||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 марта 2003 г. N 19/1-кп002-100

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Шурыгина А.П.,

судей Шишлянникова В.Ф., Кочина В.В.

рассмотрела в судебном заседании от 12 марта 2003 года кассационные жалобы осужденных Х.А., Б.Х., адвокатов Бугаевой Н.И. и Камаева А.А. на приговор Ставропольского краевого суда от 12 июля 2002 года, которым

Х.А., родившийся<...>, не работавший, имеющий на иждивении двоих малолетних детей, ранее не судимый,

осужден к лишению свободы:

по ст. 210 ч. 2 УК РФ сроком на 9 лет;

по ст. 205 ч. 3 УК РФ сроком на 19 лет;

по ст. 222 ч. 3 УК РФ сроком на 6 лет;

по ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. п. "а", "д", "е", "ж", "з", "л", "н" УК РФ сроком на 14 лет;

по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "д", "е", "ж", "з", "л", "н" УК РФ к пожизненному лишению свободы;

по ст. 317 УК РФ к пожизненному лишению свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено пожизненное лишение свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

По ст. ст. 30 ч. 3 и 205 ч. 3 УК РФ Х.А. оправдан.

Б.Х., родившийся <...>, не работавший, имеющий на иждивении двоих малолетних и одного несовершеннолетнего детей, ранее не судимый,

осужден к лишению свободы:

по ст. 210 ч. 2 УК РФ сроком на 8 лет;

по ст. 208 ч. 2 УК РФ сроком на 3 года;

по ст. 222 ч. 3 УК РФ сроком на 6 лет.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 9 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

По ст. ст. 30 ч. 3 и 205 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "а", "д", "е", "ж", "з", "л", "н", 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. п. "а", "д", "е", "ж", "з", "л", "н", 205 ч. 3 УК РФ Б.Х. оправдан.

При обстоятельствах, указанных в приговоре, Х.А. и Б.Х. признаны виновными в участии в преступном сообществе, незаконном приобретении, хранении, перевозке взрывных устройств, совершенном организованной группой.

Б.Х, кроме того, признан виновным в участии в вооруженном формировании, не предусмотренном федеральным законом, а Х.А. в терроризме, совершенном организованной группой, повлекшем смерть людей и иные тяжкие последствия, в умышленном убийстве и покушении на убийство двух и более лиц, совершенном с особой жестокостью, общеопасным способом, организованной группой, из корыстных побуждений, по мотиву религиозной ненависти, неоднократно, в посягательстве на жизнь сотрудников правоохранительного органа.

Заслушав доклад судьи Шишлянникова В.Ф., объяснения осужденных Х.А. и Б.Х., адвоката Камаева А.А., поддержавших кассационные жалобы, мнение прокурора Хорлиной И.О., полагавшей исключить осуждение Х.А. по п. "з" ч. 2 ст. 105, ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 УК РФ, а в остальном приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационных жалобах:

осужденный Х.А., не соглашаясь с приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, постановленным на предположениях и недопустимых доказательствах, утверждает, что инкриминируемых ему деяний не совершал, автомашины не покупал и взрывчаткой их не начинял. Не отрицает факт покупки автомашины ВАЗ 2106 р/н <...> у гр. П., однако утверждает, что машина куплена не для него за какие-либо заслуги, а для Д. Признает, что по просьбе Д. согласился перегнать а/м ВАЗ 2106 р/н <...> из г. Черкесска в пос. Апсуа КЧР, однако не знал о том, что машина начинена взрывчаткой. Указывает, что показания на предварительном следствии 18 и 22 мая, а также 20 июня дал в результате применения недозволенных методов расследования, без участия переводчика и адвоката, хотя у него было заключено соглашение с адвокатом Гелаевым. Адвоката Андрющенко он никогда не видел и показаний в его присутствии не давал. К показаниям свидетелей Э., Х., К., Г. и других на предварительном следствии нужно было отнестись критически, поскольку они противоречивы, а Э. дала показания под угрозами со стороны работников милиции. Утверждает, что и к нему применялись недозволенные методы расследования, однако суд не проверил эти обстоятельства надлежащим образом. Считает, что доказательств его вины в предъявленном обвинении не имеется. Не согласен с наказанием, считает его чрезмерно суровым, назначенным без учета того, что ему только 25 лет, имеет на иждивении двоих малолетних детей, ранее не судим, характеризуется положительно. С учетом доводов своей жалобы, просит приговор отменить и дело в отношении него производством прекратить.

В дополнительной жалобе осужденный Х.А. указывает на то, что суд не ознакомил его с материалами уголовного дела.

Адвокат Бугаева Н.И. в интересах осужденного Х.А., оспаривая приговор, также считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, постановленным с нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона, указывает, что по делу не добыто доказательств вины ее подзащитного ни по одному из вмененных ему составов преступления, содержащиеся в приговоре выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, Х.А. в преступном сообществе не состоял, террористических актов и других инкриминируемых ему деяний не совершал, автомашины у Т. и Б. не приобретал, в гор. Пятигорске никогда не был. Не приобретал Х.А. автомашины и в гор. Невинномысске, взрывчаткой никакие автомашины не начинял и не подрывал их. Покупал вместе с Х.В. для Д. только а/м ВАЗ 2106 р/н <...> у П. в гор. Ессентуки. К террористическим актам в городах Минеральные Воды и Ессентуки не причастен, так как в этот день 24 марта 2001 года он находился в КЧР, где был задержан работниками милиции. Показания Х.А. на предварительном следствии от 20 июня 2001 года являются недопустимыми доказательствами, так как они даны в результате применения недозволенных методов расследования, без участия адвоката. Ссылка суда в приговоре на показания свидетелей Х., К., Г. является необоснованной, поскольку их показания противоречивы, к тому же неправильно истолкованы судом как доказательство вины Х.А. Считает что к показаниям Э. следовало относиться критически, поскольку она дала их под незаконным воздействием со стороны работников милиции. Х.А. не знал, что а/м ВАЗ 2106 р/н <...>, которую он перегонял из гор. Черкесска в пос. Апсуа КЧР по просьбе Д., начинена взрывчаткой. Суд не установил, что Х.А. достоверно знал о наличии взрывного устройства и времени срабатывания таймера. Необоснованно, по мнению адвоката, суд квалифицировал действия Х.А. по ст. 222 ч. 3 УК РФ по признаку "неоднократно". В жалобе адвокат также высказывает несогласие с назначенным Х.А. наказанием, считает его чрезмерно суровым, полагает, что суд не учел его молодой возраст, состояние здоровья, наличие на иждивении двоих малолетних детей, что он ранее не судим, положительно характеризуется. С учетом доводов своей жалобы, адвокат Бугаева Н.И. просит приговор в отношении Х.А. отменить и дело в отношении него производством прекратить.

Осужденный Б.Х., не соглашаясь с приговором, указывает, что преступлений не совершал, после задержания с 11 июня 2001 года и до 15 июня к нему применялись недозволенные методы воздействия. В судебное заседание не были вызваны свидетели, которые бы могли подтвердить тот факт, что его задержали не 15, а 11 июня 2001 года. Свидетель М. оговорил его на предварительном следствии, утверждает, что с ним не знаком и не мог ему ничего говорить. Утверждает, что в Урус-Мартан ездил обучаться исламу а не военному делу, оружия у него не было. Оспаривая обоснованность осуждения за хранение патронов и гранаты, обнаруженных при обыске в домовладении по адресу <...>, указывает, что по данному адресу он был зарегистрирован, но не проживал, на момент обыска находился под стражей и к данным предметам отношения не имеет. Считает, что суд при назначении наказания не учел того, что у него на иждивении трое малолетних детей, он является единственным кормильцем, жена не работает. Просит приговор отменить и дело производством прекратить.

Адвокат Камаев А.А. в своей жалобе в интересах осужденного Б.Х., считает приговор незаконным, постановленным на предположениях, показаниях Б.Х., а также свидетельских показаниях, полученных на предварительном следствии в результате применения незаконных методов расследования. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, судом нарушен уголовно-процессуальный закон, ходатайства о проверке законности методов следствия, о проведении биологической и почерковедческой экспертиз по протоколу допроса Б.Х. от 13 июня 2001 г. оставлены без удовлетворения, не принято во внимание заключение судебно-медицинской экспертизы, подтверждающее факт применения к Б.Х. физического воздействия. Не приняты судом во внимание показания свидетелей о том, что они оговорили Б.Х. под физическим воздействием. По мнению адвоката, суд необоснованно сослался как на доказательство вины Б.Х. на протокол обыска от 21 августа 2001 г. (т. 26 л.д. 52), поскольку обыск, в процессе которого было обнаружено оружие, произведен по месту жительства родственников Б.Х. По месту жительства Б.Х. оружия не обнаружено. Необоснованно, по мнению адвоката, суд сослался как на доказательство причастности Б.Х. к преступному сообществу на заключение биологической экспертизы о возможной принадлежности Б.Х. пота, обнаруженного на камуфлированных брюках и куртках. Данное обмундирование не могло принадлежать Б.Х., так как он носит меньший размер. В жалобе указывается, что вывод суда о том, что Б.Х. проходил обучение военному искусству и подрывному делу в лагере подготовки боевиков, основан на показаниях некомпетентных лиц, а именно М., которого суд не обеспечил явкой в судебное заседание. Не проверен факт функционирования в Урус-Мартане в 1999 году Исламского института с преподаванием в нем военного дела. Выводы суда о том, что Б.Х. являлся связником у Г.А. не основаны на доказательствах. По мнению адвоката, в материалах дела нет объективных доказательств вины Б.Х. в инкриминируемых деяниях, в связи с чем, адвокат просит приговор отменить и дело производством прекратить.

В возражениях на кассационные жалобы осужденных потерпевшие Б.В. и Т. не согласны с изложенными в них доводами, просят оставить их без удовлетворения, а приговор без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений, Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вопреки доводам жалоб, вина осужденных Х.А. и Б.Х. в содеянном, при указанных в приговоре обстоятельствах, полностью установлена и подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, анализ которых подробно изложен в приговоре.

Доказательства вины Б.Х. в участии в незаконном вооруженном формировании и незаконном приобретении, хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов.

Б.Х. допрошенный в качестве подозреваемого 13 июня 2001 года (т. 26 л.д. 9 - 12), в качестве обвиняемого 10 июля 2001 года, 29 октября 2001 года (т. 26 л.д. 33 - 34, 43 - 45) показал, что в мае - июне 1999 г. в лагере, расположенном в с. Урус-Мартан Чеченской Республики, которым командовал Б.Д., он прошел именно военную подготовку. В сентябре 1999 г. этот лагерь подготовки боевиков был уничтожен федеральной авиацией. Он (Б.Х.) получил контузию и пройдя лечение в г. Тбилиси, в начале 2000 г. вернулся домой в Малокарачаевский район КЧР с заданием от лидеров незаконных вооруженных формирований оказывать помощь направленной в КЧР диверсионно-террористической группе Г.А. в качестве связника последнего. При этом Г.А., группе которого он оказывал помощь, заявил ему, что его группа направлена в КЧР для совершения террористических актов на территории Северо-Кавказского региона.

Кроме изложенных признательных показаний, вина Б.Х. подтверждается следующими доказательствами.

Так, допрошенный на предварительном следствии Г.Р. дал показания о том, что в период с мая по июнь 1999 г. он вместе с Б.Х. находился на территории Чеченской Республики в расположении незаконных вооруженных формирований, руководимых М.Б.М., Б.Р. в с. Урус-Мартан. Там он видел Б.Х. с автоматом "Калашникова". Сам Г.А. сказал, что Б.Х. является его связником (т. 24 л.д. 68 - 71).

Также допрошенный на предварительном следствии С.Х.М. показал, что Б.Х. ему был известен своей радикальной настроенностью, он участвовал в боевых действиях против федеральных сил на территории Чечни (т. 25 л.д. 35 - 39, 112 - 117).

Из показаний осужденного по другому уголовному делу М., которые оглашены судом в соответствии со ст. 286 УПК РСФСР, видно, что он познакомился с Б. в Учкекенском медресе. Б.Х., так же как и он (М.), по призыву Б.Р. весной 1999 г. приехал в лагерь Багауддина в с. Урус-Мартан. Б.Х., как и всем, был выдан на постоянное ношение автомат "Калашникова". Б.Х., как и он попал под начало Б.Р., однако до начала похода на Дагестан, то есть в конце июля 1999 г. уехал домой, оружие вернул руководителям лагеря. После этого он встречал Б.Х. на территории Малокарачаевского района КЧР. Б.Х. рассказал, что осенью 1999 г. ездил для участия в боевых действиях против федеральных сил на территорию Чеченской Республики, находился в том же лагере боевиков в с. Урус-Мартан, однако не успел принять участие в боевых действиях, так как данный лагерь разбомбили самолеты федеральной авиации и он получил контузию (т. 26 л.д. 216 - 217).

Таким образом, собственными показаниями осужденного Б.Х., которые он давал в ходе предварительного следствия, а также показаниями свидетелей Г.Р., С.Х.М., М., Г., К.В.В. опровергнуты доводы жалоб Б.Х. и его адвоката Камаева о том, что в Урус-Мартан Б.Х. ездил обучаться исламу, а не военному делу и что оружия у него не было.

Несостоятельными являются доводы жалоб Б.Х. и его адвоката Камаева о том, что Б.Х. и свидетели дали на предварительном следствии неправдивые показания в результате применения к ним недозволенных методов расследования.

Эти доводы проверялись прокуратурой по указанию суда, но не нашли своего подтверждения. По результатам проверки вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, которое не обжаловано стороной защиты.

Помимо приведенных доказательств вина Б.Х. в участии в незаконном вооруженном формировании и незаконном приобретении, хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов подтверждается протоколом обыска от 21.08.2001 г., согласно которому, по месту жительства Б.Х. по адресу: <...>, в курятнике обнаружен вещмешок, а в нем следующие предметы: граната Ф-1 без запала, две радиостанции "Дракон" в чехлах, два газовых компенсатора к автомату "Калашникова", 32 патрона калибра 9 мм, оперативная кобура под пистолет "ПМ". В деревянном сарайчике для зерна в целлофановом пакете обнаружено 6 магазинов и 3 ремня к автомату "Калашникова", камуфлированная форма, религиозная и учебная литература военного содержания, а также другие предметы (т. 26 л.д. 53).

Доводы жалоб осужденного Б.Х. и его адвоката Камаева А.А. о том, что Б.Х. по данному адресу не проживал, являются несостоятельными, они проверялись в ходе судебного заседания и были опровергнуты совокупностью доказательств.

Так, из оглашенных в судебном заседании с соблюдением требований ст. 286 УПК РСФСР показаний свидетеля А.Л.Т. (жены осужденного Б.Х.), следует, что Б.Х. проживал то с ней по адресу <...>, то со своими братьями и сестрами по адресу: <...> (т. 2б л.д. 72 - 73).

Таким образом, показания свидетеля А.Л.Т., как об этом правильно указано в приговоре, опровергают доводы Б.Х. о том, что в селе Первомайском он не проживал и что обнаруженные при обыске предметы, в том числе оружие и боеприпасы, ему не принадлежат.

Свидетель Б.Р.Р. - сестра осужденного Б.Х. также подтвердила на предварительном следствии, что осужденный Б.Х. проживал в ее доме по адресу: <...>, где сотрудниками правоохранительных органов 21.08.2001 был произведен обыск в ее присутствии, в ходе которого обнаружены рюкзаки, военная форма, патроны, граната. Сотрудников правоохранительных органов в домовладение впускала она сама, поэтому подкинуть эти предметы они не могли (т. 2б л.д. 56).

Свидетель Б.Б.М. показал, что 21.08.2001 он и его знакомый - У. были приглашены сотрудниками милиции в качестве понятых при производстве обыска в домовладении Б-ых по адресу: <...>. В их присутствии в сарае, под курятником и в жилом доме были обнаружены два мешка зеленого цвета, несколько комплектов военной одежды, 6 магазинов для автомата "Калашникова", приклад и 2 цевья для ружья, граната, много патронов для пистолета, другие предметы. В протоколе обыска все было правильно отражено, поэтому протокол был ими подписан, ни от кого замечаний и дополнений не поступило. Б.Р. происхождение указанных предметов в ее домовладении никак не поясняла (т. 2б л.д. 57 - 58).

Из протокола осмотра изъятых предметов следует, что среди изъятой литературы обнаружены записи учебного военного содержания, касающиеся тактики ведения боевых действий, на изъятых зимней камуфлированной куртке, камуфлированных куртке и брюках без подкладки, камуфлированном комбинезоне, камуфлированных матерчатых брюках, камуфлированной матерчатой куртке имеются знаки отличия Вооруженных Сил России, что, как правильно указано в приговоре, свидетельствует о военном назначении данных предметов одежды (т. 2б л.д. 150 - 152, 153 - 154).

Из заключения судебно-биологической экспертизы видно, что на изъятых маскировочном халате, камуфлированных брюках и куртках, носках обнаружен пот человека, происхождение которого от Б.Х. не исключается (т. 2б л.д. 95 - 100), что соответствует выводам суда о принадлежности изъятого в ходе обыска Б.Х. и опровергает доводы осужденного и его адвоката о том, что обнаруженная при обыске военная одежда не принадлежит Б.Х. из-за несоответствия ее размеров росту Б.

Из заключения судебно-баллистической экспертизы следует, что изъятые при обыске 32 патрона являются боеприпасами - патронами калибра 9 x 18 мм, используемыми для стрельбы в целом ряде пистолетов, револьверов и автоматов калибра 9 мм (ПМ, Стечкина и т.д.) для стрельбы пригодны. Изъятые там же два устройства являются дульными тормозами-компенсаторами для автомата АК 74 калибра 5,45 мм и его модификаций, служат для улучшения кучности стрельбы (т. 2б л.д. 122 - 124).

Из заключения взрывотехнической экспертизы видно, что изъятый по месту жительства Б.Х. предмет является снаряженным корпусом гранаты Ф-1 - боеприпасом осколочного действия промышленного изготовления, пригодным к производству взрыва при наличии средств инициирования (взрывателя), содержит 55 - 60 граммов бризантного взрывчатого вещества - тротила (т. 2б л.д. 125 - 126).

Исследовав и оценив вышеприведенные, а также другие, имеющиеся в материалах дела доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины Б.Х. не только в участии в вооруженном формировании, не предусмотренном федеральным законом и незаконном приобретении, хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов в составе организованной группы, но и в участии в преступном сообществе.

Анализируя в приговоре доказательства и мотивируя обоснованность осуждения Б.Х. по ст. ст. 208 ч. 2 и 222 ч. 3 УК РФ, суд указал, что лагерь, в котором пребывал Б.Х., был создан на территории Чечни в нарушение закона Российской Федерации "Об обороне", являлся военной структурой, имел единоначалие в командовании, вооружение, систему пищевого и продовольственного снабжения, занимался обучением новобранцев, в том числе военному и диверсионно-подрывному делу. В этом лагере Б.Х. прошел военное обучение, охранял лагерь с оружием в руках, занимался его обустройством, то есть принял непосредственное участие в незаконном вооруженном формировании. Добровольно Б.Х. не прекращал участия в незаконном вооруженном формировании и оружие не сдавал. Незаконное вооруженное формирование он покинул вынужденно, ввиду его уничтожения силами федеральной авиации, во время налета которой он (Б.Х.) получил контузию.

При таких обстоятельствах, Б.Х., как об этом правильно указано в приговоре, не подпадает под действие примечаний к ст. ст. 208 и 222 УК РФ.

Доказательства вины Б.Х. и Х.А. в участии в преступном сообществе, а также Х.А. в совершении терактов в городе Пятигорске 08.12.2000, городах Минеральные Воды и Ессентуки 24.03.2001.

При допросе 22.06.2001 в качестве обвиняемого Б.Х. показал, что с 1998 г. проживает в <...>, посещает мечеть и медрес в с. Учкекен, является членом местного "джамаата". В Чечне он (Б.Х.), познакомился с жителем г. Карачаевска Г.А. - амиром Карачаевского "джамаата", а позже - с А.Х., который прошел минно-взрывную подготовку. В течение октября 2000 г. - мая 2001 г. он много раз в различных местах встречался с Г.А. и членами его группы. При встречах Г.А. и его связные А. и А.-М. давали ему (Б.Х.) примерно по 700 рублей на приобретение для указанной группы спальных мешков, продуктов питания, теплой одежды, лампочек для американских фонариков, армейских ботинок, саперных лопат, рюкзаков, камуфляжной одежды.

Приобретая эти предметы он их привозил на такси в условленные места. А. просил его приобрести для его группы комплекты военной формы. Кроме того, он же просил его приобрести маскировочные халаты. На одной из последних встреч Г.А. сказал, что именно он и его боевики совершили теракты в городах Москва, Невинномысск, Пятигорск, Минеральные Воды, Ессентуки. Сам он (Б.Х.) непосредственно к терактам непричастен. С Д. и Х.А. знаком. Они состоят в группе Г.А. В декабре 2000 года, он (Б.), возил амира "джамаата" Малокарачаевского района КЧР - У.-А. на его автомашине в район а. Кумыш на встречу с Г.А.. Последний, собрав там амиров (имамов) местных "джамаатов", требовал оказания ему помощи, поддержки в совершении терактов против мирного населения (т. 26 л.д. 9 - 12, 26 - 27).

При допросе в качестве подозреваемого 16 июня 2001 г. Б.Х. показал, что ему стало известно о террористической направленности группы Г.А. после теракта в г. Пятигорске, то есть в декабре 2000 года, а с Д. и Х.А. он знаком примерно с февраля 2001 г. Впоследствии он узнал, что они члены группы Г.А. (т. 26 л.д. 14 - 15).

При допросе в качестве обвиняемого 10.07.2001 Б.Х. показал, что примерно в феврале 2001 г. в ходе одной из встреч со связником Г.А. - А., последний сказал, что им нужна легковая автомашина, но ее приобрести должен Д.. Зимой 2000 - 2001 годов ему (Б.Х.) поручили продать жеребца, который использовался группой Г.А., а вырученные деньги передать Г.А. (т. 26 л.д. 33 - 34).

В ходе проведенного 13.08.2001 опознания по фотографии, Б.Х. среди фотографий трех представленных ему лиц в С.И.Ю. (объявленном в розыск по другому уголовному делу по факту террористических актов в городах Пятигорск, Минеральные Воды, Ессентуки, ауле Адыге-Хабль) опознал его как связника Г.А. с мусульманским именем А. (т. 26 л.д. 74 - 75).

Осужденный Х.А. при допросе, в качестве обвиняемого 18 мая 2001 года показал, что с амиром "джамаата" г. Карачаевска Г.А., которого еще называют Муратом или А., он в период с октября 2000 г. по март 2001 г. встречался неоднократно. Г.А. иногда был в парике, в очках, вооружен автоматом укороченной конструкции. Со слов Д. ему известно, что Г.А. разыскивает вся Россия за взрывы. По указанию Г.А. он с Д. ездил в г. Нальчик, где они встречались с неким А.С., через которого нашли скрывавшегося в КБР С.Х.М., который получил от Г.А. для передачи А.С. 5000 долларов США на приобретение оружия. По указанию Г.А. Д. снял квартиру в частном доме в г. Черкесске. Через знакомого А.С. - сотрудника РУБОПа ему известно, что сотрудники правоохранительных органов обладают информацией о нахождении Г.А. в горной местности КЧР и тот перестал сам встречаться с ним и Д., а указания им передавал через телохранителя И., с которым он и Д. встречались с декабря 2000 года по март 2001 года с периодичностью 1 - 2 раза в неделю. Он (Х.А.) покупал для Г.А. две пачки писчей бумаги и принтер. Покупки совершал с Д. в магазине г. Черкесска. Все это Д. через И. передавал Г.А. (т. 20 л.д. 29 - 34).

При допросе в качестве обвиняемого 20 июня 2001 года Х.А. показал, что до мартовских терактов 2001 г. на одной из последних встреч Г.А. сказал ему, что собирается уйти "в подполье", а он должен будет выполнять поручения И. и Д. В начале марта 2001 г. И. дал указание ему и Д. о приобретении в г. Невинномысске двух автомашин. Д. не мог поехать в Ставропольский край в связи отсутствием паспорта, а он (Х.А.) согласился и на следующий день с неким Алимом выехал в г. Невинномысск для покупки автомашин. В его обязанности входило перегнать автомашины на территорию КЧР. Купленные в Невинномысске автомашины они перегнали в КЧР. После этой покупки машин по указанию Д. он при помощи И.А. и его родственника Х.К. в г. Невинномысске приобрели еще одну автомашину ВАЗ 2106 светло-бежевого цвета, которую перегнали в г. Черкесск, а потом в пос. Суз-Гес, где ее передали С.И.Ю. и И.. На встрече И. дал ему 34000 рублей для покупки следующей автомашины ВАЗ 2106 р/н <...>, которую он и Х.К. приобрели в гор. Ессентуки у ранее незнакомого таксиста. Все приобретенные автомашины в ГИБДД не переоформлялись, выписывались доверенности от руки. 23 марта 2001 года примерно в 18.00 часов в пос. Суз-Гес КЧР состоялась последняя встреча, на которой присутствовал он, Д., С.И.Ю., И., который сказал, что все уже готово. Рядом с ним стояла автомашина бежевого цвета, начиненная взрывчаткой. Обращаясь к Д., И. сказал: "Ты знаешь, что нужно делать" и пояснил, что нужно взорвать автомашину возле рынка, чтобы было больше жертв и шума. Д. отвез И. в аул Кумыш, а он (Х.А.) остался возле начиненной взрывчаткой автомашины. Через некоторое время приехал Д. и он (Х.А.) напомнил Д. о их уговоре, что он (Х.А.) будет только помогать решать организационные вопросы, а конкретные теракты совершать будет сам Д. (т. 20 л.д. 51 - 61.)

Проанализировав показания обоих осужденных, сопоставив их с другими доказательствами по делу и фактическими обстоятельствами совершенных терактов, суд установил, что на территории Карачаево-Черкесской Республики в описываемый период времени были созданы и действовали преступные сообщества религиозно-экстремистского толка - "джамааты", целью которых была дестабилизация обстановки в Северо-Кавказском регионе путем совершения тяжких и особо тяжких преступлений. Б.Х. и Х.А. являлись активными участниками, данной преступной организации, исполняли отведенную им роль в этом сообществе. Х.А. своими действиями, в том числе по разведке местности в г. Пятигорске, по покупке машин, которые впоследствии были использованы при терактах, принял участие в их совершении, в убийстве людей и в покушении на убийство людей.

Кроме признательных показаний обоих осужденных изложенный вывод суда и их вина подтверждается вышеупомянутым протоколом обыска от 21.08.2001 г., проведенного по месту жительства Б.Х. по адресу: <...>, согласно которому в домовладении и надворных постройках было обнаружено военное обмундирование, оружие и боеприпасы, военная и религиозная литература и другие предметы, которые, как об этом правильно указано в приговоре, свидетельствуют о принадлежности осужденных Б.Х. и Х.А. к преступному сообществу ваххабитского толка (т. 26 л.д. 53).

Допрошенные в качестве свидетелей Г.Р., С.Х.М., Х.Э.М., К.Р.Х., Э.М.У., И.Р.Г., в судебном заседании изменили свои показания, а А.Р.Р. отказался от дачи показаний. Названные свидетели стали отрицать как свою, так и причастность Б.Х. и Х.А. к преступному сообществу и причастность Х.А. к терактам на Ставрополье и КЧР.

Оценив эти показания этих свидетелей, суд отдал предпочтение их показаниям на предварительном следствии, так как они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, соответствуют фактическим обстоятельствам, согласуются между собой, дополняют друг друга и подтверждены другими доказательствами по делу.

Так Г.Р. показывал в ходе предварительного расследования, что был членом "джамаата" ст. Сторожевой Зеленчукского района. В конце 2000 года - начале 2001 года он проживал у своей сестры в микрорайоне Московском г. Усть-Джегуты, там имелся телефон, который он использовал для поддержания контактов с членами "джамаатов". В период с начала 2000 г. по начало 2001 г. неоднократно встречался с Г.А. От самого Г.А. ему было известно, что Б.Х. является связником последнего. Вскоре в группу Г.А. вступил Х.

Свои показания о том, что Б.Х. является связником Г.А., Г.Р. подтвердил на очной ставке с Б.Х. (т. 24 л.д. 11 - 15, 17 - 20, 22 - 27, 49 - 52, 68 - 71, 72 - 73, 74 - 76).

Из тарификаций ОАО "Карачаево-Черкессия Электросвязь" следует, что с телефона <...> (<...>, где проживал Б.Х. у своей сестры) зарегистрированы входящие звонки на телефон <...> (г. Усть-Джегута, микрорайон Московский) 6.12.2000 (продолжительность разговора 4 мин.) и 8.12.2000 (продолжительность разговора 3 мин. (т. 27 л.д. 79, 93).

Показаниями вышеупомянутого свидетеля и названным документом подтверждаются, как об этом правильно указано в приговоре, такие фактические данные, как существование в описываемый период времени на территории КЧР преступного сообщества - "джамаатов" с высокой степенью организации и конспирации, участие в их деятельности осужденных, о существовании между активными членами сообщества устойчивой, в том числе, телефонной связи, о совершении членами преступной организации терактов.

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля С.Х.М. следует, что Б.Х. ему знаком как член джамаата Малокарачаевского района, который известен своей радикальной настроенностью, принимавший участие в боевых действиях в Чечне против федеральных сил, был ранен. Ему также известны члены "джамаата" микрорайона Московский г. Усть-Джегуты Д., Х.А., Х.Э.М., Э.М.У., К.В., Г., А.Р., а также и другие. Д. и Х.А. присоединились к группировке Г.А. летом 2000 г., сразу после того, как он объявил о подготовке войны и террористических актов. Они стали разъезжать по мечетям Карачаево-Черкессии, открыто объявили о своем участии в деятельности Г.А., который не скрывал, что его прислал Хаттаб, снабжающий его деньгами. Именно этим обстоятельством и был обусловлен переход к нему Д. и Х.А. (т. 25 л.д. 41 - 42, 51 - 53).

Показаниями данного свидетеля также подтверждается факт существования на территории КЧР преступного сообщества религиозно-экстремистского толка и направленности, наличия в нем оружия, высокой степени организованности и подчиненности, подтверждается факт активного участия в нем обоих осужденных.

Х.Э. показал, что изучал Коран в Чечне, где познакомился с Б.Р., который был вооружен автоматом "Калашникова". По приезду в микрорайон Московский вокруг него сплотились, в основном, молодые парни и избрали его имамом. В его группу верующих входили А.А.И., Г., Б.А.Д., К.В., И.Р.Г., Э.М.У.. Несколько позже в их "джамаат" вступили Д., Х. и др. В конце лета 2000 г. он познакомился с А.(Б.Э.) из КБР, чьи указания в дальнейшем должны были исполнять члены "джамаата". А.(Б.Э.) приезжал 3 - 5 раз, привозил исламскую литературу и видеокассеты с записями убийств российских солдат боевиками. А.(Б.Э.) призывал к созданию исламского государства, к необходимости вовлечения в "джамааты" новых лиц, обучения их военному делу, чтобы в дальнейшем свергнуть законную власть и установить исламское (шариатское) государство. Все члены Московского "джамаата" поддерживали и приветствовали эта идеи. Все были согласны участвовать в вооруженных действиях с целью установления "шариатского" государства. У некоторых членов джамаата он видел оружие - пистолет. Знаком он и с Г.Р., который расспрашивал его о Х.А. и Д., которые призывали к совершению терактов. В ноябре - первых числах декабря 2000 г. на используемой их "джамаатом" квартире 46-го дома, где находились Д. и Х.А., последний показывал какую-то схему и сказал, что произведена разведка в г. Пятигорске для совершения нового террористического акта. Из разговора Х.А. и Д. он понял, что в ближайшее время Г.А. должен был выделить им деньги для приобретения автомашин, которые следовало начинить взрывчаткой и взорвать в людных местах. Он видел принесенную Х.А. схему места г. Пятигорска, где они собирались совершить теракт.

В ходе очной ставки с Х.А. Х.Э.М. подтвердил свои показания о том, что он присутствовал при разговоре между Х.А. и Д., в ходе которого Х.А. сказал, что разведка места для теракта произведена, интересовался у Д. будут ли деньги на приобретение автомашин, а Д. сказал, что деньги на приобретение автомашин предоставит Г.А. (т. 23 л.д. 11 - 15, 16 - 24, 25 - 32, 40 - 49, 65 - 69, 76 - 88, 92 - 102).

Показаниями Х.Э.М. подтверждается то обстоятельство, что "джамааты" действовали вопреки закону и Конституции России, на них обсуждались вопросы совершения особо тяжких преступлений. В этой связи члены этого преступного сообщества с целью конспирации собирались не в мечети, а на снимаемой ими квартире. Этими же показаниями подтверждается причастность Х.А. как члена преступного сообщества, к совершению террористических актов в городах Ставрополья, в убийстве мирных людей, в покушении на убийство людей. Именно он (Х.) выезжал в г. Пятигорск, где произвел разведку местности и именно он определил, что наибольшее количество людей собирается на Верхнем рынке города и именно там необходимо произвести взрыв. Он нарисовал подробную схему подъездов и подходов к Верхнему рынку, данные которой 8 декабря 2000 г. использовали непосредственные исполнители теракта.

Из показаний С.Х.М., Г.Р., Х.Э.М., присутствовавших на встречах Г.А. с амирами "джамаатов" КЧР неподалеку от аула Кумыш следует, что Г.А. и его люди, как часть преступного сообщества, созданного и действовавшего на территории КЧР, имели своей целью совершение террористических актов в Северо-Кавказском регионе, то есть совершение тяжких и особо тяжких преступлений.

Из показаний свидетеля К.Р.Х. следует, что в первых числах марта 2001 г., он встретился с Д. и Х.А. в г. Усть-Джегуте. Д. предложил ему найти посредника, который мог бы купить для них две автомашины. Х.А. добавил, что автомашины нужны не новые, а бывшие в употреблении, этим автомашинам нужно доехать лишь до Ставропольского края, то есть в один конец. Х.А. также сказал, что оформлять автомашины в РЭО ГИБДД не нужно, что необходимо только от руки выписать доверенность. Он точно запомнил эти фразы Х.А., и сделал вывод, что эти автомашины необходимы для проведения терактов. Летом 2000 г. он совместно с Э.М.У., Х.Э.М. и А.Р. по указанию С.Х.М. выезжал на Сенгилеевское водохранилище и водохранилище вблизи г. Солнечнодольска, где они производили видеосъемку с целью определения мест для проведения терактов. Также осенью 2000 г. он неоднократно выезжал в г. Ставрополь совместно с Г.Т. и А.Р.Р. с целью разведки мест для закладки взрывных устройств (т. 24 л.д. 243 - 247, 249 - 252, 259 - 263).

Свои показания относительно состоявшегося разговора с Д. и Х.А., К.Р.Х. подтвердил на очной ставке с Х.А. (т. 23 л.д. 220 - 222, т. 24 л.д. 270 - 27г).

Показаниями данного свидетеля подтверждается факт достаточно высокого финансирования преступного сообщества КЧР со стороны лидеров НВФ Чечни, причастность Х.А. к террористической деятельности путем приобретения автомашин, в которые впоследствии были заложены взрывные устройства и подорваны на территории Ставропольского края. Подтверждается цель создания джамаатов - совершение тяжких и особо тяжких преступлений.

Из показаний свидетеля К.В. видно, что в сентябре 1998 г. Х.Э.М. склонил его и он принял ислам, а в начале 1999 г. по настоянию Х.Э.М. и с разрешения Б.Р. ездил в лагерь Багауддина в с. Урус-Мартан в числе других изучать Коран и прошел военную подготовку. После поездки в Чечню они - члены "джамаата" продолжали держаться вместе, собирались в мечетях, в горах, на квартирах друг у друга, обсуждали войну в Дагестане, собирались идти воевать. В начале 2000 г. членами "джамаата" стали И.Р., Х.А., Д., А.О. Примерно с начала 2000 г. в "джамаате" стали вестись разговоры о необходимости ведения "военного джихада" с неверными, вооруженной борьбы за завоевание власти. От Х.Э.М. ему известно, что в джамаате имеется оружие, что теракты в марте 2001 г. совершили люди Г.А.

Из показаний Г. следует, что к концу 1999 г. из лиц, разделяющих убеждения сторонников "джихада", сформировался "джамаат", амиром которого стал Х.Э.М. Последний на каждом собрании говорил о "джихаде", о захвате власти и построении "шариатского" государства. Вскоре членами "джамаата" стали Э.М.У., И.Р.Г., А.Р.Р., А.О.А., Д. и Х.А. В "джамаате" появилось оружие. Члены "джамаата" соблюдали конспирацию, пользовались пейджинговой связью, при этом в обязательном порядке было знание пароля.

Свидетель Э.М.У. дал показания о том, что он в начале 2000 г. вступил в "джамаат" микрорайона Московский г. Усть-Джегуты, амиром которого был Х.Э.М. Кроме него и Х.Э.М. в "джамаат" входили Г., К.В.В., А.Р.Р., А.А.И., И.Р.Г., А.О.А., Б.А.Д., Д. и Х.А. Собирались они в квартире на 8 этаже дома N 46, снимаемой А.О.А. На собраниях Х.Э.М. пояснял им, что необходимо заниматься подготовкой "джихада" - священной войны с "неверными". В квартире <...> Х.Э.М. проводил занятия по изучению огнестрельного оружия. В ванной комнате данной квартиры имелся тайник, в который они прятали пистолеты и гранату. По заданию Х.Э.М. он ездил в г. Пятигорск и вместе с А.Р.Р производил разведку местности на предмет установки взрывного устройства. После произошедших террористических актов в г. Невинномысске и на железнодорожном вокзале г. Пятигорска он по указанию Х.Э.М. еще раз ездил на Верхний рынок г. Пятигорска, где составил подробную схему улиц, расположенных у рынка, подъезда к рынку. Примерно в ноябре - декабре 2000 года он от С.Х.М. получил указание о перегоне начиненной взрывчаткой автомашины в г. Пятигорск, но этого не смог сделать, так как в последний момент эта команда была отменена.

Показания вышеназванных лиц соответствуют установленным судом фактам существования религиозно-экстремистского преступного сообщества в КЧР, членства в нем Х.А. Целью данной преступной организации было совершение тяжких и особо тяжких преступлений - "джихад" в крайних его проявлениях в убийствах мирных жителей путем проведения террористических актов.

Свидетель Г.Б.К. показал, что в 1998 г. познакомился с С.Х.М., а летом 2000 г. - с Х.А. и Д. Вместе с последними он вблизи а. Кумыш встречался с Г.А., который был вооружен автоматом. На его вопрос Г.А. подтвердил свою причастность к терактам в г. Москве. Обусловливая следующую встречу Г.А. сказал, что на нее его привезет Х.А. Это так и произошло. Все встречи с Г.А. проходили с соблюдением конспирации, что свидетельствует, как об этом правильно указано в приговоре, об активной роли Х.А. в структуре преступной организации, о его участии, с другими членам преступного сообщества в проведении терактов.

Свидетель Э. показала, что от гражданского брака с Х.А. в 1997 г. родилась дочь Диана. С осени 2000 г. Х.А. стал меняться в поведении, перестал употреблять спиртное, курить, перестал отмечать праздники, отдалился от родственников. Одновременно с ним, также стали религиозными Д. и А.О. Х. называл их "братьями по вере". Х. неоднократно говорил ей, что ему нужно будет в Чечню воевать на стороне бандформирований против федеральных сил России, при этом Х.А. утверждал, что даже смерть в этой борьбе для мусульманина почетна. С этого времени у Х.А. стали появляться деньги в больших суммах и в валюте, хотя он не работал.

Свои показания Э. подтвердила на очной ставке с Х.А. и он согласился с ее показаниями, пояснив, что деньги ему давал Д. для покупки автомашины (т. 20 л.д. 39 - 42).

При таких обстоятельствах следует признать несостоятельными доводы жалоб осужденного Х.А. и адвоката Бугаевой о неправдивости показаний свидетеля Э.

Данных о том, что на предварительном следствии к Э. применялись недозволенные методы воздействия, в материалах дела не имеется.

Факты приобретения членами джамаатов, в том числе Х.А. подержанных легковых автомашин без документального оформления покупки для последующего использования этих машин в целях совершения терактов, подтвердили свидетели Т., Б., М.Т.М., Б.С.Д., Т.Г.Н., М.Ф.А., П., И.А., И.Л.У., Х.К.М.

Показаниями данных свидетелей подтверждается факт использования членами преступной организации при проведении терактов легковых автомашин с регистрационными номерами Ставропольского края, машин, которые уже были в эксплуатации и в меньшей степени привлекали внимание, в том числе сотрудников правоохранительных органов. Машины приобретались в условиях конспирации, то есть без надлежащего оформления в органах ГИБДД или органах нотариата, с целью затруднения в последующем установления приобретателей этих машин.

Из показаний свидетеля Э.А. следует, что Д. доводится ему дальним родственником и он познакомил его со своим единоверцем Х.А. Со слов Д. и Х.А. понял, что те исповедуют ваххабизм. Примерно в январе 2001 года вместе с Х.А.А. он в г. Черкесске взял в аренду гараж акционерного общества "Недра", чтобы открыть авторемонтную мастерскую. Д. и Х.А. неоднократно брали у него ключи от гаража, чтобы поставить туда автомашину ВАЗ-2106. Д. и Х.А. не возвращали ключи от гаража 1 - 2 недели. 23 марта он вновь отдавал им ключи от гаража и больше они их ему не вернули. Узнав о терактах и причастности к ним Д. и Х.А., он (Э.А.), опасаясь подозрений на свой счет, с Х.А.А. 26 марта 2001 г. спилили дужку замка на гараже, взломав форточку, проникли в автомашину, сломав в рулевой колонке противоугонный механизм, завели автомашину без ключа и отогнали ее на территорию близлежащих дач.

В ходе осмотра гаража арендованного Э.А., обнаружены и изъяты банка из-под майонеза с неизвестным сыпучим веществом и пузырек из-под ампицилина с неизвестным сыпучим веществом (т. 21 л.д. 1 - 23).

Из заключения взрывотехнической экспертизы N 1395 от 14.07.2001 следует, что гранулированное вещество белого цвета в банке из-под майонеза является аммиачной селитрой. Гранулированное вещество в пузырьке из-под ампицилина является метательным взрывчатым веществом - бездымным порохом для патронов к стрелковому огнестрельному оружию. Бездымный порох может быть компонентом самодельного взрывного устройства. Аммиачная селитра и металлический алюминий в смеси обладают свойствами взрывчатого вещества и могут использоваться как компоненты к самодельным взрывным устройствам (т. 21 л.д. 39 - 51).

Анализ показаний Э.А. и других свидетелей, а также вышеназванные письменные документы, подтверждают правильность вывода суда о причастности Х.А. к взрывам в городах Пятигорске, Минеральных Водах и Ессентуках.

Свидетель К.С.В. показала, что конце февраля 2000 года она отдала ключи от своего гаража Х. 24 марта 2001 г. в ее гараже сотрудники правоохранительных органов обнаружили автомашину "Жигули" с регистрационным знаком Ставропольского края <...> и банку с краской-"серебрянкой".

Согласно заключению судебно-химической экспертизы N 68 от 1 апреля 2001 г. вещество, изъятое из гаража К.С.В. и представленное на исследование является алюминиевой пудрой, которая служит одним из компонентов смесевых взрывчатых веществ (т. 21 л.д. 118 - 119).

Вышеприведенные доказательства подтверждают вывод суда о том, что Х.А. и другие члены преступного сообщества, использовали гаражи для закладки в них в автомашины взрывных устройств.

Согласно протоколам осмотра мест происшествия, на местах взрывов в районе Центрального рынка города Минеральные Воды, в районе Верхнего рынка г. Пятигорска, вблизи административного здания РЭО ГИБДД УВД СК в г. Ессентуки, были обнаружены фрагменты взорванных автомобилей модели "Жигули", а также металлические шарики, ролики, гайки, болты.

Согласно заключениям взрывотехнических экспертиз, в багажных отделениях взорванных автомашин были помещены изготовленные кустарным способом взрывные устройства осколочно-фугасного действия, в котором в качестве заряда использовалось смесевое бризантное вещество без прочной оболочки, в состав которого входили тротил, аммиачная селитра, алюминиевая пудра.

Фактические данные, изложенные в названных письменных документах, подтверждают вывод суда о том, что к покупке впоследствии взорванных автомашин имеет непосредственное отношение Х.А., а использование виновными лицами во взрывных устройствах металлических шариков, роликов, гаек, болтов свидетельствует, как об этом правильно указано в приговоре, о направленности их умысла на причинение смерти как можно большему количеству людей, об особо жестоком способе причинения смерти и физических страданий.

Оценив представленные и исследованные доказательства, суд обоснованно признал доказанной вину Б.Х. и Х.А. в участии в преступном сообществе.

Как установлено совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, на территории Карачаево-Черкесской Республики было создано и существовало преступное сообщество, состоящее из религиозно-военизированных объединений - ваххабитских "джамаатов", то есть из автономных устойчивых групп как структурных подразделений. Данная преступная организация имела своей целью совершение тяжких и особо тяжких преступлений и совершала эти преступления. Она отличалась высокой степенью конспирации, высокой степенью организации, высокой степенью сплоченности членов, с четким распределением ролей между ними, имела ярко выраженных лидеров - "духовных наставников" - руководителей, авторитет которых был непререкаем, чьи приказы выполнялись фактически беспрекословно, имела достаточно высокое и стабильное финансирование, большой и стабильный состав членов. Б.Х. и Х.А. принимали непосредственное и активное участие в преступной организации, выполняя каждый свою, отведенную ему руководителями сообщества роль.

С учетом изложенного действия Б.Х. и Х.А. суд обоснованно квалифицировал по ч. 2 ст. 210 УК РФ, как участие в преступном сообществе (преступной организации).

Правильно квалифицированы действия Х.А. и по ч. 3 ст. 205 УК РФ как терроризм, то есть совершение организованной группой взрывов, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба, в целях нарушения общественной безопасности и устрашения населения, повлекших тяжкие последствия.

В результате террористических актов в городах Пятигорск, Минеральные Воды и Ессентуки, совершенных преступным сообществом, активным членом которого являлся Х.А., погибло 30 человек и получили ранения различной тяжести 178 человек.

Поскольку Х.А. как активный член преступного сообщества принимал участие в покупке автомашин, их перегоне в КЧР, начинении их взрывчаткой с целью последующего подрыва в местах скопления людей, то его действия, несмотря на то, что подрыв этих автомашин осуществляли другие члены преступного сообщества, правильно квалифицированы судом как умышленное убийство 30 лиц, а также покушение на убийство 178 лиц, совершенное с особой жестокостью, общеопасным способом, организованной группой, по мотиву религиозной ненависти, неоднократно.

Поскольку судом установлено, что основным мотивом преступных действий Х.А. была религиозная ненависть, то осуждение Х.А. за убийство и покушение на убийство "из корыстных побуждений" Судебная коллегия считает излишним, подлежащим исключению из приговора.

Доказательства вины Х.А. в посягательстве на жизнь сотрудников правоохранительного органа.

Совокупностью приведенных в приговоре доказательств по данному эпизоду обвинения, в том числе собственными показаниями осужденного Х.А., которые он дал в ходе предварительного следствия, установлено, что 24 марта 2001 г., член преступного сообщества Х.А., выполняя отведенную ему роль, при управлении автомашиной ВАЗ-2106 р/н <...>, снаряженной взрывным устройством, таймер которого установлен на 10 часов, был задержан сотрудниками Адыге-Хабльского РОВД для досмотра автомашины вблизи аула Кызыл-Тогай Адыге-Хабльского района Карачаево-Черкесской Республики. Преследуя цель совершения террористического акта, действуя согласованно со всеми членами преступной организации, Х.А., достоверно зная, что самодельное взрывное устройство осколочно-фугасного действия электрического типа с предохранительно-исполнительным механизмом массой заряда 30 - 40 кг в тротиловом эквиваленте, находится в бензобаке управляемой им автомашины и в состав взрывного устройства входят готовые поражающие элементы: промышленно изготовленные металлические ролики, шарики, гайки, болты и их фрагменты, располагая достоверной информацией о времени срабатывания таймера взрывного устройства и радиусе воздействия поражающих факторов взрыва, реализуя умысел на совершение террористического акта в непосредственной близости от аула Адыге-Хабль Карачаево-Черкесской Республики, куда автомашина была перегнана для осмотра работниками милиции, посягая на жизнь сотрудников правоохранительного органа (работников милиции), примерно в 10 часов во время досмотра автомашины экспертами ЭКО МВД КЧР Р.С.П. и Б.В.П., подорвал автомашину. В результате произведенного Х.А. взрыва погибли сотрудники правоохранительного органа Р.С.П. и Б.В.П., а пятнадцати гражданам причинен значительный имущественный ущерб на сумму 14310 рублей, причинен значительный ущерб муниципальной собственности, который составил 370030 рублей 64 копейки.

Вопреки доводам жалоб осужденного Х.А. и его адвоката Бугаевой о невиновности Х.А. в этом преступлении, его вина установлена судом и подтверждена следующими доказательствами.

При допросе в качестве обвиняемого 20 июня 2001 г. Х.А. показал, что вечером 23 марта 2001 г. у него вместе с Д. состоялась последняя встреча с И. (связником Г.А.), который передал им автомашину начиненную взрывчаткой, сказав, что Д. знает что с ней делать, что ее нужно взорвать возле базара, чтобы было больше жертв и шума. Д. попросил его (Х.А.) довести машину только до границы со Ставропольским краем, а дальше все собирался сделать сам. Примерно в 5 часов утра 24 марта Д. заехал за ним на автомашине ВАЗ-2106 г/н <...>. Вместе они заехали в гараж Э.А., где стояла начиненная взрывчаткой машина, забрали ее и он сел за руль данной машины. Д. ему объяснил, что под капотом машины находится пластиковая канистра с бензином, из которой бензин поступает в топливную систему, а в самом бензобаке находится взрывчатка. На этой машине он поехал в сторону а. Эркен - Шахара, но в пути в с. Кызыл-Тогай его остановили сотрудники ГИБДД, осмотрели машину, обнаружили под капотом канистру, в бензобаке - сыпучее вещество и предложили проехать в Адыге-Хабльский РОВД. Впоследствии машину отогнали за пределы населенного пункта и во время ее осмотра специалистами взрывотехниками произошел взрыв, в результате которого погибли два сотрудника милиции (т. 20 л.д. 51 - 61).

Из изложенных показаний Х.А. суд сделал вывод, что он вначале, выполняя просьбу Д., перегонял машину в условленное место, но после его задержания работниками милиции, он, как член преступной организации, действуя с умыслом на совершение теракта и посягая на жизнь сотрудников правоохранительного органа, сделал все от него зависящее, чтобы скрыть от последних информацию о том, что машина подготовлена к взрыву, вводил работников милиции в заблуждение относительно вещества, находящегося в бензобаке машины и добился реализации своего преступного замысла - совершил теракт путем взрыва автомашины, осознавая, что могут погибнуть работники милиции и желал этого.

Подвергать сомнению правильность этого вывода суда у Судебной коллегии оснований не имеется.

Доводы жалоб осужденного Х.А. и его адвоката Бугаевой о том, что вышеназванные показания Х.А. являются недопустимыми доказательствами, так как они получены в отсутствие адвоката, в результате применения к Х.А. недозволенных методов воздействия, являются безосновательными.

Как видно из материалов дела, Х.А. перед допросом были разъяснены права, в том числе право давать показания на родном языке и пользоваться услугами переводчика, иметь защитника, разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ о том, что он не обязан свидетельствовать против себя. Х.А. отказался от участия в допросе переводчика, однако пожелал, чтобы в допросе участвовал адвокат Андрющенко С.С, который и был ему предоставлен (т. 20 л.д. 51 - 61).

При таких обстоятельствах исключалось применение к Х.А. недозволенных методов расследования.

Помимо вышеприведенных показаний Х.А., его вина в посягательстве на жизнь сотрудников правоохранительного органа путем совершения теракта подтверждается протоколом осмотра автомашины ВАЗ 2106 <...> сотрудниками милиции, в ходе которого Х.А., скрывая свое знакомство с Д., пояснял, что перегнать эту автомашину из г. Черкесска до развилки дорог а. Апсуа его попросил незнакомый парень по имени Иван, который пообещал за перегон 1000 долларов США. При открытии, капота автомашины обнаружена пятилитровая канистра с бензином, из которой выходит шланг и соединяется с бензонасосом. Бензобак автомашины наполнен порошкообразным веществом металлического цвета (т. 19 л.д. 1 - 3), что, как об этом правильно указано в приговоре, свидетельствует о безусловной осведомленности Х.А. о том, что машина начинена взрывчаткой, о его умысле на совершение теракта.

Согласно протоколу осмотра места происшествия - участка местности с западной стороны аула Адыге-Хабль, в ходе осмотра обнаружены небольшие фрагменты тел экспертов ЭКО МВД КЧР Б.В.П. и Р.С.П., деформированные части взорванной автомашины ВАЗ 2106 <...> (т. 19 л.д. 4 - 18).

Из заключения комплексной взрывотехнической экспертизы N 4\52 от 12.09.01 следует, что в багажное отделение автомашины ВАЗ 2106 <...> было помещено самодельное взрывное устройство осколочно-фугасного действия электрического типа с предохранительно-исполнительным механизмом, массой заряда 30 - 40 кг в тротиловом эквиваленте, при этом в качестве заряда взрывного устройства было использовано смесевое бризантное вещество без прочной оболочки, в состав которого входили тротил, аммиачная селитра, алюминиевая пудра, средства инициирования, предохранительно-исполнительный механизм, готовые поражающие элементы (промышленно изготовленные металлические ролики, шарики, гайки, болты и их фрагменты) (т. 19 л.д. 22 - 46).

Заключением судебно-химической экспертизы N 67 от 1 апреля 2001 г., установлено, что на поверхности шариковой ручки, которую сотрудник милиции перед взрывом погрузил в бензобак заминированной автомашины ВАЗ 2106 р/н <...>, обнаружены незначительные наслоения смесевого взрывчатого вещества изготовленного на основе аммиачной селитры и алюминиевой пудры (т. 21 л.д. 126 - 128).

Заключением взрывотехнической экспертизы N 2735 от 18 сентября 2001 г., установлено, что на марлевых тампонах со смывами с рук головы, шеи, ушных раковинах Х.А., карманах брюк темно-коричневого цвета, сорочке из джинсовой ткани, шнурках кроссовок, пачке сигарет, изъятых у Х.А., обнаружены следы взрывчатого вещества - тротила, который применяется в военных целях и в народном хозяйстве для подрывных работ (т. 21 л.д. 144 - 145).

Свидетели К.М.С., К.А.М., Е.М-Р. показали, что 24 марта 2001 г. сотрудниками Адыге-Хабльского РОВД был задержан гр-н Х.А., который управлял автомашиной ВАЗ 2106. Основанием для задержания и доставления в райотдел милиции послужил факт обнаружения в бензобаке автомашины неизвестного порошкообразного вещества. Со слов Х.А. данный порошок являлся героином. О сложившейся ситуации было доложено оперативному дежурному по МВД КЧР. В связи с тем, что в бензобаке могло находиться взрывчатое вещество, было принято решение отогнать автомашину в безлюдное место и осмотреть ее с участием экспертов ЭКО МВД КЧР. В ходе осмотра автомашины произошел взрыв, в результате которого погибли эксперты Б.В.П. и Р.С.П..

Дав оценку вышеназванным, а также другим исследованным по данному эпизоду доказательствам, анализ которых содержится в приговоре, суд обоснованно признал доказанной вину Х.А. в совершении теракта и посягательстве на жизнь сотрудников правоохранительного органа.

Как правильно указано в приговоре, Х.А. достоверно зная о том, что машина начинена взрывчатым веществом, пытался скрыть это от сотрудников милиции, в том числе от экспертов Б.В.П. и Р.С.П., утверждая, что в бензобаке наркотики, при этом сознавал, что сотрудники милиции могут погибнуть и желал этого.

При таких обстоятельствах суд правильно квалифицировал действия Х.А. по данному эпизоду по ст. ст. 205 ч. 3 и 317 УК РФ.

Его же действия по данному эпизоду суд обоснованно квалифицировал по ч. 3 ст. 222 УК РФ как незаконное приобретение, хранение, перевозка взрывных устройств, совершенные организованной группой, неоднократно.

Доводы жалобы адвоката Бугаевой Н.И. о том, что действия Х.А. необоснованно квалифицированы по ст. 222 ч. 3 УК РФ по признаку неоднократности, являются несостоятельными.

Как видно из материалов дела, Х.А. ранее неоднократно приобретал автомашины для начинения их взрывчаткой, которые впоследствии членами преступного сообщества, в котором состоял Х.А. использовались при терактах в городах Пятигорске, Минеральных Водах и Ессентуках.

24 марта 2001 года Х.А. был задержан во время перегона очередной автомашины, которая была начинена взрывчатым веществом.

При таких обстоятельствах суд обоснованно квалифицировал действия Х.А. по ст. 222 ч. 3 УК РФ, в том числе по признаку неоднократности.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не установлено.

Доводы жалобы осужденного Х.А. о том, что суд не ознакомил его с материалами уголовного дела являются несостоятельными, поскольку они не основаны на законе, согласно которому суд обязан ознакомить осужденного лишь с протоколом судебного заседания при наличии об этом ходатайства (ст. 259 УПК РФ).

Как видно из материалов дела, с протоколом судебного заседания Х.А. был ознакомлен.

Наказание обоим осужденным назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, роли каждого в содеянном, данных о личности виновных и всех обстоятельств дела, в том числе и тех на которые указывают в своих жалобах осужденные Х.А. и Б.Х., а также адвокат Бугаева.

Назначенное обоим осужденным наказание соразмерно содеянному и является справедливым. Оснований для его смягчения, Судебная коллегия не усматривает.

Вопрос об уточнении начала срока наказания Б.Х. подлежит разрешению судом, постановившим приговор, в порядке предусмотренном ст. ст. 397, 399 УПК РФ.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 379, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Ставропольского краевого суда от 12 июля 2002 года в отношении Х.А. изменить, исключить осуждение по п. "з" ст. ст. 105 ч. 2; 30 ч. 3 и 105 ч. 2 УК РФ.

В остальном этот же приговор в отношении Х.А. и Б.Х. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"