||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 5 марта 2003 г. N 5-о02-232

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Галиуллина З.Ф.,

судей Борисова В.П., Колышницына А.С.

рассмотрела 5 марта 2003 года кассационные жалобы осужденных П., Г., К., Р., М., С., Ч. и адвокатов Степановской Л.Г., Качмазова Х.С., Барановой В.Н., Юнусова Ш.Ш., Хациева Л.И., Сакала Д.В., Шинаковой Г.А., Харюковой Н.Н., Эйстриха А.В., защитника Козлова А.М. на приговор Московского городского суда от 12 апреля 2002 года, которым

П., <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 6 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 5 лет. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно П. назначено 7 лет лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По ст. ст. 325 ч. 2 УК РФ и 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ П. оправдан за недоказанностью участия в совершении преступления.

Г., <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ на 9 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 7 лет с конфискацией имущества. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно Г. назначено 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

К., <...>, не имеющий судимости,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ на 8 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 7 лет с конфискацией имущества. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно К. назначено 8 лет 1 месяц лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По ст. ст. 325 ч. 2, 222 ч. 3 и 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ К. оправдан за недоказанностью участия в совершении преступления.

Р., <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 6 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 5 лет. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно Р. назначено 7 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По ст. ст. 325 ч. 2 и 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ Р. оправдан за недоказанностью участия в совершении преступления.

М., <...>, не имеющий судимости,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 5 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 4 года. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно М. назначено 6 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По ст. ст. 325 ч. 2 и 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ М. оправдан за недоказанностью участия в совершении преступления.

В., <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ на 9 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 8 лет с конфискацией имущества. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно В. назначено 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По ст. ст. 325 ч. 2, 222 ч. 3 и 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ В. оправдан за недоказанностью участия в совершении преступления.

В.Х., <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ на 8 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 7 лет с конфискацией имущества. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно В.Х. назначено 8 лет 1 месяц лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По ст. ст. 325 ч. 2 и 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ В.Х. оправдан за недоказанностью участия в совершении преступления.

С.С., <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 5 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 4 года. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно С.С. назначено 6 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По ст. ст. 325 ч. 2 и 162 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ С.С. оправдан за недоказанностью участия в совершении преступления.

С., <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ на 8 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 7 лет с конфискацией имущества. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно С. назначено 9 лет лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По ст. 222 ч. 3 УК РФ С. оправдан за недоказанностью участия в совершении преступления.

Ч., <...>, судимый 21 июня 1994 года по ст. 144 ч. 2 УК РСФСР с применением ст. 41 УК РСФСР к 1 году и девяти месяцам лишения свободы. 30 июня 1997 г. по ст. 206 ч. 2 УК РСФСР к 2 годам лишения свободы, освобожден 13 ноября 1998 году условно-досрочно на 7 месяцев 16 дней,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ на 8 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 7 лет с конфискацией имущества. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно Ч. назначено 8 лет 1 месяц лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

По ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б" и ст. 325 ч. 2 УК РФ Ч. оправдан за недоказанностью участия в совершении преступления.

В.Ш., <...>, несудимый,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ на 8 лет, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ на 7 лет с конфискацией имущества. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно Ч. назначено 8 лет 6 месяцев лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По ст. 162 ч. 3 п. п. "а", "б" и ст. 325 ч. 2 УК РФ В.Ш. оправдан за недоказанностью участия в совершении преступления.

Данным приговором осуждены также К.А. и У., приговор в отношении которых не обжалован и не опротестован.

Заслушав доклад судьи Борисова В.П., выслушав объяснения осужденных Г., Р., М., К., Ч., С., доводы адвокатов Эйстриха А.В., Степановской Л.Г., Сакала Д.В., Качмазова Х.С., Хациева Л.И., Юнусова Ш.Ш., защитника Козлова А.М. просивших соответственно отменить или изменить приговор, мнение прокурора Сафонова Г.П., полагавшего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

П., Г., К., Р., М., В.Ш., В., В.Х., С.С., С., Ч. и К.А. признаны виновными в похищении двух лиц, организованной группой, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья и угрозой применения такого насилия, с применением предметов, используемых в качестве оружия, в отношении заведомо несовершеннолетнего, из корыстных побуждений, повлекшего по неосторожности тяжкие последствия.

Они же совершили вымогательство под угрозой применения насилия и с применением насилия, организованной группой, в целях получения имущества в крупном размере.

У. признан виновным в совершении самоуправства с угрозой применения насилия.

Преступления совершены в период с 23 августа 1999 года по 1 июня 2000 года в городах Москве и Пензе при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденные К., Р., Ч., В., В.Х., В.Ш., С., Г. свою вину не признали, а П., С.С. и М. вину признали частично.

В кассационных жалобах (основных и дополнительных):

осужденный П. считает, что осужден неправильно. Не отрицает, что участвовал в задержании и доставке потерпевших в офис К., но утверждает, что не знал о конечной цели похищения, полагал, что они привезли должника. Отрицает участие в вымогательстве, полагает, что не участвовал в организованной группе, так как не был осведомлен о целях других лиц и многих из них не знал. Просит приговор изменить, учесть данные о его личности и назначить ему наказание с применением ст. 73 УК РФ;

адвокат Степановская Л.Г. считает вину П. недоказанной. Полагает, что действовал он не в составе организованной группы, так как знал только одного Р. Насилия П. не применял, денег не вымогал, у него отсутствует корыстный умысел. К причинению тяжких последствий по неосторожности он отношения не имеет. Просит приговор в части осуждения П. по ст. 163 ч. 3 УК РФ отменить, а его действия по ст. 126 ч. 3 УК РФ переквалифицировать на ч. 2 ст. 126 УК РФ;

осужденный Г. утверждает, что его показания на предварительном следствии не могут служить доказательством, так как были получены в результате недозволенных методов следствия. Указывает, что предоставленный ему адвокат Таиров плохо его защищал, и он вынужден был отказаться от него, но суд не удовлетворил его ходатайство об отказе от адвоката. Обращает внимание на то, что обвинительное заключение ему было вручено не 20 декабря, а 29 декабря 2001 года и что в судебном следствии, начатом 28 декабря 2001 года, он был без обвинительного заключения. Полагает, что в судебном заседании суд не рассматривал его ходатайства, чем нарушил его права. Утверждает, что он не отказывался от дачи показаний в суде, а требовал вначале предоставить доказательства его вины, а также вызвать и допросить его жену. Оглашение в суде его показаний, данных на предварительном следствии, считает незаконным. Указывает, что после вынесения приговора ему было отказано в ознакомлении с материалами дела. Считает, что никакого похищения не совершал и ему нельзя вменять ст. 126 УК РФ. В то же время утверждает, что вынужден был выполнять указания чеченцев, так как в случае невыполнения их указаний была угроза его жизни и жизни членов его семьи. Просит приговор отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение;

осужденный К. утверждает, что никакого преступления не совершал. Указывает, что на предварительном следствии подписывал протоколы допросов, не читая, так как на него оказывалось давление со стороны работников милиции. Считает, что остальные участники преступления его оговорили. Просит приговор отменить;

адвокат Качмазов Х.С. считает вину К. недоказанной. Сам К. вину не признал. Его доводы о том, что он не знал о похищении и вымогательстве денег, что ездил с Э. в город Пензу с другой целью, не опровергнуты. Полагает, что нельзя ссылаться на показания К. на предварительном следствии, поскольку он утверждает, что оговорил себя под давлением следствия. Считает, что показания других участников преступления не подтверждают вину К. Просит приговор в отношении К. отменить, а дело прекратить;

осужденный Р. указывает о своем несогласии с приговором. Считает, что постановление о назначении судебного заседания незаконно. Полагает, что приговор основан на предположениях, показания потерпевших недостоверны, так как допрос производился на территории другого государства. Указывает, что его показания и показания других осужденных на предварительном следствии нельзя принимать во внимание, так как даны они под давлением следствия, без участия адвоката. Утверждает, что он выполнял работу по охране С.С., за что и получил 300 долларов США, ни в каком похищении не участвовал, насилия не применял. Никакого сговора или предварительной договоренности ни с кем из участников событий у него не было, ранее с ними знаком не был. Просит приговор отменить, а дело в отношении его прекратить;

осужденный М. утверждает, что ни в какой организованной группе он не состоял, не был знаком со всеми участниками событий, не осведомлен об их действиях. Работал водителем у К., а затем работал по найму у С.С., о целях поездок не знал, никакого насилия к потерпевшим не применял. Поэтому квалификацию своих действий по п. п. "а", "в" ч. 3 ст. 126 УК РФ считает неправильной. Указывает, что никакого вымогательства не совершал, денег с потерпевшего не требовал. Полагает, что его действия должны быть переквалифицированы на ст. 126 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ. Просит приговор изменить и назначить ему наказание по данной статье;

адвокат Баранова В.Н. считает, что приговор в отношении М. должен быть изменен. Его участие в вымогательстве не доказано. Просит приговор по обвинению М. по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ отменить и дело прекратить, а его действия по эпизоду похищения людей переквалифицировать со ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ на п. п. "д", "ж" ч. 2 ст. 126 УК РФ;

адвокат Юнусов Ш.Ш. считает вину своего подзащитного В. недоказанной. Указывает, что последний в похищении людей не участвовал, указаний о похищении не давал, палец потерпевшему не отчленял, место нахождения потерпевшего ему было неизвестно. В вымогательстве денег не участвовал. Полагает, что В. не был одним из организаторов преступления, как посчитал суд, а являлся посредником между организаторами этого преступления и исполнителями. Обращает внимание на нарушения закона при опознании его подзащитного, что потерпевший Ш.А. перед опознанием не опрашивался по приметам лица, которого он должен был опознавать. Считает, что нельзя принимать во внимание показания В., данные на предварительном следствии, так как к нему применялись незаконные методы следствия. При задержании В. ему его права не разъяснялись, что его заставили отказаться от услуг адвоката. Полагает, что нельзя ссылаться и на показания потерпевшего Ш.А., поскольку допрашивался он с нарушениями УПК РСФСР. По этим основаниям просит приговор отменить, а дело в отношении В. прекратить за недоказанностью его вины;

адвокат Хациев Л.И. полагает, что оснований к задержанию его подзащитного В.Х., находящегося на территории Ингушетии, не было. Считает, что В.Х., введенный в заблуждение своим двоюродным братом В.Ш., допустил самоуправные действия в отношении потерпевшего Ш.И. Утверждает, что на предварительном следствии к его подзащитному применялись недозволенные методы следствия, что его вина не доказана. Указывает, что осужденные Г. и К.А. не указывают на В.Х., как на лицо, с которым они встречались в квартире на Ленинском проспекте. Считает, что опознание В.Х. потерпевшим Ш.И. по голосу и фотографии является незаконным. Полагает, что нет веских доказательств о передаче В.Х. К.А. и Г. 3 тысяч долларов США. По этим основаниям просит приговор в отношении В.Х. отменить, а дело прекратить;

адвокат Сакал Д.В. указывает, что С.С. не мог быть одним из организаторов преступления, так как не знал В-вых. Сам С.С. насилия к потерпевшему Ш.А. не применял, даже не знал, где он находится. Утверждает, что С.С. не мог звонить потерпевшему Ш.И. 28 августа 1999 года, так как в это время находился в больнице. Просит приговор изменить, по ст. 163 ч. 3 п. п. "а", "б" УК РФ оправдать, а его действия по похищению людей переквалифицировать на ст. 126 ч. 2 п. п. "а", "д" УК РФ;

осужденный С. считает, что он виновен только в том, что незаконно лишил свободы потерпевшего Ш.А. Полагает, его действия должны быть переквалифицированы на ст. 127 УК РФ, кроме того, должно быть учтено, что он действовал в состоянии крайней необходимости и под принуждением;

адвокат Шинакова Г.А. также считает, что действия С. должны быть переквалифицированы со ст. 126 ч. 3 УК РФ на ст. 127 ч. 2 п. п. "а", "д" УК РФ, поскольку он потерпевшего не похищал, а только охранял его. Полагает, что в действиях С. нет и вымогательства, так как он никаких денег не требовал, не участвовал он и в организованной группе, поскольку многих участников преступления не знал, не был посвящен в детали совершаемого преступления. Утверждает, что суд не учел роль С. в данном преступлении, что он был вовлечен в его совершение и находился под влиянием Г. и К.А. Считает наказание чрезмерно суровым. Просит приговор по ст. 163 ч. 2 п. п. "а", "в" УК РФ отменить, а ст. 126 ч. 3 п. п. "а", "в" УК РФ переквалифицировать на ст. 127 ч. 2 п. п. "а", "д" УК РФ, по которой назначить С. наказание с применением ст. 64 УК РФ без конфискации имущества;

осужденный Ч. утверждает, что ничего преступного он не совершал, он только выполнял свою работу у С.С., управлял автомашиной. Никакого насилия и вымогательства не совершал и не знал об этом. В организованной группе не состоял. Полагает, что суд при назначении ему наказания не учел данные о его личности, семейное положение, не учел, что у него погашена судимость за 1993 и 1994 годы, и назначил чрезмерно строгое наказание. Просит приговор изменить, применить к нему ст. 64 УК РФ и снизить наказание. Кроме того, просит изменить режим содержания на более мягкий, а также отменить конфискацию имущества;

адвокат Харюкова Н.Н. полагает, что не опровергнуты доводы осужденного Ч. о том, что он не знал о совершенном преступлении. Считает, что показания Ч. на предварительном следствии, где он признавал свою вину, нельзя принимать во внимание, так как эти показания даны под давлением сотрудников милиции. Указывает на нарушения закона при опознании Ч. потерпевшими по фотографиям. Утверждает, что опознание потерпевшим Ш.И. Ч. происходило с нарушением закона, поскольку на опознание были представлены лица не сходные по внешности с Ч. Просит приговор в отношении Ч. отменить, а дело прекратить на основании п. 2 ст. 5 УПК РСФСР;

адвокат Эйстрих А.В. считает недоказанной вину В.Ш. в инкриминируемых ему преступлениях. Указывает на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом. Так, считает не опровергнутыми доводы В.Ш. о применении к нему недозволенных методов следствия, что его оговорили из мести. Полагает, что версия следствия и суда о том, что В.Ш. - главный организатор и инициатор данных преступлений, является ошибочной, поскольку он младший из братьев В-вых и по чеченским обычаям не может давать указания старшим. Утверждает, что предварительное следствие проводилось с нарушениями УПК РСФСР. Считает, что суд исключил из числа доказательств ряд протоколов следственных действий, путем умолчания их в приговоре. Указывает, что нельзя класть в основу приговора показания свидетеля Ш. о том, что в его присутствии К.А. среди других фотографий отобрал фото В.Х., В.Ш. и В., рассказав, что с этими лицами он договаривался о совершении преступления, поскольку УПК РСФСР предусматривает специальную процедуру опознания. Также, по его мнению, подлежат исключению из числа доказательств и показания свидетеля С.М. Просит приговор в отношении В.Ш. отменить, а дело прекратить;

защитник Козлов А.М. считает, что следствием и судом допускались нарушения норм УПК РСФСР, так в протоколе допроса следователь не указывал, кем был прочитан данный протокол, что его подзащитный Г. был задержан 1 июня 2000 года, а в протоколе задержания указано 2 июня 2000 года, хотя в это время Г. уже допрашивался следователем, о чем имеется соответствующий протокол (т. 1 л.д. 145). Утверждает, что суд необоснованно отклонял его ходатайства и ходатайства Г., в частности о выделении дела в отношении Г. и направлении на дополнительное расследование, что протокол судебного заседания велся необъективно. Утверждает, что показания потерпевшего Ш.А. противоречивы и на них не следует ссылаться в приговоре. Полагает, что поскольку Г. не совершал похищения потерпевшего, угрозы насилия не высказывал, в его действиях усматривается причинение вреда здоровью потерпевшего по неосторожности. Считает недоказанным вмененный признак организованной группы. Полагает, что Г. должен отвечать только за незаконное лишение потерпевшего свободы. Просит приговор отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение.

В письменных возражениях осужденный Г. считает доводы кассационной жалобы адвоката Шинаковой Г.А. о том, что С. был вовлечен в совершение преступления им, Г., необоснованными и просит оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы, изложенные в кассационных жалобах, Судебная коллегия находит, что вина П., Г., К., Р., М., В., В.Х., В.Ш., С.С., С. и Ч. в совершенных преступлениях подтверждается их собственными показаниями на предварительном следствии, признанными судом достоверными, а также показаниями потерпевших, свидетелей, заключениями экспертиз и другими материалами дела.

Так, из показаний потерпевшего Ш.И. видно, что 11 июля 1999 года он привез на летние каникулы своего сына А. в Москву. 23 августа 1999 года, примерно в 19 часов 30 минут вместе с сыном возвращался домой. Когда они зашли в подъезд дома по Кутузовскому проспекту, он увидел трех мужчин. Один из них оказался у него за спиной, в руках у него был пистолет "ТТ". Третий предъявил удостоверение и сказал, что они с Петровки. Сначала он подумал, что его будут грабить, сделал шаг назад, но в это время в подъезд зашел четвертый мужчина, седой, с лысиной на голове и предложил проехать с ними на Петровку поговорить. Седой открыл дверь подъезда, возле подъезда уже стояла автомашина ВАЗ 2109 красного цвета, в ней находился водитель. Ему с сыном предложили сесть в эту машину на заднее сиденье, рядом сел седой, на переднее сиденье сел мужчина, у которого был пистолет. Как только они выехали из арки дома, автомашина остановилась, и седой мужчина предложил ему с сыном пересесть в другую машину, что они и сделали, и под сопровождением тех же лиц поехали в направлении Каширского шоссе. В пути седой мужчина надел ему на голову черную вязаную шапочку таким образом, чтобы он не видел дорогу. Он понял, что в отношении него совершается преступление, и не оказывал сопротивления, боясь, что преступники применят оружие. Его с сыном привезли к какому-то зданию, завели на второй этаж. Там ему обмотали скотчем шапку, приковали наручниками к креслу. Сын в это время находился у него на коленях. В этом помещении он находился под охраной нескольких лиц, и покинуть его самостоятельно не мог. На следующий день, 24 августа 1999 года, примерно в 8 часов, под предлогом того, что ребенка необходимо перевести в более теплое место, у него забрали А. В 16 часов 30 минут 24 августа 1999 года его вывели из помещения и подвезли почти к самому дому. 27 августа 1999 года ему позвонил незнакомый мужчина и, представившись М.С., сообщил, что его сын находится в г. Грозном и он должен подготовить 8 миллионов долларов США для его выкупа. В последующем звонки с требованиями о выкупе поступали в его адрес неоднократно. Звонившие лица представлялись именем "Магомед" и другими именами. В результате переговоров через посредников он передал для вымогателей 50 тысяч долларов США. В последующем суммы вымогаемых у него денег постепенно уменьшались. Звонившие высказывали угрозы отрезать сыну палец, если он не заплатит выкуп. Кроме того, через посредников он передавал сыну лекарства и теплую куртку ярко-желтого цвета, просил сфотографировать сына в этой куртке. Негативы фотографии сына и его письмо он получил 20 ноября 1999 года. 21 декабря 2000 года ему звонил мужчина, представившись Магомедом, он сказал, что раз он не заплатил деньги, то его сыну отрезали палец, и он находится в будке телефона-автомата в футляре от аудиокассеты. 4 мая ему вновь звонил мужчина по имени Магомед и сказал, что пока он не заплатит деньги, они будут присылать ему пальцы сына и следующий палец он должен забрать в таксофонной будке на ул. Бутырской.

Из показаний потерпевшего Ш.А. усматривается, что после того как его с отцом привезли в какое-то здание, отца пристегнули наручниками к стулу, а он находился на коленях у отца. В помещении находилось еще не менее пяти мужчин. Утром следующего дня его вывели из помещения и насильно усадили в автомашину "Вольво" синего цвета, отец остался в помещении. Кроме него, в автомашине находилось еще трое человек, в том числе и седой мужчина. Его повезли в какой-то город, как впоследствии он узнал, - в г. Пензу. В Пензу они приехали примерно в 17 часов. По приезде в город машина, в которой он находился, стояла некоторое время. Седой мужчина уходил звонить по телефону-автомату. Затем к их машине подъехала автомашина "Опель-Сенатор" красного цвета, в которой находилось трое мужчин. "Вольво" некоторое время ехала за "Опелем", затем он был пересажен в "Опель". В машине находилось трое мужчин, одного он условно назвал "Сторож", этот человек впоследствии приносил ему еду, делал уколы, когда ему отрезали пальцы. Второго он назвал "Оператор", последний снимал его на видео- и фотокамеру. Затем его привезли в какую-то деревню и посадили в тесное подземелье, откуда он выйти не мог, поскольку выход был закрыт снаружи. В подвале он спал на скамейке, на которой не мог вытянуться в полный рост. Ему сообщили, что он находится в Дагестане, "Сторож" представился как М.С., "Оператор" - И. За несколько месяцев до его освобождения к ним присоединился еще один мужчина, он его назвал "Главный, или Начальник". Голос последнего он слышал и раньше, но увидел за два месяца до освобождения. Первоначально его хорошо кормили, в подземелье был свет, выводили на улицу, затем кормить стали реже, иногда он ел один раз в несколько дней, кормили в основном картошкой. Света в подвале больше не было. Через некоторое время после приезда "Оператор" снял его на фото и видео. Его заставили говорить на видеокамеру, что ему плохо, чтобы отец забрал его и выполнил все требования похитителей. Его заставляли писать отцу записки, чтобы он выполнял все требования похитителей, иначе ему отрежут пальцы. Записки он писал под диктовку "Сторожа". Зимой откуда-то привезли его куртку, но затем ее отобрали, в куртке его фотографировали, до этого фотографировали с бинтом на голове. Еще был случай, когда "Сторож" и "Оператор" его избили, затем бил один "Сторож", а "Оператор" снимал это на видеокамеру, и сильно смеялся. Зимой "Сторож" начал делать ему уколы в ягодицу и правую руку. В один из дней "Сторож" пришел вместе с мужчиной южной народности. Последний принес с собой большой нож с зазубринами на лезвии. При этом этот человек говорил, что хочет отрезать ему палец, так как папа за него не платит. "Сторож" держал его, а этот человек отрезал ему часть мизинца правой руки. Когда наступила весна, в подвале поднялась вода, нары, на которых он спал, перестроили выше. Вода также капала и с потолка, попадая ему на ноги, которые стали гнить. Он воспользовался полиэтиленовыми пакетами, в которых приносили ему еду, и стал оборачивать ими ноги. "Сторож" и "Начальник" перестали скрывать от него лица, и он стал бояться, думая, что они могут его убить. За некоторое время до его освобождения, "Сторож" ему вновь сделал укол, после чего "Начальник" отрезал тем же ножом часть мизинца левой руки, а в это время "Сторож" его держал. Со временем мизинец левой руки начал гнить. К концу его содержания в подвале, "Начальник" и "Сторож" стали злыми, кричали на него.

Из показаний свидетеля К.Е. видно, что на протяжении нескольких лет знаком с Г., С. и К.А. Летом 1999 года кто-то из них обратился к нему и предложил работу. Нужно было кого-то встретить и отвезти на его машине "Опель-Сенатор". Ему сказали подъехать к кинотеатру "Салют". В машине был С., К.А. и он. Когда он подъехал с ними к кинотеатру, к машине подошел Г. и сказал: "Вы езжайте, а за вами поедет машина". Через 10 - 15 минут к автомобилю подъехала автомашина "Вольво". К.А. вышел из машины и вернулся с мальчиком. К.А., С. и мальчика он отвез на дачу, которую ему указал К.А. За эту работу он получил от К.А. 1000 рублей.

Из показаний свидетеля Р.О. усматривается, что с Г. она познакомилась в июне 1999 года. Из окружения Г. ей известны С., и чеченец по имени Р.Н. Последний два или три раза приезжал в Пензу. Г. несколько раз в ее присутствии разговаривал по телефону с Р.Н., постоянно спрашивая, когда тот приедет в Пензу.

Из показаний свидетеля М.О. видно, что он знаком с С. Вместе с ним в июне 1999 года часто посещал дачу, расположенную в районе "Велозаводских дач". На дачу он приходил по просьбе С. Последний что-то делал в сарае, говорил о необходимости проводки электросети. Один раз по просьбе С. он выпилил доски. На этой же даче он видел К.А.

Из показаний свидетеля С.М. усматривается, что 5 октября 1999 года к ним в ГУБОБ пришел потерпевший Ш.И. и сообщил о похищении его сына. В ходе предварительного следствия были выявлены и задержаны лица, причастные к совершению этого преступления. В его присутствии, среди задержанных лиц, которые находились в его кабинете, потерпевший Ш.И. сообщил, что голоса У., В.Х. и В.Ш. похожи на голоса лиц, звонивших ему по телефону с требованием выкупа. Кроме того, он, С.М., участвовал в апреле 2000 года в видеонаблюдении за подсудимыми около "Макдоналдса". На первой встрече был П., М., Ш.Н., Ч., названные лица ждали К. На второй встрече присутствовали те же лица, позже приехал К. Указанные лица обсуждали тему, когда им будут выплачены деньги за мальчика. Обсуждался вопрос, поехать в Пензу и посмотреть мальчика, не получили ли чеченцы деньги без них.

Из показаний свидетеля Л. видно, что она знакома с В. С декабря 1999 года В. часто звонил в Пензу и разговаривал с мужчиной по имени К.Н. Из разговоров она поняла, что Р.Н. должен был передать К.Н. в Пензе деньги. Она помнит, что В. несколько раз ездил в Пензу, все поездки приходились на период апрель - май 2000 года. В марте 2000 года она и В. встречались с К.Н. и еще одним неизвестным ей мужчиной в городе Москве возле гостиницы "Салют". Позже она опознала Г., который представлялся по имени К.Н.

Суд первой инстанции тщательно проверил данные показания и дал им надлежащую оценку.

Судебная коллегия такую оценку, данную судом этим показаниям, находит правильной, поскольку они последовательны и согласуются с другими имеющимися в материалах дела доказательствами, в том числе:

с протоколами осмотра мест происшествия;

с протоколом опознания потерпевшими осужденных;

с актом судебно-медицинской экспертизы о том, что у потерпевшего Ш.А. имело место комбинированное болезненное состояние - травматическая ампутация (отделение) 5-х пальцев обеих кистей на уровне: правая кисть - головки основной фаланги; левая кисть - средней фаланги, с формированием культей, причинившая средней тяжести вред здоровью;

- трофические (от недостатка кровоснабжения и питания) язвы 1, 2, 5 пальцев правой стопы и 1 пальца левой стопы, области тазобедренного сустава;

- гнойный артрит (воспаление) межфаланговых суставов 5 пальца правой кисти;

- "стрессовая" язва луковицы 12-перстной кишки, сопровождавшаяся внутрижелудочным и внутрикишечным кровотечением;

- алиментарная дистрофия по смешанному типу развития. Алиментарная дистрофия и "стрессовая" язва относятся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

с актом биологической экспертизы о том, что на кусках марли, в которые были завернуты фрагменты фаланг 5-х пальцев обеих кистей рук, обнаружена кровь, идентичная группе крови Ш.А.;

с актом медико-криминалистической экспертизы о том, что отчленение фаланг пальцев, а также повреждения на марле, в которую был завернут палец правой кисти, производились ножом, изъятым при осмотре места происшествия в г. Пензе с участием С.

Доводы кассационных жалоб о применении к осужденным недозволенных методов расследования были предметом тщательного исследования в ходе судебного разбирательства, которые обоснованно признаны неубедительными с приведением в приговоре соответствующих мотивов.

Доводы осужденных П., Г., Р., М., Ч., С., К. о том, что они ни в какой организованной группе не состояли, что многих из группы не знали, не знали и конечной цели похищения, а также защитника Козлова А.М. о том, что не доказан признак организованной группы, судом проверялись, и подтверждения не нашли. При этом суд обоснованно указал в приговоре, что всем осужденным, кроме У., была известна цель, с которой 23 августа 1999 года совершалось преступление, а именно похищение потерпевших и удержание одного из них в неволе до получения выкупа. Действовали она в составе организованной группы, которая отличалась организационной сплоченностью и внутренней дисциплиной, в которой были свои руководители и исполнители. Их организационная связь, согласованность действий проявилась в использовании пароля для связи с сообщниками в г. Пензе, подготовка последними помещения, где намечалось содержать пленника, в обеспечении преступной группы транспортом для поездки к дому потерпевших и использование транспорта при вывозе похищенных с места преступления и к месту дальнейшего их содержания в г. Москве и в г. Пензе.

Несостоятельными являются и доводы осужденных и их адвокатов об исключении из числа доказательств протоколов показаний потерпевших, проведенных на территории другого государства, поскольку законом такого не предусмотрено.

Доводы защитника Козлова А.М. о подложности протокола задержания Г. от 2 июня 2000 года, так как он был задержан 1 июня 2000 года, являются необоснованными, поскольку суд указал в приговоре срок отбытия наказания Г. с 1 июня 2000 года, то есть с момента фактического задержания. Протокол судебного заседания велся в соответствии со ст. 264 УПК РСФСР, замечания на него рассматривались на основании ст. 266 УПК РСФСР.

Утверждения осужденного Г. о нарушении его прав, выразившихся, как он считает, в том, что адвокат Таиров Т.М. его плохо защищал, что не разрешались его ходатайства, что он не был ознакомлен с материалами дела после вынесения приговора, что не вовремя было вручено обвинительное заключение, являются необоснованными, поскольку дело рассмотрено в соответствии с требованиями УПК РСФСР.

Доводы осужденного Г. о том, что преступление он совершил в условиях крайней необходимости, и доводы адвоката Эйстриха о том, что привлечение к уголовной ответственности осужденного В.Ш. явилось местью со стороны должностных лиц МВД Чечни, судом проверялись и подтверждения не нашли.

Материалы дела исследованы с достаточной полнотой, в том числе дана оценка и имеющимся в деле заключениям судебных экспертиз, существенных нарушений норм УПК РСФСР по делу не имеется, поэтому Судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия считает, что суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и обоснованно пришел к выводу о виновности П., Г., К., Р., М., В., В.Х., С.С., С., Ч. и В.Ш. в инкриминируемых им преступлениях.

Действия осужденных квалифицированы правильно.

При назначении П., Г., К., Р., М., В., В.Х., С.С., С., Ч. и В.Ш. наказания суд учел общественную опасность содеянного, обстоятельства дела, а также данные, характеризующие их личность, в том числе и те, на которые указывается в кассационных жалобах. Назначенное им наказание нельзя признать несправедливым вследствие суровости, поэтому Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалоб о смягчении наказания осужденным.

Вместе с тем коллегия считает необходимым изменить приговор в части назначения Ч. вида исправительного учреждения, поскольку в 1997 году он был судим за совершение тяжкого преступления по ст. 206 ч. 2 УК РСФСР. В связи с изменением закона в настоящее время ст. 213 ч. 2 УК РФ (206 ч. 2 УК РСФСР) не относится к категории тяжких преступлений. Поэтому в соответствии со ст. 58 УК РФ Ч. должен отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима.

Руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Московского городского суда от 12 апреля 2002 года в отношении Ч. изменить, назначить ему отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима. В остальном приговор о нем, а также в отношении П., Г., К., Р., М., В., В.Х., С.С., С. и В.Ш. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"