||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 19 марта 2003 г. N 50-о02-47

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Кудрявцевой Е.П.,

судей Коннова В.С., Саввича Ю.В.

рассмотрела в судебном заседании от 19 марта 2003 г. кассационные жалобы потерпевших Б., Б.В., П., осужденных М., А.С, З., А.Е., А.Е.В. и К., адвоката Кирюхина Ю.В. на приговор Омского областного суда от 30 января 2002 года, которым

М., <...>, русский, со средним образованием, не работавший, ранее судимый:

- 1 сентября 1994 г. по ч. 2 ст. 145; пп. "а", "б" ч. 2 ст. 146; ч. 2 ст. 148 УК РСФСР к семи годам лишения свободы;

- 2 марта 1995 г. по ч. 3 ст. 145 УК РСФСР к трем годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 40 УК РСФСР - к семи годам лишения свободы;

- 13 июня 1995 г. по ч. 3 ст. 144 и пп. "а", "б", "д" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР к восьми годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 40 УК РСФСР - к восьми годам шести месяцам лишения свободы;

- 24 августа 1995 г. по ч. 1 ст. 108; ч. 3 ст. 206 и ч. 1 ст. 218 УК РСФСР к шести годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 40 УК РСФСР - к восьми годам шести месяцам лишения свободы, освобожден 2 марта 2000 г. условно-досрочно на два года 10 дней;

осужден по ч. 2 ст. 209 УК РФ - к двенадцати годам лишения свободы с конфискацией имущества; по п. п. "а", "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к восемнадцати годам лишения свободы; по п. п. "б", "г", "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ - к шести годам лишения свободы; по п. п. "а", "б", "в", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ - к девяти годам лишения свободы с конфискацией имущества; по п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 162 УК РФ - к тринадцати годам лишения свободы с конфискацией имущества; по ч. 2 ст. 222 УК РФ - к пяти годам лишения свободы; по ч. 4 ст. 222 УК РФ - к двум годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к двадцати пяти годам лишения свободы с конфискацией имущества; по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ - к двадцати шести годам лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием первых десяти лет лишения свободы в тюрьме, остального срока лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

По ч. 1 ст. 209 и ч. 3 ст. 223 УК РФ М. оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления; по п. п. "а", "б", "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ М. оправдан за недоказанностью его участия в совершении преступления.

А.С., <...>, русский, со средним образованием, не работавший, ранее не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 209 УК РФ - к десяти годам лишения свободы с конфискацией имущества; по п. п. "а", "ж", "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к восемнадцати годам лишения свободы; по п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ - к восьми годам лишения свободы с конфискацией имущества; по п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 162 УК РФ - к десяти годам лишения свободы с конфискацией имущества; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к двадцати одному году лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

По ч. 3 ст. 223 УК РФ А.С. оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления; по п. "а" ч. 3 ст. 158; ч. 5 ст. 33 и п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 158; ч. 3 ст. 222 и ч. 4 ст. 222 УК РФ А.С. оправдан за недоказанностью его участия в совершении преступлений.

З., <...>, русский, со средним образованием, не работавший, ранее не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 209 УК РФ - к десяти годам лишения свободы с конфискацией имущества; по п. п. "а", "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к четырнадцати годам лишения свободы; по п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ - к трем годам лишения свободы; по ч. 4 ст. 33 и п. п. "б", "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ - к трем годам лишения свободы; по п. п. "а", "б", "в", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ - к семи годам лишения свободы с конфискацией имущества; по п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 162 УК РФ - к девяти годам лишения свободы с конфискацией имущества; по ч. 1 ст. 222 УК РФ - к двум годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к семнадцати годам лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

З. оправдан:

- по ч. 4 ст. 222 УК РФ - за недоказанностью его участия в совершении преступления; по ч. 3 ст. 223 УК РФ - за отсутствием в его действиях состава преступления.

А.Е., <...>, русский, со среднеспециальным образованием, не работавший, ранее не судимый,

осужден по п. "а" ч. 3 ст. 111 УК РФ - к пяти годам лишения свободы; по п. п. "б", "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ - к пяти годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к семи годам лишения свободы; по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ - к девяти годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

А.Е. по п. п. "а", "б", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ по факту хищения имущества Ж. 30 октября 2000 г. и по ст. 158 ч. 3 п. "б" УК РФ оправдан за недоказанностью его участия в совершении преступлений.

А.Е.В., <...>, русский, с образованием 8 классов, не работавший, ранее судимый:

- 1 февраля 1995 г. по ч. 3 ст. 144 УК РСФСР к шести годам лишения свободы;

- 5 января 1996 г. по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР к 4 годам лишения свободы, по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 40 УК РСФСР - к шести годам шести месяцам лишения свободы, освобожден 16 августа 2000 г. на неотбытый срок - 7 месяцев 24 дня в соответствии с Постановлением Государственной Думы РФ от 26 мая 2000 г. "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне",

осужден по п. "а" ч. 3 ст. 111 УК РФ к девяти годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

По п. п. "б", "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ А.Е.В. оправдан за недоказанностью его участия в совершении преступления.

К., <...>, русский, со среднеспециальным образованием, ранее судимый 23 сентября 1999 г. по п. п. "а", "б", "г", "д" ч. 2 ст. 161 и п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ, ч. 3 ст. 206 УК РСФСР к двум годам шести месяцам лишения свободы, освобожден 31 августа 2000 г. в соответствии с п. 1 Постановления Государственной Думы РФ от 26 мая 2000 г. "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне" на неотбытый срок наказания - один год 25 дней лишения свободы;

осужден по п. п. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ к шести годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

По п. п. "а", "ж" ч. 2 ст. 105 и ч. 2 ст. 167 УК РФ К. оправдан за недоказанностью его участия в совершении преступлений.

Постановлено взыскать:

- с М., А.С. и З. солидарно в возмещение материального ущерба в пользу:

- У. - 55790 руб.;

- У.Д. - 10750 руб.;

- У.А. - 3950 руб.;

- П.Л. - 5850 руб.;

- М.А. - 500 руб.;

- А.Г. - 152995 руб.;

- в возмещение морального вреда в пользу:

- У.А.: с А.С. - 2000 руб.; с М. и З. - по 1500 руб. с каждого;

- Г.: с М. - 10000 руб.; с А.С. и З. - по 7000 руб. с каждого;

- А.Г.: с М. - 15000 руб.; с А.С. и З. по 10000 руб. с каждого;

- Б.В. с А.С. 100000 руб.;

- П.: с М. и А.С. по 60000 руб. с каждого и с З. - 40000 руб.

К. признан виновным и осужден за вымогательство у Т. 209 рублей денег, совершенное 11 мая 1997 г. группой лиц по предварительному сговору и с применением насилия.

Признаны виновными и осуждены:

- А.С. -

- за убийство С., совершенное 10 июня 2000 г. на почве личных неприязненных отношений;

- З. -

- за кражу имущества К.Ю., совершенную в период 31 августа - 1 сентября 2000 г. группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище и с причинением значительного ущерба (на сумму 19500 рублей);

- за подстрекательство А.Е. к ограблению М.С., совершенное 30 октября 2000 г. неоднократно и с причинением значительного ущерба;

- за незаконное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов с начала сентября до 30 октября 2000 г.

- М. -

- за незаконные приобретение в начале сентября 2000 г. огнестрельного оружия и боеприпасов (7 патронов к ружью), их ношение по 9 декабря 2000 г., совершенные неоднократно;

- за незаконные приобретение холодного оружия (охотничьего ножа) и ношение его с 30 октября по 9 декабря 2000 г.;

- за незаконные приобретение газового оружия (пистолета) и ношение его, совершенное с середины ноября 2000 г. по 9 декабря 2000 г.;

- за ограбление Ж., совершенное 30 октября 2000 г. с применением насилия, не опасного для ее жизни и здоровья, неоднократно, с причинением значительного ущерба (на сумму 2700 руб.);

- М., З. и А.С. - за участие в банде;

- за разбойное нападение на С.О. и С.Р., совершенное 14 сентября 2000 г. группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия, а М. и З. - и неоднократно;

- за разбойное нападение на У., совершенное 17 сентября 2000 г. организованной группой, неоднократно, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия;

- за разбойное нападение на Г., совершенное 28 сентября 2000 г. организованной группой, неоднократно, с незаконным проникновением в жилище и с применением оружия;

- за разбойное нападение на У.Д. и У.А., совершенное 28 сентября 2000 г. организованной группой, с незаконным проникновением в жилище, неоднократно, с применением оружия и предмета, используемого в качестве оружия;

- за разбойное нападение на А.Г., А.А., М.А., совершенное 6 октября 2000 г. организованной группой, неоднократно, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия, в целях завладения чужим имуществом в крупном размере (на сумму 158495 руб.);

- за убийство П.В., 1972 г. рождения, совершенное 30 октября 2000 г. на почве личных неприязненных отношений группой лиц, а А.С. - и неоднократно.

- А.Е.В. и А.Е. -

- за умышленное причинение П.В. тяжкого вреда здоровью, совершенное 30 октября 2000 г. группой лиц.

- А.С. и М. -

- за убийство другого лица - П.Д., 1980 г. рождения, совершенное 30 октября 2000 г. на почве личных неприязненных отношений группой лиц, а А.С. - и неоднократно;

- А.С. -

- за убийство 30 октября 2000 г. третьего лица - Б.А., 1969 г. рождения, на почве личных неприязненных отношений, совершенное неоднократно.

- З. -

- за убийство другого лица - Б.А.К., 1969 г. рождения, совершенное 30 октября 2000 г. на почве личных неприязненных отношений;

- А.Е. -

- за ограбление М.С., совершенное 30 октября 2000 г. неоднократно и причинившее значительный ущерб.

Преступления совершены ими при обстоятельствах, установленных приговором.

Заслушав доклад судьи Коннова В.С., мнение прокурора Лушпа Н.В., полагавшей судебное решение в отношении М., А.С. и А.Е.В., З. и К. законным, обоснованным и справедливым, а в отношении А.Е. - подлежащим изменению, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационных жалобах:

- потерпевший Б. просит отменить приговор и направить дело на новое расследование, ссылаясь на проведение предварительного следствия с нарушением требований ст. 20 УПК РСФСР, на необоснованность исключения из обвинения квалифицирующих признаков убийства: организованной группой, по предварительному сговору группой лиц и сопряженное с бандитизмом. Считает, что у осужденных не было причин "для выяснения отношений" с Б.А.К., что необходимо привлечь к уголовной ответственности М.С. и Е. как соучастников убийства, а М. и А.С., З. необходимо назначить пожизненное лишение свободы;

- потерпевший Б.В. также просит отменить приговор и направить дело на новое расследование, ссылаясь на те же доводы, что и потерпевший Б., и, кроме того, полагает, что Б.А. вместе с А.С. убивал З. и в убийствах принимал участие К. Полагает, что противоправность и аморальность поведения П.В. подлежала учету лишь в отношении тех, кто его убивал;

- потерпевший П. также просит отменить приговор и направить дело на новое расследование, ссылаясь на то, что М.С. и А.В., А.О. способствовали убийствам, что убийства совершались бандой и организованной группой. Считает, что вина П.В. в избиении и угрозе убийством М.С. не усматривается; что убийство П.В. было совершено беспричинно и с особой жестокостью. По мнению П., предварительное следствие проведено неполно и необъективно, а наказание осужденным назначено чрезмерно мягкое. Полагает, что взысканная сумма в возмещение морального вреда является недостаточной;

- осужденный К. просит переквалифицировать его действия с п. п. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ на ч. 2 ст. 330 УК РФ и с применением ст. ст. 61 и 64 УК РФ смягчить ему наказание, ссылаясь на отсутствие у него корыстного мотива и умысла на неправомерное безвозмездное изъятие имущества, ссылаясь на то, что он лишь просил вернуть похищенные у М-ной 209 руб., ударил Т. в связи с оскорблением, денег от него не получал, бензином его не обливал. В то же время утверждает, что он осознал свою вину, раскаивается в содеянном, на его иждивении находятся ребенок и мать-пенсионерка;

- адвокат Кирюхин Ю.В. в защиту интересов осужденного К. просит аналогичным образом изменить приговор, ссылаясь на неверную квалификацию действий К., строгость назначенного ему наказания и на неправильную оценку доказательств, показаний свидетелей Г., Ч. и О.;

- осужденный М. просит отменить приговор и направить дело на новое расследование, ссылаясь на то, что предварительное и судебное следствие проведены с нарушениями требований уголовно-процессуального законодательства, что причины совершения преступлений и фактические обстоятельства их совершения не установлены; что разбойные нападения с ним совершал не А.С, а Пятков В., что ему назначено чрезмерно строгое наказание. Полагает, что согласно ч. 2 ст. 15 УПК РСФСР дело подлежало рассмотрению судом в составе трех профессиональных судей;

- осужденный А.С. просит отменить приговор и направить дело на новое расследование, ссылаясь на необходимость переквалификации его действий в отношении С. на ч. 1 ст. 108 УК РФ; на то, что он разбоев не совершал, участия в банде не принимал, на неправильную оценку доказательств. Утверждает, что он участия в убийствах не принимал. По его мнению, суд необоснованно отказал в проведении судебно-психологической экспертизы в отношении А.С., неправильно ограничил его в возможности ознакомления с материалами дела и неверно отказал в допросе свидетелей С., Н., Р., П. Считает, что при назначении наказания суд не учел состояния его здоровья;

- осужденный З. просит отменить приговор и смягчить ему наказание, ссылаясь на необходимость применения к нему требований ст. ст. 62 и 64 УК РФ;

- осужденный А.Е. просит отменить приговор и направить дело на новое расследование или судебное рассмотрение, ссылаясь на необоснованность и незаконность приговора, на проведение предварительного и судебного следствия с нарушением требований ст. 20 УПК РСФСР, на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, на неправильную оценку доказательств, на недоказанность его вины. Утверждает, что тяжкий вред здоровью П.В. причинил М. По его мнению, суд назначил ему чрезмерно строгое наказание по совокупности приговоров;

- осужденный А.Е.В. также просит отменить приговор и направить дело на новое расследование или новое судебное рассмотрение, ссылаясь на отсутствие предварительного сговора на применение насилия к П.В., на то, что он причинил ему легкий вред здоровью, а смерть его наступила от ножевых ранений, которых он не наносил. Считает, что ему назначено чрезмерно суровое наказание.

В возражениях потерпевшие Б.В. и Б. считают доводы осужденных и адвоката Кирюхина несостоятельными, и потерпевший М.А., кроме того, считает, что суд полно и объективно рассмотрел дело.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит приговор в отношении М., А.С. и А.Е.В., З. и К. законным, обоснованным и справедливым, а в отношении А.Е. - подлежащим изменению по следующим основаниям.

Виновность М., А.С. и А.Е.В., З., К., а также - А.Е. (за исключением признака неоднократности грабежа) в содеянном ими установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка. Виновность К. в вымогательстве денег у Т. подтверждается:

- показаниями потерпевшего Т. о том, что он на мотоцикле подвозил к киоску двух незнакомых парней, а когда они вышли из киоска и один из них был с пакетами, он отвез их к реке, где они сели на теплоход.

Впоследствии он узнал об ограблении киоска, дал показания сотрудникам милиции, с его слов были составлены фотороботы тех парней. 11 мая 1997 г. к нему домой на такси приехали К., Г. и Г.С. К. предложил ему сесть в машину. Когда он отказался сесть к ним в машину, то Г. стал держать его, а К. - избивать, нанося удары кулаками в голову и грудь. При этом они требовали от него 209 рублей, утверждая, что он ограбил киоск. Он сообщил, что не причастен к ограблению, рассказал, как было дело, но они продолжали требовать деньги, а К. - и избивать его.

Затем он и К. зашли в дом, где он передал К. свои 100 рублей. После этого на веранде К. вновь стал избивать его, требуя остальную сумму денег, угрожал при этом убийством, требовал, чтобы ему дали нож, чтобы зарезать его (Т.), а Г. - держал его. Когда он пытался вырваться, Г. прижал его к полу, а К. взял на веранде канистру с бензином, облил его бензином. Он понял, что К. хочет поджечь его, ему удалось вырваться и убежать.

Аналогичные показания Т. давал и в ходе предварительного следствия. Суд обоснованно признал достоверными показания потерпевшего Т., поскольку они соответствуют другим доказательствам.

Ссылка К. на то, что он бензином Т. не обливал, противоречит материалам дела.

Как пояснял свидетель Г.С. в ходе предварительного следствия, он видел в руках К. канистру, она была открытая, по запаху он понял, что в ней - бензин. Одежда Т. была мокрой, как он понял, она была пропитана бензином, а К. говорил, что сейчас подожжет Т. (т. 2 л.д. 77). Изменив в последующем показания, Горян не отрицал, что одежда Т. была мокрой.

Как видно из показаний свидетеля Ю., у Т. голова и одежда были облиты бензином.

Ссылка К. на то, что он от Т. денег не получал, противоречит приведенным показаниям потерпевшего Т., а также показаниям свидетеля Ю., которой Т. сообщал, что у него забрали 100 рублей денег. Свидетель Б. пояснял, что от его соседа Т. парень перепрыгнул через забор и сказал, чтобы он (Б.) отдал ему 100 рублей за соседа Т. Он отказался давать деньги.

Таким образом, требуемая у Бирюкова сумма с учетом суммы денег, взятых у самого Т., близка к требуемой у Т. общей сумме денег (209 руб.).

Как поясняла М-на, владелец киоска, она К. не знает и не просила его забрать деньги у Т., он ей денег не передавал.

При таких данных суд пришел к правильному выводу, что К. использовал полученную информацию о хищении из киоска в целях завладения деньгами Т., что фактически и сделал, присвоив их себе. Указанные обстоятельства подтверждают правильность выводов суда о наличии у К. умысла и корыстного мотива на неправомерное завладение данными Т. Ссылка в жалобе на показания Горян, что деньги К. вернул М-ной, является несостоятельной, он таких показаний не давал.

Ссылка в жалобе адвоката Кирюхина на то, что согласно показаний Г.С., Ч., О., К. ехал, чтобы у парня, обворовавшего их киоск, забрать деньги, которые тот взял, не влияет на правильность выводов суда, поскольку К. требовал у Т. деньги, воспользовавшись информацией о хищении, для себя и не отдал полученные 100 руб. пострадавшей М-ной, завладел ими.

Виновность А.С. в убийстве С. подтверждается материалами дела и не оспаривается в его жалобе. Ссылка А.С. на то, что он убил С. при превышении пределов необходимой обороны, несостоятельна.

Как правильно установил суд, конфликт между С. и А.С. носил обоюдный характер. Сам подсудимый А.С. не отрицал, что они оба - он и С. - наносили друг другу удары.

Вместе с тем, как следует из показаний свидетеля Л., в ее сторону шел С., его футболка была порвана с правого бока, шел он один, рядом с ним никого не было. Она отвернулась, а когда вновь посмотрела на С., то он был в положении присев, встал, прошел 2 шага и упал около нее. В это время рядом с С. никого не было, но в 3 - 4 м от С. уходил парень (как установлено - А.С). При этом, когда к ней подходил С., когда она отвернулась, то никакого шума драки не было. У упавшего С. оказалась рана на теле.

Указанные данные позволили суду прийти к правильному выводу, что при нанесении А.С. С. удара ножом нападения на него не было, вследствие чего он в состоянии необходимой обороны не находился.

То обстоятельство, что у С. была повреждена футболка, не влияет на правильность выводов суда, поскольку согласно приведенных показаний Лепченковой, когда С. шел по направлению к ней, шел один, ни на кого не нападая, у него уже была повреждена футболка, после чего ему причинено смертельное ранение.

Ссылка А.С. на то, что в судебном заседании не были допрошены свидетели С., Н., Р. и П., не влияет на законность и обоснованность приговора, поскольку, как следует из материалов дела, ни один из них не был очевидцем нанесения удара С. ножом, при этом С. находился в местах лишения свободы, П. и Н. - проходили службу в армии; место нахождения Р. - неизвестно, а производство розыска свидетеля законом не предусмотрено.

Виновность З. в содеянном им подтверждается совокупностью приведенных в приговоре доказательств и в жалобе не оспаривается.

Виновность М. в незаконных действиях с огнестрельным оружием, боеприпасами, холодным и газовым оружием, в разбойных нападениях соответствует имеющимся доказательствам и в жалобе не оспаривается.

Виновность А.С. в разбойном нападении на С.О. и С.Р. подтверждается:

- показаниями потерпевшего С.О. о том, что участие в разбойном нападении принимал А.С, которого он опознал;

- протоколом, из которого следует, что С.О. опознал А.С. как участника нападения.

Ссылка в жалобе осужденного А.С. на то, что С.О. видел, как его перед опознанием проводили в наручниках по коридору, является несостоятельной и противоречит материалам дела, в том числе - показаниям потерпевшего С.О. о том, что такого не было (т. 14 л.д. 13, 14), а замечания А.С. в этой части на протокол судебного заседания рассмотрены в установленном законом порядке и обоснованно отклонены как противоречащие фактическим показаниям.

Из явок с повинными З. и М., их показаний в ходе предварительного следствия видно, что вместе с ними участие в нападении принимал А.С. Последующему изменению ими показаний суд дал надлежащую оценку в совокупности с другими доказательствами.

Ссылка А.С. на то, что З. и М. оговорили его вследствие применения к ним незаконных методов расследования, является несостоятельной и противоречит материалам дела. В ходе предварительного следствия М. и З. утверждали, что явки с повинной писали, а показания - давали добровольно, без применения каких-либо незаконных методов (т. 1 л.д. 134; т. 2 л.д. 164, 181; т. 3 л.д. 23, 34; 83, 85, 88, 99, 168, 268, 275, 289; т. 6 л.д. 35, 40, 21, 31, 48, т. 7 л.д. 183; т. 11 л.д. 83; т. 14 л.д. 120 и др.), кроме того, З. допрашивался с участием адвоката (т. 1 л.д. 129 - 135, т. 6 л.д. 245 - 250; т. 7 л.д. 183 - 186; т. 11 л.д. 71 - 83), давал показания в присутствии понятых - т. 2 л.д. 181, 263; т. 3 л.д. 40, 90, 119, 178, 279 и никто из участников процесса не заявлял о применении незаконных методов расследования.

Указанные данные опровергают приведенную ссылку А.С.

Как поясняла потерпевшая С.Р., при нападении по шкафам искал ценности А.С.

При таких данных суд обоснованно признал виновным А.С. в разбойном нападении на С.О. и С.Р.

Виновность А.С. в разбойных нападениях на У., Г., У.Д. и У.А., А.Г., М.А. подтверждается материалами дела.

Так, подсудимый З. пояснял, что в разбойном нападении на У. принимал участие А.С. Аналогичные данные он указывал в своей явке с повинной и показаниях в ходе предварительного следствия.

Потерпевший У. пояснял, что двоих из напавших он видел без масок в отражении зеркала.

Протоколом подтверждается опознание У. А.С. как участника нападения.

Ссылка в жалобе А.С. на то, что согласно показаний С.О., У. находился в коридоре, когда проводили А.С. в наручниках на опознание, не соответствует материалам дела. С.О. таких показаний не давал, а замечания А.С. в этой части на протокол судебного заседания рассмотрены в установленном законом порядке и отклонены.

Показаниям М., что в нападении участвовал не А.С, а "А." (в жалобе М. указывает, что это был не "А.", а П.В.) суд дал надлежащую оценку, признав их недостоверными, противоречащими другим доказательствам.

Подсудимый З. пояснял, что в разбойном нападении на Г. принимал участие А.С. При этом А.С. боролся с Г. После нападения А.С. показывал ему имевшийся у него пистолет, говорил, что переделал его из газового под мелкокалиберный.

Аналогичные данные З. сообщал в явке с повинной и в показаниях в ходе предварительного следствия, при этом З. конкретизировал, что А.С. был одет в синее кашемировое пальто.

Как видно из материалов дела, оснований к оговору А.С. у З. не имеется.

Из показаний потерпевшего Г. в судебном заседании следует, что один из нападавших был одет в длинное синее пальто, в руках у него был пистолет и он (Г.) боролся с ним. Этим нападавшим был А.С.

С учетом того, что попытки опознания Г. А.С. в ходе предварительного следствия не предпринималось, показания Г. в ходе предварительного следствия о том, что он не опознает напавшего, не свидетельствуют о недостоверности показаний Г. в суде. Фактически он узнал А.С. и, кроме того, верно указал его верхнюю одежду и наличие у него пистолета, что соответствует показаниям З.

Как пояснял подсудимый З., в разбойных нападениях на квартиры У.Д. и У.А., А.Г. принимал участие А.С.

Аналогичные данные З. указывал в явках с повинной и аналогичные показания он давал в ходе предварительного следствия.

Суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии у З. оснований к оговору А.С. и правильно признал их достоверными.

Показания М. в этой части противоречивы и непоследовательны. В ходе предварительного следствия он утверждал, что разбойные нападения совершали вдвоем: он и З., что противоречило как показаниям З., так и показаниям потерпевших. Затем М. стал утверждать, что вместе с ним и З. участие в разбоях принимал "Александр" (в жалобе он указывает, что это был не "А.", а П.В.). При таких данных суд правильно признал в этой части показания М. недостоверными.

Как поясняла свидетель М.С., принесенный два дня назад музыкальный центр "ДЭУ" (такой музыкальный центр был похищен из квартиры У.Д. и У.А.), забирал вместе с М. А.С.

Суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины А.С. в разбоях.

С учетом того, что виновные следили за У., разрабатывали план нападений, готовились к нападениям (приискивали наручники, скотч), принимали меры к маскировке (имели маски), подыскивали и имели оружие, при нападениях их действия были согласованными и взаимообусловленными, а также - принимая во внимание количество разбойных нападений (на У., Г., У.Д. и У.А., А.Г.) и постоянный состав нападавших, выводы суда о наличии банды и участии в ней М., З. и А.С. соответствуют материалам дела.

В жалобе А.Е. и А.Е.В. не отрицают нанесение ударов П.В.

Как пояснял подсудимый А.Е.В., когда дверь квартиры открыл П.В., он сразу же ударил П.В. кулаком в лицо, а М. ударил П.В. прикладом обреза в лицо и тот упал. В дальнейшем, когда он зашел в зал, то он несколько раз еще ударил П.В., а когда тот упал, он и еще двое нанесли П.В. несколько ударов ногами.

Подсудимый А.Е. также пояснял, что когда они вошли в квартиру, он несколько раз ударил П.В. кулаком по голове.

Из показаний подсудимого А.С. и свидетеля Е. видно, что при входе в квартиру А.Е. несколько раз ударил кулаком П.В., а А.Е.В. - дважды ударил П.В., а затем - нанес ему еще несколько ударов в зале.

Как следует из актов судебно-медицинской и медико-криминалистических экспертиз, у П.В. имелся тяжкий вред здоровью в виде открытой травмы головы с ушибом головного мозга, кровоизлияниями под его оболочки, вдавленным переломом правой теменной кости, ушибленными ранами волосистой части головы, образовавшейся от совокупности неоднократных воздействий тупых твердых предметов. При этом раны головы линейной формы могли быть причинены прикладом обреза, а остальные - кулаком, обутой ногой и др. Рана в правой теменной кости (линейной формы длиной 1 см) и наличие в ее проекции вдавленного перелома теменной кости позволили эксперту прийти к выводу, что данные повреждения причинены при едином механизме, возможно, прикладом обреза.

Поскольку А.Е. и А.Е.В. видели действия других лиц по нанесению ударов П.В. в область головы и каждый из них при этом наносил удары П.В. в область головы, а имевшаяся у П.В. травма головы, причинившая тяжкий вред здоровью, расценивается со всеми повреждениями как единая травма, образовалась от совокупности ударов в область головы, то каждый из них правильно признан виновным в групповом умышленном причинении тяжкого вреда здоровью П.В.

Ссылка в жалобах на наружные раны - ссадины, кровоподтеки, ушибленные раны лица - не влияет на правильность оценки их действий и совокупности последствий, поскольку разделение последствий ударов и учет лишь наружных, внешних ран без учета внутричерепных последствий ударов, в том числе - ушиба головного мозга и кровоизлияний под оболочки мозга, что образовалось от совокупности ударов - неправомерно.

Доводы жалоб на то, что отсутствовал предварительный сговор на причинение тяжкого вреда здоровью П.В., что его смерть наступила от ножевых ранений, а ударов ножом ему А.Е. и А.Е.В. не наносили, не влияют на приговор, поскольку в этих действиях и последствиях (наступлении смерти) А.Е. и А.Е.В. виновными не признаны.

Виновность М. и З. в убийстве П.В. в жалобах не оспаривается.

Ссылка А.С. на то, что он участия в убийстве П.В. не принимал, является несостоятельной.

Так, подсудимый А.Е.В. пояснял, что когда они пошли к квартире П.В., то у А.С. был с собой охотничий нож. Кроме того, в ходе предварительного следствия А.Е.В. пояснял, что в квартире А.С. бил ножом П.В.

Суд обоснованно признал достоверными приведенные показания А.Е.В. в ходе предварительного следствия, поскольку они соответствуют другим доказательствам. Оснований к оговору А.С. у него не усматривается.

Как видно из показаний подсудимого З. и потерпевшей М.С., в квартире П.В. каждый из них видел А.С. с окровавленным ножом в руке.

Свидетель М.С. поясняла в судебном заседании, что по возвращении от П.В. в руках А.С. был нож, а на кистях его рук была кровь.

Заключением судебно-биологической экспертизы подтверждается наличие на куртке и туфлях А.С. крови, которая могла образоваться от П.В.

Виновность М. в убийстве П.Д. в жалобах не оспаривается.

Ссылка А.С. о том, что он не причастен к убийствам П.Д. и Б.А., противоречит материалам дела и является несостоятельной.

Так, подсудимый М. пояснял, что он видел, как в кухне с ножом в руке сидел А.С, а на полу лежал окровавленный П.Д. Кроме того, в ходе предварительного следствия М. пояснял, что он видел, как А.С. перерезал вены П.Д., Он спрашивал А.С, зачем тот мучает П.Д. и А.С. ему ответил, что П.Д. якобы сам его об этом попросил (т. 6 л.д. 60, 84 - 87).

Потерпевшая Ч. поясняла в судебном заседании, что она видела, как А.С, сидя на лежавшем в кухне П.Д., ударил П.Д. ножом в грудь. М. сказал, чтобы она закрыла глаза, что она и сделала, но слышала, как А.С. продолжал наносить удары ножом П.Д., а открыв глаза, видела, как А.С. ударил П.Д. ножом в шею.

Протоколом подтверждается опознание Ч. А.С. как лица, наносившего удары ножом П.Д.

А.Е. в ходе предварительного следствия пояснял, что он видел, как в квартире А.С. бил ножом Б.А.

Заключением судебно-биологической экспертизы подтверждается наличие на одежде и обуви А.С. крови, которая могла образоваться от П.Д. и Б.А.

Виновность М. в ограблении Ж. в жалобах не оспаривается.

Виновность А.Е. в ограблении М.С. подтверждается имеющимися доказательствами.

Так, потерпевшая М.С. поясняла, что когда в спальню зашел А.Е., З. сказал ему, чтобы он снимал с них (девушек) золото. А.Е. сказал ей снимать золото, она сняла и отдала ему золотые серьги и кольцо. Затем по ее просьбе А.Е. вывел ее из спальни и довел до дома.

Суд обоснованно признал достоверными показания М.С., поскольку они логичны, последовательны и соответствуют другим доказательствам.

Протоколом подтверждаются опознания М.С. А.Е. как человека, снявшего с нее золотые серьги и кольцо и выведшего ее из квартиры.

К показаниям подсудимого М. о том, что М.С. сама предлагала свои золотые изделия, суд правильно отнесся критически, поскольку в ходе предварительного следствия он пояснял, что когда он вернулся в спальную комнату, то девушка протягивала А.Е. или З. золотые изделия, которые сняла с себя, он видел серьги (т. 121 л.д. 53). Указанные показания без учета предшествующих событий, очевидцем которых он не был, не дают оснований для вывода о том, что М.С. добровольно, в соответствии со своим свободным волеизъявлением передавала преступникам свои золотые изделия.

А.С. в ходе предварительного следствия пояснял, что А.Е. показывал ему золото (обручальное кольцо и пару серег) и сказал, что он их снял с девушки. А.Е. предложил ему продать снятое с девушки золото, что он и сделал (т. 6 л.д. 39).

Из показаний З., П., К. следует, что З. передал П. золотые серьги и кольцо для продажи, а тот сдал их в ломбард за 660 рублей и деньги отдал З.

Протоколами подтверждается изъятие из ломбарда серег и кольца и опознание их М.С.

Ссылка А.С. об отсутствии предварительного сговора на убийство не влияет на приговор, поскольку он не признан виновным в убийствах по указанному признаку.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденных в содеянном (за исключением квалифицирующего признака совершенного А.Е. грабежа - его неоднократности) и верно квалифицировал их действия; М. - по ч. 2 ст. 209; п. п. "а", "ж" ч. 2 ст. 105; п. п. "б", "г", "д" ч. 2 ст. 161; п. п. "а", "б", "в", "г" ч. 2 ст. 162; п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 162; ч. 2 ст. 222; ч. 4 ст. 222 УК РФ; А.С. - по ч. 2 ст. 209; п. п. "а", "ж", "н" ч. 2 ст. 105; п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162; п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 162 УК РФ; З. - по ч. 2 ст. 209; п. п. "а", "ж" ч. 2 ст. 105; п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 158; ч. 4 ст. 33 и п. п. "б", "д" ч. 2 ст. 161; п. п. "а", "б", "в", "г" ч. 2 ст. 162; п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 162 и ч. 1 ст. 222 УК РФ; А.Е. - по п. "а" ч. 3 ст. 111 и п. "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ; А.Е.В. - по п. "а" ч. 3 ст. 111 УК РФ; К. - по п. п. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ.

Как следует из материалов дела, Б. признан потерпевшим по убийству Б.А.К., Б.В. - по убийству Б.А., П. - по причинению тяжкого вреда здоровью П.В. и убийству П.В. и П.Д., по другим эпизодам преступной деятельности осужденных они потерпевшими не признаны, в связи с чем не имеют права обжаловать эпизоды преступной деятельности, не связанные с признанием их потерпевшими, и доводы их жалоб по другим составам преступлений и эпизодам преступной деятельности осужденных рассмотрению не подлежат.

Доводы о необходимости привлечения к уголовной ответственности М.С., А.В., А.О. не могут быть удовлетворены судом. Суд не является органом, осуществляющим уголовное преследование, в его компетенцию не входит возбуждение уголовных дел. Направление уголовных дел на новое расследование либо для производства дополнительного расследования судом законом (УПК РФ) не предусмотрено.

Ссылка на причастность Е. к указанным убийствам является несостоятельной и не основана на имеющихся доказательствах.

Кроме того, постановлением следователя от 6 июня 2001 года уголовное дело в отношении Е. по ст. ст. 105, 111 УК РФ прекращено за отсутствием состава преступления (т. 9 л.д. 167 - 169), что исключает возможность привлечения его к уголовной ответственности по ст. 105 УК РФ.

Доводы жалоб о причастности К. к совершенным убийствам также несостоятельны и не основаны на совокупности достоверных и достаточных доказательств. Имеющиеся в деле доказательства в этой части исследованы в судебном заседании, им дана надлежащая оценка.

Суд пришел к обоснованному выводу о недоказанности участия К. в убийствах. Каких-либо новых доказательств в этой части потерпевшими не представлено. Наличию следов крови на куртке и перчатках К. судом оценка дана. Сам факт наличия крови не свидетельствует о его участии в убийствах. Как следует из акта судебно-биологической экспертизы, кровь на перчатках могла образоваться от самого К.

Кроме того, судом верно учитывалось, что К. находился в квартире П.В., где к пострадавшим применялось насилие, поэтому наличие на одежде К. крови не дает достаточных оснований для вывода, что насилие применял именно он, кровь могла попасть на его одежду и при применении насилия другими осужденными. В соответствии с действующим законодательством неустранимые сомнения подлежат истолкованию в пользу привлеченного к ответственности лица.

Ссылка Б. на несогласие с тем, что А.С. не наносил ударов ножом в лицо и руки Б.А., не влияет на квалификацию действий А.С. и, кроме того, нанесение ударов ножом в лицо и руки Б.А. в вину А.С. не вменялось (т. 12 л.д. 147), а суд не вправе выходить за пределы предъявленного обвинения в целях увеличения объема виновности.

Как пояснял подсудимый З., ударов ножом Б.А. он не наносил. В ходе предварительного следствия он пояснял, что бил ножом только одного парня и в суде конкретизировал, что этим парнем был П.В. Доказательств, опровергающих эти показания З., стороной обвинения суду представлено не было: ни другие осужденные, ни оставшиеся в живых потерпевшие Ч., М.С., Ж. не давали показаний, уличающих З. в убийстве Б.А. Не представлено этих дополнительных доказательств и потерпевшим Б. При таких данных суд обоснованно не признал З. виновным в убийстве Б.А.

Действия П.В., явившиеся поводом для совершения осужденными преступлений 30 октября 2000 года, установлены верно, в соответствии с имеющимися доказательствами. Мотивы совершения убийств П.В и П.Д., Б.А., Б.А.К. установлены судом правильно, на основе надлежащим образом оцененных доказательств.

Судом проверялось обвинение о совершении убийств П.В и П.Д., Б.А. и Б.А.К. по признакам сопряженности с бандитизмом, организованной группой и группой лиц по предварительному сговору, однако обвинение в данной части не подтверждается совокупностью достоверных и достаточных доказательств не нашло.

Как правильно установлено по делу, осужденные пошли в квартиру П.В. не в связи с занятием бандитизмом, а в связи с противоправными действиями П.В.

По делу не установлено, что осужденные были объединены умыслом на совершение указанных убийств. Согласно предъявленного обвинения, они договорились пойти в квартиру П.В и П.Д. с целью выяснения личных отношений, при этом для оказания психологического воздействия они договорились применить физическое насилие, а также - наносить удары всем, кто попытается оказать им сопротивление. Осужденным не вменялось в вину, что они в квартиру П.В и П.Д. шли с целью совершения одного или нескольких убийств, что их объединял единый умысел на совершение этих убийств, что они распределили роли и планировали обстоятельства совершения убийств.

В соответствии с действующим законодательством суд не имеет права выйти за пределы предъявленного обвинения в целях ухудшения положения осужденных (подсудимых).

В судебном заседании все подсудимые утверждали, что шли к П.В. с целью выяснения отношений, умысла и сговора до прихода на место происшествия на совершение убийств у них не было. Каких-либо доказательств, опровергающих указанные доводы подсудимых, суду стороной обвинения представлено не было.

Согласно предъявленного обвинения, осужденным не вменялось убийство П.В и П.Д. по признаку его совершения с особой жестокостью, вследствие чего суд не имел права признавать их или кого-либо из подсудимых виновным в убийстве с особой жестокостью.

Вместе с тем суд ошибочно признал непогашенной судимость А.Е. Как следует из материалов дела, ранее А.Е. осуждался по ст. 111 ч. 2 п. "д" и ст. 115 УК РФ (24 июля 1997 года) к 3 годам 1 месяцу лишения свободы условно с испытательным сроком в один год и 11 ноября 1997 года по п. п. "а", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ к 3 годам лишения свободы, а по совокупности преступлений на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ - к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком в три года.

В соответствии с действующим законодательством, испытательный срок при условном осуждении исчисляется со дня провозглашения приговора, а при назначении наказания по совокупности преступлений на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ срок исчисляется со дня провозглашения первого по времени постановления приговора.

При таких данных 3-летний испытательный срок в отношении А.Е. по указанной совокупности преступлений подлежал исчислению с 24 июля 1997 года.

По данному делу он преступления совершил 30 октября 2000 года, то есть по истечении испытательного срока при условном осуждении, в связи с чем его предыдущая судимость погашена, что согласно ч. 6 ст. 86 УК РФ аннулирует все правовые последствия, влечет исключение указания об этих осуждениях из вводной части приговора, исключение осуждения по п. "б" ч. 2 ст. 161 УК РФ и исключение указаний об отмене условного осуждения и назначения наказания по совокупности приговоров.

Наказание М., А.С., А.Е.В., З. и К., а также А.Е. (за исключением наказания по совокупности приговоров) назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному каждым из них, с учетом данных об их личности, влияния назначенного наказания на их исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

Несмотря на исключение осуждения А.Е. по п. "б" ч. 2 ст. 161 УК РФ, Судебная коллегия не находит оснований для смягчения ему наказания по п. "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ, поскольку ни данные о его личности, ни объем фактически совершенных им действий не изменились, а наказание ему назначено справедливое.

В чем состоит сомнительность положительных характеристик осужденных, в жалобе потерпевшего Б. не указано. Характеризующие осужденных данные судом оценены верно. Для признания явки с повинной не требуется во всех случаях физическая явка виновного лица в правоохранительные органы. Такую явку может совершить и задержанное лицо, если ему неизвестно об осведомленности правоохранительных органов о совершенном им преступлении и действиях других лиц. Явки с повинными З., М. и А.С. правильно признаны судом таковыми.

Поскольку противоправные действия П.В. явились основанием и поводом для того, что осужденные пошли в его квартиру разбираться, выяснять отношения, что и привело к установленным судом последствиям, то суд правильно признал смягчающим наказание М., А.С., А.Е., А.Е.В. и З. противоправное и аморальное поведение П.В. в отношении М.С.

Судом правильно, в соответствии с материалами дела, установлено, что А.С. ранее не судим. Прекращение органами предварительного расследования в отношении него уголовных дел и отказ в возбуждении дел не образует судимости (т. 10 л.д. 53, 54, 67, 70, 73). А.С. активно не способствовал раскрытию преступлений.

С учетом частичного признания вины и доводов его жалобы, ссылка К. на осознание своей вины и раскаяние в содеянном - несостоятельна. Каких-либо исключительных обстоятельств, дающих основание для применения ст. 64 УК РФ, в отношении него не усматривается. В отношении З. судом правильно признаны явки с повинной, активное способствование раскрытию кражи и разбоев и изобличению других участников разбоев смягчающими его наказание обстоятельствами и учтены при назначении ему наказания по п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 158; п. п. "а", "б", "в", "г" ч. 2 ст. 162 и п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 162 УК РФ.

По другим составам преступлений указанные смягчающие обстоятельства отсутствуют и не могут учитываться при назначении наказания. Каких-либо исключительных обстоятельств, дающих основание для назначения З. наказания с применением ст. 64 УК РФ, из материалов дела не усматривается.

Осужденным назначено справедливое наказание (за исключением назначения А.Е. наказания по совокупности приговоров), соразмерное содеянному самими ими, и оснований к его смягчению не имеется. Гражданские иски разрешены правильно.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, не усматривается.

Обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу, судом установлены правильно.

За исключением вносимых изменений, с учетом конституционного принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон данное дело органами следствия расследовано, а судом - рассмотрено всесторонне, полно и объективно; выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом, и надлежащим образом обоснованы, мотивированы.

В возмещение морального вреда П. взыскано 160000 руб. Указанная сумма не может быть признана заниженной с учетом реальности взыскания, противоправного поведения П.В., явившегося основанием и поводом для совершения преступлений, а также того, что изобличение виновных, привлечение их к уголовной ответственности и наказание также является формой возмещения морального вреда.

Ссылка А.С. на то, что его допросы по разбоям проводились без адвоката, не имеет значения для приговора, поскольку он свою вину в разбоях не признавал и суд не использовал его указанные показания в качестве доказательств виновности А.С.

Доводы М. о необходимости рассмотрения дела судом в составе трех профессиональных судей не основаны на законе, поскольку Федеральным законом РФ от 9 июля 1998 года N 95-ФЗ действие ч. 2 ст. 15 УПК РСФСР приостановлено до введения в действие УПК РФ (который введен в действие с 1 июля 2002 года).

Кроме того, как следует из протокола, М. отводов конкретному составу суда не заявлял.

Ходатайства о проведении судебно-психологической экспертизы в отношении А.С. судом разрешены в установленном законом порядке, в отношении него проводилась судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, акт которой правильно оценен судом, и предусмотренных законом оснований для назначения судебно-психологической экспертизы не имелось.

Как видно из материалов дела, по окончании предварительного следствия А.С. был ознакомлен со всеми материалами дела и знакомился с 11 томами дела с 5 июля по 14 августа 2001 года По его ходатайству судом предоставлялось ему дело и он вновь знакомился с ним 23 ноября 2001 года, после чего, как видно из протокола, не заявлял о том, что ему необходимо дополнительное время для ознакомления.

Все материалы дела исследовались в судебном заседании в присутствии и с участием подсудимого А.С. Перед окончанием судебного следствия подсудимый А.С. вновь заявил ходатайство об очередном его ознакомлении с материалами дела.

С учетом того, что ст. 236 УПК РСФСР предусматривает обязанность судьи обеспечить подсудимому возможность ознакомиться с материалами дела в период после назначения судебного заседания и до начала судебного разбирательства, а в стадии судебного разбирательства (главы 21 - 24 УПК РСФСР) (не на судью) на суд такой обязанности не возложено, суд обоснованно отказал в очередном ознакомлении с материалами дела подсудимому А.С.

Ссылки в жалобах на то, что суд не изготовил и не вручил осужденным А.С., А.Е. копию протокола судебного заседания по их первому требованию, не влияют на уже постановленный приговор и не свидетельствуют о нарушении закона.

Как видно из материалов дела, 22 - 25 марта 2002 года А.С. ознакомился с 12 томами дела, а от ознакомления с протоколом судебного заседания отказался (т. 15 л.д. 192, 244). 31 мая 2002 года и осужденный А.Е. отказался знакомиться с протоколом судебного заседания (т. 15 л.д. 282). УПК РСФСР не предусматривал обязанности суда изготавливать и вручать осужденным копии протокола судебного заседания, о чем им было разъяснено судом (т. 15 л.д. 285, 288, 295, 299). После введения в действие УПК РФ суд изготовил и вручил осужденным А.С. и А.Е. по копии протокола судебного заседания - 18 июля 2002 года (л.д. 300, 301 т. 15). Таким образом, в данной части нарушения закона не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Омского областного суда от 30 января 2002 года в отношении М., А.С., З., А.Е.В. и К. оставить без изменения.

Тот же приговор в отношении А.Е. изменить.

Из вводной части приговора исключить указания об осуждениях А.Е. 24 июля 1997 года по п. "д" ч. 2 ст. 111 и ст. 115 УК РФ к трем годам одному месяцу лишения свободы условно с испытательным сроком в один год и 11 ноября 1997 года по п. п. "а", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ к трем годам лишения свободы, а по совокупности преступлений на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к четырем годам лишения свободы условно с испытательным сроком в три года.

Исключить из осуждения А.Е. п. "б" ч. 2 ст. 161 УК РФ.

Исключить из приговора указания об отмене условного осуждения А.Е. по приговору от 11 ноября 1997 года и о назначении ему наказания по совокупности приговоров в соответствии со ст. 70 УК РФ.

Считать осужденным А.Е. по совокупности преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 3 ст. 111 и п. "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы сроком на семь лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части тот же приговор в отношении А.Е. оставить без изменения, а кассационные жалобы потерпевших Б., Б.В., П., осужденных М., А.С., З., А.Е., А.Е.В., К. и адвоката Кирюхина Ю.В.- оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий

Е.П.КУДРЯВЦЕВА

 

Судьи

В.С.КОННОВ

Ю.В.САВВИЧ

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"