||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 5 апреля 2006 года

 

Дело N 81-о06-17

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                         Магомедова М.М.,

    судей                                         Ермолаевой Т.А.,

                                                   Боровикова В.П.

 

рассмотрела в судебном заседании от 5 апреля 2006 г. кассационные жалобы адвокатов Насоновой М.Л., Борисовой Л.А., осужденного К. на приговор Кемеровского областного суда от 28 декабря 2005 года, по которому

К., <...>, ранее не судимый,

осужден по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ на 10 лет лишения свободы без штрафа, по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "з" УК РФ на 14 лет лишения свободы.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначено К. 15 (пятнадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

П., <...>, несудимый,

осужден по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ на 6 лет лишения свободы без штрафа (с применением ст. 88 ч. 6.1 УК РФ), по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "з" УК РФ на 7 лет 6 месяцев лишения свободы (с применением ст. 88 ч. 6.1 УК РФ).

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 8 (восемь) лет лишения свободы в воспитательной колонии.

Настоящим приговором Л. осужден за совершение преступления, предусмотренного ст. 33 ч. 5, ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года (с применением ст. 88 ч. 6.1 УК РФ).

На основании ст. 73 УК РФ назначенное Л. наказание считается условным с испытательным сроком в 4 года. В отношении Л. приговор не обжалован.

В соответствии со ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ взыскана компенсация морального вреда в пользу С.О. с К. в сумме 95000 (девяносто пять тысяч) рублей, с П. - 80000 (восемьдесят тысяч) рублей.

В случае отсутствия доходов или иного имущества у несовершеннолетнего подсудимого П. постановлено компенсацию морального вреда взыскать с его матери П.О.

Исковые требование С.Т. о компенсации морального вреда оставлены без рассмотрения.

Заслушав доклад судьи Ермолаевой Т.А., объяснения осужденного К., поддержавшего доводы жалобы, прокурора Абрамову З.Л., возражавшую против доводов, приведенных в кассационных жалобах, и полагавшую оставить приговор без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

по приговору суда К. и П. признаны виновными в том, что совершили разбой, то есть нападение в целях хищения имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, и умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц по предварительному сговору, сопряженное с разбоем.

Преступления совершены в г. Ленинске-Кузнецком Кемеровской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре, 26 января 2005 г.

В кассационных жалобах:

Осужденный К. выражает несогласие с приговором. Ссылается на то, что убийство потерпевшего совершил осужденный П., а он сам лишь собрал вещи и сложил в спортивную сумку, просит об отмене приговора.

Адвокат Матвиенко в защиту интересов П. просит изменить приговор в отношении подзащитного, применив ст. 64 УК РФ, смягчить наказание и снизить размер суммы, определенной в счет компенсации морального вреда, с учетом данных о составе семьи П. и его конкретных действий. Просит учесть, что П. на момент совершения преступления было всего 14 лет, оспаривает осуждение по квалифицирующему признаку разбоя "с незаконным проникновением в жилище", ссылается на то, что в его действиях не было угрозы или применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, считает, что П. должен нести ответственность за пособничество в убийстве, т.к. он лишь принес шнур от утюга и придерживал дверь в тот момент, когда К. привязывал потерпевшего. Просит учесть конкретную роль П. в совершении преступления, то, что он активно способствовал органам следствия в установлении обстоятельств дела, его родители помогли возместить материальный ущерб и были согласны возместить и компенсацию морального вреда, преступление он совершил впервые, глубоко раскаялся, положительно характеризуется.

Адвокат Насонова в защиту интересов осужденного К. приговор суда считает несправедливым и чрезмерно суровым, просит приговор изменить и смягчить назначенное наказание. Вместе с тем, анализируя в жалобе собранные по делу доказательства и излагая показания допрошенных по делу свидетелей, адвокат считает, что К. может нести ответственность лишь за пособничество в убийстве, ссылается на то, что суд необоснованно взял за основу показания осужденного П., а не К. и не дал оценки показаниям свидетеля К.Т.

Просит учесть его молодой возраст - 18 лет, то, что он являлся студентом, положительно характеризовался, не имел склонности к совершению преступных деяний.

Государственный обвинитель и потерпевший С.О. принесли возражения на жалобы, считая приговор законным и обоснованным, просят оставить его без изменения.

Представитель несовершеннолетнего осужденного П. принесла возражения на кассационную жалобу адвоката Насоновой в защиту интересов осужденного К., считая необоснованными ее доводы о том, что К. являлся лишь пособником в совершении убийства.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия считает, что вывод суда о доказанности вины К. и П. в совершении преступлений при изложенных в приговоре обстоятельствах соответствует материалам дела и подтвержден приведенными в приговоре доказательствами.

Доводы, приведенные в жалобах, о том, что вывод суда о совершении К. и П. убийства группой лиц является неправильным, т.к. каждый из них может нести ответственность лишь за пособничество в убийстве С., не могут быть признаны обоснованными.

Так, из показаний осужденного П. в судебном заседании следует, что осужденные втроем собрались в подъезде дома, К. предложил проникнуть в квартиру С., чем-то ударить Максима, чтобы он потерял сознание, и похитить ценные вещи, а когда они шли с ним вдвоем в квартиру, К. сказал, что в случае необходимости нужно убить С.

По договоренности Л. был у подъезда, чтобы предупредить их, а они с К. подошли к квартире С. Он позвонил в квартиру, Максим на его голос открыл дверь, он вошел в квартиру и дважды ударил его. Следом в квартиру вошел и К. и, обхватив рукой шею потерпевшего, стал душить его, а сам он осматривал шкафы.

Потом К. попросил у него нож, он принес его из кухни и передал ему.

Затем К. попросил у него шнур. Он выдернул шнур из утюга и отдал К., который, сделав из него петлю, надел на шею С. и стал душить потерпевшего. Тело С. было на диване, ноги на полу, потерпевший пытался сопротивляться удушению, подставляя под петлю пальцы, К. пнул его ногой в лицо.

Затем К. сказал ему удерживать дверь, он, понимая, что совершают убийство, держал дверь, а К., приподняв верхнюю часть туловища потерпевшего с петлей на шее, другой конец шнура привязал к ручке двери, так что шнур оказался в натянутом состоянии.

После этого вместе в сумку и пакет сложили вещи, вышли из квартиры.

Похищенное принесли в квартиру К., кольцо-печатку из желтого металла отдали Л., а остальные вещи оставили в квартире К.

Осужденный К. в судебном заседании пояснил, что они все решили проникнуть в квартиру С.

Он согласился. Они пошли с П. к квартире, а Л. остался у подъезда.

С., знавший П., открыл ему дверь, и тот вошел в квартиру.

Оставшись на лестничной площадке, он через 3 - 4 минуты услышал в квартире шум и зашел в квартиру.

Он увидел, что в зале на диване лицом вниз без признаков жизни лежал С.

Навстречу ему со шнуром в руке шел П. Он завернул в зал, обвязал шнур вокруг шеи потерпевшего и, сказав, что С. знает его, подтащил потерпевшего к двери, попросил К. подержать дверь.

К. стал держать дверь, а П. свободный конец шнура привязал к дверной ручке так, что голова и шея потерпевшего оказались подвешенными.

После этого они сложили в сумку и пакет вещи и скрылись.

Кроме вышеприведенных показаний осужденных, их вина подтверждается подробными показаниями П. в ходе предварительного расследования, показаниями потерпевшего, свидетелей и письменными доказательствам, приведенными в приговоре.

Так, из исследованных в суде показаний П. в ходе предварительного расследования следует, что они с Л. решили отобрать сотовый телефон "Самсунг" у одноклассника С., привлекли к этому К.

26 января 2005 года встретились в квартире К., где втроем выпили спиртное и пошли к дому, где жил С., чтобы ограбить его.

К. вошел в подъезд, чтобы там ограбить потерпевшего, а они с Л. остались ждать его у разных подъездов.

Вскоре после того, как в подъезд из школы зашел С., из него вышел К. и сказал, что ограбить его помешала соседка, которая не могла открыть ключом свою дверь.

К. предложил зайти в квартиру и взять в ней еще что-нибудь, предложив при этом ему (П.) войти в квартиру якобы за книгами, а он войдет сразу за ним.

Л. должен был ждать на улице.

В подъезде К. сказал: "Андрей, в случае чего придется валить Макса, мокруху беру на себя".

Подойдя к квартире, он позвонил в квартиру. На его голос С. открыл дверь.

Он зашел в квартиру и попросил почитать, понял, что С. дома один.

Он толкнул его в плечо и в голову. Максим отлетел в прихожей почти до ванной.

В это время в квартиру зашел К. и закрыл дверь на ключ. К. рукой потянул Максима к себе, обхватил рукой за шею и потащил в зал на диван, повалил лицом вниз. К. был на Максиме, душил рукой. Максим пытался вырваться, К. пытался сломать ему шею, но это не получалось. К. сказал ему принести что-нибудь, чтобы задушить Максима. Он пошел в спальню, увидел там утюг, оторвал от него шнур и подал его К. Он сложил его вдвое, накинул на шею Максима и, стоя над ним, стал затягивать петлю сзади.

Максим хрипел, подсовывал руки под шнур. К. приподнял за шнур Максима и пнул его ногой в лицо.

Максим перестал сопротивляться и сказал: "Убей меня".

К. сказал ему: "Неси нож" Он принес кухонный нож с коричневой ручкой из кухни. К. взял его, хотел ударить Максима в бок, но передумал.

Затем снова затянул петлю, подтащил за шнур к двери и сказал: "Держи дверь в зале", и он (П.) левой рукой держал ее.

В это время К. приподнял Максима за шнур, привязал свободный конец шнура за ручку двери, так что Максим был от пола сантиметров 20, лицом вниз.

После этого в пакет и школьную сумку сложили вещи и пришли к К.

К. рассказал Л. о совершенном убийстве, показал все вещи.

Л. взял печатку и ушел с ней.

Указанные показания П. в ходе предварительного расследования суд обоснованно признал достоверными. Они дополняют его показания, данные в судебном заседании, подробны, последовательны, не противоречат иным доказательствам, признанным судом достоверными.

Свидетель К.Т. в судебном заседании пояснила, что 26 января 2005 года к ней домой пришел К., он был возбужден и в разговоре сказал: "Я убил мальчика". Она не поверила ему, но он достал обручальное кольцо, перстень, фотоаппарат, мобильный телефон и пояснил, что их было трое: П., Л. и он. Они хотели отобрать телефон в подъезде, но помешала женщина. После этого П. первый вошел в квартиру, ударил мальчика кулаком по лицу, затем он тоже зашел в квартиру.

Мальчик учился в одном классе с П. Они оба завязали шнур, повесив потерпевшего на дверь, после этого совершили хищение вещей из квартиры. Оснований не доверять показаниям свидетеля К.Т. не имеется.

Изложенные в приговоре и получившие оценку суда показания свидетеля К.Т. опровергают доводы адвоката о том, что суд не дал им никакой оценки и не принял во внимание.

Вина осужденных подтверждена и другими доказательствами: протоколом осмотра места происшествия - квартиры <...>, где с признаками насильственной смерти был обнаружен труп С., на левой половине двери в зале на ручке обнаружен шнур от утюга, завязанный на двойной узел петлей, в квартире - беспорядок, следы хищения, пятна бурого цвета, похожие на кровь и т.д.; протоколом осмотра трупа; протоколами выемки похищенных вещей из квартиры, где проживал К.; протоколами выемки одежды и обуви К. и П., заключением судебно-биологической экспертизы о том, что на брюках П. и правом ботинке К. обнаружена кровь, которая могла произойти от потерпевшего С. и не могла - от осужденных, протоколом очной ставки между П. и К., во время которой П. подробно и последовательно пояснил об обстоятельствах совершения преступлений; протоколом осмотра С.О. вещей, изъятых у К., во время которого он опознал эти вещи как похищенные в его квартире 26 января 2005 года; выводами судебно-медицинской экспертизы трупа С. о том, что причиной его смерти явилась механическая странгуляционная асфиксия от сдавления шеи петлей.

Собранные по делу доказательства свидетельствуют о том, что, направляясь с К. в квартиру С., П. знал о намерении К. совершить убийство потерпевшего и его умыслом охватывалось совершение этого преступления. Проникнув в квартиру первым, П. активно совершал действия, связанные с разбоем и убийством потерпевшего.

Таким образом, на основании собранных по делу доказательств судом в приговоре обоснованно установлено, что, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья С., с целью завладения его имуществом и убийства, сопряженного с разбоем, действуя совместно и согласованно с К. по предварительной договоренности, П. напал на С. и умышленно нанес ему удары руками в плечо и лицо, поставив под угрозу здоровье потерпевшего.

Продолжая действия, направленные на разбойное нападение и умышленное убийство, сопряженное с разбоем, К. обхватил рукой шею С., повалил его на диван и стал душить, умышленно сдавливая шею потерпевшего рукой.

С. оказывал сопротивление К. и П., и ему было нанесено не менее 8 - 9 ударов в область лица и головы и не менее 3 - 4 ударов в область тела и конечностей.

После этого П., действуя совместно и согласованно по предварительному сговору с К., с целью продолжения разбойного нападения на потерпевшего с применением предмета, используемого в качестве оружия, причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего и его умышленного убийства, сопряженного с разбоем, вырвал из утюга шнур для использования в качестве оружия и передал его К., который ,удерживая С., завязал вокруг шеи шнур, стал стягивать его с целью удушения потерпевшего.

С. руками пытался предотвратить стягивание петли вокруг шеи. К., пресекая его сопротивление, нанес один удар ногой в область лица потерпевшего, затем подтащил С. к двери зала, где, действуя совместно и согласованно с целью убийства потерпевшего, П. стал удерживать в фиксированном положении дверь, тем самым выполняя свою роль по лишению жизни С., а К. в это время приподнял тело потерпевшего от пола так, что шея находилась на расстоянии около 30 сантиметров, стянул шнур на шее, а второй конец шнура завязал на ручке двери, которую продолжал удерживать П.

В результате сдавления шеи петлей был причинен тяжкий вред здоровью потерпевшего и наступила смерть потерпевшего С. от асфиксии.

Действуя совместно и согласованно с К. с целью на убийства С., П. не только подал К. шнур, но и первым применил насилие в отношении потерпевшего, подавляя его волю к сопротивлению, удерживал в фиксированном положении дверь, к которой К. привязывал шнур, подвешивая тело потерпевшего, тем самым непосредственно участвуя в лишении жизни потерпевшего и выполняя объективную сторону убийства.

Изложенные фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что оба осужденных принимали непосредственное участие в лишении жизни С.

При таких обстоятельствах суд обоснованно расценил действия П. и К. как соисполнителей убийства С. и дал их действиям правильную юридическую оценку.

Доводы о том, что в действиях П. отсутствует квалифицирующий признак разбойного нападения "с незаконным проникновением в жилище", несостоятельны. Как видно из дела, П. и К. подошли к двери квартиры С., и с целью разбойного нападения на С. и его убийства, сопряженного с разбоем, П. позвонил в квартиру под предлогом взять у потерпевшего книгу, незаконно путем обмана проник в квартиру, имея умысел на разбойное нападение, а следом за ним в квартиру также незаконно вошел К. и закрыл входную дверь на ключ.

При таких обстоятельствах действия осужденных в части разбойного нападения квалифицированы правильно.

Наказание К. и П. назначено в соответствии с требованиями закона, учтены все смягчающие наказание обстоятельства.

Назначенное наказание является соразмерным содеянному, и оснований к его снижению, о чем ставится вопрос в жалобах, не имеется.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ и назначения наказания ниже низшего предела, о чем высказана просьба в жалобах, не имеется.

Исковые требования потерпевшего в части компенсации морального вреда разрешены судом в соответствии с требованиями закона, с учетом разумности и справедливости.

Судом в приговоре приведены мотивированные суждения в части определения сумм материального ущерба и компенсации морального вреда, подлежащих взысканию с осужденных. Оснований не согласиться с выводами суда не имеется. Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не усматривается.

В силу изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Кемеровского областного суда от 28 декабря 2005 года в отношении П. и К. оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного К. и адвокатов Насоновой М.Л. и Матвиенко Т.В. - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"