||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 4 июня 2003 г. N 19-кп003-5

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Кочина В.В.,

судей Шишлянникова В.Ф., Климова А.Н.

рассмотрела в судебном заседании от 4 июня 2003 года уголовное дело по кассационным жалобам осужденных В., В.Х., К., С., М., Ш., Д., адвокатов Корышевой Л.М., Кананчевой Е.М., Кисиевой О.И., представлению государственного обвинителя Соболь Т.А. на приговор Ставропольского краевого суда от 25 сентября 2002 года, которым

В., <...>, судимый:

1) 13.01.1992 по ст. ст. 144 ч. 2, 146 ч. 2 п. п. "а", "б", 212-1 ч. 2 УК РСФСР к 3 годам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на 2 года;

2) 20.02.1995 по ст. ст. 146 ч. 2 п. п. "а", "б", "д", 212-1 ч. 2, 212-1 ч. 3, 195 ч. 3, 144 ч. 2, 145 ч. 2, 218 ч. 1 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы, освобожден 31.08.2001 условно-досрочно на 2 года 3 месяца и 17 дней,

осужден к лишению свободы:

по ст. 209 ч. 1 УК РФ сроком на 12 лет;

по ст. 222 ч. 4 УК РФ сроком на 1 год и 6 месяцев;

по ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ сроком на 14 лет с конфискацией имущества;

по ст. ст. 33 ч. 3 и 162 ч. 3 п. п. "а", "г" УК РФ сроком на 12 лет с конфискацией имущества;

по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "з" УК РФ сроком на 15 лет;

по ст. 325 ч. 2 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием 20% заработка в доход государства.

На основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено 23 года лишения свободы с конфискацией имущества.

На основании ст. 70 УК РФ частично присоединено неотбытое наказание по предыдущему приговору и окончательно назначено 25 лет лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием первых пяти лет в тюрьме, а остального срока в исправительной колонии особого режима.

М., <...>, имеющий на иждивении малолетнего ребенка,

осужден к лишению свободы:

по ст. 209 ч. 2 УК РФ сроком на 11 лет;

по ст. 222 ч. 4 УК РФ сроком на 1 год и 6 месяцев;

по ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б", "в" УК РФ сроком на 11 лет и 3 месяца с конфискацией имущества;

по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "з" УК РФ сроком на 13 лет;

по ст. 325 ч. 2 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием 20% заработка в доход государства.

На основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 16 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с конфискацией имущества.

Ш., <...>, судимый:

1) 10 апреля 1991 года по ст. 144 ч. 3 УК РСФСР к 2 годам лишения свободы;

2) 18 августа 1993 года по ст. ст. 144 ч. 3, 146 ч. 2 п. "б" УК РСФСР к 8 годам 4 месяцам 26 дням. Освобожден 8 июня 2001 года по отбытии срока наказания,

осужден к лишению свободы:

по ст. 209 ч. 2 УК РФ сроком на 12 лет;

по ст. 222 ч. 4 УК РФ сроком на 1 год и 6 месяцев;

по ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ сроком на 14 лет с конфискацией имущества;

по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "з" УК РФ сроком на 15 лет;

по ст. 325 ч. 2 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием 20% заработка в доход государства.

На основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 18 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима, с конфискацией имущества.

К., <...>, имеющий малолетнего ребенка, судимый:

1) 13.01.1992 по ст. ст. 109 ч. 1, 144 ч. 2, 146 ч. 2 п. п. "а", "б", 212-1 ч. 2 УК РСФСР к 6 годам лишения свободы;

2) 13.09.1995 по ст. 206 ч. 2 с применением ст. 41 УК РСФСР к 4 годам лишения свободы, освобожден от наказания 23 июля 1999 года условно-досрочно на 1 месяц 20 дней,

осужден к лишению свободы:

по ст. 209 ч. 2 УК РФ сроком на 12 лет;

по ст. 222 ч. 4 УК РФ сроком на 1 год и 6 месяцев;

по ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ сроком на 11 лет и 3 месяца с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 18 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима, с конфискацией имущества.

С., <...>, судимый:

1) 09.10.1995 по ст. 218 ч. 1 УК РСФСР к 3 годам лишения свободы;

2) 30.09.1998 по ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "в", "г" УК РФ с применением ст. 70 УК РФ к 3 годам лишения свободы. Освобожден 29 ноября 2000 г. по амнистии от 26 мая 2000 г.,

осужден к лишению свободы:

по ст. 209 ч. 2 УК РФ сроком на 12 лет;

по ст. 222 ч. 4 УК РФ сроком на 1 год и 6 месяцев;

по ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ сроком на 11 лет и 3 месяца с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 15 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима, с конфискацией имущества.

Д., <...>,

осужден к лишению свободы:

по ст. 209 ч. 2 УК РФ сроком на 11 лет;

по ст. 222 ч. 4 УК РФ сроком на 1 год;

по ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ сроком на 10 лет с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 15 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с конфискацией имущества.

По ст. 228 ч. 1 УК РФ Д. оправдан.

В.Х., <...>,

осужден к лишению свободы:

по ст. 209 ч. 2 УК РФ сроком на 8 лет;

по ст. 222 ч. 4 УК РФ сроком на 1 год;

по ст. 162 ч. 3 п. "а" УК РФ сроком на 8 лет с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 9 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с конфискацией имущества.

К.М., <...>,

оправдан по ст. ст. 209 ч. 2, 222 ч. 4, 162 ч. 3 п. "а" УК РФ ввиду непричастности к совершению преступлений.

По делу разрешен гражданский иск и определена судьба вещественных доказательств.

Судом признано доказанным: создание В. устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан, участие в ней и совершаемых ею нападениях С., К., М., Ш., Д., В.Х., совершение данной бандой восьми разбойных нападений, организованных В., в пяти из которых он принимал непосредственное участие, С. - в семи, М. и К. - в шести, Ш. - в четырех, Д. - в трех, В.Х. - в одном, совершение В., Ш. и М. в составе организованной группы убийства, сопряженного с разбоем, незаконное приобретение и ношение всеми указанными лицами газового оружия, похищение В., Ш. и М. паспорта и других важных личных документов.

Преступления совершены при обстоятельствах, указанных в приговоре.

К.М. обвинялся в том, что, вступив в банду, созданную В. и, являясь ее участником, незаконно приобретал, носил и сбывал газовое оружие, а также принимал участие в совершенном бандой вооруженном нападении в ночь на 14.12.2001 на семью М-вых, проживающих в <...>.

Эти действия К.М. были квалифицированы следственными органами по ст. ст. 209 ч. 2, 222 ч. 4, 162 ч. 3 п. "а" УК РФ, однако, судом в отношении него постановлен оправдательный приговор ввиду непричастности к совершению преступлений.

Заслушав доклад судьи Шишлянникова В.Ф., объяснения осужденных В., С., М., Ш., Д., поддержавших свои кассационные жалобы, мнение прокурора Козусевой Н.А., поддержавшей кассационное представление об отмене приговора в отношении К.М., а в остальном полагавшей приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационных жалобах:

осужденный В., не соглашаясь с приговором, указывает, что содержащиеся в нем выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, предварительное следствие и судебное разбирательство проведены необъективно, с обвинительным уклоном, нарушениями уголовно-процессуального закона, Конституции РФ и международных правовых актов, в основу приговора положены противоречивые показания потерпевших и осужденных К., С. и М., которые оговорили его, объективных доказательств его вины не имеется, утверждает, что преступлений не совершал, в день нападения на семью Б-вых 12.11.2001 находился в г. Ярославле, данное преступление, а также нападение на семью В-ко 25.11.2001 совершили осужденные Д., С., К., совместно с лидером чеченской преступной группировки "Казбеком", во время нападения на семью М-вых 14.12.2001 и убийства Ж. 11.12.2001 находился под стражей, поэтому не мог принимать участие в совершении этих преступлений, не принимал участие и в других инкриминируемых ему деяниях, указывает, что на предварительном следствии к нему применялись недозволенные методы расследования, было нарушено его право на защиту, по окончании предварительного следствия он не ознакомлен со всеми материалами дела, суд не разъяснил ему процессуальные права, необоснованно отклонял его ходатайства, в том числе о допросе дополнительных свидетелей, которые бы могли подтвердить его алиби, не предоставил возможности выступить в прениях, неправильно применил уголовный закон, как при квалификации преступлений, так и при решении вопроса о наличии в его действиях рецидива, необоснованно применил конфискацию имущества и удовлетворил гражданский иск.

С учетом доводов своей кассационной жалобы и дополнений к ней, просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение.

Адвокат Кисиева О.И. в интересах осужденного В., считает приговор незаконным и необоснованным, а вину своего подзащитного в инкриминируемых деяниях недоказанной, просит приговор в отношении В. отменить и дело производством прекратить.

Осужденный В.Х., оспаривая обоснованность осуждения, утверждает, что 6 декабря 2001 г., то есть в день совершения нападения на семью Н-н он находился в доме сожительницы его старшего брата А., однако суд не проверил его алиби, на предварительном следствии к нему применялись недозволенные методы воздействия, просит разобраться в деле и принять по нему правильное решение.

В дополнениях к кассационной жалобе осужденный В.Х. также утверждает о своей невиновности и приводит аналогичные доводы.

Адвокат Кананчева Е.М. в интересах осужденного В.Х., не соглашаясь с приговором, считает его необоснованным и необъективным, а содержащиеся в нем выводы суда, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. По мнению адвоката, в материалах дела нет доказательств вины ее подзащитного в совершении инкриминируемых ему деяний, просит приговор в отношении В.Х. отменить и дело производством прекратить.

Осужденный Д., оспаривая приговор, указывает, что суд предвзято и односторонне рассматривал данное уголовное дело, не согласен с осуждением по ст. 209 УК РФ, утверждает, что в банду не вступал и о ее существовании ничего не знал, его обманным путем втянули в совершение преступлений, проверка его показаний на месте проведена без адвоката, опознание его потерпевшими проведено с нарушением закона, не согласен с осуждением по ст. 222 УК РФ, утверждает, что у него был пневматический пистолет, о наличии газового пистолета у кого-либо из ребят, он не знал, заранее о совершении преступлений ни с кем не договаривался, поэтому не должен нести ответственность за совершение преступлений в составе организованной группы, считает, что суд назначил ему слишком суровое наказание, не приняв во внимание его роль в содеянном, чистосердечное раскаяние, явку с повинной и способствование раскрытию преступления, а также его положительные характеристики, просит приговор изменить, исключить осуждение по ст. 222 ч. 4 УК РФ, переквалифицировать его действия со ст. 162 ч. 3 УК РФ на ст. ст. 161 ч. 2 и 162 ч. 2 УК РФ, по которым назначить более мягкое наказание, приняв во внимание вышеупомянутые смягчающие обстоятельства.

В дополнениях к кассационной жалобе осужденный Д. указывает, что приведенные в приговоре выводы суда являются предположительными и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а показания потерпевшего Н.А. являются надуманными, обвинение по ст. 222 ч. 4 УК РФ считает недоказанным, поскольку оно основано только на показаниях С., которые он дал на предварительном следствии, утверждает, что в нападениях на семьи Т-ко и М-вых участия не принимал, оговорил себя и других под воздействием оперативных работников, присутствовал при нападении на семью Н-н, однако был втянут в это преступление обманным путем, просит отменить приговор и дело направить на новое рассмотрение.

Адвокат Корышева Л.М. в интересах осужденного Д., оспаривая обоснованность его осуждения по ст. 209 ч. 2 УК РФ, указывает, что вина ее подзащитного в этом преступлении материалами дела не установлена, он обманным путем был втянут в совершение преступлений, о которых ему заранее не сообщалось, поэтому его действия следует расценивать как простое соучастие, а не как участие в банде. Не доказана, по мнению адвоката, вина Д. и по ст. 222 ч. 4 УК РФ. Действия Д. по эпизоду нападения на семью Т-ко, по мнению защиты, следует квалифицировать по ст. 161 ч. 2 УК РФ, так как его роль заключалась в наблюдении за окружающей обстановкой и в помощи в переносе похищенных вещей. По эпизодам разбойного нападения на семьи Н-н и М-вых защитой оспаривается только признак "организованной группы". Кроме того, адвокат полагает, что наказание Д. назначено слишком суровое, не соразмерно содеянному, без учета его явки с повинной, раскаяния в содеянном, положительных характеристик, просит приговор в части осуждения Д. по ст. ст. 209 ч. 2 и 222 ч. 4 УК РФ отменить и дело производством прекратить, а также изменить приговор и переквалифицировать действия Д. со ст. 162 ч. 3 УК РФ на ст. ст. 162 ч. 2 и 161 ч. 2 УК РФ, по которым назначить более мягкое наказание, приняв во внимание вышеупомянутые смягчающие обстоятельства.

Осужденный М., оспаривая приговор, считает его незаконным, а выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, при этом указывает, что в основу приговора положены предположения и материалы дела, в том числе показания, полученные в ходе предварительного следствия в результате незаконных методов расследования.

В дополнениях к жалобе осужденный М. приводит аналогичные доводы, и, кроме того, указывает, что в ходе предварительного следствия было нарушено его право на защиту, так как несвоевременно ему был предоставлен адвокат, судом не исследовались и не анализировались доказательства, обвинение в отношении потерпевшего Ж. не конкретизировано, оспаривает осуждение по ст. ст. 209 ч. 2, 222 ч. 4 УК РФ, при этом утверждает, что не принимал непосредственного участия в разбойном нападении на семью В-ко, не участвовал в разбойном нападении на Т-ко, Н-н, а также на Н., которое по ее словам было совершено 28.12.2001, когда он уже был арестован, не применял насилия к К-ву и его матери, указывает, что осужденные С. и К. его оговорили, считает, что доказательства его вины сфальсифицированы, просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение.

Осужденный Ш., не соглашаясь с приговором, считает его незаконным и несправедливым ввиду суровости наказания, а предварительное следствие и судебное разбирательство односторонними, неполными и необъективными, проведенными с нарушениями уголовно-процессуального закона. В жалобе указывается, что в ходе предварительного следствия применялись незаконные методы расследования, ему несвоевременно был предоставлен адвокат, на ознакомление со всеми материалами дела времени было дано недостаточно, в судебном заседании все ходатайства подсудимых отклонялись, оспаривает обоснованность осуждения за бандитизм, при этом указывает, что их связи не были устойчивыми, не было планирования преступлений и четкого распределения ролей, отсутствовали и другие признаки банды, считает, что обвинение по эпизодам разбойного нападения не подтверждено достаточными доказательствами, а выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, утверждает, что у него не было умысла на убийство Ж., телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшего, он не причинял.

В дополнениях к жалобе сужденный Ш. приводит аналогичные доводы и, кроме того, указывает, что при окончании предварительного следствия и ознакомлении с материалами дела не присутствовал его адвокат, обвинение в разбое и убийстве потерпевшего Ж. не конкретизировано, доказательства его вины в этом преступлении отсутствуют, вещественные доказательства, изъятые с места происшествия не соответствуют осмотренным в судебном заседании, заключение экспертизы вещественных доказательств носит вероятный характер, поэтому не может быть положено в основу приговора, утверждает, что у него не было умысла на убийство Ж. и не было сговора на разбойное нападение, просит отменить приговор и дело направить на новое рассмотрение.

Осужденный С., также считает приговор незаконным и несправедливым, ввиду односторонности и необъективности предварительного и судебного следствия. В жалобе указывается, что преступления совершал под угрозой расправы со стороны В., во время разбойных нападений на Т-ко и М-вых всячески пытался приостановить преступные действия других участников нападения, после задержания В. написал явки с повинной и в ходе предварительного следствия дал чистосердечные показания, в которых подробно изложил все обстоятельства совершенных преступлений, однако суд не учел этих смягчающих обстоятельств, не принял во внимание и данные о его личности, что он считается не судимым, так как освобожден от наказания по амнистии, положительно характеризуется по месту жительства и имеет на иждивении больную мать, считает, что его действия в отношении семьи М-вых следует квалифицировать по ст. ст. 30 ч. 3 и 162 ч. 2 УК РФ как покушение на разбойное нападение, не согласен с тем, что суд признал в его действиях опасный рецидив, просит изменить приговор, смягчить ему наказание и заменить режим содержания с особого на строгий.

В дополнениях к кассационной жалобе осужденный С. указывает, что уголовное дело в отношении него сфабриковано, в ходе предварительного следствия он оговорил себя и В. под психологическим воздействием К. и оперативно-следственных работников, которые применяли к нему недозволенные методы психологического и физического воздействия, газовый пистолет, обнаруженный в доме родителей его сожительницы Г. по адресу <...>, ему не принадлежит, его туда подложили оперативные работники, утверждает, что не участвовал в разбойных нападениях на семьи Б-вых, К-ва, просит приговор отменить и его из-под стражи освободить.

Осужденный К., не соглашаясь с приговором, указывает, что содержащиеся в нем выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, предварительное следствие и судебное разбирательство проведены необъективно, с обвинительным уклоном, нарушениями уголовно-процессуального закона, первоначальные показания на предварительном следствии он давал под принуждением, в отсутствие адвоката, которого не было на некоторых этапах предварительного следствия, полагает, что выемка оружия из дома <...> произведена незаконно, суд необоснованно отклонил его ходатайство о вызове для допроса в качестве свидетеля С.В.Н., с которой он состоит в гражданском браке, указывает, что на него оказывалось давление со стороны работника милиции Вд-ко.

В дополнениях к кассационной жалобе осужденный К. приводит аналогичные доводы и, кроме того, оспаривает обоснованность осуждения за бандитизм, при этом указывает, что не принимал активного участия в разбойных нападениях на семьи В-ко, Б-вых, Т-ко и М-вых, считает, что организованная группа недоказана, нет доказательств его вины по эпизодам разбойного нападения на К-ва, Н., полагает, что эти эпизоды подлежат исключению из обвинения, а его действия переквалификации с ч. 3 на ч. 2 ст. 162 УК РФ, указывает, что у него не было корыстных мотивов, имущество добытое преступным путем он не присваивал, в преступную деятельность его втянул работник милиции Вд-ко, просит отменить приговор и дело направить на новое рассмотрение.

В кассационном представлении государственный обвинитель Соболь Т.А., оспаривая законность и обоснованность приговора в отношении К.М., указывает, что вывод суда о непричастности К.М. к совершению преступлений не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтверждается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, сделан без учета обстоятельств, которые могли иметь существенное значение для дела, при наличии противоречивых доказательств, которым не дано надлежащей оценки, либо вообще не дано никакой оценки.

В представлении указывается, что суд не дал никакой оценки показаниям свидетеля Г.Н.Д. о том, что К.М. был знаком с К. и С., что между ними были дружеские отношения. Не дано судом надлежащей оценки, по мнению государственного обвинителя, показаниям осужденного Д., которые он давал в ходе предварительного следствия об участии К.М. в разбойном нападении на семью М-вых (т. 6 л.д. 82 - 87) и вообще не дано никакой оценки показаниям об этом осужденных С. и К., которые они также дали на предварительном следствии.

С учетом доводов, изложенных в представлении, государственный обвинитель просит отменить приговор в отношении К.М. и дело направить на новое рассмотрение.

В возражениях на кассационные жалобы осужденных, государственный обвинитель не соглашается с изложенными в них доводами, считает их необоснованными и просит оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, представления и возражений, Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о невиновности К.М. в инкриминируемых деяниях, а также о доказанности вины В., В.Х., М., Ш., Д., С. и К. в совершении преступлений при обстоятельствах, указанных в описательно-мотивировочной части приговора, соответствуют фактическим данным и подтверждаются показаниями самих осужденных, показаниями потерпевших, протоколами осмотров мест происшествия с участием осужденных, протоколами очных ставок, опознания, обысков, выемки, заключениями экспертиз и другими исследованными в судебном заседании доказательствами, анализ которых подробно приведен в приговоре.

Все положенные в основу приговора доказательства как оправдывающие подсудимых, так и подтверждающие их виновность в содеянном, вопреки доводам жалоб и представления, исследованы судом всесторонне, полно и объективно, им дана надлежащая оценка в приговоре.

Все обстоятельства, на которые ссылаются осужденные и их адвокаты в кассационных жалобах, а также государственный обвинитель в представлении, были предметом исследования в ходе судебного разбирательства, заявленные ходатайства, в том числе о допросе дополнительных свидетелей, разрешены судом в соответствии с требованиями закона.

Заявление В. о том, что в день нападения на Б-вых 12.11.2001 он находился в г. Ярославле также проверялось судом и не нашло своего подтверждения.

Данное утверждение осужденного В. опровергнуто в судебном заседании показаниями осужденных К., С., которые они давали на предварительном следствии (т. 4 л.д. 215 - 229, т. 6 л.д. 100 - 107, т. 1 л.д. 125, т. 5 л.д. 21 - 41). Суд дал оценку этим показаниям в совокупности с другими доказательствами и пришел к выводу, что они соответствуют фактическим обстоятельствам.

Несостоятельными являются доводы осужденного В. и о том, что он непричастен к убийству Ж. и нападению на семью М-вых, поскольку в день совершения этих преступлений находился под стражей.

Как видно из материалов дела, В. был задержан 10.12.2001 после совершения разбойного нападения и убийства потерпевшего Ж. и в связи с этим преступлением (т. 3 л.д. 42 - 43).

Вина В. в разбойном нападении на Ж. и его умышленном убийстве подтверждается показаниями осужденных Ш. и М., которые они дали в ходе предварительного следствия, изобличив себя и В. в совершении данного преступления (т. 6 л.д. 16 - 24, 38 - 41), протоколом осмотра места происшествия, из которого видно, что в автомашине ВАЗ-2105 <...>, принадлежащей В. обнаружены и изъяты личные документы потерпевшего Ж., автомагнитола "Звезда", газовый пистолет, молоток, нож, рулон ленты скотча, матерчатые перчатки (т. 3 л.д. 27 - 30), при осмотре машины потерпевшего Ж. на наружней стороне стекла дверцы со стороны водителя обнаружен след руки человека, который, согласно заключению дактилоскопической экспертизы N 71 от 08.02.02 оставлен ладонью левой руки В. (т. 3 л.д. 19 - 22, 147 - 149).

Согласно заключению трасологической экспертизы N 72 от 08.02.02, лента скотча, снятая с лица потерпевшего Ж., могла ранее составлять единое целое с рулоном скотча, обнаруженным в салоне автомашины, принадлежащей В. (т. 3 л.д. 175 - 176).

Из заключения судебно-биологической экспертизы вещественных доказательств N 26 от 26.02.02 видно, что на трех куртках, принадлежащих осужденным В., М. и Ш., обнаружена кровь человека, происхождение которой от потерпевшего Ж. не исключается (т. 3 л.д. 164 - 173).

При наличии таких данных, а также принимая во внимание показания осужденных Ш. и М., которые они давали на предварительном следствии об обстоятельствах совершенного ими и В. разбойного нападения и убийства потерпевшего Ж. (т. 6 л.д. 16 - 24, 38 - 41), суд, вопреки доводам жалоб осужденных, обоснованно признал всех троих виновными в совершении названного преступления.

Обоснованно суд признал виновным В. и в разбойном нападении на семью М-вых, совершенном 14.12.2001.

Как видно из материалов дела и приговора суда, данное разбойное нападение было совершено 14.12.2001 членами созданной и руководимой В. банды К., С. и Д. не только по указанию В., но и при его организационном участии: - незадолго до нападения В. возил на своей машине С. и К. в пос. Перевальный, где проживает семья М-вых, показывал дом М.К., говорил, что он владеет ларьком и они должны совершить на него нападение (т. 6 л.д. 100 - 107).

При таких обстоятельствах, суд обоснованно признал руководителя банды В. виновным и по данному эпизоду обвинения, несмотря на то, что ко дню нападения на М-вых В. был уже задержан и находился под стражей.

Доводы осужденного Д. о том, что он не участвовал в нападениях на семью М-вых и Т-ко, а в нападение на Н.А. был втянут обманным путем, опровергаются показаниями осужденных К., С., М., Ш. и самого Д., которые они давали в ходе предварительного следствия и которые суд признал достоверными.

Несостоятельными являются доводы жалобы осужденного Д. и о том, что у него был пневматический пистолет, о наличии у кого-либо из нападавших газового оружия он не знал.

Эти доводы Д. опровергаются материалами дела, в том числе показаниями осужденных С., К., М., в соучастии с которыми, в том или ином составе Д. совершил 3 разбойных нападения с применением пневматического пистолета и газового револьвера. То обстоятельство, что у Д. в руках был пневматический пистолет, а газовое оружие было у других нападавших, не может влиять на ответственность Д. по ст. 222 ч. 4 УК РФ, поскольку оружие, с которым осужденные совершали нападения, принадлежало банде, активными участниками которой они являлись.

Вооруженность банды подтверждается, помимо показаний самих осужденных и потерпевших, следующими доказательствами:

протоколом обыска от 20 декабря 2001 года, согласно которому в <...>, где проживала бабушка сожительницы осужденного С. Г.А., были обнаружены и изъяты револьвер "ME.MAGNUM" N <...> и пистолет модели "А-101" N <...> (т. 1 л.д. 59);

протоколом обыска от 21 декабря 2001 г., согласно которому, в домовладении <...> по месту проживания осужденного К. обнаружена и изъята коробка из-под пистолета модели "А-101" (т. 1 л.д. 71).

Из заключений судебно-баллистических экспертиз N 518, 519 от 13 июня 2002 года, N 1025 от 7 января 2002 года, следует, что пистолет модели "А-101" калибра 4,5 мм N <...>, обнаруженный в доме <...>, является пневматическим оружием, исправен и годен к стрельбе (т. 5 л.д. 194 - 195), а револьвер, изъятый в ходе обыска в доме <...>, является газовым револьвером "ME.MAGNUM" N <...>, калибра 9 мм, изготовленным заводским способом, пригодным к стрельбе (т. 2 л.д. 101 - 102).

Из протокола осмотра места происшествия следует, что в салоне автомашины ВАЗ 2105, регистрационный номер <...>, принадлежащей В. и находящейся на автодороге Москва - Холмогоры, в районе поселка Горный Ростовского района Ярославской области обнаружен и изъят газовый пистолет (т. 3 л.д. 27 - 30), который согласно заключению судебно-баллистической экспертизы N 346 от 01.02.02 является пистолетом модели "IMAREX Brigadier" производства Германии, калибра 9 мм, и относится к газовому оружию. Пистолет исправен и к стрельбе пригоден (т. 3 л.д. 160 - 161).

Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалобы осужденного С. о его непричастности к разбойному нападению на семью Б-вых, совершенном совместно с членами банды В. и К. 12 ноября 2001 года.

Так, в ходе очной ставки между потерпевшим Б. и С., последний подтвердил показания потерпевшего об обстоятельствах разбойного нападения на его семью, пояснив, что данное разбойное нападение предложил совершить К. В свою очередь потерпевший Б. показал, что именно С. рукояткой пистолета ударил его по голове и потребовал снять с пальца перстень (т. 5 л.д. 78 - 81).

В судебном заседании С. и К. не отрицали своего участия в совершении разбойного нападения на семью Б-вых.

Вопреки доводам жалобы осужденного С., его участие в банде и совершенных ею нападениях, в том числе на семью К-ва 27.11.2001, подтверждается, помимо его показаний и показаний осужденных К., М., вышеупомянутыми протоколами обысков по месту жительства С. и по месту жительства родственников его сожительницы Г., согласно которым при обысках было обнаружено и изъято пневматическое и газовое оружие.

Кроме того, согласно протоколу обыска от 20 декабря 2001 года, в домовладении <...>, где проживал С., обнаружена и изъята маска, изготовленная из шерстяной шапочки с прорезями для глаз, а также вещи, похищенные во время разбойного нападения на семью Т-ко (т. 1 л.д. 62).

Вещи, принадлежащие семье Т-ко обнаружены при обыске и в домовладении З. - сожительницы осужденного М. (т. 1 л.д. 76).

Не может согласиться Судебная коллегия и с доводами жалобы осужденного М. о том, что он не участвовал в разбойном нападении на Н., так как в это время находился под стражей.

Эти доводы опровергаются материалами дела, из которых видно, что разбойное нападение на Н. совершено 28 ноября 2001 года, а М. был задержан 10 декабря 2001 года.

Кроме того, вина М. по данному эпизоду разбойного нападения подтверждается показаниями осужденных К., С., а также самого М., которые они дали в ходе предварительного следствия (т. 4 л.д. 215 - 229, т. 5 л.д. 21 - 41, 42 - 59, т. 6 л.д. 14 - 16, 100 - 107).

Вина М. в разбойных нападениях на семьи В-ко, Т-ко, Н-на, подтверждаются как собственными показаниями М., так и показаниями осужденных К., С., Д., протоколом выемки у З. - сожительницы М. похищенных у Т-ко вещей (т. 1 л.д. 76), протоколом опознания похищенных у Н-на вещей, изъятых у осужденного В. (т. 6 л.д. 165), другими указанными в приговоре доказательствами.

Вопреки доводам жалобы осужденного К., полностью доказана материалами дела его вина в совершении разбойных нападений в составе банды на потерпевших К-ва, Н., В-ко, Б-вых, Т-ко и М-вых. Участие К. в этих разбойных нападениях не отрицал и сам осужденный, в том числе при допросе в судебном заседании. Кроме того его изобличали в своих показаниях на предварительном следствии осужденные С., М. и Д. (т. 6 л.д. 16 - 24, 52 - 62, 100 - 107).

Эти показания согласуются между собой, не противоречат другим материалам дела (показаниям потерпевших, протоколам осмотров мест происшествия, обысков, заключениям экспертиз и т.д.), поэтому суд положил их в основу приговора, сделав вывод о том, что они соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Оснований подвергать сомнению правильность сделанного судом вывода, Судебная коллегия не усматривает.

Несостоятельными Судебная коллегия считает доводы жалобы осужденного В.Х. о недоказанности его вины в участии в банде и совершенном в ее составе разбойном нападении на семью Н-на.

Вина В.Х. в совершении данного преступления подтверждается показаниями осужденных М., С., и Д., которые они дали при допросах на предварительном следствии (т. 6 л.д. 16 - 24, 55 - 62, 82 - 87), подтвердив их в ходе осмотров места происшествия с их участием (т. 5 л.д. 1 - 12, 24 - 41, 42 - 59). Эти показания осужденных суд обоснованно признал достоверными и положил в основу приговора.

Дав оценку всем исследованным по делу доказательствам, суд обоснованно признал виновными всех осужденных в совершении преступлений, в объеме обвинения, указанном в описательно-мотивировочной части приговора и правильно квалифицировал их действия, подробно мотивировав свои выводы в приговоре по всем составам преступления, в том числе по бандитизму.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами осужденного С. о том, что их действия по эпизоду нападения на М-вых следует квалифицировать не как оконченное преступление, а как покушение на разбойное нападение.

Как видно из материалов дела и это установлено судом, 14 декабря 2001 года К., С., Д., действуя по указанию В., в составе устойчивой вооруженной группы (банды), неоднократно, распределив между собою роли, с целью нападения на М.К., членов его семьи и хищения принадлежащего им имущества, на двух автомашинах "такси", в тот же день примерно в 23 часа прибыли в пос. Перевальный, Минераловодского района Ставропольского края.

На въезде в поселок остановили автомашины. К. указал С. на <...>, пояснив, что в нем проживает состоятельная семья. Он вооружил С. и Д. переданными ему ранее В. пневматическим пистолетом и газовым револьвером, сам остался у автомашин "такси", обеспечивая возможность другим участникам банды в случае возникновения опасности быстро покинуть место преступления.

С. и Д. подошли к дому потерпевшего, взломав запорные устройства входной двери дома, они незаконно проникли в жилище потерпевших, напали на М.У. и, применяя насилие опасное для жизни и здоровья потерпевшей, угрожая таким насилием, повалили ее на пол, Д. ударил ее рукояткой пистолета в затылочную часть головы, нанес телесные повреждения, не повлекшие вред здоровью. Участники нападения, угрожая ей убийством, потребовали выдать им деньги и ценности, находящиеся в доме.

М.К., находившийся в доме, закрыл изнутри дверь, ведущую из прихожей в жилую комнату дома, предотвратив, таким образом, проникновение туда осужденных. При этом, М.К. стал через стену звать на помощь работника милиции, находящегося на избирательном участке за стеной в этом же доме.

Д. и С., опасаясь, что укрывшийся за дверью М.К. сможет позвать на помощь, скрылись с места преступления, не завладев имуществом потерпевших.

При таких обстоятельствах, суд обоснованно квалифицировал действия осужденных как оконченное преступление, поскольку, по смыслу закона, разбой считается оконченным с момента нападения, независимо от того завладел ли виновный имуществом потерпевшего или не сумел этого сделать.

Нельзя согласиться с доводами адвоката Корышевой Л.М. о том, что действия Д. по эпизоду нападения на Т-ко следовало квалифицировать по ст. 161 ч. 2 УК РФ, поскольку он не нападал на потерпевших, а наблюдал за окружающей обстановкой.

В судебном заседании было установлено, что осужденные Д., С., К., М., Ш. и В.Х. вступили в созданную В. банду с целью совершения нападений на граждан, действовали они организованно, по разработанным планам, с распределением ролей.

При таких обстоятельствах, действия Д. по эпизоду нападения на Т-ко, вопреки доводам жалобы адвоката, обоснованно квалифицированы судом как разбойное нападение, совершенное организованной группой, независимо от того, что он непосредственно не применял насилия к потерпевшим, а в соответствии с распределением ролей, в данном эпизоде преступной деятельности, наблюдал за окружающей обстановкой, с целью своевременного оповещения соучастников о возможной опасности.

Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, влекущих за собой отмену приговора, по делу не установлено.

Заявления осужденных о применении к ним в ходе предварительного следствия недозволенных методов расследования, проверялись судом, но не нашли своего подтверждения.

Не основаны на материалах дела доводы жалоб осужденных В., М., Ш., Д. и К. о нарушении их прав на защиту.

Все осужденные были обеспечены адвокатами как в ходе следствия, так и в суде.

Показания осужденных, которые были получены без участия защитников, исключены судом из числа доказательств (т. 9 л.д. 159 - 162).

Не основаны на материалах дела доводы жалобы осужденного Д. о том, что при осмотре места происшествия с его участием не присутствовал адвокат. Эти доводы опровергаются протоколом осмотра места происшествия, из которого видно, что в производстве данного следственного действия принимала участие адвокат Корышева Е.М. (т. 5 л.д. 1 - 12).

Несостоятельными являются доводы жалобы осужденного Ш. о том, что при ознакомлении с материалами дела не присутствовал его адвокат. Эти доводы опровергаются протоколом предъявления обвиняемому материалов дела, из которого видно, что адвокат принимал участие в ознакомлении с материалами дела (т. 8 л.д. 36).

Несостоятельными являются доводы жалобы и осужденного В. о том, что он не ознакомлен с материалами дела. Эти доводы опровергаются протоколом предъявления обвиняемому материалов дела, из которого видно, что В. ознакомлен со всеми материалами дела в полном объеме с участием его защитника (т. 8 л.д. 40 - 41).

Противоречат данным протокола судебного заседания доводы жалобы осужденного В. о том, что в судебном заседании ему не были разъяснены процессуальные права (т. 10 л.д. 194).

Несостоятельными являются доводы жалобы того же осужденного и о том, что он был лишен возможности участвовать в прениях сторон.

Как видно из протокола судебного заседания, В. была предоставлена возможность участвовать в прениях сторон и осужденный воспользовался этой возможностью (т. 10 л.д. 304).

Наказание осужденным назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, их роли в содеянном, данных о личности виновных и всех обстоятельств дела, в том числе и тех, на которые указывают в своих жалобах осужденный Д. и адвокат Корышева.

Назначенное всем осужденным наказание является справедливым и оснований для его смягчения кому-либо из осужденных, Судебная коллегия не усматривает.

В соответствии с требованиями закона и вопреки доводам жалоб осужденных В. и С., в их действиях был признан особо опасный рецидив.

Вопреки доводам жалобы осужденного В. в отношении него обоснованно и законно применена конфискация имущества и разрешен гражданский иск.

Оснований к отмене приговора, о чем просят в своих жалобах осужденные, не имеется.

Не находит оснований Судебная коллегия и для отмены приговора в отношении К.М.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами кассационного представления о том, что суд, постанавливая оправдательный приговор в отношении К.М., не дал надлежащей оценки доказательствам, подтверждающим вину К.М. в участии в банде и совершении в ее составе разбойного нападения на семью М-вых.

Как видно из приговора, суд тщательно исследовал представленные органами следствия доказательства обвинения К.М. в вышеназванных преступлениях, дал им надлежащую оценку и обоснованно пришел к выводу об их недостаточности для постановления обвинительного приговора.

Из материалов дела видно и об этом правильно указано в приговоре, К.М. как на предварительном следствии, так и в судебном заседании отрицал свою причастность к банде и совершенным ею преступлениям, при этом указывал, что знаком только с С.

Осужденные К. и Д., не отрицая в судебном заседании своего участия в нападении на М.К., показали, что К.М. на момент совершения нападения на М.К. не знали и К.М. участия в нападении не принимал.

Д. на предварительном следствии показал, что вечером в день нападения он и Д.А. приехали домой к К., где уже находились С. и К.М. К.М. он тогда не знал, как его зовут, узнал позже.

Далее Д. показал, что К.М. вместе с ними поехал в пос. Перевальный, где принял участие в нападении на М-вых (т. 6 л.д. 82 - 87).

В судебном заседании Д., объясняя противоречия в своих показаниях на предварительном следствии и в судебном заседании, показал, что до данного нападения К.М. не знал, его фамилию и имя называл при допросах со слов работников милиции, которые объяснили ему, что лицо по имени "Миша", принимавшее участие в нападении, задержано и им является К.М., при этом опознание К.М. и очной ставки с ним не проводилось.

Достоверность этих показаний Д., как об этом правильно указано в приговоре, подтверждается протоколом его явки с повинной (т. 1 л.д. 98 - 100), в котором он также не называет фамилии К.М.

Органы предварительного расследования в обоснование виновности К.М. ссылаются на протокол явки с повинной С. (т. 1 л.д. 125).

Однако, С. также в этом собственноручно написанном протоколе явки с повинной, указывая на совершенные им и другими лицами преступления, не назвал ни фамилии, ни имени К.М.

В своих показаниях на предварительном следствии С. указывает, что в разбойном нападении принимал участие какой-то незнакомый ему "Миша".

Суд обоснованно сделал вывод о том, что в упомянутых показаниях С. речь идет не о К.М., поскольку с К.М. С. был знаком.

Таким образом, нельзя согласиться с доводами государственного обвинителя о том, что суд не дал оценки показаниям осужденных С., Д. и К.

Что касается показаний свидетеля Г.Н.Д. о том, что К.М. был знаком не только с С., но и с К., то из них не следует вывод о виновности К.М. в инкриминируемых деяниях.

При таких обстоятельствах, суд правильно указал в приговоре, что органами предварительного следствия не добыто, а государственным обвинителем в судебное заседание не представлено доказательств достоверно подтверждающих виновность К.М. в инкриминируемых ему деяниях и, исходя из требований закона о том, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь на достоверных и бесспорных доказательствах, руководствуясь конституционным принципом презумпции невиновности, обоснованно постановил в отношении К.М. оправдательный приговор, оснований к отмене которого, Судебная коллегия не усматривает.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Ставропольского краевого суда от 25 сентября 2002 года в отношении В., М., Ш., К., С., Д., В.Х., К.М., оставить без изменения, а кассационные жалобы и представление, - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"