||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 23 мая 2003 г. N 45-о03-10

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в составе:

председательствующего Каримова М.А.,

судей Куменкова А.В.,

Колоколова Н.А.

рассмотрела в судебном заседании от 23 мая 2003 года кассационный протест государственного обвинителя Жеребцова М.А., кассационные жалобы осужденного Г., его защитника адвоката Гриценко Э.А., потерпевших П., А.Г., А., Б. на приговор Свердловского областного суда от 22 мая 2002 года, которым

Г., <...>, ранее судимый: 12 января 1994 года по ст. 144 ч. 2 УК РСФСР к 3 годам лишения свободы, по совокупности приговоров в соответствии со ст. 41 УК РСФСР к 3 годам 9 мес. лишения свободы, освобожден по отбытию срока наказания 7 мая 1997 года;

осужден по ст. 222 ч. 1 УК РФ к 3 годам лишения свободы; ст. 317 УК РФ к 20 годам лишения свободы; на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем полного сложения наказаний к 23 годам лишения свободы с отбыванием первых 10 лет в тюрьме, а остального срока в исправительной колонии строгого режима.

Согласно приговору Г. совершил посягательство на жизнь сотрудников правоохранительных органов А., Б., Ч. и П.Д. в целях воспрепятствования их законной деятельности по охране общественного порядка. Он же незаконно носил огнестрельное оружие.

Преступление совершено в ночь на 20 января 2000 года в гор. Новоуральске Свердловской области при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В судебном заседании осужденный вину не признал.

Заслушав доклад судьи Колоколова Н.А.; пояснения осужденного Г., поддержавших доводы своей кассационной жалобы; мнение прокурора Соломоновой В.А., поддержавшей кассационный протест государственного обвинителя и кассационные жалобы потерпевших и полагавшей в удовлетворении кассационной жалобы осужденного и его защитника отказать, приговор за мягкостью назначенного Г. наказания отменить, а дело направить на новое рассмотрение, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационном протесте государственный обвинитель Жеребцов М.А. просит приговор отменить за мягкостью наказания.

В кассационных жалобах потерпевшие А., П.Д., Б. и А.Т. просят приговор за мягкостью отменить, а дело направить на новое рассмотрение, по итогам которого Г. следует назначить пожизненное лишение свободы, потерпевшая А.Т., кроме того, просит полностью удовлетворить ее требования о компенсации морального вреда.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный Г., не отрицая факта своего присутствия на месте происшествия в момент убийства работников милиции Ч. и П., просит приговор в отношении него отменить, а дело производством прекратить, поскольку лично сам он оружия в руки не брал, в милиционеров не стрелял. Утверждает, что дело в отношении него сфабриковано, чтобы скрыть противоправное поведение потерпевших, которые стреляли в него и били его совершенно беспричинно.

Согласен: на отмену приговора с передачей дела в суд присяжных; на прекращение дела по амнистии в порядке компенсации, так как работники милиции сделали его инвалидом.

Кроме того, считает:

- приговор в отношении него постановлен незаконным составом суда, поскольку один из заседателей бывший работник милиции;

- судимость по предыдущему приговору полностью погашена;

- ему необоснованно отказано в проведении: следственного эксперимента с выездом на место происшествия; допросе врачей бригады скорой помощи, которые оказывали помощь Ч., допросе свидетелей, которые, с его точки зрения, могли бы дать показания об обстоятельствах происшедшего;

- нарушено его право на защиту: органы предварительного следствия и суд ему предоставили не того адвоката, которого он просил, а другого; он незаконно удален из зала суда во время судебных прений и оглашения приговора; он лишен возможности выступить с репликой; ему не позволили дать развернутые показания в последнем слове; ему не огласили приговор;

- из общего объема доказательств следует исключить показания всех потерпевших и свидетелей, являющихся работниками милиции, поскольку они заинтересованы в исходе дела и поэтому его оговаривают; их показания непоследовательны, противоречивы и не стыкуются с другими доказательствами;

- суд надлежащим образом не рассмотрел ни одного из заявленных им ходатайств, поэтому все определения, вынесенные судом по ходу рассмотрения дела, следует отменить.

В кассационной жалобе адвокат Гриценко Э.А. просит приговор в отношении Г. отменить, так как преступлений он не совершал.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия находит, что выводы суда первой инстанции о виновности Г. являются правильными и основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, изложенных в приговоре.

Утверждения осужденного, а также его защитника в кассационных жалобах о том, что в потерпевших стрелял не Г., а М., опровергаются показаниями потерпевших и свидетелей.

Так, потерпевший Б. суду показал, что в ночь на 20 января 2000 года он совместно с работниками милиции А., П.Д. и Ч. прибыл к дому <...> целью задержания находящегося в розыске М. А. и П.Д. заблокировали вход в подъезд, Ч., поднявшись на лифте на 9-тый этаж, начал его осмотр лестничных площадок сверху, а он тем временем по лестнице пошел навстречу Ч. снизу. На лестничной площадке между 8 и 9 этажами они встретились. Там же находились: М. в темной кожаной куртке и Г. в камуфлированном бушлате. Когда Ч. подошел к М., Г. достал из-под одежды предмет, похожий на автомат. Поскольку лично у него оружия не было, он крикнул М.: "Саня, беги, у него автомат!", сам же спрыгнул на площадку 8-го этажа. Кто-то, но не Ч., крикнул: "Стоять", после чего послышался выстрел. В это время он уже бежал вниз. За собой слышал топот двоих преследователей, а также звук перезаряжаемого оружия. Между 1 и 2-м этажами встретил П.Д. и А. Вытолкал их на улицу и сообщил, что на Ч. напали с автоматом. После этого они втроем заняли позицию у мусоропровода. Первым из подъезда появился Г. с обрезом помпового ружья в руках. Стреляя в сторону работников милиции, он спустился с крыльца, побежал вдоль дома. При этом Г. попал в П.Д. Вначале А., а затем и он, взяв пистолет у П.Д., стали преследовать Г., стрелять в него. Огонь они вели до тех пор, пока Г. не выронил ружье. М. тем временем скрылся.

Потерпевший А. суду показал, что через 5 мин. после того, как в подъезд зашли Б. и Ч., оттуда раздался звук выстрела. С пистолетами в руках он и П.Д. вбежали в подъезд. В районе 2-го этажа встретили спускающегося вниз Б. Последний крикнул: "Выходите на улицу, у него автомат!". Б. также сказал, что в Ч. стреляли. Они втроем вышли на улицу и заняли позицию. Дверь подъезда открылась, раздался выстрел, после которого Ч. упал. Из подъезда тут же появился Г. с обрезом помпового ружья, стреляя по ним, он побежал вдоль дома. При этом Г. попал в П.Д. Он, а затем и Б. открыли по огонь по Г. М. тем временем скрылся.

Свидетель П. суду показала, что ночью 20 января 2000 к ней пришел М. и попросил разрешения переночевать. Зная, что он находится в розыске, попросила М. подождать немного на лестнице, а сама тем временем по телефону дала знать об этом Озориной. Через 20 - 30 мин. из подъезда раздался звук приближающегося лифта, затем последовали: мужской крик и два выстрела. Первый - громкий у дверей ее квартиры, второй - тихий.

В ходе осмотра места происшествия обнаружены: на лестничной площадке между 8 и 9 этажами труп Ч.; на лестничной площадке между 2 и 3 этажами - стреляная гильза охотничьего патрона 12 калибра; на стене дома возле входной двери подъезда N 2 - следы воздействия картечи; на бетонной площадке крыльца - лужа крови, деформированная милицейская кокарда, часть войлочного пыжа, два круглых обгоревших бумажных пыжа; возле крыльца - помповое ружье с укороченным стволом и стреляная гильза охотничьего патрона 12 калибра; на тротуаре и проезжей части дороги - две стреляные гильзы того же калибра.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертов смерть Ч. наступила на месте происшествия в результате сквозного огнестрельного дробового (картечью) ранения левой половины грудной клетки со сквозным ранением левого легкого, ранением сердца. Выстрел в Ч. произведен с дистанции действия дополнительных факторов выстрела сзади слева, огнестрельное ранение бедра образовалось в результате рикошета картечи.

Смерть П.Д. наступила в больнице в результате массивной открытой огнестрельной черепно-мозговой травмы с разрушением вещества головного мозга. Данная травма образовалась в результате двух выстрелов. Выстрелы в П.Д. произведены из точки, находящейся за пределами действия дополнительных факторов выстрела.

Все выстрелы в Ч. и П.Д. произведены свинцовой картечью.

При проведении баллистической экспертизы установлено, что изъятый с места происшествия обрез охотничьего гладкоствольного ружья 12 калибра "Байкал" является огнестрельным оружием и для стрельбы пригоден. Изъятые с места происшествия гильзы 12 калибра отстреляны из данного обреза.

Металлические предметы, изъятые из тела Ч. являются картечью, которая относится к снаряжению охотничьих патронов для гладкоствольного оружия.

Содержащийся в кассационной жалобе довод осужденного Г. о том, что в работников милиции стрелял не он, а М., опровергается вышеприведенными показаниями потерпевших Б. и А. Б. прямо указал на Г., как на лицо, которое при появлении работников милиции извлекло оружие из-под одежды.

Как видно из материалов дела, показания потерпевших последовательны, непротиворечивы, соответствуют друг другу, материалам уголовного дела. Оснований не доверять им у суда первой инстанции не было.

Обосновывая свой вывод о виновности осужденного, суд в приговоре обоснованно отметил, что отсутствие промежутка времени между извлечением Г. из-под одежды обреза и производством выстрела в Ч. исключает возможность его передачи М. Далее Б. и А. однозначно утверждают, что из подъезда Г. вышел уже с обрезом в руках и сразу же открыл из него огонь по работникам милиции.

Довод осужденного в кассационной жалобе об исключении из общего объема доказательств показаний всех потерпевших и свидетелей, являющихся работниками милиции, поскольку они изначально заинтересованы в исходе дела, не основан на материалах дела и требованиях закона.

Свидетели Ш.Ю., С., Ж., Ш.Н., З., П.В., подтвердив в этой части показания потерпевших Б. и А., показали, что Г. и М. покинули подъезд N 2 не одновременно в разные промежутки времени, после этого они перемещались в разных направлениях.

Аналогичные показания в стадии предварительного расследования дали также и свидетели З., П.В., в соответствии с законом они были исследованы в судебном заседании.

Данные доказательства опровергают довод осужденного в кассационной жалобе о том, что работники милиции его оговаривают, чтобы оправдать свои незаконные действия и что они с этой целью специально изменили обстановку в районе места происшествия.

Версии об изменении обстановки на месте происшествия работниками милиции высказывалась Г. и в судебном заседании. Судом она тщательно проверена и в приговоре опровергнута как несостоятельная.

Как видно из материалов уголовного дела, оружие работники милиции Б. и А. применили в отношении Г. законно и обоснованно. Стрельбу по нему они прекратили, как только он выронил обрез и прекратил сопротивление.

С учетом имеющейся по делу совокупности достоверных доказательств оснований для проведения следственного эксперимента с выездом осужденного на место происшествия; допросе врачей бригады скорой помощи, которые оказывали помощь Ч.; допросе свидетелей, которые, с точки зрения Г., могут дать дополнительные показания об обстоятельствах происшедшего по делу, о чем последний пишет в кассационной жалобе, не имеется.

Все обстоятельства совершения Г. преступления исследованы в судебном заседании полно, всесторонне, объективно и в установленном законом порядке.

Несостоятелен и довод Г. в кассационной жалобе о том, что органами предварительного расследования и судом нарушено его право на защиту.

Как видно из материалов дела, все следственные действия с Г. производились с участием профессионального защитника. Отказ названного Г. адвоката принять участие в процессе обусловлен отсутствием у последнего соглашения на защиту осужденного.

Согласно протоколу судебного заседания все ходатайства, заявленные Г., разрешены судом первой инстанции в установленном законом порядке, что опровергает доводы Г. в кассационной жалобе о нарушении его процессуальных прав.

Из протокола судебного заседания усматривается, что Г. в соответствии с законом разъяснено право: давать показания по существу обвинения. Данный факт осужденным не оспаривается. В этой связи довод Г. в кассационной жалобе о том, что он был лишен возможности дать развернутые показания по существу обвинения, не соответствует действительности.

Не соответствует реальным событиям и утверждение Г. в кассационной жалобе о том, что ему не позволили выступить с репликой и последним словом.

Как следует из протокола судебного заседания т. 7 л.д. 176 такая возможность Г. судом была предоставлена, однако он от реализации своих процессуальных прав отказался, сделав вместо этого заявление о доставке его в комнату конвоя.

Согласно протоколу судебного заседания приговор подсудимому объявлен в полном объеме, чем опровергается его довод в кассационной жалобе.

Замечания на протокол судебного заседания, поданные Г., рассмотрены в точном соответствии с процессуальным законом.

Уголовное дело в отношении Г. рассмотрено законным составом суда, оснований для отвода председательствующего, народных заседателей по делу нет.

Несостоятельны и доводы, содержащиеся в кассационном протесте государственного обвинителя, потерпевших об отмене приговора за мягкостью назначенного Г. наказания.

Определяя вид и размер наказания, суд первой инстанции учел всю совокупность смягчающих наказание Г. обстоятельств, в первую очередь - состояние его здоровья. Как видно из материалов уголовного дела Г. лишился ноги, является инвалидом второй группы.

Сумма, взысканная с осужденного в пользу потерпевшей А.Г. в виде компенсации причиненного ей морального вреда, соответствует объему ее нравственных страданий.

При таких обстоятельствах приговор в отношении Г. постановлен обоснованно как в части квалификации его действий, так и в части размера назначенного ему наказания.

Выводы суда подробно мотивированы в приговоре.

Оснований для прекращения уголовного дела в отношении Г. по амнистии не имеется.

Нарушений УПК РСФСР, влекущих отмену приговора, по делу не имеется.

В дополнительных кассационных жалобах, именуемых осужденным, как "частные", Г. просит отменить следующие определение суда первой инстанции, вынесенные им непосредственно в ходе судебного разбирательства:

- об отказе в рассмотрении его дела судом присяжных;

- об отказе в применении к нему акта об амнистии;

- об отказе в направлении дела для проведения дополнительного расследования;

- об отказе в переносе уголовного дела для рассмотрения в другой город;

- об отказе в вызове дополнительных свидетелей;

- об отказе ему в обжаловании заключения судебно-психиатрической экспертизы;

- об отказе в назначении по делу дополнительной судебно-психиатрической экспертизы;

- об отказе в вызове в суд экспертов-психиатров;

- об отказе в выезде ему на место происшествия;

- об отказе в предоставлении ему времени для составления дополнительных заявлений и ходатайств;

- об отказе в предоставлении ему времени для составления последнего слова;

- об отказе в назначении дополнительной судебно-медицинской экспертизы;

- об отказе в проведении экспертизы следов пороха;

- об отказе в выдаче ему копий материалов уголовного дела;

- об отказе отмены определения о назначении баллистической экспертизы;

- об отказе в отводе государственного обвинителя;

- об отказе в отводе народного заседателя;

- об отказе в удовлетворении его ходатайства о соблюдении законности в ходе рассмотрения дела;

- об отказе в удовлетворении ходатайства о вызове в суд врача, который дал разрешение на его транспортировку в другой город.

В силу ст. 355 ч. 5 УПК РФ не подлежат кассационному обжалованию определения суда первой инстанции, вынесенные им в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, доводы, содержащиеся в вышеперечисленных жалобах, в той или иной форме содержатся в кассационной жалобе и дополнениях к ней, поэтому они получили свое разрешение в настоящем кассационном определении.

При таких обстоятельствах производство по кассационной жалобе Г. на определения, вынесенные судом в процессе судебного заседания, подлежит прекращению.

Довод осужденного о незаконности отказа ему в рассмотрении уголовного дела судом присяжных несостоятелен, поскольку введение данного судебного установления на территории Свердловской области предусмотрено только с 1 января 2003 года.

Кроме того, как видно из материалов уголовного дела, отказ суда в удовлетворении ходатайств Г. ни в коей мере не препятствовал движению дела, против чего сторона защиты в кассационных жалобах не возражает.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Свердловского областного суда от 22 мая 2002 года в отношении Г. оставить без изменения, а кассационный протест государственного обвинителя Жеребцова М.А., кассационные жалобы: осужденного Г., адвоката Гриценко Э.А., потерпевших П., А.Г., А. и Б. без удовлетворения.

 

Председательствующий

М.А.КАРИМОВ

 

Судьи

А.В.КУМЕНКОВ

Н.А.КОЛОКОЛОВ

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"