||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 4 июня 2003 г. N 86-О03-11

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Грицких И.И.,

судей - Подминогина В.Н. и Степанова В.П.

рассмотрела в судебном заседании от 4 июня 2003 года кассационную жалобу осужденного В. на приговор Владимирского областного суда от 26 марта 2003 года, которым

В., <...>, русский, со средним образованием, неженатый, неработавший, несудимый,

осужден по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ к семнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с В.: в пользу Г.Е.А. расходы, связанные с погребением потерпевшего Г.С.А., 3000 рублей, в ее и пользу Г.Е.С. в счет компенсации морального вреда по 75 тысяч рублей каждому; в доход государства процессуальные издержки в размере 2173 рубля.

В. признан виновным и осужден за убийство П. и Г.С.А., совершенное при указанных в приговоре обстоятельствах в квартире <...> 24 октября 2002 года.

Заслушав доклад судьи Грицких И.И., мнение прокурора Яшина С.Ю., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

в своей кассационной жалобе осужденный В. указывает, что с приговором он не согласен. В квартиру <...> он пришел не с целью убийства потерпевших, а взять принадлежавшее ему пальто, которое оставил накануне. Хозяев квартиры не было. Там находились П. и Г.С.А., которые накануне его избили. Они вновь решили продолжить избиение. В целях самообороны он достал имевшийся у него нож, однако тех это не устроило. Видя, что ему угрожает серьезная опасность, он (В.) нанес удар П. Потерпевшие пытались отобрать у него нож. Он стал размахивать ножом, нанося П. и Г. удары, не сознавая свои действия. Когда пришел в себя, опомнился, они уже лежали без движения. Тогда он ушел из квартиры. Свои действия считает не умышленными, совершенными в целях сохранения своей жизни.

Просит вынести по делу справедливое решение.

В возражениях на жалобу государственный обвинитель, приведя мотивы, находит указанные осужденным доводы необоснованными; считает, что действия В. квалифицированы правильно. Для переквалификации их на ч. 1 ст. 108 УК РФ у суда оснований не имелось.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, Судебная коллегия считает, что вина В. в содеянном им подтверждена собранными по делу, проверенными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами.

Сам осужденный В. факт причинения им ножом телесных повреждений П. и Г.С.А., повлекших смерть потерпевших, в жалобе не оспаривает.

В судебном заседании осужденный показал, что потерпевших он видел несколько раз. В той квартире он употреблял с другими лицами спиртные напитки. Поскольку было тепло, он ходил в куртке, а пальто носил с собой. Попросил хозяина квартиры оставить пальто у него. Перед происшедшими событиями он ночевал в этой квартире. Проснулся, когда все еще спали, ушел оттуда. Пальто не стал забирать. Через некоторое время вернулся. Находившиеся в квартире лица, в частности, П., предъявили ему претензии в том, что он взял у них бутылку со спиртным, его избили. Били П. и друзья последнего. Принимал ли в этом участие Г.С.А., не знает.

На другой день с намерением забрать пальто пошел на ту квартиру. Чтобы "припугнуть" своих обидчиков, избивших его накануне, взял нож.

Дверь квартиры была открыта. Он прошел на кухню. Г.С.А. сидел на табуретке за столом, П. - дальше по другую сторону стола. Сказав: "Вот он сам пришел", П. ударил его по лицу. Он (В.) достал из кармана нож и молча ударил им П. Последний крикнул Г.С.А.: "Отбирай у него нож". Потерпевшие вдвоем пытались отнять нож. Он стал размахивать во все стороны ножом, мог задеть потерпевших. Потом борьба продолжалась на полу. Убедившись, что П. и Г.С.А. лежат, не двигаются, сопротивления не оказывают, из квартиры ушел. Пальто не забрал. Нож спрятал в своем сарае.

Указал, что все это произошло вечером 24 октября 2002 года. Свои действия он осознавал.

Г.С.А. в отношении него ничего не предпринимал. Удары наносил Г.С.А. в связи с тем, что он вместе с П. отнимал у него нож. В процессе попытки отобрать у него нож потерпевшие ударов ему не наносили, бить его не пытались. Вел себя агрессивно по отношению к потерпевшим из-за причиненных ему накануне побоев, испытывал злость и чувство мести. По поводу избиения никуда не обращался, привык свои проблемы решать сам. После происшедшего "скорую помощь" не вызывал и не думал об этом.

В ходе предварительного следствия осужденный заявлял, что перед тем, как идти на квартиру к Б.В.С., около 18 часов 24 октября 2002 года он пришел на квартиру к Л. и взял из тумбочки, где хранились его вещи, нож.

Свидетель Л. пояснил в суде, что в те дни на улице он встретил своего отчима - осужденного В., видел у него следы побоев, со слов В. он с кем-то не поделил спиртное и его побили. Около 18 часов 24 октября 2002 года к нему на квартиру заходил В., что-то искал в своей тумбочке, в которой хранились сапожные инструменты, в том числе ножи. В ходе следствия ему (Л.) предъявлялись на опознание ножи, один из которых принадлежал им; его (Л.) мать ходила с этим ножом за грибами, раньше он лежал в тумбочке В.

Свидетель С. показал в судебном заседании, что в конце октября 2002 года к нему приходил осужденный, просил нож или какую-нибудь железку. На лице у В. были "синяки" На его вопрос В. ответил, что в квартире Б.В.С. его избили. Спросил его, зачем ему нужен нож. Осужденный сказал: "Чтобы зарезать". Нож В. он не дал. На следующий день Б.В.С. ему (С.) сообщил, что в его квартире зарезали двух лиц. Приходили работники милиции, разыскивали В. Через некоторое время к нему пришел В., просил дать ему куртку. Он (С.) понял, что куртка, в которой ходил В., в крови.

В суде показания С. осужденный подтвердил, указал, что он хотел отомстить своим обидчикам за побои.

Из протокола осмотра от 30 октября 2002 года видно, что в сарае, расположенном за домом N 44-"а" по улице 3 Интернационала г. Кольчугино, был обнаружен и изъят нож с длиной клинка 18 см дугообразной формы, на котором имелись разводы вещества бурого цвета, похожего на кровь. Рукоятка ножа была обмотана изолентой синего цвета.

Именно этот нож опознал в ходе следствия Л. Осужденный В. признал в суде, что этим ножом он причинил потерпевшим телесные повреждения, после чего отнес его в тот сарай.

По заключению судебно-биологической экспертизы на данном ноже была обнаружена кровь человека, происхождение которой от Г.С.А. не исключается, не исключена возможность примеси крови в пятнах на ноже принадлежавшей П.

Из показаний свидетеля Б.В.В. следует, что он 23 октября 2002 года находился в квартире <...>, распивал с другими лицами спиртные напитки. В эту квартиру пришел В. П. стал говорить В., что последний украл у них 22 октября 2002 года бутылку самогонки. В. это отрицал. При этом разговоре П. ударил В. несколько раз по лицу. Тогда он (Б.В.В.) сказал В., чтобы он уходил, взял его за одежду и вытолкал из кухни. После этого В. из квартиры ушел.

24 октября 2002 года он, Г.С.А., П., Б.В.С. снова в квартире последнего употребляли спиртное. Около 20 часов он (Б.В.В.) ушел домой. Предложил Г.С.А. пойти с ним, но тот отказался.

23 октября 2002 года В. был одет в осеннюю куртку, на голове у него была спортивная вязаная шапка.

Свидетель Б.В.С. показал в суде, что 24 октября 2002 года вечером он с Г.С.А. и П. употреблял спиртное, затем лег в комнате спать. Проснувшись, увидел, что Г.С.А. лежит на выходе из кухни, у него было перерезано горло. П. сидел в углу на топчане, типа дивана. У него тоже имелись телесные повреждения. На коленях у П. лежала шапка В. Он (Б.В.С.) шапку бросил в ванну. Не зная, живые потерпевшие или мертвые, побежал в больницу, сообщил, что в его квартире два человека, их порезали. Прибывшая на квартиру медработник сказала, что потерпевшие мертвые. После этого были вызваны работники милиции.

До прибытия сотрудников милиции погибших не трогали.

Как видно из протокола выемки, Б.В.С. выдал спортивную вязаную шапку.

Осужденный В. признал, что данная шапка принадлежала ему. Пояснил в суде, что в тот момент, когда он размахивал ножом в квартире Б.В.С., шапка с него "слетела".

Из протокола осмотра места происшествия следует, что в квартире <...> были обнаружены трупы 2-х мужчин, один из которых лежал на полу в коридоре у входа на кухню, второй находился в полулежачем положении на старом кресле, стоявшем у стола. С левой стороны трупа в кресле, около него на стене имелись брызги жидкости, похожей на кровь.

Материалами дела установлено, что в кресле находился труп П., на полу - труп Г.С.А.

Согласно заключениям судебно-медицинского эксперта у П. были обнаружены: колото-резаная рана передней поверхности грудной клетки справа, проникающая в плевральную и брюшную полости с повреждением диафрагмы и печени; колото-резаная рана передней поверхности грудной клетки слева, проникающая в плевральную полость с повреждением легкого; колото-резаная рана на боковой поверхности грудной клетки слева, не проникающая в плевральную полость; непроникающая колото-резаная рана левой паховой области; резаная рана правого голеностопного сустава; резаная скальпированная рана левого лучезапястного сустава, царапины на указательном пальце левой кисти и правой боковой поверхности шеи.

Все повреждения П. причинены воздействиями колюще-режущего предмета, судя по размерам наибольших ран и раневых каналов, ширина клинка ножа составляла около 3,5 - 4 см, длина - около 18 см.

Смерть П. наступила от острой кровопотери на фоне проникающих ран с повреждением внутренних органов.

Резаные раны голеностопного и лучезапястного суставов, царапины могут свидетельствовать о борьбе и самообороне потерпевшего.

У Г.С.А. имелись: две колото-резаные раны передней поверхности грудной клетки слева и справа, проникающие справа в плевральную полость с повреждением легкого, слева в переднее средостение с повреждением сердца; одна поверхностная рана в области правой ключицы; колото-резаная рана шеи справа; резаная рана в области правой брови; царапина левого предплечья; ссадины на лице.

Повреждения в виде колото-резаных ран грудной клетки, шеи были причинены воздействиями колюще-режущего предмета - ножа, который имел наибольшую ширину клинка около 3,5 - 4 см, длину - около 16 - 18 см.

Поверхностные раны лица, в области правой ключицы, царапина на левом предплечье причинены были воздействиями режущего предмета, вполне возможно, ножом.

Смерть Г.С.А. наступила от острой кровопотери на фоне проникающих колото-резаных ран.

Царапина на правом предплечье может свидетельствовать о самообороне потерпевшего.

Судя по направлению раневых каналов, удары Г.С.А. наносились несколько сверху вниз, спереди назад; вероятно, в момент их нанесения потерпевший находился в сидячем или лежачем положении.

По показаниям эксперта в суде удары потерпевшим наносились с большой силой, ибо имелись у потерпевших пересечения хрящевой части ребер, достаточно большая глубина раневых каналов. Глубокие проникающие ранения не могли быть нанесены размахивающими движениями ножом, как о том пояснял В.

Следов перемещения трупов на одежде погибших не было; не имелось следов волочения и подтеков крови на полу в квартире Б.В.С. при осмотре места происшествия.

Оценив каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все их в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины В. в умышленном причинении смерти П. и Г.С.А.

Действия В. по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ судом квалифицированы правильно.

Выводы суда мотивированы, они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах.

Обстоятельства по делу исследованы полно, всесторонне, объективно.

Положенные в основу обвинения осужденного доказательства получены в установленном законом порядке, их допустимость сомнений не вызывает.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, органами предварительного расследования и судом не допущено.

Всем доказательствам по делу в их совокупности при постановлении приговора дана верная юридическая оценка.

Доводы В. в жалобе о том, что он убивать потерпевших не хотел, действия его не были умышленными, они носили характер самообороны, несостоятельны, на материалах дела не основаны, противоречат им.

Эти версии тщательно проверялись, своего подтверждения не нашли, как опровергнутые приведенными выше доказательствами, они судом обоснованно отвергнуты.

Не соглашаться с выводами суда оснований не имеется.

Использование осужденным в качестве орудия преступления ножа с длиной клинка в пределах 18 см, нанесение им неоднократных ударов с достаточной силой в жизненно важные органы потерпевших, характер и локализация причиненных потерпевшим телесных повреждений, повлекших их смерть, свидетельствуют о наличии у В. умысла на лишение жизни как П., так и Г.С.А.

Изложенные выше доказательства говорят о том, что В. искал орудие преступления, как пояснил свидетель С., чтобы зарезать своих обидчиков. Свои действия в этой части, встречу со С. и разговор с ним В. не оспаривал в суде, признал показания С. достоверными.

Вооружившись ножом, взятым в квартире Л., пошел на квартиру Б.В.С., где, по существу, сразу причинил потерпевшим этим ножом смертельные ранения.

Между действиями В. и наступившими последствиями - смертью П. и Г.С.А. имеется прямая причинная связь.

Мотив посягательства осужденного на потерпевших проверялся, он установлен и указан в приговоре.

Перед насилием в отношении потерпевших Г.С.А., что сам В. признал в суде, никаких действий в отношении него не предпринимал, насилия к нему не применял, не пытался этого делать, угроз не высказывал. Никаких орудий в руках у потерпевших не было. Как осужденный пояснил в суде, когда он достал нож, потерпевшие пытались только отобрать у него нож, ударов ему не наносили.

Доказательствами по делу установлено, что в тот вечер со стороны потерпевших опасности для жизни или здоровья осужденного не исходило, такой угрозы для него не было.

Изложенные В. доводы о механизме причинения им потерпевшим телесных повреждений опровергаются указанными в приговоре доказательствами, в частности, заключениями судебно-медицинского эксперта, его пояснениями в суде, данными, отраженными в протоколе осмотра места происшествия.

Действовал он сознательно, последовательно, целенаправленно, с умыслом, направленным на убийство потерпевших, который у него сформировался ранее, еще до прихода в квартиру Б.В.С. Действия его носили умышленный характер, они охватывались единым умыслом на убийство двух лиц - П. и Г.С.А., совершены были одновременно.

Психическое состояние В. исследовано с достаточной полнотой.

Заключением судебно-психиатрической экспертизы установлено, что у него обнаруживаются признаки органического поражения головного мозга сложного генеза с легкими изменениями психики, однако глубина особенностей его психики не столь значительна, чтобы лишать его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период содеянного у него не было какого-либо временного психического расстройства, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения - он верно ориентировался в окружающем, совершал последовательные, целенаправленные действия, у него отсутствовали бред, галлюцинации и другая психотическая симптоматика. Выявленные у В. легкие изменения психики не лишали его и не лишают возможности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Он может правильно воспринимать обстоятельства и давать о них правильные показания.

Эта экспертиза проведена компетентными на то лицами. Выводы экспертов мотивированы, они соответствуют материалам дела. Объективность заключения врачей-экспертов сомнений не вызывает.

С учетом данного заключения, личности осужденного, его поведения до, во время и после совершенного преступления, всех обстоятельств по делу в отношении инкриминируемых ему деяний В. обоснованно признан вменяемым.

Доказательства, установленные судом фактические обстоятельства происшедших событий не свидетельствуют о нахождении В. в той ситуации в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения или в состоянии необходимой обороны.

Наказание В. назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ. Назначенное ему наказание чрезмерно суровым, несправедливым не является. При назначении наказания требования закона не нарушены. Для смягчения осужденному наказания Судебная коллегия оснований не находит.

Гражданские иски по делу разрешены в соответствии с законом.

Кассационная жалоба осужденного В. удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Владимирского областного суда от 26 марта 2003 года в отношении В. оставить без изменения, а его кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий

И.И.ГРИЦКИХ

 

Судьи

В.Н.ПОДМИНОГИН

В.П.СТЕПАНОВ

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"