||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 6 марта 2003 г. N 67-о02-77

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Линской Т.Г.,

судей Глазуновой Л.И., Коннова В.С.

рассмотрела в судебном заседании от 6 марта 2003 г. кассационную жалобу осужденного Б. на приговор Новосибирского областного суда от 20 июня 2002 г., которым

Б., <...>, русский, с высшим образованием, ранее не судимый,

осужден по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к шестнадцати годам лишения свободы; по ч. 2 ст. 167 УК РФ - к двум годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к семнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Б. признан виновным и осужден за убийство С., 1967 года рождения, на почве личных неприязненных отношений; за убийство Ж., 1973 года рождения, совершенное неоднократно и на почве личных неприязненных отношений; и за умышленное повреждение имущества С. (на сумму 1600 руб.), совершенное путем поджога.

Преступления совершены им 10 января 2002 г. в г. Новосибирске при обстоятельствах, установленных приговором.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Коннова В.С., мнение прокурора Костюченко В.В., полагавшего судебное решение в отношении Б. изменить, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационной жалобе осужденный Б. просит отменить приговор, ссылаясь на неправильную квалификацию его действий, полагая, что он находился в состояниях необходимой обороны и физиологического аффекта. Кроме того Б. считает, что суд без возвращения дела на дополнительное расследование не имел права переквалифицировать его действия с п. "а" на п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Полагает, что значительного ущерба от его поджога не было, утверждает о наличии явки с повинной.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия находит приговор в отношении Б. подлежащим изменению по следующим основаниям.

Виновность Б. в убийствах С. и Ж., совершенных неоднократно, подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Его виновность в наступлении их смерти в жалобе не оспаривается.

Доводы Б. в жалобе о том, что Ж., уходя в другую комнату, кричал С.: "Дави его!", после чего С. обхватил его руками и стал давить, ему было больно сильно поясницу, а С. говорил: "Задавлю!", ничем не подтверждаются и противоречат показаниям самого Б. В судебном заседании Б. не давал показаний, что С. что-либо говорил. В ходе предварительного следствия при многократных допросах Б. ни разу не давал показаний об указанных словах Ж. и С. Из акта судебно-медицинской экспертизы следует, что в области спины, поясницы у Б. никаких кровоподтеков, ссадин, телесных повреждений - не имелось.

При таких данных указанные доводы Б., в том числе - с учетом его последующих действий, что он взял с табурета нож и (находясь в том же удерживаемом положении, согласно его показаний) нанес удар ножом в область груди С., - являются несостоятельными, противоречащими материалам дела.

Судом проверялись доводы Б. о совершении им убийств в состоянии необходимой обороны и физиологического аффекта и правильно признаны несостоятельными.

Сам Б. не отрицал, что он ранее забирал свою сожительницу П. из квартиры С. (где также проживал Ж. - л.д. 214). Свидетель Б.А., брат осужденного, пояснял, что отношения у брата с сожительницей были "натянутые", брат несколько раз приходил домой в позднее время, а сожительницы дома не было, он считает, что она ему изменяла. За неделю до происшедшего брат поссорился с ней, после чего иногда ночевал не у нее, а у них дома (л.д. 76, 219).

Как следует из показаний подсудимого Б., конфликт возник из-за того, что Ж. в нецензурной форме сообщил, что он вступал в интимные отношения с его (Б.) сожительницей - П. Он (Б.) заявил Ж., что о П. нельзя говорить плохо и за это можно ответить. После этого Ж. ударил его кулаком в лоб, а он ударил Ж. и тот упал (затем Б. показания в отношении очередности ударов изменил и пояснял, что он - Б. ударил Ж. по лицу, а Ж. ударил его в область лба - л.д. 223). С. стал спрашивать, что случилось, из-за чего они поругались. Узнав о причине конфликта, С. подтвердил сообщение Ж., сказал, что так и было (л.д. 213).

В ходе предварительного следствия Б. пояснял, что между ним и Ж. была перебранка и возникла "обоюдная драка", он и Ж. наносили друг другу удары руками. С. участия в драке не принимал. Когда драка утихла, Ж. ушел к себе в комнату, а С. подтвердил правдивость слов Ж. в отношении П.

Указанные показания Б. свидетельствуют, что возникший конфликт носил взаимный, обоюдный характер и привел к драке, в ходе которой оба - и Б., и Ж. - применяли друг к другу насилие и наносили удары.

Далее подсудимый Б. пояснял, что происшедшего после того, как С. обхватил его руками, он не помнит, "очнулся" впоследствии.

В ходе предварительного следствия Б. пояснял, что после драки Ж. ушел к себе в комнату. Когда С. подтвердил правдивость сообщения Ж. в отношении П., он (Б.) вскочил с дивана, на котором сидел, "с целью продолжить драку с Олегом" (Ж.), С. схватил его за руку, развернул к себе и обхватил руками, стал удерживать и сдавливать. Он увидел на табурете два лежавших ножа, дотянулся и взял один из них. У С. руки расцепились. Он (Б.) нанес С. удар в область грудной клетки (л.д. 64, 142).

Указанные показания Б. свидетельствуют, что он намеревался совершать противоправные действия - драться с Ж., а С. стал его удерживать. В данной ситуации действия С., пресекавшего возможность совершения Б. противоправных действий, были правомерными. В ответ на правомерные действия С. он нанес ему удар ножом. Такие действия Б. нельзя признать совершенными ни в состоянии необходимой обороны, ни в состоянии физиологического аффекта.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что смерть С. наступила от двух колото-резаных ранений шеи с повреждением левого плечеголовного ствола, трахеи, пищевода, левых общей сонной артерии, яремной вены с последующей массивной кровопотерей. Кроме того, на трупе С. имелись прижизненно причиненные: две резаные раны головы с повреждением мягких покровов свода черепа; резаная рана подбородочной области с повреждением мягких тканей лица и три ушибленных раны верхней губы.

Как пояснял подсудимый Б., после его действий в отношении С. он услышал из другой комнаты хруст ломающегося дерева. Он вышел из зала и увидел шедшего Ж. с ножом и спинкой стула в руках. Ж. никаких действий в отношении него не совершал, был от него метрах в 4. Он (Б.) попятился назад, схватил с пола у дивана гирю и бросил ее в Ж., попал в него, тот "вылетел" от удара гирей в другую комнату, где упал. Он (Б.) стал наносить удары Ж., но сколько раз и как - не может сказать. Он бил Ж. фрагментом табурета, когда тот находился на диване, а также - гирей, ножом.

Указанные показания свидетельствуют, что Б. после убийства им С. имел возможность уйти из квартиры. Однако он этого не сделал, нож из своей руки не убрал, а пошел в комнату к Ж. с ножом в руке. Также он имел возможность уйти из квартиры, когда после удара "гирей" Ж. ушел, но он этого не сделал, а напротив, подошел к Ж. и стал убивать его. Кроме того, с учетом предшествующих преступных действий Б. по убийству С., когда Б. оставил в руке орудие убийства - нож, Ж. имел право, в том числе - с применением насилия, принять меры по обезоруживанию и задержанию преступника - Б., а когда тот направился к Ж., Ж. с учетом предшествующих действий Б. имел право защищаться от него.

Как следует из материалов дела, гиря имела вес 20 кг, смерть Ж. насупила от острой кровопотери, развившейся в результате трех колото-резаных ранений шеи с повреждением общей сонной артерии и внутренних яремных вен. Кроме того, на трупе Ж. имелись прижизненно причиненные: две колото-резаные раны шеи, одна колото-резаная рана лица; три резаных ранения шеи; а также - перелом пятого ребра, ссадина на спинке носа и перелом костей носа; ссадины - на лбу, ушной раковине и завитке, на передней поверхности грудной клетки, левом предплечье; кровоподтеки - на веках левого глаза, в области угла нижней челюсти.

Из материалов дела также следует, что после совершения убийств Б. прошел в ванную, где вымыл руки, собрал газеты и, совершая поджог, поджег их.

Указанные данные подтверждают правильность выводов суда об отсутствии у Б. состояний необходимой обороны и физиологического аффекта. Как видно из акта судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, при происшедшем Б. находился в состоянии простого алкогольного опьянения, при котором снижается способность к самоконтролю, происходит генерация агрессивного смысла на большее, затрудняется способность нахождения продуктивного выхода из конфликтных ситуаций. У него отсутствовала аффективная суженность сознания, сохранялась произвольность поведения, отсутствовали внезапность, импульсивность противоправного поступка, его взрывной характер, признаки постаффективной астении, Б. не находился в состоянии аффекта либо ином выраженном эмоциональном состоянии (л.д. 105 - 106). Выводы экспертов соответствуют выводам суда.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Б. в убийства С. и Ж. и верно квалифицировал его действия по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

С учетом того, что объем и характер фактически совершенных Б. действий не изменялся, переквалификацией его действий с п. "а" ч. 2 ст. 105 на п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ право Б. на защиту нарушено не было и суд имел право на указанную переквалификацию его действий (наказание как по п. "а" ч. 2 ст. 105, так и по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ - аналогично).

Ссылка Б. на то, что он в качестве подозреваемого не задерживался и совершил явку с повинной, противоречит материалам дела.

Из показаний подсудимого Б., а также показаний свидетеля Б.А. и протокола задержания следует, что около 18 часов 10 января 2002 г., выйдя на улицу, Б. увидел в окне квартиры С. свет и фотовспышки и понял, что трупы уже обнаружены и там работают сотрудники милиции. После этого он ушел к себе домой и стал ожидать своего брата. Брата - Б.А. сотрудники милиции встретили около подъезда, сообщили, что Б. "в чем-то подозревается", он им нужен, вместе с ним поднялись в квартиру и забрали Б. в отделение милиции (л.д. 52, 75, 214, 218 - 219). В отношении Б. было оформлен протокол задержания по подозрению в совершении убийства двух лиц (л.д. 54).

Указанные данные свидетельствуют, что Б. сам в правоохранительные органы не являлся, он был задержан по подозрению в убийствах и доставлен в милицию, где написал свое заявление, именуемое "явкой с повинной". Суд правильно в этих действиях Б. не усмотрел его явки с повинной.

Наказание Б. по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ назначено в соответствии с требованиями закона.

Неназначение судом Б. за умышленное лишение им жизни двоих человек пожизненного лишения свободы и назначение ему наказания в виде лишения свободы не на максимально возможный срок нельзя признать чрезмерно строгим наказанием, несоразмерным содеянному самим им.

Назначенное ему по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ наказание является справедливым и оснований к его смягчению не имеется.

Вместе с тем, приговор в части осуждения Б. по ч. 2 ст. 167 УК РФ подлежит отмене. Согласно разъяснения, данного в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 14 от 5 июня 2002 г., умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества путем поджога влечет уголовную ответственность по ч. 2 ст. 167 УК РФ только в случае реального причинения потерпевшему значительного ущерба. Поскольку приговором не признано установленным причинение значительного ущерба от поджога и не установлен умысел Б. на причинение значительного ущерба, то данные действия Б. не содержат состава преступления.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Новосибирского областного суда от 20 июня 2002 г. в отношении Б. в части его осуждения по ч. 2 ст. 167 УК РФ отменить и на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело в этой части прекратить за отсутствием в деянии состава преступления.

Исключить из приговора указание о назначении Б. наказания по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ.

В остальной части тот же приговор в отношении Б. оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденного Б. - оставить без удовлетворения.

Считать Б. осужденным по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ к шестнадцати годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

 

Председательствующий

Т.Г.ЛИНСКАЯ

 

Судьи

Л.И.ГЛАЗУНОВА

В.С.КОННОВ

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"