||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 6 марта 2003 г. N 50-о02-29

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Линской Т.Г.,

судей Глазуновой Л.И., Коннова В.С.

рассмотрела в судебном заседании от 6 марта 2003 г. кассационную жалобу осужденного К. на приговор Омского областного суда от 5 апреля 2002 г., которым

К., <...>, русский, со средним образованием, ранее судимый 17 июня 1999 г. по ч. 1 ст. 228 УК РФ к одному году шести месяцам лишения свободы, освобожден 12 июля 2000 г. по отбытии срока наказания;

осужден по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ - к девяти годам лишения свободы с конфискацией имущества; по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к двенадцати годам лишения свободы; по ч. 4 ст. 150 УК РФ - к пяти годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ст. 69 УК РФ - к четырнадцати годам лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с К. в пользу Ш.А. в возмещение материального ущерба - 4360 руб. и в возмещение морального вреда - 40000 руб.

К. признан виновным и осужден за разбойное нападение на Ш., совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, и с причинением тяжкого вреда его здоровью; за убийство Ш., 1952 года рождения, сопряженное с разбоем, и за вовлечение несовершеннолетней Д. в совершение особо тяжкого преступления.

Преступления совершены им 13 мая 2001 г. в г. Омске при обстоятельствах, установленных приговором.

Заслушав доклад судьи Коннова В.С., объяснения осужденного К., мнение прокурора Шаруевой М.В., полагавшей судебное решение в отношении К. оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационной жалобе осужденный К. просит отменить приговор в части его осуждения по ч. 4 ст. 150 УК РФ и переквалифицировать его действия с п. "в" ч. 3 ст. 162 и п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (не указывая, на какие статьи УК РФ), а наказание ему назначить с применением ст. 64 УК РФ, считая, что судом не учтены его положительные характеристики, что он, по его мнению, жил и работал нормально, ходатайство с места работы, его возраст, чистосердечное раскаяние, заболевание почек, наличие престарелых родителей-инвалидов. Ссылается на незаконность и необоснованность приговора; на проведение судебного следствия с нарушением требований ст. 20 УПК РСФСР, на неправильную оценку доказательств и на несоответствие выводов суда действительности.

Утверждает, что он непричастен к смерти Ш., удары ножом ему наносила малолетняя Д., которую он в это не вовлекал; у него умысла на разбой и убийство не было.

В возражениях потерпевшие Ш-ны считают доводы жалобы К. несостоятельными и просят приговор в отношении него оставить без изменения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы жалобы и возражений на нее, Судебная коллегия находит приговор в отношении К. законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Виновность К. в содеянном им установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Как следует из материалов дела, К., Ф. и Д. вступили в предварительный сговор на совершение кражи имущества Ш. из его квартиры с приведением Ш. в состояние сильного алкогольного опьянения. В этих целях Ф. и Д. пришли в квартиру Ш. и вместе с ним употребляли спиртное. В это время, втайне от Ш., Ф. впустила в квартиру К., который спрятался в ванной комнате. Через 10 - 15 минут из ванной с черенком от лопаты в руках вышел К. Увидев его, Ш. удивился и спросил, как он оказался в квартире. Ф. заявила, что она, видно, забыла запереть входную дверь, и представила К. как своего мужа.

Как поясняла Ф. в ходе предварительного следствия, она разыграла сцену ревности, чтобы Ш., увидев в своей квартире К., не догадался, что они хотят его ограбить. К. и Ш. пришли в кухню, а ее К. выгнал из кухни, заявив что ему надо поговорить с Ш. (л.д. 231 - 232 т. 1; л.д. 51 - 52 т. 2).

Д. поясняла в ходе предварительного следствия, что когда из ванной с черенком от лопаты в руках вышел К., то заявил, что они будут драться. Ф. загородила собой Ш., стала кричать, чтобы он не трогал Ш. После этого Ш. и К. прошли на кухню, а Ф. К. сказал, чтобы она ушла из кухни (т. 1 л.д. 101, 105 - 106, т. 2 л.д. 56 - 58).

Подсудимый К. не отрицал, что когда он с черенком от лопаты вышел из ванной и его увидел Ш., то Ф. представила его как своего мужа. После этого он и Ш. зашли в кухню.

Как следует из материалов дела, во время нахождения К. и Ш. в кухне, находившиеся в комнате квартиры Ш. Ф. и Д. готовили к похищению вещи Ш. Ф. при съеме со стены колонки от магнитофона уронила ее на пол, после чего из квартиры ушла. Услышав шум, из кухни в комнату пришел Ш., а следом за ним - К. Увидев приготовленные к похищению вещи и поняв, что они пытаются совершить хищение, Ш. потребовал, чтобы Д. и К. ушли из его квартиры.

Как поясняла Д., после того, как Ш. потребовал, чтобы они ушли из его квартиры, первым на Ш. замахнулся К., пытался его ударить, но Ш. отскочил от него, они стали бороться.

Из показаний подсудимого К. также следует, что, возможно, заметив, что в его вещах роются, Ш. стал кричать, материться и выгонять их. Они не ушли, Ш. развернулся и ударил его, он (К.) "дал ему сдачи", произошла обоюдная драка. Первым за нож взялся он (К.).

Таким образом, как следует из материалов дела и правильно установлено судом, К. противоправно, без разрешения Ш., проник в его квартиру с целью похищения имущества Ш. Когда Ш. обнаружил подготовку хищения его имущества, он потребовал, чтобы К. и Д. ушли из его квартиры. Данные требования Ш. были правомерными. Этим правомерным требованиям К. и Д. не подчинились, вследствие чего произошла драка между К. и Ш.

Поскольку К. была нарушена неприкосновенность жилища Ш. и в соответствии с предварительным сговором в квартире Ш. совершалось преступление - хищение его имущества, что было им обнаружено, он потребовал от преступника - К. - уйти из его квартиры, чему тот незамедлительно не подчинился. При таких данных в целях обеспечения неприкосновенности своего жилища и пресечения хищения Ш. имел право применить к преступнику К. насилие. Поскольку Ш. к К. применялось насилие правомерно, а действия К. носили преступный характер, К. не находился и не мог находиться ни в состоянии необходимой обороны, ни в состоянии физиологического аффекта.

Ссылка К. в жалобе на то, что Ф. не отговаривала его от агрессивных действий в отношении Ш., противоречит материалам дела и является несостоятельной.

Как установлено по делу, из ванной К. сразу же вышел с черенком от лопаты в руках. Из приведенных показаний Д. следует, что К. при этом заявлял о драке, а Ф. загораживала собой Ш. и кричала, чтобы К. не трогал его, после чего они ушли для разговора в кухню.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях свидетеля Д., влияющих на правильность выводов суда о виновности К. в преступлениях, не усматривается.

Как видно из материалов дела, Д. на учете в психоневрологическом диспансере не состояла, обучалась в 5-м классе.

Подсудимая Ф. поясняла, что умственно Д. была развита нормально (т. 3 л.д. 45). Из показаний свидетеля З., психолога школы, и характеристики следует, что Д. - очень хитрая (т. 2 л.д. 47, 128). Каких-либо данных, свидетельствовавших о наличии сомнений в способности Д. правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания, из материалов дела не усматривается. При таких данных предусмотренных законом оснований для проведения экспертизы в отношении свидетеля Д. - не имелось.

Как Д., так и сам К. в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 250) утверждали, что между ними нормальные (К. утверждал - хорошие) отношения. Оснований для оговора Д. К. не усматривается.

Из материалов дела следует, что К. незаконно проник в квартиру Ш. с целью кражи а когда Ш. обнаружил приготовленные к хищению его вещи и потребовал от К. уйти из его квартиры, то К. не отказался от своего намерения довести хищение до конца, из квартиры Ш. не ушел, а применил к нему насилие, опасное для его жизни, после чего участвовал в изъятии и завладении имуществом Ш., распоряжался им, сбывал похищенное.

Указанные обстоятельства позволили суду прийти к правильному выводу, что действия К., начатые как кража, переросли в разбой.

Доводы жалобы К. о его непричастности к смерти Ш. - несостоятельны и противоречат имеющимся доказательствам.

Сам подсудимый К. пояснял, что это он ножом нанес Ш. тяжкие телесные повреждения, которые повлекли его смерть (т. 3 л.д. 26, 81).

Как следует из акта судебно-медицинской экспертизы, смерть Ш. наступила от острого обескровливания организма, развившегося в результате двух колото-резаных ранений шеи с повреждением обеих сонных артерий, которые могли образоваться от двух ударов ножом.

Свидетель Д. последовательно поясняла в ходе предварительного следствия, что когда Ш. лежал на спине, то К. нанес ему удары ножом в шею, после чего крикнул ей, чтобы она собирала видеомагнитофон и магнитофоны. Когда вышли из квартиры и ехали в маршрутке, она спросила у К., что будет с Ш., и К. ответил, что Ш. уже труп (т. 1 л.д. 106, 213, 221, 216, т. 2 л.д. 42, 60). О нанесении К. ударов ножом в шею Ш. Д. давала показания и при проведении очной ставки с К.

Как пояснял подсудимый К., очная ставка с Д., проводилась и следователь верно записал, что она говорил (т. 3 л.д. 79).

Судом обоснованно оглашены показания свидетеля Д. данные ею в ходе предварительного следствия, в связи с неизвестностью ее места нахождения.

Как следует из акта судебно-медицинской экспертизы, две смертельные раны шеи причинены ударами с достаточной силой с направлением ударов слева направо, снаружи вовнутрь с глубиной раневых каналов около 5 см, длина входных ран соответственно 1 и 1,5 см, раны являются колото-резаными. Указанные данные (наличие колото-резаных, а не резаных, ран с длиной входных ранений 1 и 1,5 см, глубиной раневых каналов около 5 см и направлением раневых каналов снаружи вовнутрь - свидетельствуют о нанесении целенаправленных ударов ножом, а не размахивании ножом, что соответствует приведенным показаниям свидетеля Д.

Нанесение К. неоднократных ударов ножом в область жизненно важных органов человека с достаточной силой (о чем свидетельствует проникающий характер ранений и характер повреждений, длина раневых каналов), от чего и наступила смерть Ш., а также заявление К. Д., о чем она поясняла, что Ш. - уже труп, подтверждают правильность выводов суда о наличии у К. умысла на убийство Ш.

Как следует из материалов дела, первоначальный сговор на хищение имущества Ш. с участием К. включал в себя напоить спиртным Ш. до такой степени, чтобы он не понимал происходящего и ни на что не реагировал, чего достигнуто не было.

Подсудимый К. не отрицал, что после нанесения ранений Ш. он сказал Д., чтобы она выкинула куда-нибудь рюмки, чтобы не оставлять их с их отпечатками пальцев. Нож, которым он, "махал", он взял с собой из квартиры и по дороге выбросил его. Из квартиры он взял 3 рюмки.

Свидетель Д. поясняла, что после нанесения ударов Ш., К. забрал рюмки, нож, вилки из кухни, бокалы, а также - вилку, которой она наносила удары Ш., чтобы не нашли отпечатков пальцев на них (т. 1 л.д. 107, т. 2 л.д. 42, 60 - 61).

Таким образом, из материалов дела следует, что К. не желал наступления ответственности за содеянное, принимал меры к сокрытию следов преступления, а оставление Ш., видевшего их, в живых не обеспечивало цели избежание ответственности, что также подтверждает правильность выводов суда о наличии у К. умысла на убийство Ш.

Как следует из материалов дела, Д. нанесла ножом удар в бедро Ш., отчего нож сломался, а также - наносила ему удары вилкой.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что колото-резаное ранение в области левого бедра и ранения от воздействия вилки повлекли легкий вред здоровью Ш. (от воздействия ножа в область бедра) и не причинили легкого вреда его здоровью (от воздействия вилки).

Наличие крови на кофте Д. (на правом рукаве и на лицевой поверхности два пятна размерами 0,5 x 0,2 и 0,5 x 1 см), с учетом нанесения ею удара ножом в область бедра и ударов вилкой, также с учетом данных акта судебно-медицинской экспертизы о том, что ранения шеи с повреждением сонных артерий сопровождалось массивным наружным кровотечением, возможно - фонтанированием крови - не дает оснований для вывода о совершении убийства ею, а не К.

В компетенцию эксперта не входит установление лица, нанесшего смертельные ранения Ш. Данные вопросы входят в компетенцию судебно-следственных, а не экспертных органов. Кроме того, как следует из протокола, в судебном заседании не заявлялось ходатайств о допросе эксперта, а в обязанность суда сбор дополнительных доказательств не входит.

Подсудимый К. не отрицал, что при борьбе и драке с Ш. он попросил Д. помочь ему "остановить", "успокоить" Ш. Д. принесла и дала ему нож, а сама, видимо причинила Ш. вилочные ранения.

Свидетель Д. поясняла, что когда К. боролся с Ш., то говорил ей, чтобы она ударила Ш. чем-нибудь. Она принесла нож и ударила им Ш. в область бедра и нож сломался. Она сходила за вилкой и по указанию К., лежавшего на Ш. и державшего его руки, причинила Ш. вилкой телесные повреждения.

При таких данных вывод суда о вовлечении несовершеннолетней Д. ее дядей - К. в совершение особо тяжкого преступления - разбоя с применением предметов, используемых в качестве оружия, и с причинением тяжкого вреда здоровью - соответствует материалам дела.

Из материалов дела не усматривается использование судом в приговоре каких-либо доказательств, добытых с нарушениями требований УПК РСФСР.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины К. в содеянном и верно квалифицировал его действия по п. "в" ч. 3 ст. 162, п. "з" ч. 2 ст. 105 и ч. 4 ст. 150 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом, и надлежащим образом мотивированы, обоснованы.

Личность свидетеля Д. и потерпевшего Ш. установлены и исследованы в соответствии с требованиями закона.

Наказание К. назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному им, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

Наличие у К. престарелых родителей-инвалидов, его возраст - на время постановления приговора - 46 лет, из которых более 13 лет он провел в местах лишения свободы, состояние его здоровья были известны суду при назначении ему наказания. Также суду было известно (и это указано в приговоре), что он работал.

В целом характеристику личности К., несмотря на его положительные характеристики от частного предпринимателя Б. (у которого он работал девять месяцев) и по содержанию в следственном изоляторе, нельзя признать положительной. Как видно из характеристики участкового уполномоченного (т. 2 л.д. 125), К. характеризуется неудовлетворительно, нарушает общественный порядок, был замечен в употреблении наркотических средств. Из справок следует, что 4 декабря 2000 г., 22 января и 27 марта 2001 г. он совершал правонарушения, предусмотренные ст. 162 КоАП РФ, за что на него налагались административные взыскания (т. 2 л.д. 160).

С учетом времени отбывания наказания в местах лишения свободы, указанных характеризующих данных, совершения им новых умышленных преступлений, доводы К., что он жил "нормальной жизнью", нельзя признать убедительными.

Его ссылка на чистосердечность раскаяния в содеянном с учетом частичного признания им вины и доводов его жалобы является недостоверной.

Ходатайство частного предпринимателя Б. и бухгалтера К.В. (т. 2 л.д. 130), не знакомившихся с материалами дела, о назначении К. минимального наказания не имеет для суда юридического значения.

Каких-либо исключительных обстоятельств, дающих основание для назначения К. наказания с применением ст. 64 УК РФ, из материалов дела не усматривается. Суд правильно установил наличие в действиях К. рецидива преступлений.

Неназначение судом К., ранее отбывавшему наказание в виде лишения свободы, что не привело к его исправлению, пожизненного лишения свободы за умышленное лишение им жизни человека при разбойном нападении, и назначение ему вновь наказания в виде лишения свободы не на максимально возможный срок - нельзя признать чрезмерно строгим наказанием, несоразмерным содеянному самим им.

К. назначено справедливое наказание и оснований к его смягчению не имеется.

Гражданские иски разрешены судом в соответствии с действующим законодательством.

Доводы о применении незаконных методов расследования, проверялись, они не подтвердились (т. 1 л.д. 170, 241, 245 - 246). Постановлениями от 28 мая и 8 августа 2001 г. отказано в возбуждении уголовного дела по п. "а" ч. 3 ст. 286 УК РФ за отсутствием события и состава преступления. Данные постановления не отменены и в установленном законом порядке не признаны незаконными. Доводы жалобы К. о том, что следователь ему угрожал, шантажировал его, подделывал в протоколах подписи его и его защитника и заменял протоколы, являются несостоятельными и противоречат материалам дела. Кроме того, данные доводы не влияют на законность и обоснованность приговора, поскольку судом в приговоре не использовались его показания в ходе предварительного следствия в качестве доказательств его виновности.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

Данное дело судом рассмотрено с учетом конституционного принципа об осуществлении судопроизводства в РФ на основе состязательности самих сторон - всесторонне, полно и объективно.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Омского областного суда от 5 апреля 2002 г. в отношении К. оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденного К. - оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий

Т.Г.ЛИНСКАЯ

 

Судьи

Л.И.ГЛАЗУНОВА

В.С.КОННОВ

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"