||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 6 марта 2003 г. N 67-о02-52

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Линской Т.Г.,

судей Глазуновой Л.И., Коннова В.С.

рассмотрела в судебном заседании от 6 марта 2003 года кассационные жалобы осужденных Д., К., Б., Б.С., Б.А., адвокатов Кузьменко А.В., Рудой Б.М., Фотева В.И., Абакумова В.С., Мушкарева В.Н. на приговор Новосибирского областного суда от 17 января 2002 года, которым

Д., <...>, со среднетехническим образованием, неработавший, -

осужден:

по п. п. "а", "б" ч. 2 ст. 159 УК РФ к четырем годам лишения свободы;

по п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ к пяти годам лишения свободы;

по п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ - к девяти годам лишения свободы с конфискацией имущества;

по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к одиннадцати годам лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

К., <...>, со средним образованием, неработавший, ранее не судимый, -

осужден:

по п. п. "а", "б" ч. 2 ст. 159 УК РФ к трем годам лишения свободы;

по п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ к трем годам лишения свободы;

по п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ - к восьми годам лишения свободы с конфискацией имущества;

по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к десяти годам лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Б., <...>, русский, со средним образованием, -

осужден:

по п. "б" ч. 2 ст. 163 УК РФ к четырем годам лишения свободы;

по п. "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ - к семи годам лишения свободы с конфискацией имущества;

по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к девяти годам лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Б.С., <...>, со средним образованием, -

осужден:

по п. "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ к семи годам лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Б.А., <...>, с высшим образованием, ранее не судимый, -

осужден:

по п. "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ к семи годам лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

По ч. ч. 1 и 2 ст. 210 УК РФ Д. и Б. оправданы за отсутствием в их действиях состава преступления.

Б.С., Б.А., К. оправданы по ч. 2 ст. 210 УК РФ за отсутствием в их действиях состава преступления.

Д. и К. оправданы по ч. 2 ст. 210 УК РФ за отсутствием в их действиях состава преступления.

Д. и К. признаны виновными и осуждены за вымогательство у Б.Е. и Б.Э. имущества, совершенное в июле 2000 года группой лиц по предварительному сговору и с применением насилия; за мошенничество в отношении имущества сельского лесхоза "Маслянинский", совершенное в августе 2000 года неоднократно и группой лиц по предварительному сговору.

Б. признан виновным и осужден:

- за вымогательство имущества Г., совершенное в период с октября 2000 года по март 2001 года;

- за вымогательство имущества Г.С., совершенное 25 января и 2 февраля 2001 года неоднократно;

- за вымогательство имущества Н., совершенное 4 февраля, в конце февраля и 6 марта 2001 года неоднократно;

- за вымогательство имущества Н.Е., совершенное 5 февраля 2001 года неоднократно.

Д., К., Б., Б.С. и Б.А. признаны виновными и осуждены за вымогательство имущества Б.Э. и Б.Е., совершенное в феврале 2001 года в целях получения чужого имущества в крупном размере, а Д., К. - кроме того, с применением насилия, организованной группой и неоднократно; Б., Б.С. и Б.А. - также группой лиц по предварительному сговору, а Б. - и неоднократно.

Заслушав доклад судьи Коннова В.С., объяснения осужденного Б.А., мнение прокурора Костюченко В.В., полагавшего приговор в отношении Д., К., Б., Б.С., Б.А. оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационных жалобах:

осужденный Д. просит отменить приговор и прекратить дальнейшее производство по делу либо направить дело на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на свою невиновность, на незаконность и необоснованность приговора, на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, на неправильную оценку доказательств и неверное применение уголовного закона. Указывает, что показания потерпевших Б.Е. и Б.Э. противоречивы, а Х. оговорил их, документов о получении им пиломатериалов в лесхозе "Маслянинский" не имеется. Утверждает, что с Б.Е. и Б.Э. у него было коммерческое сотрудничество. Обращает внимание на подложность, по его мнению, протокола допроса Б.Э.;

осужденный К. просит отменить приговор и прекратить дальнейшее производство по делу, ссылаясь на недоказанность его вины; незаконность и необоснованность приговора; несоответствие выводов суда в приговоре имеющимся доказательствам; неправильную оценку доказательств и неверное применение уголовного закона;

адвокат Кузьменко А.В. в защиту интересов осужденного К. также просит отменить приговор и прекратить дальнейшее производство по делу, ссылаясь на те же доводы, что и осужденный К. в своей жалобе;

осужденный Б. просит "пересмотреть" дело, ссылаясь на недоказанность его вины, незаконность и необоснованность приговора, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам, неверную оценку доказательств и фальсификацию материалов дела. Указывает, что потерпевшие Г. и Г.С. не подавали заявления о привлечении к уголовной ответственности, а Г.С. к нему претензий не имеет; Б.Е. и Б.Э. утверждали, что никаких претензий к нему не имеют, он защищал их интересы. По его мнению, предварительное и судебное следствие проведены необъективно, с обвинительным уклоном, с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства, к Б.С. Х., К-ту в ходе предварительного следствия применялись незаконные методы расследования, считает, что судом при назначении ему наказания не учтено, что он положительно характеризуется и нуждается в стационарном лечении от туберкулеза;

адвокат Рудой Б.М. в защиту интересов осужденного Б. просит отменить приговор, ссылаясь на те же доводы, что и осужденный Б. в своей жалобе, и, кроме того, обращает внимание на отказ свидетеля О. от показаний, данных им в ходе предварительного следствия;

осужденный Б.С. просит отменить приговор и прекратить дальнейшее производство по делу, поскольку он преступления не совершал, в его действиях имеется лишь недонесение о преступлении. По его мнению, приговор - незаконный и необоснованный; выводы, изложенные в нем, не соответствуют фактическим обстоятельствам. Считает, что предварительное и судебное следствие проведены с нарушениями требований уголовно-процессуального законодательства, с применением незаконных методов расследования. Полагает, что дело сфальсифицировано, доказательства оценены неверно. Обращает внимание на то, что в судебном заседании не была допрошена вторая жена - У. Как он считает, ему назначено чрезмерно строгое наказание;

адвокат Фотев В.И. в защиту интересов осужденного Б.С. просит изменить приговор и смягчить Б.С. наказание до условного с учетом того, что его предыдущая судимость снята, он характеризуется положительно, имеет двоих малолетних детей, материальный ущерб возместил через К.А. и потерпевшие Б.Е. и Б.Э. просили не лишать его свободы;

осужденный Б.А. просит отменить приговор и прекратить дальнейшее производство по делу, ссылаясь на свою невиновность, неправильную оценку доказательств и фальсификацию материалов дела. Считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам, а наказание ему назначено чрезмерно строгое. Утверждает, что по окончании предварительного следствия он ознакомился не со всеми материалами дела. По его мнению следовало допросить в качестве дополнительных свидетелей Н.Н., его двоюродного брата В. и второго водителя "КамАЗа", с которым он вывозил кирпич из р.п. Черепаново. Как он полагает, у него не было мотива, умысла на завладение имуществом Б.Е. и Б.Э.;

адвокаты Абакумов В.С. и Мушкарев В.Н. в защиту интересов осужденного Б.А. просят изменить приговор, переквалифицировать действия Б.А. (не указывая, на какую статью УК РФ) и смягчить ему наказание до условного, ссылаясь на те же доводы, что и сам осужденный Б.А. в своей жалобе. Кроме того, адвокаты Абакумов и Мушкарев указывают на применение незаконных методов расследования; на проведение следственных действий оперативными работниками милиции С., К.Г. и К.Р. в течение суток без включения в следственную группу; на неправильное соединение уголовных дел и фальсификацию показаний потерпевшего Б.Э. при его допросе 29 марта 2001 года.

В возражениях на жалобы потерпевшие Б.Э., Б.Е. и представитель потерпевшего Б.Э. адвокат Вылегжанина Н.А. считают приговор законным и обоснованным, а жалобы просят оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит приговор в отношении Д., К., Б., Б.С., Б.А. законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Виновность Д., К., Б., Б.С. и Б.А. в содеянном ими подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Их доводам об обстоятельствах происшедшего, аналогичным изложенным в жалобах, дана судом в приговоре соответствующая мотивированная оценка.

Доводы о применении к осужденным незаконных методов расследования противоречат материалам дела и являются несостоятельными.

Так, подсудимый Б. пояснял, что в отношении него незаконных методов расследования не применялось (т. 6 л.д. 235). Подсудимый Х. пояснял, что при допросах с участием адвоката давления на него не оказывалось (т. 6 л.д. 235). Из материалов дела следует, что при допросе 29 марта 2001 года Х. утверждал, что он показания дает без применения к нему морального и физического воздействия (т. 1 л.д. 124), при допросе 30 марта 2001 года он полностью подтвердил свои показания, данные при допросе 29 марта 2001 года (л.д. 127 т. 1). Последующие его допросы 17 апреля и 21 августа 2001 года проводились с участием адвоката (т. 1 л.д. 139 - 143; т. 3 л.д. 173 - 174). Как видно из материалов дела, допросы К-та (т. 1 л.д. 160 - 163; т. 3 л.д. 230); Б.С. (т. 1 л.д. 192 - 195; т. 3 л.д. 247); К. (т. 1 л.д. 259 - 260; т. 2 л.д. 64; т. 3 л.д. 133); Б.А. (т. 1 л.д. 275 - 277, 289 - 290, 298 - 301; т. 2 л.д. 65 - 69); Д. (т. 3 л.д. 208 - 215) проводились с участием защитников и заявлений о применении незаконных методов расследования не имелось. При допросах 30 марта и 22 августа 2001 года К-т (т. 1 л.д. 150 и т. 3 л.д. 130); 30 марта и 8 августа 2001 года Б.С. (т. 1 л.д. 176, 191); 20 августа 2001 года Б. (т. 3 л.д. 150); 11 июля, 6 августа и 17 августа 2001 года К. (т. 1 л.д. 268; т. 2 л.д. 64; т. 3 л.д. 133); 17 августа 2001 года Б.А. (т. 3 л.д. 118) отказались давать показания, что также не свидетельствует о применении к ним незаконных методов расследования. Кроме того, Б.А. при допросе 27 июня 2001 года утверждал, что показания он давал добровольно (т. 1 л.д. 289). К. при допросе 27 июня 2001 года также утверждал о добровольной даче им показаний (т. 1 л.д. 259).

При допросе в судебном заседании свидетель Т. пояснял, что при допросах Б., Б.С., К. незаконных методов расследования не применялось, они показания давали добровольно.

При таких данных указанные доводы жалоб о применении незаконных методов расследования не соответствуют материалам дела и являются несостоятельными.

Потерпевший Б.Э. пояснял, что водитель Д.Я. на принадлежавшем ему и брату "КамАЗе" вез пиломатериал, а он (Б.Э.) ехал на "Волге". На повороте "Черепаново - Медведск" он увидел стоявший "КамАЗ" рядом с которым стояла "Волга". Когда он подошел туда, Д. и К. сообщили, что хотели бы приобрести пиломатериал. Он не дал им своего согласия на совершение сделок, но еще до его подхода водитель Д.Я. дал им номера телефонов его и брата. В июле 2000 года встретившиеся ему Д. и К. спросили, где лес. Когда он заявил, что он им ничего не обещал, они сообщили, что лес им обещал его брат Б.Е., потребовали поставку им не менее 25 куб. м круглого леса, угрожая в противном случае сжечь виденную ими ранее его машину "КамАЗ". Испугавшись, он согласился выполнить их требование. Он с братом договорились о покупке у Н.Е. 25 куб. м круглого леса по цене 600 руб. за кубометр и повезли его в город. "КамАЗ" с лесом они оставили на въезде в город у поста ГАИ, а сам с братом уехали на встречу с Д. и К. При встрече те грубо стали спрашивать, где лес, а когда он спросил, за что они им должны отдать лес, Д. и К. стали угрожать убийством брата, К. ударил его по голове. После этого они сообщили о месте нахождения леса. Они уехали в поселок Барышево, где лес обмерила женщина и сказала, что леса 25 куб. м, приняла лес. К. положил на капот машины 2000 руб. и заявил, чтобы они считали, что лес они у них не забрали, а купили.

Потерпевший Б.Е. дал аналогичные показания. Кроме того, Б.Е. пояснял, что при встрече брат Б.Э. сообщил, что у него чуть не забрали машину, и спросил, почему он обещает лес, что К. заявил, что он обещал ему лес и не доставил. Он ответил брату, что К. никакого леса не обещал, позвонил Д., спросил у него, какой лес он им должен, если ничего не обещал. Д. стал угрожать, что оторвет ему голову, если он не привезет ему 25 куб. м леса. Он испугался угроз.

Когда, оставив машину с лесом у поста ГАИ, он и брат встретились с Д. и К., то предложили им обсудить необоснованность их требований, поскольку он лес никому не обещал, то К. ударил его по голове и была высказана угроза о необходимости его убийства. Обмерив лес, женщина заявила, что его 25 куб. м, а К. за лес бросил на капот машины 2000 рублей, заявив, чтобы они считали, что за лес с ними рассчитались.

Свидетель Д.Я. пояснял, что когда он, везя на "КамАЗе" лес, остановился, то на "Волге" к нему подъехали Д. и К. и по их просьбе он дал им телефоны владельцев груза и машины Б.Е. и Б.Э. В его присутствии Б.Е. и Б.Э. никогда не обещали Д. и К. лес.

Объем поставленного леса в 25 куб. м, приобретенного Б.Е. и Б.Э. у Л. по цене 600 руб. за 1 куб. м, подтверждается показаниями свидетелей Н.Л. и Л.

Как следует из показаний свидетеля Д.Л., привезенный лес ей предложили купить ее муж Д. и К. Она обмерила его и купила, за лес она отдала К. 10000 рублей, а что было с деньгами дальше, ей неизвестно.

В отношении объема леса с учетом противоречивости показаний Д.Л. (на следствии она поясняла о 22 - 23 куб. м, в суде - уже о 17 куб. м), ее права не свидетельствовать против мужа суд обоснованно признал недостоверными ее показания.

Ссылка на то, что первоначально, согласно показаний потерпевшего Б.Э., Д. и К. требовали 30 куб. м доски, не влияет на их последующие требования леса, его объем и доставку фактического объема леса.

Довод о том, что в показаниях Б.Е. имеются противоречия о количестве ударов, не влияет на выводы суда. В самом факте физического насилия противоречий нет. Имеющиеся противоречия в количестве ударов оценены судом в соответствии с требованиями закона.

Как пояснял свидетель Б.О., директор сельского лесхоза "Маслянинский", ему звонил директор лесхоза "Коченевский" П.Д. и просил отпустить пиломатериал Д. и К., охарактеризовав их с положительной стороны. Первый раз они приобрели пиломатериал на 16000 руб. за наличный расчет. Повторно по просьбе Д. и К. он дал указание об отпуске им пиломатериала без предоплаты. Д. сообщил, что ему и К. нужно куда-то еще заехать на "Волге", в связи с чем просил оформить документы на водителя "КамАЗа" С.Е., что и было сделано. Не дождавшись оплаты, он неоднократно звонил Д., но тот на контакт не выходил.

Аналогичные показания дали свидетели П.Н. и П.Д. Кроме того, П.Д., директор лесхоза "Коченевский", пояснял, что Д. и К. в лесхозе "Коченевский" неоднократно покупали за наличный расчет осину, а затем просили помочь им в приобретении леса и пиломатериалов хвойных пород, в связи с чем он ездил к директору лесхоза "Маслянинский" Б.О., прежде позвонив ему, с Д. и К. и знакомил их.

Счетами-фактурами подтверждается, что 4 июля 2000 г. за наличный расчет в 16000 руб. Д. приобрел в лесхозе "Маслянинский" 20 куб. м пиломатериала из хвойных пород, а 25 августа 2000 года счет-фактура была оформлена на Ч.Д. на приобретение пиломатериала на 26160 руб. 31 коп. без произведения расчета за пиломатериал при его отпуске.

Виновность Д. и К. также подтверждается заявлениями Б.О. в РОВД и другими материалами дела.

Ссылка в жалобах на отсутствие документального оформления получения пиломатериалов Д. и К. не влияет на правильность выводов суда, поскольку в уголовном судопроизводстве наличие (отсутствие) документов не имеет определяющего значения. Суд обоснованно принимал решение на основе совокупности всех доказательств.

Виновность Б. в вымогательствах имущества Г., Г.С. и Н-вых подтверждается материалами дела.

Так, потерпевший Г. пояснял в ходе предварительного следствия, что в сентябре 2000 г. приехавший Б. стал требовать, чтобы он, раз торгует, платил по 500 рублей в месяц, он отказался платить ему, на что Б. заявил, что "жизнь покажет". После этого неоднократно приезжавший Б. требовал платить деньги. В середине декабря 2000 г. приехавший Б. вызвал его из гаража, где он был с К.И., и заявил, что если он не будет платить деньги, то с ним будут говорить по-другому и сделают больно. В марте 2001 г. на торговой площади к нему вновь подошел Б., спросил, не ударить ли его, выразился нецензурно, а у автомашины сказал, что он может потерять машину, дом, гараж и магазин.

Из показаний свидетеля К.И. следует, что в середине декабря 2000 г. приехавший Б. позвал Г. из гаража и разговаривал с ним на улице. Вернувшийся Г. сказал, что Б. предъявляет к нему требования ("наезжает на него").

Как видно из показаний свидетеля Ч.Е., весной 2001 г. на базарной площади Б. на повышенных тонах разговаривал с Г. и он вынужден был говорить им, чтобы они прекратили разговор, так как отпугивают покупателей.

Ссылка в жалобе Б. на то, что Г. не писал заявления в милицию, не имеет юридического значения, так как его заявление в бланк занесено сотрудником милиции, что не противоречит закону, оно было прочитано Г. и подписано им (т. 1 л.д. 11 об.). Подачу им заявления он в суде не отрицал (т. 6 л.д. 78).

Довод о том, что Г. себя потерпевшим не считает, также не имеет юридического значения, поскольку его мнение об этом не имеет какого-либо определяющего значения для суда.

Потерпевшая Г.С. поясняла в судебном заседании, что в январе 2001 года она с мужем находились у себя в магазине. Зашедшая к ней продавец Г.А. сообщила, что приехал Б., желающий поговорить с ней. Оставшись наедине, Б. заявил, что у него закончился срок судимости и теперь ей необходимо платить ему по 500 руб. ежемесячно, сказал, что "нужно делиться с народом". Она сказала, что подумает об этом, посоветуется с родственниками. В начале марта 2001 г. Б. приехал к ней за деньгами, но она сообщила, что не будет платить ему. В ответ на это Б. заявил, что платить она будет, иначе будет "жарко", она поняла, что он угрожает поджогом ее имущества, ранее у нее уже поджигали магазин.

Как следует из показаний свидетеля Г.А., в январе 2001 г. пришедший в магазин Б. сказал, чтобы она позвала Г.С., что она и сделала и они о чем-то разговаривали наедине.

Показания Г.С. последовательны (аналогичные показания она давала и в ходе предварительного следствия), соответствуют другим доказательствам и суд обоснованно признал их достоверными.

Ссылка на то, что Г.С. не писала заявления с просьбой о привлечении Б. к ответственности, не влияет на приговор, поскольку вымогательство не является делом частного обвинения.

Ссылка на то, что Г.С. не писала заявления с просьбой о привлечении Б. к ответственности, не влияет на приговор, поскольку вымогательство не является делом частного обвинения и привлечение виновного к ответственности не связывается с наличием заявления потерпевшего. Наличие (или отсутствие) у потерпевшей Г.С. претензий к Б. не влияет на правильность разрешения дела. Как поясняла потерпевшая Г.С., после приезда Б. в ее магазин и требования денег, она неофициально обратилась к работнику милиции, у нее взяли объяснения. Морально она пострадала от действий Б. из-за его агрессии и угроз, а материально она не пострадала (т. 6 л.д. 27).

Потерпевшая Н. поясняла, что пришедший 4 февраля 2001 г. к ней в магазин Б. сказал, чтобы она заплатила ему 500 рублей и по 500 рублей платила ежемесячно на улучшение жизни преступников ("ребятам, находящимся в тюрьмах и колониях"). Она отказалась платить ему, хотя и знала, что Б. собирает деньги с других частных предпринимателей, а тех, которые отказываются ему платить, обворовывают, либо у них поджигают дом или магазин.

21 февраля 2001 г., пришедший Б. вновь требовал с нее деньги. Дав ему фиктивное согласие на выплату денег, она обратилась в милицию. Пришедший 6 марта 2001 г. Б. был рассержен и заявил, что она еще пожалеет о своем поведении.

Из показаний свидетелей П.Р., П.К., Щ., М.Е. следует, что после прихода Б. в магазин Н. была расстроенной и сообщала, что Б. вымогает, требует у нее деньги.

Потерпевшая Н.Е. поясняла, что в 2000 г. она заплатила Б. 500 рублей, будучи запуганной. При этом Б. говорил, что ему и другие платят.

При встрече 5 февраля 2001 г. Б. заявил, что надо платить деньги преступникам ("ребятам, которые сидят), по 500 рублей ежемесячно. Она отказалась платить и между ними произошел грубый разговор. Уходя, Б. заявил: "Ну, посмотрим". После этого, 8 марта 2001 г. в ее магазине были разбиты окна и оборудование, а 18 марта 2001 г. был совершен поджог ее магазина.

Аналогичные показания дал свидетель Н.В. Свидетель Г.Р. пояснял, что после отъезда 5 февраля 2001 г. Б. Н.Е. сообщила, что Б. вымогает у нее деньги.

Из показаний свидетелей Б.Р. и О. в ходе предварительного следствия видно, что 5 февраля 2001 г. при разговоре Б. с Н.Е. они находились в подсобном помещении магазина и слышали, как Б. требовал с Н.Е. деньги по 500 рублей ежемесячно для преступников ("на общак"). Когда Н.Е. отказалась платить, Б. заявил: "Ну, посмотрим. Мне не будешь платить, приедут "искитимцы". В ночь на 19 марта 2001 г. у Н.Е. подожгли магазин.

Суд дал надлежащую оценку изменению показаний Б.Р. и О. в судебном заседании. Как следует из показаний свидетеля О., он изменил свои показания по просьбе своей сожительницы Б.Р. Как следует из материалов дела, задержанный Б. 22 марта 2001 г. был освобожден из-под стражи, а 26 марта 2001 г. Б.Р. подала заявление, именуемое "изменение показаний свидетеля" (т. 2 л.д. 108). При таких данных показания Б.Р. и О. правильно оценивались судом в совокупности с другими доказательствами.

Судом проверялись доводы о невиновности Д., К., Б.С., Б.А., Б. в вымогательстве имущества Б.Е. и Б.Э. в феврале 2001 г., однако эти доводы не подтвердились и правильно отвергнуты судом как несостоятельные. Их виновность в этом и конкретные действия подтверждаются показаниями потерпевших Б.Е. и Б.Э., приведенными в приговоре. Каких-либо существенных противоречий в их показаниях, влияющих на выводы суда о виновности Д., К., Б.С., Б.А. и Б. в вымогательстве, не усматривается.

Ссылка в жалобе осужденного Б.С. на то, что потерпевшие Б.Е. и Б.Э. давали показания в ходе предварительного следствия вследствие применения незаконных методов, а Б.Е. не полностью читал содержание протоколов, является несостоятельной. Как следует из протоколов следственных действий с участием Б.Е., он собственноручно указывал в них, что протоколы им прочитаны и записаны верно (т. 2 л.д. 51, 56, 62, 63, 64, 68), а при допросе 29 марта 2001 года он вносил в протокол собственноручные дополнения (т. 2 л.д. 48 - 49), протокол осмотра гаража и деревообрабатывающего цеха прочитан был вслух следователем и, кроме Б.Е., его достоверность своими подписями удостоверили и другие лица, в том числе - понятые.

В судебном заседании потерпевший Б.Э. пояснял, что в ходе предварительного следствия он давал правдивые показания, а потерпевший Б.Е. подтверждал достоверность своих показаний, потерпевший Б.Е. подтверждал достоверность своих показаний, данных в ходе предварительного следствия (т. 6 л.д. 115, 133, 134, 143, 144) и каждый из них утверждал, что при допросах в ходе предварительного следствия давления не оказывалось (т. 6 л.д. 119, 142). Напротив, Б.Е. пояснял, что к нему приезжали жены Б.С. и Б. и просили изменить показания, данные в ходе предварительного следствия, обещали при освобождении мужей рассчитаться с ними (т. 6 л.д. 145).

Ссылка на то, что в ходе предварительного следствия были сфальсифицированы протоколы допросов Б.Э. от 29 марта 2001 г. и от 28 июня 2001 г. (т. 2 л.д. 74 - 79 и 82 - 85), несостоятельна. В судебном заседании, как видно из протокола, оглашались данные протоколы и потерпевший Б.Э. подтвердил указанные показания (т. 6 л.д. 116, 119). Ссылка на ксерокопию протокола допроса потерпевшего Б.Э. от 28 июня 2001 г. необоснованна, поскольку ее достоверность никем не удостоверена и она не отвечает требованиям, предъявляемым к документам (т. 5 л.д. 123 - 126).

Как следует из показаний свидетеля Д.Я., он, являясь очевидцем встречи Б.Е. и Б.Э. с Д. и К., не слышал, чтобы когда-либо Б.Е. и Б.Э. обещали Д., К. поставить лес, пиломатериалы.

Нарядом N 195 подтверждается, что администрацией района был оформлен наряд на отпуск 1000 куб. м пихты. Свидетель Н.И. пояснял, что обратились за помощью в оформлении наряда на 1000 куб. м пихты П.С. и Х., но потом за этот наряд никто из них не рассчитался и наряд остался неиспользованным. Они пригоняли к нему автомашину, он намеревался купить ее у них за 25 - 30 тысяч рублей, до расчета взял ее в пользование, но попал на ней в аварию, машина разбилась.

Как видно из показаний свидетеля К.О., в феврале 2001 г. к нему обратился Б.Е. с просьбой выписать ему доски, которые ему были очень нужны. Он выписал их ему.

На следующий день к нему приехали Б.Е., Б.С., Б. и еще один человек. Все они (за исключением Б.Е.) вели себя агрессивно, указав на него, кто-то из них спросил, что и его будут бить. У Б.Е. были разбиты губы, нос, было кровотечение, было видно, что он приехал не по своей воле, был он очень напуган. Ему Б.Е. сказал, что его избили, что ему необходимы деньги и просил возвратить деньги, которые он внес предоплатой за доски. Часть денег он (К.О.) отдал там же в руки Б., а оставшиеся согласно договоренности минут через 15 привез к Озерному магазину и отдал также Б. Когда Б.Е., Б. и третий отъезжали от его дома, то кто-то из них сказал, что Б.Е. надо "взбодрить".

Свидетель К.Н., с которой проживал Б.Э., поясняла, что 28 февраля 2001 г. Б.Э. поехал забирать машину, которую пригнал из г. Новосибирска. Домой он возвратился ночью, лицо у него было красное, он взял документы на автомашину и отдал их пришедшему с ним Х., сообщив, что ей он все расскажет завтра. На следующий день Б.Э. ей сказал, что у него отобрали автомашину и необходимо возвратить деньги владельцу машины Р.Е., а денег нет. Он сообщал также, что побили не только его, но и Б.Е. и забрали у Б.Е. деньги. После этого Б.Э. уехал в г. Новосибирск, а ей стали звонить, выясняя, где он находится, угрожая, что если она этого не скажет, то все взлетит. Испугавшись угроз, она и муж Б.Э. вынуждены были изменить место жительства.

Заключением судебно-медицинской экспертизы подтверждается наличие у Б.Е. легкого вреда здоровью в виде перелома костей носа, сотрясения головного мозга, раны на слизистой оболочке нижней губы.

Из показаний свидетеля П.Л. в ходе предварительного следствия следует, что в номере гостиницы Д. он увидел Х., вместе с которым приходил Б.Э. Туда же пришли Б. и Б.С. Д., Б. и Б.С. стали спрашивать у Х. и Б.Э., кто, кому и сколько должен. Разговор происходил громко, на повышенных тонах. В конце разговора Б. или Д. сказали Б.Э., что он должен продать свою машину, а деньги отдать Х. Д. сказал Х., что поскольку они "выбивают" его долги, то полученную сумму нужно делить, что Х. достанется 25000 руб. Б. или Д. сказал Б.Э., чтобы он написал доверенность на свою машину. В тот же день он видел машину уже стоявшей в гараже Х. Потом Д. что-то написал на бумажке, после чего Б., Б.С. и Б.Э. ушли из гостиницы.

В ходе предварительного следствия Б.А. пояснял, что он в столярке подходил к Б.Е. и говорил ему, чтобы он отдал лес и не связывался с ними.

К-т пояснял в ходе предварительного следствия, что когда он приехал в гостиницу, то в номере находились Б.С., Б. и Х. и разговаривали о том, что, якобы, Б.Е. и Б.Э. должны деньги Х. за лес. Из разговора он понял, что в этом деле заинтересованы Б.С. и Б. По просьбе Б. или Б.С. он вместе с Х. ездили домой к Б.Э., чтобы выяснить, дома ли его автомашина. Они видели ее у дома Б.Э., туда же приехал и Б.Э. на "Тойоте". Они вернулись в гостиницу, где Х. сообщил Б.С. и Б., что Б.Э. был дома и уехал. После этого он с Б. поехали к Б.С., Б. ему сообщил, что Б.Э. должен приехать к Б.С. Когда туда приехал Б.Э., то Б.С. или Б. стали спрашивать у Б.Э., почему он не отдает лес, который должен Х., не возвращает деньги, обманывает Х., скрывается от него, где находится лес. Б.Е. отвечал, что он никому не должен. Потом он, Б.С., Б. и Б.Э. снова поехали в гостиницу, куда впоследствии приехал и вызванный, видимо, Б.С. или Б. Х.

Подсудимый Х. пояснял, что в гостинице между ним и Д. состоялся сговор на представление Б.Э. требований о выплате ему (Х.) 120000 руб. в счет возврата фиктивного долга за оформление наряда на лес. Согласно договоренности он (Х.) должен был получить себе часть из этой суммы. Он понимал, что это будет вымогательство, поскольку Б.Е. и Б.Э. ему 120000 руб. не были должны, но он надеялся таким образом получить компенсацию за автомашину, переданную Н.И. Д. его предупредил, что он должен везде подтверждать, что Б.Е. и Б.Э. должны ему 120 тысяч рублей. Впоследствии в гостинице в присутствии Д., К., Б., Б.А., К-та и Б.Е. он в соответствии с договоренностью с Д. подтвердил, что Б.Е. и Б.Э. должны ему 120000 рублей. Это же он заявил и в гараже, куда были доставлены Б.Е. и Б.Э. Когда Б.Э. отказался признать долг, Д. стал наносить ему удары рукой в лицо и живот, после чего Б.Э. признал этот долг. По чьему-то требованию в качестве залога за выплату дома в гараж была поставлена машина Б.Э. Затем он, Д., Б. и Б.Э. по предложению Д. ездили домой к Б.Э. за документами и доверенностью на его машину. По указанию Б. он и К-т отогнали машину. По указанию Б. он и К-т отогнали машину Б.Э. ему в гараж, а затем по указанию Д. машину отогнали к гостинице и он ее больше не видел. К нему по поводу покупки машины никто не обращался и денег ему за эту машину никто не давал.

Суд дал правильную оценку двум распискам, оформленным Д. от 15 и 25 марта 2001 г. о получении им от Б.А. за машину "Тойота" 4500 долларов США, как фиктивным, имеющим целью создание искусственного доказательства законности сделки.

Сам Б.А. пояснял в ходе предварительного следствия, что "Тойоту" он купил у Х., с которым обговаривал все условия сделки, и отдал в руки Х. за машину 5000 долларов США.

Свидетель Н.А., нотариус, поясняла, что к ней пришел Б., принес свидетельство о регистрации машины, технический паспорт, документы были оформлены на Б.Э. Б. принес ей также паспорта Б.Э. и Б.А. и просил оформить доверенность на машину от имени Б.Э. на Б.А. Впоследствии пришел Б.Э. и она оформила от его имени генеральную доверенность на машину на Б.А.

При таких данных суд обоснованно пришел к выводу, что выданная доверенность не соответствовала воле Б.Э. и он подписал ее вынужденно, а не свободно.

Стоимость машины Б.Э. в 145000 рублей судом установлена верно, в соответствии с его показаниями. В условиях рыночной экономики и с учетом отсутствия фиксированной государственной стоимости машины импортного производства (то есть отсутствия определенной фиксированной государственной стоимости машины, не учитывающей договоренность продавца и покупателя при свободном ценообразовании) проведение автотовароведческой экспертизы невозможно в связи с отсутствием утвержденной в установленном порядке методики проведения такой экспертизы. Достоверность указанной Б.Э. стоимости машины подтверждается показаниями свидетеля И. о приобретении ею у Б.А. машины "Тойота" за 6500 долларов США.

Суд в приговоре мотивировал свои выводы о наличии у осужденных предварительного сговора на вымогательства имущества Б.Е. и Б.Э. Выводы суда в этой части соответствуют имеющимся доказательствам и установленным обстоятельствам совершения преступления, свидетельствующим о совместных, согласованных, взаимообусловленных действиях осужденных.

Как правильно пришел к выводу суд, Б.А. совместно с другими осужденными не только завладел 65000 рублями денег Б.Е., но и автомашиной "Тойота" Б.Э., которую он в дальнейшем продал за 6500 долларов США. При таких данных суд обоснованно усмотрел в его действиях умысел на вымогательство и корыстную цель действий.

С учетом характера сложившихся между Д. и К. отношений, устойчивости их связей, подыскания Х., якобы, пострадавшего от действий Б.Е. и Б.Э., разработки плана вымогательства, подыскания соучастников и конкретных действий по вымогательству суд обоснованно пришел к выводу о наличии организованной группы из Д. и К.

Виновность Д., К., Б.С., Б.А. и Б. подтверждается и другими, имеющимися в деле, приведенными в приговоре доказательствами.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Д., К., Б.С., Б.А. и Б. в содеянном ими и верно квалифицировал их действия: Д., К. - по п. п. "а", "б" ч. 2 ст. 159; п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 163; п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ; Б. по п. "б" ч. 2 ст. 163; п. "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ; Б.С. и Б.А. по п. "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

Наказание каждому из них назначено в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному каждым из них, с учетом данных об их личности, влияния назначенного наказания на их исправление и всех конкретных обстоятельств дела. Законом не предусмотрен учет судом мнения потерпевших по назначению наказания виновным. Как следует из приговора, Б. и К. назначено наказание, близкое к минимально возможному, установленному санкциями уголовного закона, по которому они осуждены, а Б.С. и Б.А. назначено минимально возможное наказание, установленное санкцией ч. 3 ст. 163 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств в отношении Д., К., Б.С., Б.А. и Б. не усматривается. Им назначено справедливое наказание и оснований к его смягчению не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

Как следует из материалов дела, 12 марта 2001 г. Н.Е. было подано заявление в РОВД о вымогательстве Б. (т. 1 л.д. 107), был произведен опрос Г.С. и К.Л. (т. 1 л.д. 66), проделана оперативная работа (л.д. 63 т. 1) и 19 марта 2001 г. по имеющимся материалам было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 163 УК РФ (т. 1 л.д. 62) и вечером того же дня Б. был задержан по подозрению в вымогательстве имущества Н.Е. (т. 1 л.д. 109). При таких данных Б. был задержан в соответствии с требованиями закона.

Из материалов дела также следует, что при первоначальном допросе в качестве подозреваемого 20 марта 2001 г. Б. отказался давать показания (л.д. 210 т. 1). Последующий его допрос в качестве подозреваемого проводился 21 марта 2001 г. с участием адвоката Басовой Л.О. (т. 1 л.д. 212 - 214), этот протокол допроса подписан не только лицом, проводившим допрос, но также - адвокатом и подозреваемым и, кроме того, Б. собственноручно писал, что протокол им прочитан и с его слов все записано верно. При таких данных и с учетом того, что ознакомившись со всеми материалами дела по окончании следствия Б. никаких заявлений по протоколу допроса от 21 марта 2001 г. не делал, его ссылка на то, что он не давал показаний при допросе в качестве подозреваемого - несостоятельна.

Закон не запрещает допросов в ночное время. Как следует из материалов дела, срок задержания Б. в порядке ст. 122 УПК РСФСР истекал через десять дней после задержания. В ходе расследования дела стали известны данные о совершении им вымогательства имущества Б.Е. и Б.Э., что требовало проверки. В этих целях Б. был допрошен в ночное время 29 марта 2001 г. (л.д. 230 - 232). Согласно ч. 2 ст. 150 УПК РСФСР допрос не может производиться в ночное время, кроме случаев, не терпящих отлагательства. Поскольку решался вопрос о необходимости избрания Б. меры пресечения и ее виде, допрос Б. не терпел отлагательства. 30 марта 2001 г. в отношении Б. была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей (л.д. 235 т. 1).

Ссылка на нарушение права Б.С. на защиту в ходе предварительного следствия - несостоятельна. Как следует из материалов дела, Б.С. право на защиту было разъяснено своевременно и было ему понятно; он заявлял, что при допросе в качестве подозреваемого он не нуждается в услугах адвоката, что не связано с его материальным положением (т. 1 л.д. 175). При допросах в качестве подозреваемого 30 марта 2001 г. и обвиняемого 8 апреля 2001 г. он отказался давать показания (т. 1 л.д. 176, 191) и эти протоколы допросов не использовались судом в качестве источников доказательств его виновности. При допросах в качестве обвиняемого 8 и 27 августа 2001 г. принимал участие его защитник (т. 1 л.д. 192 - 195, т. 3 л.д. 247).

Соединение уголовных дел произведено без нарушения требований УПК РСФСР. После соединения дел в одно производство этих отдельных дел не существует, имеется лишь общее дело и отдельное ознакомление с материалами каждого из впоследствии соединенных дел не производится, участники процесса подлежат ознакомлению со всеми материалами (соединенного, общего) дела.

Ссылка в жалобе адвокатов Абакумова и Мушкарева на то, что сотрудники милиции (С.Л., К.Г., М.) проводили в период 29 - 30 марта 2001 г. отдельные следственные действия без поручения лица, расследовавшего дело, является несостоятельной. Сотрудниками милиции в указанное время проводились отдельные следственные действия согласно отдельного поручения дознавателя О.Е. (т. 1 л.д. 64), расследовавшей дело.

Доводы кассационной жалобы осужденного Б.А. о том, что по окончании предварительного следствия он не был ознакомлен с материалами дела в полном объеме, являются надуманными. Как следует из протокола, Б.А. совместно с адвокатом знакомились с материалами дела в трех томах в период с 7 по 18 сентября 2001 г., после чего собственноручно указал в протоколе, что "с материалами уголовного дела ознакомлен полностью, времени было достаточно" (т. 4 л.д. 36). Кроме того, в судебном заседании материалы дела исследовались в его присутствии и с его участием.

Ссылки в жалобах на то, что судом не были допрошены в качестве дополнительных свидетелей У. (жена Б.С.), второй водитель машины, с которым, как утверждает Б.А., он вывозил кирпич из р.п. Черепаново, двоюродный брат Н.Н. по имени "В.", не влияют на законность и обоснованность приговора, поскольку, как видно из протокола судебного заседания, ходатайств об их допросе судом не заявлялось. В обязанности суда сбор дополнительных доказательств не входит, согласно ст. 123 Конституции РФ судопроизводство в РФ осуществляется на основе состязательности самих сторон.

Необходимости в допросе в качестве дополнительного свидетеля Н.Н. не имелось, поскольку вопрос, по которому предлагалось его допросить, исследовался в судебном заседании. Кроме того, Н.Н. по поставленному вопросу в ходе предварительного следствия не допрашивался, ходатайство о его допросе было заявлено после дачи соответствующих показаний подсудимыми, которые стали известны не только участникам процесса, но и всем лицам, находящимся в зале, а действующее законодательство не предусматривает возможности их изоляции в целях избежания доведения до Н.Н. содержания показаний подсудимых и оказания на него возможного давления.

Ссылка в жалобе Б.С. на то, что приведенные в приговоре показания допрошенных лиц не соответствуют их показаниям, является несостоятельной. Смысл и содержание показаний допрошенных лиц в приговоре приведены верно, в соответствии с их показаниями, зафиксированными в протоколе. Дословного воспроизведения их показаний в приговоре закон не предусматривает. Принесенные замечания на протокол судебного заседания разрешены в установленном законом порядке. Фальсификации материалов дела не усматривается.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом, и надлежащим образом обоснованы, мотивированы.

Органы предварительного следствия в соответствии с конституционным принципом состязательности сторон представили суду доказательства, которые по их мнению, подтверждали виновность обвиняемых в предъявленном обвинении. Эти, а также дополнительные доказательства, были исследованы в судебном заседании, суд дал им оценку и пришел к выводам, изложенным в приговоре.

Судом с учетом конституционного принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон данное дело рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Новосибирского областного суда от 17 января 2002 г. в отношении Д., К., Б., Б.С. и Б.А. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных Д., К., Б., Б.С., Б.А., адвокатов Кузьменко А.В., Рудой Б.М., Фотева В.И., Абакумова В.С. и Мушкарева В.Н. - оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий

Т.Г.ЛИНСКАЯ

 

Судьи

Л.И.ГЛАЗУНОВА

В.С.КОННОВ

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"