||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 июня 2006 года

 

Дело N 66-о06-15

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                         Глазуновой Л.И.,

    судей                                           Русакова В.В.,

                                                     Зеленина С.Р.

 

рассмотрела в судебном заседании 27.06.2006 кассационные жалобы потерпевшей С., осужденных Г., К., Т., законного представителя несовершеннолетнего осужденного Гладышева В.П. и защитника Капустенского А.А. на приговор Иркутского областного суда от 31.10.2005, по которому

Г., <...>,

осужден по ст. 105 ч. 2 п. "з" УК РФ к 9 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 7 годам лишения свободы, по ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний к 10 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

К., <...>, судимый 06.08.2003 по ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в" УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год, 11.03.2004 по ст. 158 ч. 1 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года,

осужден по ст. 162 ч. 2 УК РФ к 7 годам лишения свободы, в соответствии со ст. 74 ч. 5 УК РФ условное осуждение по ранее вынесенным приговорам отменено и на основании ст. 70 УК РФ путем частного присоединения наказаний окончательно определено 7 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима,

Т., <...>,

осужден по ст. ст. 33 ч. ч. 4 и 5, 162 ч. 2 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Приговором решена также судьба вещественных доказательств и взыскано с Г. в пользу С. 200000 рублей компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Зеленина С.Р., выступление осужденного Т., поддержавшего с использованием систем видеоконференц-связи доводы своих кассационных жалоб об отмене приговора суда, выступление прокурора Генеральной прокуратуры РФ Саночкиной Е.А., возражавшей против доводов кассационных жалоб и считающей приговор законным и обоснованным, Судебная коллегия

 

установила:

 

Г. осужден за убийство, сопряженное с разбоем, и разбой с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего;

К. осужден за разбой с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, совершенный группой лиц по предварительному сговору;

Т. осужден за подстрекательство и пособничество в совершении разбоя с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, совершенного группой лиц по предварительному сговору.

Преступления были совершены 10.05.2004 в Иркутской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Потерпевшая С. просит приговор изменить, считая его чрезмерно мягким, и назначить осужденным более строгое наказание, а также привлечь к уголовной ответственности П.

Законный представитель несовершеннолетнего осужденного Гладышев В.П. просит приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение, указывая, что приговор основан на противоречивых показаниях Т. и К., тогда как последовательные показания его сына отвергнуты судом.

Не приняты во внимание обнаруженные на месте происшествия предметы, а также показания матери убитого, что Г. не смог бы справиться с ее сыном. Суд сослался на показания М., хотя он отказался от них, а следственный эксперимент с его участием признан недопустимым доказательством.

Положительно характеризует сына, который не мог совершить преступление. Считает, что суд необоснованно занял позицию обвинения.

Защитник Капустенский А.А. в интересах осужденного Г. приводит те же доводы. Анализируя доказательства, также приходит к выводу о противоречивости показаний Т. и К., которые опровергаются протоколом осмотра места происшествия, и о последовательности показаний Г., которые подтверждаются П., Пе. и О.

Показания М. подвергает критике.

Указывает, что не установлена принадлежность вещей, обнаруженных при осмотре места происшествия, смерть была причинена потерпевшему, по его мнению, на берегу реки, а не в машине, как установлено судом.

Исковое заявление не соответствует требованиям закона.

Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение, поскольку выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела и нарушены нормы материального права.

Осужденный Г. приводит те же доводы и высказывает ту же просьбу.

Возражает против доводов жалоб К. и Т.

Осужденный Т. просит приговор отменить с направлением дела на новое судебное рассмотрение и изменением ему меры пресечения, поскольку защищавший его адвокат Шеметов Н.И. не поддерживал его позицию и не защищал его интересы.

В дополнениях утверждает, что суд не принял во внимание факты, подтверждающие его невиновность в соучастии в разбое, отказал ему в допросе свидетелей, в том числе Князевой, которая по другому делу была потерпевшей. Выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Нет доказательств предварительного сговора на совершение разбоя, поскольку конкретный способ завладения автомобилем не оговаривался.

Кроме того, суд, назначив более суровое наказание, чем просил гособвинитель, нарушил принцип состязательности.

Осужденный К. просит назначить ему более мягкий вид наказания, учитывая смягчающие обстоятельства.

Также возражает против кассационных жалоб представителя и защитника Г. и потерпевшей.

Государственный обвинитель Васильев В.Ю. возражает на доводы кассационных жалоб осужденных, защитника, законного представителя и потерпевшей, полагая, что оснований для их удовлетворения не имеется.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.

Вина осужденных в совершении указанных преступлений подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана в приговоре мотивированная оценка как допустимым и достоверным.

В приговоре суда приведены показания К. и Т., обращено внимание на имеющиеся в них противоречия и им дана мотивированная оценка с учетом того, какие именно их показания подтверждаются другими доказательствами по делу. Таким образом, соответствующие доводы жалоб осужденного Г., его законного представителя и защитника опровергнуты материалами дела. При этом Судебная коллегия учитывает, что сама по себе последовательность показаний не является безусловным признаком их правдивости, а оценка доказательства как достоверного дается судом лишь по результатам его всесторонней проверки и оценки в совокупности с другими доказательствами по делу.

Так, суд признал достоверными показания К., в которых он пояснял, что по предложению Т. они втроем договорились напасть на водителя такси, разработали план, согласно которому, в частности, у него был пистолет Т. для угрозы водителю, а у Г. - удавка, а Т. должен был следовать за ними на своей машине. Нападение было совершено по этому плану, но водитель оказал сопротивление, и сидящий на заднем сиденье Г. стал душить водителя сначала удавкой, а потом руками, и бил его по голове взятым у него, К., пистолетом.

Т. на следствии также признавал, что они втроем составили план по завладению автомобилем такси, при этом К. и Г. должны были сесть в такси и доехать до с. Смоленщина, где избавиться от водителя, а он должен был сопровождать такси на своей машине и в случае опасности подать сигнал.

Свидетель П., ехавшая вместе с Т., подтвердила, что вечером 10 мая они подвезли к гостинице "Ангара" Г. и К., а позже, когда приехали к с. Смоленщина, Т. с ними вынесли из такси и спустили к реке, как она поняла, человека.

Свидетель П.А. подтвердила эти обстоятельства, узнав о них со слов П. и Г.

Из показаний Г. также усматривается, что он участвовал в преступлении по предложению Т., который объяснил ему и К., что надо делать.

Свидетель Ш. также показал, что Т. рассказывал ему, что нанял людей для угона машины, которую он должен был продать и вернуть ему, Ш., долг. Потом Т. рассказывал, что они угнали такси, но бросили ее, и, возможно, там произошло убийство.

Таким образом, доводы жалобы Т. о его необоснованном осуждении за соучастие в разбое и об отсутствии у осужденных предварительного сговора на разбой опровергнуты.

Смерть потерпевшего С. наступила в результате механической асфиксии от сдавления шеи. Эксперт не исключил возможность причинения повреждений, обнаруженных на трупе, при обстоятельствах, указанных как Г., так и К. при проверке его показаний на месте.

В протоколе осмотра места происшествия отмечено, что труп С. обнаружен у уреза воды на берегу реки Иркут в 500 метрах от с. Смоленщина.

Вопреки доводам кассационных жалоб, в приговоре дана оценка факту обнаружения на месте преступления иных предметов и сделан обоснованный вывод о том, что их обнаружение не влияет на доказанность совершения преступления именно осужденными и при тех обстоятельствах, которые установлены приговором. В частности, у Судебной коллегии не имеется оснований сомневаться в обоснованности вывода суда о наступлении смерти потерпевшего через несколько минут после механической асфиксии в результате умышленных действий Г., совершенных в автомашине такси.

Показания свидетеля М. как на следствии, так и в суде приведены и проанализированы в приговоре и оценены в совокупности в протоколе опознания свидетелем осужденного, и из них сделан обоснованный вывод о том, что на заднее сиденье автомашины такси сел именно Г.

При этом в жалобе правильно указано, что протокол следственного эксперимента с участием свидетеля М. признан судом недопустимым доказательством, однако указанный протокол и не приведен в приговоре в качестве доказательства.

Оценив доказательства в их совокупности, судом сделан правильный вывод о том, что лицом, сидевшим сзади водителя и совершившим его убийство, был именно Г.

Показания матери убитого о возможности или невозможности совершения убийства Г. носят предположительный характер и в силу этого качества не могут быть признаны допустимыми (ст. 75 ч. 2 п. 2 УПК РФ).

На основании совокупности приведенных, а также иных исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательств, судом сделан правильный вывод о том, что подсудимые предварительно договорились и совершили разбойное нападение на водителя такси С., в ходе которого угрожали ему применением насилия, опасного для жизни и здоровья, что выразилось в угрозе пистолетом, при этом Т. склонил других соучастников к совершению этого преступления и содействовал его совершению, а Г., выйдя за пределы общей договоренности, совершил убийство водителя.

Действия осужденных получили в приговоре правильную юридическую оценку.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, Судебная коллегия не усматривает.

Право на защиту Т. было соблюдено и обеспечено, защищавший его адвокат Шеметов Н.И. активно участвовал в судебном разбирательстве, заявлял ходатайства, в том числе о приобщении к делу положительных характеристик на Т., задавал вопросы допрашиваемым лицам, поддержал позицию подсудимого в прениях сторон. Подсудимый Т. от услуг этого защитника не отказывался, никаких заявлений о некачественном осуществлении защиты не делал.

Довод Т. об отказе суда в допросе свидетелей, в том числе К., несостоятелен и опровергается протоколом судебного заседания, из которого видно, что подсудимым Т. ходатайство о допросе каких-либо свидетелей в судебном заседании не заявлялось. Его защитником Шеметовым Н.И. были заявлены ходатайства о допросе родителей Т. о характеризующих подсудимого данных, которые были удовлетворены судом.

Замечания Т. на протокол рассмотрены в соответствии с законом.

Уголовно-процессуальный закон не предусматривает особых требований к форме подаваемого в рамках уголовного процесса гражданского иска об имущественной компенсации морального вреда, причиненного преступлением. Из приобщенного к делу искового заявления С. в части требования компенсации морального вреда не усматривается обстоятельств, препятствующих его рассмотрению, с учетом того, что в судебном заседании были уточнены основания требований гражданского иска.

Суд назначил осужденным наказание в соответствии с требованиями главы 10 УК РФ, с учетом общественной опасности содеянного и данных об их личностях.

Принцип состязательности, равно как и право сторон высказывать свое мнение относительно меры наказания, по смыслу закона, не ограничивают право и обязанность суда назначить справедливое наказание в соответствии с нормами Общей и Особенной частей уголовного закона.

Справедливость назначенного К. наказания сомнений не вызывает, поскольку его вид и размер соответствуют как тяжести содеянного, так и данным о личности осужденного, в том числе тому обстоятельству, что он полностью признал вину. Документов, которые подтверждали бы то обстоятельство, что на иждивении осужденного имеется малолетний ребенок, суду сторонами представлено не было, поэтому такое смягчающее обстоятельство суд не мог признать доказанным на момент постановления приговора.

Доводы жалобы потерпевшей С. не могут быть удовлетворены, поскольку суд кассационной инстанции не вправе изменить приговор путем назначения осужденным более строгого наказания. Суд не вправе также возбуждать уголовное дело и иным образом выполнять функцию уголовного преследования, которая возложена действующим законодательством на иные государственные органы.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Иркутского областного суда от 31.10.2005 в отношении Г., К. и Т. оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"