 УПК РФ.

Как видно из материалов дела в запросе Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан о выдаче Ш. указаны гарантии, предусмотренные ст. 66 Конвенции "О правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам" от 22 января 1993 года, которые полностью соответствуют положениями п. 3 ч. 3 ст. 462 УПК РФ, а также ст. 14 Европейской Конвенции о выдаче от 13 декабря 1957 года.

При таких обстоятельствах, определение суда нельзя признать законным и обоснованным, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 379 УПК РФ оно подлежит отмене с передачей дела на новое судебное рассмотрение.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

определение Липецкого областного суда от 17 июля 2007 года в отношении Ш. отменить и дело о выдаче передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"