||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 3 февраля 2005 года

 

Дело N 66-о04-116

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                            Коннова В.С.,

    судей                                            Саввича Ю.В.,

                                                   Ермолаевой Т.А.

 

рассмотрела в судебном заседании от 3 февраля 2005 г. кассационные жалобы осужденных С. и Ш. на приговор Иркутского областного суда от 2 августа 2004 г., которым С., <...>, русский, с образованием 9 классов, не работавший, ранее не судимый, осужден по п. п. "а", "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ к четырем годам лишения свободы; по п. п. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к одиннадцати годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к тринадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

Ш., <...>, русский, с образованием 7 классов, не работавший, ранее не судимый, осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ к восьми годам лишения свободы; по п. п. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к двенадцати годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к семнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с С. и Ш. в пользу А.Е.:

- солидарно в возмещение материального ущерба - 8130 руб.;

- в счет компенсации морального вреда по 100000 руб. с каждого.

С. признан виновным и осужден за ограбление А., совершенное группой лиц по предварительному сговору и с применением насилия, неопасного для жизни и здоровья.

Ш. признан виновным и осужден за разбойное нападение на А., совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Кроме того, С. и Ш. признаны виновными и осуждены за убийство А., совершенное группой лиц по предварительному сговору и с целью сокрытия другого преступления.

Преступления совершены ими в ночь на 4 декабря 2003 г в г. Братске Иркутской области при обстоятельствах, установленных приговором.

Заслушав доклад судьи Коннова В.С., объяснения осужденных С. и Ш., мнение прокурора Филимонова А.И. об оставлении приговора без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационных жалобах осужденные:

- С. просит отменить приговор, ссылаясь на отсутствие у него с Ш. предварительного сговора на убийство А., на проведение предварительного следствия с нарушениями уголовно-процессуального законодательства, на неправильную оценку доказательств. Утверждает, что к нему оперативными сотрудниками милиции оказывалось физическое, и следователем - психологическое давление. По его мнению, неполно исследовано его психическое состояние;

- Ш. просит отменить приговор, ссылаясь на несовершение им разбоя и убийства А., на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам; на неправильную оценку доказательств. Утверждает, что в ходе предварительного следствия он давал показания под физическим и психологическим давлением.

В возражениях потерпевшая А.Е. считает доводы жалоб несостоятельными, приговор - законным и обоснованным и просит оставить приговор без изменения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит приговор в отношении С. и Ш. законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Виновность С. и Ш. в содеянном ими подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Доводы С. и Ш. о применении к ним незаконных методов расследования проверялись судом и обоснованно признаны несостоятельными.

Как следует из материалов дела, С. и Ш. разъяснялось право не свидетельствовать против себя, каждый из них давал показания с их согласия и по своему желанию. Все их допросы проводились с участием адвокатов и при конкретных допросах ни они, ни их защитники не заявляли о применении каких-либо незаконных методов расследования при этих допросах. Из актов судебно-медицинских экспертиз от 18 и 19 декабря 2003 г. следует, что ни у С., ни у Ш. на время их осмотра никаких телесных повреждений не имелось.

Постановлением заместителя прокурора г. Братска от 21 июля 2004 г. установлено, что заявления Ш. и С. о применении к ним незаконных методов расследования подтверждения не нашли и в возбуждении уголовного дела отказано за отсутствием события преступления.

Подозреваемый Ш. при его допросе 12 декабря 2003 г. собственноручно указывал в протоколе, что показания им даны добровольно, без физического и психического принуждения (т. 1 л.д. 98).

С. при допросе 18 декабря 2003 г. в качестве подозреваемого также собственноручно указывал в протоколе, что им показания даны добровольно, без морального и физического давления (т. 1 л.д. 133); при допросе 9 апреля 2004 г. в качестве обвиняемого пояснял, что явка с повинной дана им добровольно, без физического и морального воздействия, и подтверждал ранее данные им показания (т. 1 л.д. 262). Отказы С. (т. 1 л.д. 310 - 311, 312) и Ш. (т. 1 л.д. 252, 303 - 304) давать показания, участвовать в проверке их показаний также не соответствуют их доводам о применении к ним незаконных методов расследования.

В материалах дела не имеется доказательств применения к осужденным незаконных методов расследования и не представлено ими суду в подтверждение своих доводов.

При таких данных указанные доводы осужденных С. и Ш. противоречат материалам дела и являются несостоятельными.

Каких-либо дописок в показаниях С., на что он ссылается в жалобе, в протоколах его допросов не имеется.

Подсудимый С. пояснял, что Ш. предложил ему похитить у А. телевизор и в этих целях напоить спиртным А. Однако А. отказался употреблять спиртное. Тогда Ш. поочередно нанес А. два удара бутылками с ацетоном по голове, отчего бутылки разбились. При этом Ш. требовал у А., чтобы тот дал им телевизор. Затем Ш. нанес удар ножом в руку А., угрожая его зарезать. Он (С.) электропроводом связал руки А. за спиной, чтобы тот не оказывал сопротивления и стал заворачивать в покрывало телевизор, достал из тумбочки дрель. Ш. стал наносить удары А. табуретом, затем - бруском. Ш. сказал, что надо убивать А. Увидев кровотечение у А., он (С.) решил задушить А., чтобы скрыть преступление. Он (С.) принес провод, вдвоем с Ш. обмотали его вокруг шеи А., и оба сильно стали тянуть концы провода в разные стороны. А. при этом хрипел. Провод оборвался. Затем Ш. придавил А. и стал душить его подушкой, тот стал мертв. Они забрали телевизор, антенну, пульт дистанционного управления, дрель. Ш. забрал дубленку и они ушли в квартиру Ш. Телевизор и дубленку они продали азербайджанцу за 1500 рублей, деньги разделили пополам, дрель была у Ш.

Кроме того, в ходе предварительного следствия С. пояснял, что он согласился с предложением Ш. похитить у А. телевизор (т. 1 л.д. 83, 163, 173, 189); что он (С.) предложил связать руки А., чтобы тот не помешал им вынести телевизор из квартиры, уйти с телевизором, и Ш. согласился с его предложением (т. 1 л.д. 164, 189, 260); что он (С.) согласился с предложением Ш. убить А. Когда они душили А. электропроводом, то он (С.) был уверен, что А. не выживет и умрет. Когда шнур порвался, то он сказал Ш.: "Ты предложил, ты и убивай", после чего Ш. душил А. подушкой (т. 1 л.д. 131, 165, 175, 189). Когда они с похищенным пришли домой к Ш., то там была его мать и Ш. сообщил ей, что они убили человека, а та сказала, чтобы он не кричал об этом, так как в таких ситуациях надо молчать. Ему Ш. говорил, что у него на куртке была кровь и он ее застирывал. О происшедшем Ш. в его присутствии рассказал Рыбинскому, сказал, что они (Ш. и С.) убили А., избивали бутылками и задушили. Он (С.) кивком головы подтвердил Рыбинскому слова Ш. (т. 1 л.д. 132, 133, 166, 167).

В ходе предварительного следствия Ш. не отрицал, что когда А. отказался употреблять спиртное, на него было совершено нападение, он (Ш.) поочередно нанес бутылками с жидкостью удары по голове А., отчего бутылки разбились. Он также нанес А. удар стулом, задев его голову и стул от удара разбился. Он помог С. завязывать телевизор в одеяло. С. говорил, что А. надо убивать, душил его. Он (Ш.) взял с вешалки черную дубленку, одел ее на себя, забрал дрель, понимая, что совершает хищение, хотел оставить их себе. Когда пришли к нему домой, то его мать увидела на нем чужую дубленку. С. принесенный телевизор поставил к ним в шкаф. На следующий день они совместно продали телевизор и дубленку за 1400 рублей, ему С. дал 600 рублей. На его (Ш.) куртке была кровь А., он впоследствии затирал ее тряпкой. О том, что произошло в квартире А., он. (Ш.) впоследствии в присутствии С. рассказал Р. (т. 1 л.д. 97, 123 - 125, 152, 174 - 175).

Суд правильно оценивал приведенные показания С. и Ш., исходя из соответствия их друг другу и другим доказательствам.

Доводы осужденного С. о том, что при удушении электропровод оборвался и что с шеи трупа А. изъят другой электропровод, являются несостоятельными и противоречат материалам дела. Из протоколов осмотра места происшествия, осмотра электропровода следует, что электропровод, находившийся на шее трупа А., порван не был. Никаких данных о замене электропровода на шее трупа А., чьих-либо целях при таких действиях - в материалах дела не имеется.

Заключением судебно-биологической экспертизы подтверждается наличие на куртках С. и Ш. крови, происхождение которой возможно от А. и исключается - от С. и Ш.

Из показаний свидетеля Т., матери Ш., видно, что ночью с 3 на 4 декабря 2003 г. сын - Ш. вернулся домой вместе с С. На сыне была надета куртка, а поверх ее - чужая дубленка. С. занес к ним завернутый в одеяло телевизор. На следующий день ее сын и С. привели в квартиру незнакомого мужчину, который осмотрев дубленку и телевизор, решил их купить. Она видела, как С. отсчитал и передал ее сыну деньги.

Как пояснял свидетель Р., 5 декабря 2003 г. на его вопрос С. и Ш., когда они ушли от А., С. ответил, что А. они убили. Он не поверил этому. Как ему рассказал С., он (С.) предложил похитить у А. телевизор и дубленку, Ш. нанес удары А. бутылками с растворителем по голове, он (С.) связал руки А., Ш. наносил удары кухонным ножом по телу А. А. заявил им, чтобы они забирали все и уходили. Он (С.) сказал Ш., что А. нужно убить, чтобы тот не заявил о них в милицию, он (С.) сделал петлю на шее А., и они вдвоем тянули концы шнура до тех пор, пока не поняли, что задушили А. Он (С.) продолжал душить А. подушкой. Он (С.) завернул телевизор в одеяло, а Ш. - надел на себя дубленку. Во время рассказа С. Ш. кивал головой и делал аналогичные пояснения в подтверждение сказанного. Со слов Ш. ему известно, что он (Ш.) наносил удары А. бутылками по голове; что он и С. оба тянули за концы шнура, пока не поняли, что задушили А. Похищенное они отнесли в его (Ш.) квартиру, а затем продали лицу кавказской национальности за 1500 рублей, которые потратили.

Из актов судебно-медицинских экспертиз видно, что смерть А. наступила от механической асфиксии в результате удавления петлей при длительном сдавлении органов шеи эластичным предметом (электрошнуром). Возможность развития механической асфиксии и наступления смерти от закрытия верхних дыхательных путей при надавливании подушкой на лицо А. также не исключается. Кроме того, на трупе А. имелись ссадины кожи и ушибленные раны головы, которые могли образоваться от ударов стеклянной бутылкой, деревянными табуретом и бруском; слепые колото-резаные ранения правых предплечья и бедра, которые могли образоваться от воздействия ножа; ссадины кожи шеи и запястий, которые могли образоваться под давящим воздействием эластичного предмета (электрошнура).

Виновность С. и Ш. подтверждается и другими, имеющимися в деле, приведенными в приговоре, доказательствами.

С учетом совместных, согласованных действий С. и Ш. по хищению имущества А.; показаний С. о предварительном сговоре с Ш. на хищение, показаний Ш. о том, что он помогал С. завязывать телевизор в одеяло, а сам забрал дубленку и дрель А.; совместных действий С. и Ш. по сбыту похищенного и разделу полученных денег - суд пришел к обоснованному выводу о доказанности наличия предварительного сговора между С. и Ш. на хищение имущества А.

Как правильно установлено судом, при этом С. связал руки А. электропроводом в целях беспрепятственного совершения открытого хищения, то есть применил насилие, неопасное для жизни и здоровья А.

При таких данных действия С. правильно квалифицированы судом по п. п. "а", "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

Судом также правильно установлено, что при хищении Ш. применил к А. насилие, опасное для его здоровья, и при таких данных его действия верно квалифицированы по ч. 2 ст. 162 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

С учетом приведенных показаний С. о том, что между ним и Ш. состоялся сговор на убийство А. в целях сокрытия преступления, что они оба душили электропроводом А.; показаний Ш. о том, что С. говорил, что А. нужно убивать; показаний свидетеля Р. о том, что по рассказу С., тот сказал Ш., что нужно убить А., чтобы тот не заявил о них в милицию, а по словам и С., и Ш., оба они душили А. электрошнуром до тех пор, пока не поняли, что задушили его; данных актов судебно-медицинских экспертиз о наступлении смерти А. от механической асфиксии - суд пришел к обоснованному выводу о наличии между С. и Ш. предварительного сговора на убийство А. и совместном участии их в процессе лишения его жизни путем удушения. Об этом же свидетельствует и то, что А. видел С. и Ш., мог описать их и сообщить об обстоятельствах нахождения их в его квартире, вследствие чего оставление ими А. в живых не обеспечивало их безнаказанности за совершенные до убийства преступные действия в отношении А., и никто из них сам в правоохранительные органы не пришел и не сообщил этим органам о своих и своего соучастника преступных действиях.

При этом независимо от чего - от удушения электрошнуром, от удушения подушкой или от совокупности этих удушений - наступила смерть А., и С. и Ш. оба обоснованно признаны соисполнителями убийства, поскольку между ними состоялся предварительный сговор на убийство, они оба душили А. электрошнуром, то есть участвовали в процессе лишения его жизни, после чего, как пояснял С., он сказал Ш., чтобы тот продолжал убивать А. и тот душил его еще и подушкой.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины С. и Ш. в убийстве А. по предварительному сговору группой лиц и с целью сокрытия другого преступления и правильно квалифицировал действия каждого из них по п. п. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

Судом исследовалось психическое состояние С. Ранее он на учете у врача-психиатра не состоял. В отношении его проводилась судебно-психиатрическая экспертиза, при этом комиссии экспертов было известно о перенесенной им черепно-мозговой травме. Эксперты обследовали непосредственно самого С. и пришли к выводу о том, что он ни временным, ни хроническим психическим расстройством, слабоумием не страдал и не страдает, у него имеются признаки психопатии, но он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Ознакомившись с актом экспертизы, ни С., ни его защитник никаких ходатайств не заявляли (т. 1 л.д. 204 - 208). Экспертиза проведена комиссией квалифицированных экспертов, акт экспертизы соответствует требованиям закона.

С учетом осмысленных, мотивированных, целенаправленных действий С., поддержания им адекватного речевого контакта, отсутствия у него бреда и галлюцинаций - он обоснованно признан вменяемым.

Наказание С. и Ш. назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом данных об их личности, влияния назначенного наказания на их исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

Назначенное им наказание является справедливым, соразмерным содеянному самими ими и оснований к его смягчению не имеется.

Гражданские иски разрешены судом в соответствии с действующим законодательством.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом, и надлежащим образом обоснованны, мотивированны.

Как видно из материалов дела, адвокатом Смирновой защита С. осуществлялась в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством и законодательством об адвокатуре. Сам С. просил назначить ему в качестве защитника Смирнову (т. 1 л.д. 258), утверждал, что нуждается в услугах адвоката Смирновой (т. 1 л.д. 305). Отводов адвокату Смирновой он не заявлял, от ее услуг не отказывался, заменить ему адвоката Смирнову - не просил. Его право на защиту не нарушено.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

Неприобщение жалоб осужденного С. на следователя, адресованные им прокурору, на что он указывает в жалобе, не влияет на законность и обоснованность приговора, поскольку жалобы доказательствами по делу не являются и, кроме того, они были адресованы прокурору.

Из протокола судебного заседания следует, что судьей осужденным С. и Ш. были разъяснены права, порядок и срок ознакомления с протоколом судебного заседания, последствия пропуска этого срока. Осужденный Ш. воспользовался этим правом и 3 августа 2004 г. подал в суд ходатайство об ознакомлении его с протоколом судебного заседания. Протокол судебного заседания был изготовлен в установленный законом срок - 5 августа 2004 г. В тот же день - 5 августа 2004 г. - судьей было направлено сообщение осужденным об изготовлении протокола судебного заседания и вновь были разъяснены требования ч. 7 ст. 259 УПК РФ. О желании ознакомиться с протоколом судебного заседания осужденный С. заявил лишь 13 августа 2004 г., то есть по истечении установленного законом срока. 16 августа 2004 г. судьей было разъяснено С. о пропуске им срока на ознакомление с протоколом судебного заседания. Из материалов дела видно, что уважительных причин пропуска указанного срока у С. не имелось, со 2 августа по 7 сентября 2004 г. он за медицинской помощью не обращался (т. 2 л.д. 151 - 152).

При таких данных установленного законом права осужденного С. судом не нарушено.

Из материалов дела видно, что Ш. имеет образование 7 классов. 10 августа 2004 г. он ознакомился с протоколом судебного заседания, о чем написал собственноручно расписку в суд и подтвердил ее своей подписью (т. 2 л.д. 139). 17 августа 2004 г. он подал в суд ходатайство о предоставлении ему копии протокола судебного заседания "для проверки ее с оригиналом" (л.д. 155 т. 2). 24 августа 2004 г. судья разъяснил осужденному Ш., что копия протокола судебного заседания изготавливается за счет заявителя. От осужденного Ш. не поступило в суд квитанции (или ее копии) об оплате им стоимости изготовления копии протокола судебного заседания. При таких данных указанного права осужденного Ш. на ознакомление с протоколом судебного заседания и получение копии протокола, изготовленной за его счет, судом не нарушено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Иркутского областного суда от 2 августа 2004 г. в отношении С. и Ш. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных С. и Ш. - оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий

В.С.КОННОВ

 

Судьи

Ю.А.САВВИЧ

Т.А.ЕРМОЛАЕВА

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"