||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 19 апреля 2006 года

 

Дело N 72-о06-11

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                        Кудрявцевой Е.П.,

    судей                                         Боровикова В.П.,

                                                      Линской Т.Г.

 

рассмотрела в судебном заседании от 19 апреля 2006 года дело по кассационным жалобам осужденного Ч. на приговор Читинского областного суда от 25 октября 2005 года, которым

Ч., <...>, не работал, не учился, судимый: 28 апреля 2003 года, по ст. 158 ч. 3 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком в 3 года (приговор исполняется самостоятельно); 5 августа 2003 года по ст. ст. 158 ч. 3, 161 ч. 2 п. "а", "б", "д", 69 ч. 3 УК РФ к 3 годам 1 месяцу лишения свободы в воспитательной колонии, был освобожден 25 мая 2004 года условно досрочно на 2 года 8 дней,

осужден по ст. 105 ч. 2 п. "а" УК РФ к 9 (девяти) годам лишения свободы; по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ, с присоединением к назначенному наказанию частично не отбытого наказания по приговору суда от 5 августа 2003 года - к 10 (десяти) годам лишения свободы в воспитательной колонии с исчислением срока наказания с 16 декабря 2004 года.

Приговором постановлено взыскать с Ч. в пользу В.А. 120000 (сто двадцать тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда.

Ч. осужден за умышленное убийство В., 1947 года рождения, и В.Н., 1944 года рождения.

Преступление совершено на почве личных неприязненных отношений в ночь на 15 декабря 2004 года в г. Балей Читинской области при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В судебном заседании подсудимый Ч. виновным себя не признал, воспользовавшись правом, предоставленным ему ст. 51 Конституции РФ, он от дачи показаний отказался.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Линской Т.Г., объяснения осужденного Ч. по доводам своих кассационных жалоб, возражения прокурора Лушпа Н.В. на доводы кассационных жалоб осужденного, просившей об оставлении приговора без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационных жалобах, основной и дополнительных, Ч. просит об отмене приговора. Он считает приговор необоснованным, поскольку выводы суда основаны на предположении. Полагает, что в деле не содержится достаточных доказательств, подтверждающих его причастность к преступлению, не установлены обстоятельства и мотив совершения убийства.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб осужденного, Судебная коллегия считает, что приговор подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ к одним из основных обстоятельств, подлежащих доказыванию, относятся события преступления (время, место, способ и другие обстоятельства), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы. Указанные обстоятельства в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ должны быть отражены в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора с приведением доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивов, по которым суд отверг другие доказательства. Указанные требования закона судом не были выполнены в полной мере.

На основании показаний свидетелей С. и Ж. суд установил, что Ч. до совершения убийства В-вых, постоянного вымогал у потерпевших деньги, высказывал угрозы убийства в их адрес.

Из приведенных в приговоре показаний свидетеля Ч.О. (оглашенных в стадии судебного разбирательства) и показаний свидетеля С. видно, что 14 декабря 2004 года Ч.О. вместе с Ч. и другими лицами распивал спиртные напитки. После того как спиртное закончилось, Ч. вместе с Т. пошел к В-вым, сказав, что они должны ему деньги, вернувшись от В-вых примерно через час, Ч. сообщил, что В-вы денег им не дали. Они продолжили распитие спиртного, и Ч. вновь сходил к В-вым. Вернулся он минут через тридцать. Поведение Ч. было странным, лицо его было бледное. Он попросил Ч.О. и С. сходить вместе с ним к В-вым, за продуктами. Подойдя к дому, они через окно веранды увидели В-вых лежащими в кухне без признаков жизни в луже крови. С. дополнила свои показания, пояснив, что в этот же день днем Ч. был в доме В-вых, требовал вернуть ему перчатки, которые у него якобы пропали, разбил там стеклянную банку и высказал в адрес "стариков" угрозу убийства и В.Н. дала Ч. 100 рублей, для того чтобы успокоить его.

Свидетель Ж., на показания которой суд сослался в приговоре, в период предварительного следствия подтвердила показания вышеуказанных свидетелей. Кроме того, она показала, что Ч. постоянно избивал В-вых, называл их "дедушка и бабушка" и говорил, что они дают ему деньги.

Суд сослался в приговоре в подтверждение вины Ч. на показания свидетелей Л., Т. и О. о том, что они увидели трупы потерпевших, когда зашли к ним утром для того, чтобы выпить имевшийся у них спирт. После того как они сообщили об увиденном ими в доме В-вых, Ч. сказал, что его тоже там чуть не убили пришедшие к В-вым молодые парни. Кроме того, Ч. им сказал, что к дому потерпевших в день их убийства приезжали на иностранной машине родственники.

В судебном заседании были оглашены показания свидетеля С., из которых усматривается, что 14 декабря 2004 года в его доме он вместе со знакомыми, в том числе Ч., распивал спиртные напитки. В этот день Ч. на некоторое время отлучался из дома вместе с его женой - С. Вернувшись, его жена сообщила, что они с Ч. ходили к В-вым с целью занять денег на спиртное и обнаружили В-вых мертвыми в луже крови.

Доказательством вины Ч. суд признал протокол осмотра места происшествия, выводы судебно-медицинской, судебно-биологической и медико-криминалистической экспертиз.

В протоколе осмотра места происшествия, проведенного с участием дочери потерпевших, зафиксировано обнаружение трупов с признаками насильственной смерти, с места происшествия был изъят нож с деревянной ручкой.

Приведенные в приговоре выводы судебно-медицинской и медико-криминалистической экспертиз, с которыми суд согласился, свидетельствуют о том, что смерть потерпевших наступила от обильной кровопотери, развившейся в результате проникающих колото-резаных ранений. Колото-резаные ранения на теле потерпевших могли образоваться от воздействия на тело клинка ножа, изъятого на месте происшествия.

Согласно выводам судебно-биологической экспертизы на брюках Ч. выявлены следы крови, по групповым свойствам сходной и с кровью обоих потерпевших и с кровью самого Ч. В связи с этим по делу проведена молекулярно-генетическая экспертиза, согласно выводам которой расчетная (условная) вероятность происхождения выявленной на брюках, принадлежащих Ч., крови от потерпевшего В. составляет не менее 99,79%, принадлежность указанных следов крови Ч. исключается.

Давая оценку собранным по делу доказательствам, суд, сославшись на показания свидетелей С., Т., Ч.О., С., Ж. и потерпевшей В.А., пришел к выводу о том, что на почве употребления алкогольных напитков Ч. поссорился с супругами В-выми, что до совершения преступления Ч. систематически занимался вымогательством денег у потерпевших В-вых угрозами убийства.

По мнению суда, уличают Ч. в преступлении показания свидетелей о том, что: "кушая пельмени, Ч. неожиданно сказал, что ест пельмени в последний раз", затем во время конфликта с В. Ч. высказал в адрес В. угрозу: "Что, тебя зарезать? Хочешь, я тебя зарежу". Кроме того, Л. отметил, что 15 декабря 2004 года Ч. вел себя необычно, нервничал, причину своего поведения не объяснял. А также то, что, когда Ч. вместе с С. и Ч.О. подошли к дому потерпевших, только Ч. обратил внимание на сломанную щеколду на калитке, ни С., ни Ч.О. на это не обратили внимая.

То, что согласно показаниям свидетелей С. и Ч.О. для них было неожиданным предложение Ч. вместе с ним сходить к В-вым, дало суду основание сделать вывод о том, что таким образом Ч. готовил себе алиби для сокрытия своей причастности к убийству.

Суд расценил как признание Ч. факта нахождения его на месте преступления в момент убийства потерпевшего показания свидетелей Л., О. и Т. о том, что Ч. якобы говорил им, что в ночь на 15 декабря 2004 года в доме потерпевших его чуть не убили трое незнакомых молодых парней, а утром, в этот же день, приезжали родственники потерпевших. В обоснование данного вывода суд сослался в приговоре и на показания родственников потерпевших - С. и Сергеева - о том, что трупы потерпевших они обнаружили только после 14 часов.

Выдвинутую Ч., со слов свидетелей, версию "о трех парнях" суд признал вторым алиби, приготовленным Ч. При этом суд сослался на то, что С. и Ч.О. Ч. об этом не рассказывал.

Судебная коллегия не может не согласиться с доводами кассационной жалобы осужденного о том, что вышеуказанные выводы суда о причастности Ч. к преступлению основаны на предположении.

В судебном заседании не были допрошены свидетели С., Ч.О. и Ж. Согласно содержащимся в протоколе судебного заседания данным причина неявки свидетеля Ч.О. суду неизвестна. Ж. находится на стационарном лечении. Указанные обстоятельства нельзя признать причинами, исключающими возможность явки свидетелей в суд. Между тем их показания приведены в приговоре как доказательства вины Ч.

Из приведенных в приговоре показаний свидетелей Ч.О. и С. видно, что перед тем, как они вместе с Ч. пошли в дом В-вых, Ч. один ходил к В-вым и вернулся от них через полчаса.

Из показаний потерпевшей В.А. усматривается, что в доме ее родителей после их убийства обстановка свидетельствовала о драке, постельное белье было перевернуто, на полу разложено одеяло, складывалось впечатление, что что-то украли. В бане было много сажи.

Поскольку Ч. отрицает свою причастность к преступлению, обстоятельства, зафиксированные на месте происшествия, показания потерпевших и свидетелей в этой части требовали тщательной проверки и оценки в совокупности с другими доказательствами, в том числе и с показаниями свидетелей о времени обнаружения трупов, о продолжительности времени отсутствия Ч. в связи с посещением В-вых, о том, что, когда они через полчаса пришли в дом потерпевших, трупы последних лежали уже в замерзших лужах крови.

Из показаний потерпевшей также усматривается, что калитку родители закрывали на засов и снаружи ее открыть было невозможно. Суд, обосновывая причастность Ч. к преступлению, сослался на то, что только Ч. обратил внимание на сломанный запор в калитке. Данный вывод суда сделан без выяснения вопроса о том, кто первым подходил к дому потерпевших во время обнаружения их трупов, если Ч., то его обнаружение взломанного запора было естественным.

Мотивом совершения преступления суд признал наличие неприязненных отношений между осужденным и потерпевшими. Однако в этой части в деле содержатся противоречивые доказательства. Показания потерпевшей В.А., вопреки показаниям ее сестры С., свидетельствуют о том, что ей было известно о том, что Ч. часто приходил к ее родителям и они вместе выпивали. О наличии неприязненных отношений между Ч. и ее родителями исходя из ее показаний, ей не было известно. Вместе с тем и потерпевшая С. показала, что Ч. часто заходил к ее родителям, ссор, скандалов между ее родителями и Ч. она не наблюдала, они спокойно распивали спиртное. Ч. в нетрезвом состоянии она не видела. Законный представитель осужденного - его отец Ч.В. - показал, что он не верит в то, что его сын мог совершить убийство, спиртное он практически не употреблял, имели место случаи употребления спиртного, но в небольшом количестве. Ему было известно, что сын ходит к В-вым, и считал, что В-вы уважают его сына. Ему было известно, что у В-вых украли телевизор и сказали, что кражу совершил сын. Однако телевизор обнаружили у С. Причины возникновения противоречий в доказательствах в этой части требовали тщательной проверки и оценки. Следует отметить, что показания законного представителя несовершеннолетнего осужденного, отраженные в протоколе судебного заседания, не свидетельствуют о том, что судом принимались должные меры к выяснению вопросов об условиях жизни и воспитания несовершеннолетнего, его интересах, его поведении в быту и иных вопросов, имеющих значение для установления данных о его личности.

Проверка показаний основных свидетелей обвинения требовала тщательной оценки и проверки с учетом того, что содержащиеся в деле данные не характеризуют их с положительной стороны. В настоящее время следует признать, что данный вывод суда в этой части сделан на основании неполно проверенных материалов дела и без приведения обоснования признания достоверными одних доказательств и несостоятельными других.

Суд признал установленным время совершения преступления в ночь на 15 декабря 2004 года без приведения в приговоре надлежащего обоснования своих выводов в этой части. Между тем проверка и оценка показаний свидетелей о времени обнаружения трупов и времени отлучения Ч. из дома С. имели существенное значение.

Из приведенных же в приговоре показаний Ч.О. и С. усматривается, что к распитию спиртного они приступили днем 14 декабря 2004 года. К В-вым Ч. ходил вечером, когда уже было темно. В этой связи необходимо было учитывать и время наступления сумерек в декабре.

На одной брючине брюк, принадлежащих Ч., спереди были выявлены следы крови, которая могла принадлежать и потерпевшим, и осужденному. Согласно выводам молекулярно-генетической экспертизы расчетная (условная) вероятность происхождения указанных следов от потерпевшего В. составляет не менее 99,79%. Поскольку, согласно выводам органов следствия и суда убийство потерпевших было совершено Ч. в то время, когда он выходил на некоторое время, в дом С. он должен был вернуться со следами выявленной на его одежде крови. Поэтому суду необходимо было принять меры к выяснению вопроса о том, не заметил ли кто-либо из лиц, с которыми он общался, следы крови на брюках. Принимал ли он меры к сокрытию указанных следов. Поскольку, согласно содержащимся в деле данным потерпевшими было утрачено значительное количество крови, выяснению и оценке подлежал вопрос о количестве и характере телесных повреждений, причиненных потерпевшим, о количестве и характере следов крови, выявленных на одежде Ч. Поскольку Ч., отрицая свою вину, утверждает в жалобе, что ему неизвестно, когда и при каких обстоятельствах на его брюках могла оказаться кровь, что он мог испачкаться, когда приходил к дому потерпевших после их убийства его показания в этой части подлежат тщательной проверке и оценке.

Придя к выводу о необходимости отмены обвинительного приговора в отношении Ч. в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, Судебная коллегия считает, что при новом рассмотрении дела суду надлежит исследовать все отмеченные в настоящем определении обстоятельства и обстоятельства, указанные в кассационных жалобах. Дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам и в зависимости от установленных в стадии судебного следствия данных решить вопрос обоснованности предъявленного Ч. обвинения с приведением в приговоре полного обоснования признания достоверными одних доказательств и несостоятельными других.

На основании выше изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Читинского областного суда от 25 октября 2005 года в отношении Ч. отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения Ч. оставить содержание под стражей.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"