||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 апреля 2006 года

 

Дело N 47-о06-10

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                          Свиридова Ю.А.,

    судей                                           Яковлева В.К.,

                                                 Тонконоженко А.И.

 

рассмотрела в судебном заседании от 24 апреля 2006 года кассационные жалобы осужденных И. и М. на приговор Оренбургского областного суда от 11 ноября 2005 года, которым

И., <...>, судимый 27 сентября 2004 года по ст. 158 ч. 3 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно, осужден к лишению свободы:

по ст. 105 ч. 2 п. "з" УК РФ (по эпизоду Н.) - на 16 лет,

по ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ (по эпизоду С.) - на 15 лет,

по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ - на 10 лет,

по ст. 158 ч. 2 п. "в" УК РФ - на 3 года,

по ст. 167 ч. 2 УК РФ (в отношении Н.) - на 2 года,

по ст. 167 ч. 2 УК РФ (в отношении С.) - на 2 года,

по ст. 222 ч. 1 УК РФ - на 3 года без штрафа.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 23 года лишения свободы.

Условное наказание по приговору от 27 сентября 2004 года отменено, на основании ст. 70 УК РФ к вновь назначенному наказанию частично присоединен неотбытый срок наказания по предыдущему приговору в виде одного года лишения свободы и окончательно назначено 24 года лишения свободы с отбыванием первых трех лет в тюрьме, а оставшегося срока - в исправительной колонии строгого режима, исчисляя срок с 30 декабря 2004 года.

М., <...>, судимый 18 января 2005 года по ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в" УК РФ к штрафу в размере 8000 рублей,

осужден к лишению свободы:

по ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ - на 14 лет;

по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ (по эпизоду Н.) - на 3 года;

по ст. 158 ч. 2 п. "в" УК РФ (по эпизоду С.) - на 3 года;

по ст. 222 ч. 1 УК РФ - на 2 года без штрафа.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 17 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, исчисляя срок с 31 декабря 2004 г.

Наказание по приговору от 18 января 2005 года по ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в" УК РФ в виде штрафа в размере 8000 рублей постановлено исполнять самостоятельно.

Постановлено взыскать:

- с И. и М. в пользу потерпевшей Н.З. в возмещение материального ущерба 15363 руб. солидарно;

- с И. в пользу потерпевшей Н.З. в возмещение материального ущерба вследствие пожара 11227 рублей и 300000 рублей компенсацию морального вреда и в пользу потерпевшего С.А. в возмещение материального ущерба в связи с пожаром 15000 рублей;

- с М. и И. в пользу С.А. компенсацию морального вреда по 250000 рублей с каждого.

Заслушав доклад судьи Яковлева В.К., объяснение осужденных И. и М., поддержавших доводы своих кассационных жалоб, мнение прокурора Шиховой Н.В., полагавшей приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

И. признан виновным в разбойном нападении на Н. и умышленном убийстве этой же потерпевшей, сопряженном с разбоем; в умышленном убийстве С. группой лиц и тайном похищении его имущества, также осужден он за умышленное уничтожение имущества Н. и С. путем поджога, незаконное приобретение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, незаконное хранение их, ношение и перевозку.

М. признан виновным в тайном похищении имущества Н., умышленном убийстве С. группой лиц и тайном похищении имущества у потерпевшего С., также осужден он за незаконное приобретение и хранение боеприпасов.

Преступления совершены ими в декабре 2004 года в г. Бузулуке Оренбургской области при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В суде И. вину признал частично, М. вину не признал.

В кассационных жалобах:

осужденный И. в своих жалобах просит приговор отменить, ссылаясь на то, что предварительное расследование по делу проведено с нарушением процессуальных норм, к нему применялись недозволенные методы ведения следствия, в связи с чем в первоначальных показаниях оговорил себя, а суд не дал надлежащую оценку этим показаниям и допущенным следственными органами нарушениям и неправильно оценил его действия. Утверждает, что он не имел умысла на убийство Н. из корыстных побуждений, убил ее на почве личных неприязненных отношений. Потерпевшему С. причинил смерть он один, в ходе самообороны, так как С. сам набросился на него с ножом, при этом М. с ним не было, так как он в это время находился на улице. Его показания об обстоятельствах убийства С. подтверждаются выводами судебно-медицинского эксперта, которые исключают возможность образования при указанных в приговоре обстоятельствах повреждений. Кроме того, считает, что судом назначено ему чрезмерно суровое наказание.

Осужденный М., не оспаривая вину и квалификацию в части совершенной им кражи имущества у Н., просит приговор отменить, ссылаясь на то, что суд необоснованно осудил его за убийство С., которого он не убивал, вина его в совершении этого убийства материалами дела не доказана. Указывает, что в дом потерпевшего он не заходил и не видел, при каких обстоятельствах был убит С. На предварительном следствии оговорил себя в результате применения недозволенных методов ведения следствия. Утверждает, что обнаруженная на его куртке кровь не может быть доказательством, подтверждающим его вину в убийстве потерпевшего, и также не может опровергнуть доводы И. о том, что он один убил С.

В возражениях государственный обвинитель Семенов А.А. указывает о своем несогласии с доводами кассационных жалоб осужденных И. и М., просит приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения, ссылаясь на то, что вина осужденных И. и М. в содеянном установлена материалами дела, исследованными в суде, а все изложенные в жалобах доводы являются несостоятельными.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб осужденных И. и М., также возражения государственного обвинителя, Судебная коллегия находит, что И. и М. обоснованно осуждены за совершенные ими преступления.

Вина И. и М. в содеянном установлена исследованными в судебном заседании материалами дела, в том числе показаниями самих осужденных, показаниями свидетелей, протоколами осмотров мест происшествий, заключениями судебно-медицинских экспертиз о причине смерти Н. и С., выводами судебно-биологических экспертиз и другими доказательствами, подробный анализ и оценка которым дана в приговоре.

Доводы о том, что предварительное расследование проведено с нарушением процессуальных норм, как видно из материалов дела, проверены судом, оценены в совокупности с другими доказательствами и обоснованно признаны несостоятельными.

Судом бесспорно установлено, и это следует из материалов дела, что И. пришел к потерпевшей Н., заранее приготовив пистолет, напал на нее с целью завладения ее имуществом и в ходе разбойного нападения убил ее.

Эти выводы суда подтверждаются показаниями осужденных И., М., потерпевшей Н.З., свидетелей Н.Я., Н.А., протоколом осмотра места происшествия, заключением судебно-медицинской экспертизы и другими доказательствами.

Осужденный И. не отрицал, что дважды выстрелил в голову Н., а когда потерпевшая стала подавать признаки жизни и кричать, нанес ей в область головы удары металлическим отрезком трубы, затем завладел ее имуществом. Когда уходил с места преступления, с целью сокрытия следов преступления поджег квартиру.

Эти показания соответствуют установленным судом обстоятельствам и подтверждены другими доказательствами, поэтому они обоснованно признаны судом правдивыми.

Как видно из протокола осмотра места происшествия, труп потерпевшей Н. обнаружен в своей квартире с признаками насильственной смерти на том же месте, где оставил ее И. после убийства. При этом внутри помещения обнаружены три очага возгорания.

Заключением судебно-медицинской экспертизы установлено, что на трупе обнаружены огнестрельные пулевые ранения, также другие телесные повреждения, причинение которых воздействием прямой либо изогнутой цилиндрической поверхности труб, представленных на экспертизу, не исключается.

Показания осужденного И. о том, что он в область головы потерпевшей Н. наносил удары металлической трубой, подтверждены заключением судебно-биологической экспертизы, из которого видно, что происхождение крови на отрезках трубы от потерпевшей Н. не исключается.

Кроме того, кровь потерпевшей Н. обнаружена в подногтевом содержимом пальцев левой руки И. и на его куртке, что также подтверждает его вину в совершении преступлений в отношении Н.

Из заключения физико-технической экспертизы по механизму образования крови на куртке И. видно, что обнаруженные следы крови Н. на внутренней стороне полки его куртки образовались в результате попадания брызг крови на ткань подкладки под разными углами, что указывает на неодномоментное их образование.

Доводы жалоб И. о том, что он убил Н. на почве возникшей ссоры с последней, опровергаются как собственными его показаниями, так и показаниями осужденного М. на предварительном следствии.

Так, из показаний осужденного М. видно, что И. предложил ему поехать в район, где проживала Н., чтобы ограбить там женщину, и подтвердил обстоятельства, при которых они совершили преступление в отношении Н.

Из показаний осужденных И. и М. усматривается, что И. один зашел в дом Н., а М. остался его ждать на улице. В доме И. достал пистолет и выстрелил потерпевшей в голову, затем стал искать по комнатам деньги и ценности, а когда потерпевшая зашевелилась и стала кричать, он схватил металлическую трубу и начал ею наносить удары по голове потерпевшей с целью ее убийства. Когда вошел М., он крикнул, чтобы тот забрал что-нибудь из вещей, передал ему кольца, снятые с руки убитой, и после этого, забрав шапку из меха норки, продукты питания из холодильника, они все сложили в пакеты и скрылись с места преступления. Перед этим И. с целью сокрытия следов преступления разбросал вещи Н. и поджег их. В магазине "Продукты" осужденные предлагали продавцу купить похищенные золотые украшения, но та отказалась их купить.

Эти показания были даны осужденными в присутствии избранных ими адвокатов, когда какое-либо воздействие на них исключено, поэтому суд обоснованно признал их правдивыми, а доводы осужденных о даче ими этих показаний в результате применения недозволенных методов ведения следствия обоснованно признал несостоятельными.

Из показаний свидетеля В. видно, что она работала продавцом в магазине "Продукты" и 29.12.04 поздно вечером осужденные предложили ей приобрести у них золотые украшения и норковую шапку, но она отказалась. Она опознала И. и М. как лиц, предлагавших ей купить похищенные золотые изделия, отметив, что именно М. уговаривал ее купить недорого золотые изделия, что не отрицали в суде и сами осужденные, подтвердив показания этого свидетеля.

Осужденный И. не отрицал, что, совершив разбой и убийство Н., он с целью сокрытия следов преступления разбросал вещи Н. и поджег их.

В результате пожара было уничтожено и повреждено личное имущество потерпевшей: ковры, постельное белье, матрац, тюлевая ткань, свитера, одежда, полотенца, обои, электропроводка, половое покрытие, а всего на 11227 руб., что является значительным ущербом.

Из заключения о пожаре от 29.12.04 следует, что три независимых очага пожара, обнаруженные в доме Н., расположены внутри помещения зала на вещах, обнаруженных на полу, и что наиболее вероятной причиной пожара является умышленный поджог, т.е. данное заключение соответствует показаниям самого осужденного И.

Проанализировав все эти и другие доказательства по делу в их совокупности, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины И. в том, что он действовал с прямым умыслом на лишение жизни Н. с целью завладения ее имуществом в разбойном нападении.

Виновность М. в хищении имущества потерпевшей также установлена совокупностью исследованных доказательств, чего не отрицал и сам М. в процессе предварительного следствия, также его изобличал в этом осужденный И., утверждая, что с убитой Н. золотые украшения снимал именно М. и совместно они похитили продукты и спиртное из холодильника в доме потерпевшей.

При таких обстоятельствах суд правильно квалифицировал действия И. по ст. ст. 162 ч. 4 п. "в", 105 ч. 2 п. "з" УК РФ, также по ст. 167 ч. 2 УК РФ как умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества, с причинением значительного ущерба, совершенное путем поджога, а действия М. - по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ как тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Вина И. и М. в умышленном убийстве С. и совершении кражи его имущества подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, в том числе показаниями потерпевшего С.А., свидетеля С.Е., первыми обнаруживших труп убитого С., протоколом осмотра места происшествия, из которого усматривается, что труп потерпевшего обнаружен с признаками насильственной смерти, а недалеко, во дворе дома, на собачьей будке был обнаружен и изъят нож с черной пластмассовой ручкой.

Из показания свидетеля С.Е. видно, что указанный нож она вытащила из шеи потерпевшего и выбросила в данную коробку, где и был он обнаружен и изъят.

Заключением судебно-медицинской экспертизы установлено, что на трупе С. обнаружены телесные повреждения в виде открытой черепно-мозговой травмы - слепого проникающего огнестрельного ранения головы, образовавшегося в результате выстрела из огнестрельного оружия, патрон которого был снаряжен металлической пулей. Смерть его наступила от открытой черепно-мозговой травмы - слепого проникающего огнестрельно-пулевого ранения головы с разрушением вещества головного мозга.

При исследовании трупа также обнаружены телесные повреждения в виде трех непроникающих колото-резаных ран задне-наружной поверхности шеи слева и непроникающих (4) колото-резаных ран нижних отделов затылочной области головы слева, а также повреждения мышц шеи, мышц в области основания черепа, мелких и средних кровеносных сосудов, кровоизлияния в мягкие ткани по ходу всех указанных колотых ран.

Все указанные телесные повреждения образовались от действия острого колюще-режущего орудия, возможно клинка, ножа, в срок незадолго до наступления смерти. Как следует из приведенного доказательства, при лишении жизни потерпевшего С., осужденные И. и М. использовали два орудия преступления: огнестрельный пистолет и нож.

Из заключения судебно-биологической экспертизы видно, что на рукоятке пистолета и ноже обнаружен пот, происходящий от смешения пота И. и М., что указывает на причастность обоих к убийству С. и опровергает доводы о непричастности М. к убийству потерпевшего и что он не заходил в дом потерпевшего.

Кроме того, на одежде как И., так и М. согласно указанной экспертизе, в частности брюках и в подногтевом содержимом левой кисти руки И., на куртке и спортивных брюках М., обнаружена кровь человека, происхождение которой от потерпевшего С. не исключается.

Доводы И. о том, что он убил С. в ходе самообороны, являются несостоятельными, поскольку не подтверждены материалами дела.

Из показания свидетеля С. видно, что с осужденными встретился он около магазина и И. предложил ему купить золотые украшения и шапку из меха норки, но он отказался. Тогда по просьбе И. найти покупателя, кому можно продать золото, он посоветовал съездить к его знакомому цыгану С., и втроем на такси приехали на ул. Минскую в район "Маяка", к С. Он зашел к С. и спросил, купит ли тот золотые украшения, на что последний попросил их показать. После И. вошел в дом к С., а он с М. остались ждать его на улице. И. долго не было, и М. забеспокоился, поэтому он открыл входную дверь и увидел, что И. и М. сидели на корточках в прихожей, перед ними стоял стул, и на нем, как ему показалось, находилось золото. Через некоторое время И. вышел и дал ему 20 рублей на такси, и он уехал домой, а М. и И. остались в доме С. Через некоторое время ему стало известно о совершенном убийстве С., и он понял, что именно они совершили его убийство.

В ходе предварительного следствия у И. были изъяты похищенные вещи: плащ, куртки кожаные, мужские рубашки, пуховая шаль, видеоплеер, которые были опознаны потерпевшим С.А. как принадлежащие их семье.

При установленных обстоятельствах, всесторонне проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности, суд обоснованно пришел к выводу, что И. и М. совместно причинили смерть потерпевшему С. и вместе похитили имущество потерпевшего, затем И. совершил поджог чужого имущества с целью сокрытия следов преступления.

Эти действия осужденных И. и М. по эпизоду в отношении С. правильно квалифицированы судом по ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ как умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц, и по ст. 158 ч. 2 п. "в" УК РФ как тайное хищение чужого имущества с причинением значительного ущерба потерпевшему.

Действия И. по указанному эпизоду также правильно квалифицированы по ст. 167 ч. 2 УК РФ как умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества с причинением значительного ущерба, совершенного путем поджога.

Осужденный И. и не отрицал свою причастность к инкриминируемому деянию в этой части обвинения, указав, что с целью сокрытия следов преступления он разбросал вещи по дому, а затем их поджег, что подтверждается актом о пожаре, протоколом осмотра места происшествия и другими доказательствами.

Вина И. в незаконном приобретении, хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов, также М. - в незаконном хранении боеприпасов подтверждена исследованными материалами дела.

Так, И. не отрицал, что пистолет-револьвер с боевыми патронами он приобрел в октябре 2004 года у своего знакомого и хранил их у себя дома и носил при себе. В день совершения преступлений в отношении потерпевших Н. и С. пистолет с патронами находился при нем, и из этого пистолета он произвел смертельные выстрелы в потерпевших.

Доводы М. о том, что он не приобретал боевые патроны и не хранил их, опровергаются показаниями свидетелей С.Т. и М.К., из которых усматривается, что они присутствовали в доме М. в качестве понятых и в комнате М., в его вещах, были обнаружены патроны.

Все следственные действия выполнялись следователем в их присутствии и в присутствии отца осужденного, и, как указали свидетели, со слов отца М. им известно, что с момента ареста сына в его комнате из посторонних никто не бывал и туда не заходил.

Допрошенный в качестве свидетеля М.Д. пояснил, что в процессе обыска в комнате М. были обнаружены патроны. Никого из сотрудников милиции при выполнении данного следственного действия с ним не было, наоборот, при них постоянно был отец осужденного, и в его присутствии и в присутствии понятых, одной из которых была соседка, были обнаружены и изъяты патроны в вещах М., в его комнате.

При таких обстоятельствах суд исключает версию подсудимого о том, что боевые патроны ему подбросили сотрудники милиции.

В соответствии с заключениями баллистических экспертиз, обнаруженные и изъятые в жилище М. пять патронов калибра 5,6 мм и один 5,45 мм являются боевыми припасами пригодными к стрельбе.

Также пистолет-револьвер РС-22 01 N сА01 с тремя боевыми патронами калибра 5,6 мм, изъятые у И., являются боевыми припасами, пригодными к стрельбе. Пистолет-револьвер переделан для стрельбы патронами калибра 5,6 мм и является огнестрельным оружием.

При установленных обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины осужденных и правильно квалифицировал по ст. 222 ч. 1 УК РФ действия осужденных: И. - как незаконное приобретение, хранение, перевозка и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов, а М. - как незаконное приобретение и хранение боеприпасов.

Выводы суда мотивированы и основаны на всесторонне, полно и объективно проверенных доказательствах, собранных с соблюдением процессуальных норм и не вызывающих сомнений, при этом в приговоре приведены мотивы, почему одни доказательства по делу признаны судом правдивыми, а другие отклонены как недостоверные.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену или изменение приговора, следственными органами и судом не допущено.

Доводы осужденного М., изложенные в жалобе, о том, что в ходе предварительного расследования он оговорил себя в результате применения к нему недозволенных методов ведения следствия, проверены судом и обоснованно признаны несостоятельными.

Психическое состояние осужденных И. и М. проверено надлежащим образом, и с учетом выводов проведенных судебно-психиатрических экспертиз правильно установлено судом, что преступления совершены ими во вменяемом состоянии.

Выводы этой и других проведенных по делу судебно-медицинской, судебно-биологической, судебно-баллистической и других экспертиз у суда не вызывали сомнений, поскольку все они проведены специалистами, обладающими специальными познаниями, с соблюдением процессуальных норм.

С утверждениями в жалобах о назначении осужденным сурового наказания нельзя согласиться, поскольку мера наказания назначена И. и М. в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, с учетом тяжести и общественной опасности содеянного, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, также данных о их личности, в том числе и указанных в кассационных жалобах.

Для смягчения наказания, как поставлен вопрос в жалобах осужденных, оснований не имеется.

Гражданские иски разрешены судом в соответствии с действующим законодательством, правильно.

Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Оренбургского областного суда от 11 ноября 2005 года в отношении И. и М. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных И. и М. - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"