||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 30 июня 2006 года

 

Дело N 9-о06-31

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                        Колесникова Н.А.,

    судей                                          Эрдыниева Э.Б.,

                                                   Бондаренко О.М.

 

рассмотрела в судебном заседании 30 июня 2006 года уголовное дело по кассационному представлению прокурора Демидова В.В., кассационным жалобам осужденного М. и адвоката Волковой Ю.А. на приговор Нижегородского областного суда от 17 февраля 2006 года, но которому

М.,<...>, ранее судимый:

- 15 октября 2002 года по ст. 222 ч. 1 УК РФ к 2 годам лишения свободы с испытательным сроком на 1 год;

- 21 мая 2003 года по ст. 213 ч. 3 УК РФ с применением ст. 70 УК РФ к 4 годам и 1 месяцу лишения свободы;

- постановлением суда от 27 мая 2004 года М. освобожден от наказания, назначенного ему по ст. 222 ч. 1 УК РФ по приговору от 15 октября 2002 года,

- постановлением суда от 27 мая 2005 года приговор суда от 21 мая 2003 года изменен:

действия М., ранее квалифицированные по ст. 213 ч. 3 УК РФ, переквалифицированы на ст. 213 ч. 1 УК РФ с назначением наказания в виде 4 лет лишения свободы с исключением указания о применении ст. 70 УК РФ.

М. освобожден из мест лишения свободы 20 октября 2004 года условно-досрочно на 2 года и 2 дня

осужден: по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 13 годам лишения свободы; по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "к" УК РФ к пожизненному лишению свободы.

На основании ст. ст. 69 ч. 3 и 70 ч. 1 УК РФ по совокупности преступлений и приговоров окончательное наказание М. назначено в виде пожизненного лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Начало срока наказания исчислено с 11 июня 2005 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Бондаренко О.М. об обстоятельствах уголовного дела, доводах кассационного представления и кассационных жалоб, выступление прокурора Соломоновой В.А., полагавшей квалифицировать все действия осужденного, за которые он был осужден, по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "к" УК РФ с назначением наказания в виде пожизненного лишения свободы; выступление осужденного М., поддержавшего доводы своей кассационной жалобы, Судебная коллегия

 

установила:

 

М. в ходе ссоры убил К.П., 1950 года рождения; а затем, с целью сокрытия содеянного совершил умышленные убийства ее сына - К.С., 1979 года рождения, и мужа - К.С.Е., 1949 года рождения.

Преступления были совершены днем 11 июня 2005 года в г. Бор Нижегородской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

Допрошенный в качестве подсудимого М. свою виновность признал частично.

В кассационном представлении прокурора Нижегородской области Демидова В.В. ставится вопрос об изменении приговора; исключении из него осуждения М. по ст. 105 ч. 1 УК РФ и указания о назначении наказания по совокупности преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ.

В своей кассационной жалобе и дополнениях к ней М. ставит вопрос об изменении приговора.

Не отрицая того, что именно он убил соседей по дому, нанося каждому из них неоднократные удары топором, М. указывает на то, что К.П. сама спровоцировала ссору, убийство К.С. он совершил в порыве ярости, а убийство К.С.Е. было им совершено в целях самообороны.

С учетом того, что он активно помогал следствию в раскрытии преступления, полностью раскаялся, имеет на иждивении двоих малолетних детей и сожительницу, М. просит о снижении назначенного наказания.

Кроме того, осужденный выражает свое несогласие с результатами проведенной судебно-психиатрической экспертизы; просит исключить из приговора указание о наличии "рецидива преступлений" и указания о наличии у него умысла на совершение убийства двух лиц.

В кассационной жалобе адвоката Волковой Ю.А. также ставится вопрос об изменении приговора и снижении назначенного М. наказания.

По мнению адвоката, судом не было учтено то, что М., полностью признавая себя виновным в ходе предварительного следствия и судебного заседания, активно способствовал раскрытию преступления, что обязывало суд, в отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание, применить положения ст. 62 УК РФ.

Кроме того, судом, по мнению адвоката, не было учтено то обстоятельство, что возникший конфликт был спровоцирован самой потерпевшей, которая в ходе возникшей ссоры оскорбляла М.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационного представления и кассационных жалоб, Судебная коллегия соглашается с доводами об изменении квалификации действий осужденного, но не находит оснований для снижения назначенного ему судом наказания.

Виновность М. в совершении преступлений при установленных приговором суда обстоятельствах полностью подтверждена доказательствами, которые были добыты в ходе предварительного следствия, проверены в судебном заседании и приведены в приговоре.

Подсудимый М. показал, что между его семьей и соседкой по дому - К.П. часто возникали ссоры и скандалы, инициатором которых была сама К.П. Днем 11 июня 2005 возникла новая ссора, в ходе которой К.П. кричала на него и его сожительницу, оскорбляла их. Не сдержавшись, он ударил К.П. сначала обухом топора по плечу, а затем лезвием в голову. Он допускает, что мог нанести потерпевшей еще несколько ударов топором. После того как К.П. упала, он понял, что убил ее. Опасаясь того, что сын убитой, К.С., сообщит о случившемся в милицию, он решил убить его, а заодно и его отца - К.С.Е. Догоняя К.С. вначале в коридоре дома, а затем в спальне, он нанес ему несколько ударов лезвием топора по голове. В это время он увидел К.С.Е., который выходил из кухни и держал в руках, видимо для защиты, какую-то палку. Подбежав к К.С.Е., он нанес ему лезвием топора удар в голову. Не помнит, наносил ли другие удары, но не исключает этого.

Помимо показаний самого М., его виновность подтверждается:

показаниями потерпевшего К. о том, что между его матерью - К.П. и соседями были плохие отношения из-за "сварливого характера" матери, которая часто провоцировала скандалы. Обстоятельства произошедшего ему стали известны со слов С.;

показаниями свидетеля С., сожительницы М., о том, что после возникшей по бытовой причине ссоры, К.П. стала кричать и оскорблять М. Он, схватив топор, пошел в ее сторону. Пытаясь остановить возбужденного М., она задержала его, и он бросил топор. После этого М. отвел ее в дом, а сам вернулся во двор, подобрал топор и вновь пошел в сторону К.П. Она видела, как М. ударил К.П. обухом топора и стал толкать ее в сторону их половины дома. Примерно через пять минут она вновь увидела М. с топором, который был в крови. М. отмыл топор в бочке с водой. Она испугалась и, взяв с собой детей, убежала к родственникам. Убегая, она подобрала с земли топор и бросила его через забор на соседний огород;

показаниями свидетеля М-вой о том, что, увидев бежавшую С. с детишками, она вышла им навстречу. С. сказала, что М., ее родственник, убил К.П. Через некоторое время к ней в дом пришел М. и стал просить С. возвратиться в свой дом, но та, испугавшись, отказалась. М., сказав, что пойдет поджигать дом, ушел, а она вызвала работников милиции. С. сказала ей о том, что М. убил всех троих К-ых;

протоколом осмотра места происшествия, которым отражено обнаружение в доме <...>, где жила семья К-ых, двух мужских и одного женского трупов со следами насильственной смерти;

заключениями судебно-медицинских экспертиз, которыми установлено:

смерть К.П. наступила от открытой черепно-мозговой травмы, включающей в себя кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки, сдавление мозга, ушиб головного мозга, вдавленный оскольчатый перелом правой височной, лобной кости, перелом свода и основания черепа. Потерпевшей было нанесено не менее 4-х ударов: два удара лезвием топора в область головы справа, один удар лезвием топора в область шеи, один удар обухом топора в область затылка;

смерть К.С. наступила от открытой черепно-мозговой травмы, включающей в себя разрушение вещества головного мозга, кровоизлияния под оболочки и желудочки мозга, вдавленный перелом теменно-височной области слева, многооскольчатый перелом костей черепа. Потерпевшему было нанесено не менее 4-х ударов лезвием и обухом топора, отчего образовались: три рубленые раны головы и одна рвано-ушибленная рана теменно-затылочной области;

смерть К.С.Е. наступила от открытой черепно-мозговой травмы в виде травматического разрушения вещества головного мозга, кровоизлияний под оболочки и желудочки мозга, многооскольчатых переломов костей черепа. Потерпевшему лезвием топора было нанесено не менее пяти рубленых ран головы;

заключением цитологической экспертизы установлено, что на топоре и его топорище, изъятого с территории участка дома <...>, обнаружена кровь человека, которая могла произойти от К.П. и К.С. Следы пота и клетки поверхностных слоев кожи человека на топорище могли произойти от М.; на трико М. и его кроссовках обнаружена кровь, которая могла произойти от каждого из потерпевших.

Судебная коллегия отмечает, что доказательства, приведенные судом в обоснование виновности М., получены при соблюдении требований уголовно-процессуального закона и являются допустимыми.

Исследованным в судебном заседании доказательствам суд дал объективную и мотивированную оценку.

На всех стадиях уголовного процесса предусмотренные законом права подозреваемого, обвиняемого и подсудимого, в том числе и право М. на защиту, были реально обеспечены.

В период предварительного следствия и судебного заседания нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на объективность выводов суда о доказанности виновности М. в совершении преступлений, допущено не было.

Доводы кассационной жалобы осужденного об отсутствии у него "изначально" умысла совершать убийство двух лиц опровергаются его собственными показаниями в судебном заседании, анализом его действий на месте происшествия.

Версия М. о том, что убийство К.С.Е. он совершил "в целях самообороны", потому что увидел у него в руках палку, является необоснованной. Из показаний самого М. следует, что потерпевший К.С.Е. никаких действий, направленных против М., не совершал. Поскольку нападение М. и нанесение ударов топором в голову носило стремительный характер, потерпевший не успел воспользоваться правомерной для него в этих условиях защитой.

Суд обоснованно пришел к выводу о том, что действия М., наносившего каждому из потерпевших опасным орудием (топором) многочисленные удары со значительной силой в жизненно важную часть человеческого тела (в голову), объективно свидетельствуют о наличии прямого умысла на лишение потерпевших жизни.

Мотивом действий М., как правильно установил суд, в отношении К.П. были личные неприязненные отношения, а в отношении К.С. и К.С.Е. - стремление скрыть ранее совершенное преступление. При этом судом обоснованно отражено наличие у М. умысла на совершение двойного убийства К.С. и К.С.Е., поскольку в сложившейся на месте происшествия обстановке каждый из них мог сообщить правоохранительным органам о совершенном убийстве К.П.

Судебная коллегия находит обоснованными доводы кассационного представления о необходимости внесения изменения в окончательную квалификацию действий М.

В соответствии с положениями, предусмотренными ст. 17 УК РФ (в редакции Закона от 21 июня 2004 года), совокупностью преступлений признается: совершение двух или более преступлений, ни за одно из которых лицо не было осуждено, за исключением случаев, когда совершение двух и более преступлений предусмотрено статьями Особенной части УК РФ в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание.

В соответствии с этими положениями нового закона совершение М. сначала убийства К.П., а затем К.С. и К.С.Е. нельзя рассматривать как совокупность самостоятельных преступлений, а следует квалифицировать как совершение одного преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 2 п. "а" УК РФ, и назначением ему наказания без учета положений, предусмотренных ст. 69 УК РФ.

Квалификация действий М. по ст. 105 ч. 1 УК РФ Судебной коллегией признается излишней.

Судебная коллегия окончательно квалифицирует действия осужденного М., связанные с умышленным причинением смерти К.П., а затем с целью скрыть это преступление - умышленное причинением смерти К.С. и К.С.Е. по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "к" УК РФ.

При этом коллегия отмечает, что назначаемое М. по этой статье наказание исключает возможность применения положений ст. 69 УК РФ, но должно учитывать наказание, ранее назначенное М. по ст. 105 ч. 1 УК РФ.

Доводы осужденного М., оспаривающего выводы стационарной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, признавшей его вменяемым по отношению инкриминируемых преступлений и отметившей отсутствие признаков физиологического аффекта, Судебная коллегия признает необоснованными.

Указанная экспертиза была назначена в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, проведена в условиях специального судебно-психиатрического отделения больницы, с привлечением экспертов - психиатров и психолога, имеющих необходимую профессиональную подготовку и квалификацию. Оснований сомневаться в компетентности экспертов и объективности сделанного ими заключения о состоянии М. не имеется.

Нельзя признать обоснованными доводы кассационной жалобы адвоката Волковой Ю.А. о суровости назначенного М. наказания и о наличии оснований для применения положений, предусмотренных ст. 62 УК РФ.

Реализовывая свое законное право на защиту от предъявленного обвинения, М. в ходе предварительного следствия и судебного заседания давал в целом правдивые показания, которые суд после сопоставления с другими доказательствами по делу положил в основу обвинительного приговора.

Вместе с тем в условиях очевидности произошедших событий поведение М. на предварительном следствии не было судом оценено как активное способствование раскрытию преступления, признано обстоятельством, смягчающим его наказание.

Из материалов дела видно, что М. был ранее судим, преступления, за которые он осужден по настоящему приговору, совершил в период отбытия наказания по предыдущему приговору, что обусловило обоснованное признание судом этого обстоятельства - наличие рецидива преступлений, обстоятельством, отягчающим его наказание.

В соответствии с условиями закона наличие обстоятельств, отягчающих наказание, исключает возможность применения положений ст. 62 УК РФ о сокращении размера наказания.

Судебная коллегия считает, что назначенное М. наказание в виде пожизненного лишения свободы соответствует требованиям ст. ст. 57 и 60 УК РФ, учитывает характер и общественную опасность им содеянного, данные о его личности, наличие обстоятельства отягчающего наказание и является справедливым.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 378, 379, 388 УК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Нижегородского областного суда от 17 февраля 2006 года в отношении М. изменить:

квалифицировать действия М., связанные с умышленным убийством К.П., К.С., К.С.Е., по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "к" УК РФ, по которой, с учетом наказания, ранее назначенного М. по ст. 105 ч. 1 УК РФ, назначить наказание в виде пожизненного лишения свободы.

На основании ст. 70 УК РФ назначенным наказанием поглотить наказание, не отбытое М. по приговору от 21 мая 2003 года.

Назначенное наказание М. отбывать в исправительной колонии особого режима.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного М. и адвоката Волковой Ю.А. оставить без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"