||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

НАДЗОРНОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 11 июля 2006 года

 

Дело N 11-Д06-58

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                             Ботина А.Г.,

    судей                                       Побрызгаевой Е.В.,

                                                     Тимошина Н.В.

 

рассмотрела 11 июля 2006 года в судебном заседании надзорную жалобу осужденного К.Э. на приговор Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 9 сентября 2003 года, которым

К.Э., <...>, несудимый,

осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ на 7 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 17 октября 2003 года приговор оставлен без изменения.

Постановлением президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 27 июля 2005 года надзорная жалоба осужденного К.Э. о пересмотре судебных решений оставлена без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Побрызгаевой Е.В., изложившей доводы надзорной жалобы осужденного К.Э., мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Макаровой О.Ю., полагавшей отменить судебные решения, Судебная коллегия

 

установила:

 

К.Э. признан виновным в убийстве потерпевшего Б.

По приговору суда, преступление совершено при следующих обстоятельствах.

В ночь с 12 на 13 июня 2003 года, находясь в квартире своей знакомой К. <...>, в ходе ссоры, возникшей в процессе совместного употребления спиртных напитков, К.Э. нанес сожителю К., Б., 5 проникающих ножевых ранений в область грудной клетки. Действиями К.Э. потерпевшему Б. были причинены несовместимые с жизнью телесные повреждения, в результате чего он скончался.

В надзорной жалобе осужденный К.Э. оспаривает обоснованность состоявшихся по делу судебных решений, указывая, что уголовное дело расследовано и рассмотрено судом с обвинительным уклоном. Утверждает, что фактические обстоятельства случившегося установлены неправильно, что у него не было мотива для убийства Б. и убийства он не совершал, показания свидетелей Д. и К. не соответствуют действительности. Высказывает мнение о причастности к убийству свидетеля Д. из личных неприязненных отношений. Просит отменить судебные решения и направить дело на новое судебное разбирательство.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия находит приговор в отношении К.Э. подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 302 ч. 4 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

По настоящему делу эти требования закона не выполнены.

Как видно из материалов дела, преступление было совершено в квартире К., где К.Э. 12 июня 2003 года в течение дня распивал спиртные напитки с различными лицами, в том числе и с потерпевшим Б. В ночь с 12 на 13 июня 2003 года, когда было совершено убийство, в квартире, кроме него, находились К. и ее дочь Д., которая в ночь совершения преступления покинула квартиру. К.Э. из квартиры не уходил и вместе с К. днем 13 июня 2003 года был задержан там и доставлен в органы милиции.

К.Э. в судебном заседании свою вину в убийстве не признал, утверждал, что у него не было мотивов для убийства, неприязненных отношений к потерпевшему он не испытывал. От дачи показаний отказался на основании ст. 51 Конституции РФ.

В то же время в процессе предварительного следствия К.Э. при допросах в качестве обвиняемого, отрицая свою вину, указывал на наличие мотива для убийства Б. у Д., которая постоянно ссорилась с потерпевшим.

Вывод о виновности К.Э. в убийстве суд обосновал показаниями потерпевшей Б.Н., характеризовавшей личность убитого брата; свидетеля Д., в присутствии которой К.Э. дважды заходил на кухню, где находился и был убит потерпевший, свидетеля К. о том, что во время случившегося она спала; сведениями, содержащимися в протоколе осмотра места происшествия, актах судебно-биологической экспертизы о наличии на изъятом с места происшествия ноже крови потерпевшего, судебно-медицинской экспертизы об обнаружении на трупе Б. телесных повреждений в виде 5 колото-резаных ранений грудной клетки, которые находятся в прямой причинной связи с его смертью.

В то же время анализ приведенных выше доказательств не позволяет достоверно сделать вывод о совершении К.Э. убийства Б. Доказательства, которые непосредственно касаются виновности К.Э., а именно показания свидетеля Д., сведения, содержащиеся в протоколе осмотра места происшествия и акте судебно-биологической экспертизы, исследованы судом неполно и односторонне.

Более того, судом нарушены требования ст. 307 УПК РФ о необходимости отражать в приговоре не только доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, но и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Так, ссылаясь в приговоре на акт судебно-биологической экспертизы об обнаружении на изъятом с места происшествия ноже крови потерпевшего, суд вместе с тем оставил без оценки это же экспертное заключение в части, касающейся исследования одежды осужденного. Между тем из акта экспертизы видно, что, кроме ножа, предметом исследования являлись толстовка и трико осужденного, на которых крови не обнаружено.

Вопрос о том, возможно ли причинение обнаруженных у потерпевшего телесных повреждений без оставления следов крови на причинявшем их лице, судом не исследовался. Судебно-медицинский эксперт по данному вопросу в судебном заседании не был допрошен. В то же время при осмотре квартиры на батарее центрального отопления, дверце холодильника обнаружены брызги, а на полу под батареей и стулом - лужицы вещества бурого цвета.

В этой связи суд должен был выяснить вопрос, почему, кроме толстовки и трико К.Э., не исследовалась его другая одежда и обувь, не изымались смывы с его рук. В то же время, по показаниям свидетеля Д., рука К.Э. была испачкана кровью.

В акте судебно-медицинской экспертизы указано, что изъять срезы ногтей К.Э. для исследования подногтевого содержимого не представилось возможным. В то же время в судебном заседании по данному вопросу эксперт не был допрошен, и обоснованность указанной ссылки на невозможность изъятия срезов с ногтей осужденного судом не была проверена. Необходимость в исследовании доказательств с участием судебного эксперта была вызвана еще тем, что в протоколе ознакомления обвиняемого и защитника с заключением эксперта содержится замечание К.Э. о том, что он для производства экспертизы не доставлялся и осмотрен не был.

Суд сослался в приговоре в качестве доказательства вины К.Э. на протокол осмотра места происшествия, однако не проверил, чем было обусловлено отсутствие следов пальцев рук осужденного на изъятом ноже, бутылке из-под водки, обнаруженной в кухне, где произошло убийство. Участвовавшие в осмотре места происшествия лица по указанным вопросам в судебном заседании не допрашивались.

Что касается показаний свидетеля Д., то они также нуждаются в более тщательной проверке, поскольку, как видно из дела, имеются противоречия относительно того, сколько раз, с какой целью К.Э. заходил на кухню, сколько времени там находился, что держал в руках при выходе из нее.

Показания К.Э. об отсутствии у него мотивов для убийства Б. и наличии таких мотивов у Д. не проверены судом, вопрос о взаимоотношениях между Д. и Б. не был исследован. Версия о возможной причастности других лиц к убийству Б. не проверялась.

Судом не проверены показания свидетеля К. о том, что утром 13 июня 2003 года входная дверь квартиры была закрыта на ключ, который находился в замочной скважине изнутри, она сама ее открыла сыну Д-ву. По данному обстоятельству Д-в в судебном заседании не был допрошен. Однако согласно его показаниям на предварительном следствии, когда он утром 13 июня 2003 года пришел к матери К., дверь ее квартиры была приоткрыта, он сам зашел в квартиру.

Кроме того, в приговоре не нашли отражение и соответственно остались без оценки показания свидетеля К. о том, что в результате случившегося из ее квартиры пропали два ножа. Вопрос о том, входил ли в число этих ножей изъятый с места происшествия нож, судом не исследовался.

В соответствии со ст. 410 УПК РФ суд при рассмотрении уголовного дела в порядке надзора не связан с доводами надзорной жалобы и вправе проверить все производство по уголовному делу в полном объеме.

В материалах дела имеется явка осужденного К.Э. с повинной, а также его показания в качестве подозреваемого, в которых он признавал свою вину в совершении убийства потерпевшего Б. В то же время суд не исследовал данные доказательства и не дал им оценку в приговоре. Судебных решений о признании данных доказательств недопустимыми в деле не содержится.

Суды кассационной и надзорной инстанций несоответствие приговора отмеченным выше требованиям закона оставили без должного реагирования. Суд надзорной инстанции, отказывая в удовлетворении надзорной жалобы осужденного, сослался на материалы дела, которые в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания не исследовались. В частности, оценивая показания свидетеля Д., суд отметил, что они согласуются с другими имеющимися в деле доказательствами, и сослался на л.д. 51 - 52, содержащие показания подозреваемого К.Э., которые в суде не оглашались и не исследовались, а их содержание в приговоре не было отражено. Кроме того, суд надзорной инстанции сослался на л.д. 7 относительно отсутствия фотоснимков осмотра места происшествия, что также не было отражено в приговоре.

Таким образом, выводы суда надзорной инстанции относительно законности, обоснованности и справедливости приговора, постановленного в отношении К.Э., основаны в том числе и на доказательствах, которые не были использованы судом первой инстанции.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации полагает, что приговор и последующие судебные решения в отношении К.Э. нельзя признать законными и обоснованными, они подлежат отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 407 и 408 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 9 сентября 2003 года, определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 17 октября 2003 года, постановление президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 27 июля 2005 года в отношении К.Э. отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе судей.

Меру пресечения в отношении К.Э. оставить прежней - содержание под стражей.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"