||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 февраля 2003 года

 

Дело N 82-о03-5

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в составе:

 

    председательствующего                          Свиридова Ю.А.,

    судей                                       Тонконоженко А.И.,

                                                    Эрдыниева Э.Б.

 

рассмотрела в судебном заседании 28 февраля 2003 года дело по кассационным жалобам осужденного Ч., адвокатов Буракова В.Е. и Ергина И.А. на приговор Курганского областного суда от 6 декабря 2002 года, которым

Ч., <...>, несудимый,

осужден по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. "а" УК РФ на 8 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Тонконоженко А.И., мнение прокурора Глумовой Л.А., полагавшей приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

Ч. признан виновным в покушении на умышленное причинение смерти Ч.И., П., К. на почве личных неприязненных отношений.

Преступление совершено 1 июля 2002 года в г. Далматово Курганской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационных жалобах:

- осужденный Ч. просит об отмене приговора, прекращении дела, ссылаясь на то, что потерпевшие сами напали на него и вынужден был достать складной нож и размахивать им, чтобы напугать нападавших. Ч.И. и П. ударов ножом он не наносил. Суд не учел показания М. о его избиении в парке;

- адвокат Бураков В.Е. просит об отмене приговора в отношении Ч., прекращении дела за отсутствием состава преступления, ссылаясь на то, что суд вышел за пределы предъявленного Ч. обвинения, указав, что осужденный преступление совершил не из хулиганских побуждений, а на почве личных неприязненных отношений в ходе драки. Потерпевшие сами внезапно напали на Ч. Когда осужденный увидел, что О. лежит в крови, а Ч.М. пинают, он, опасаясь за свою жизнь, здоровье и жизнь Марата и Адама, достал складной нож и, обороняясь от напавших лиц, стал размахивать в разные стороны, при этом, всем троим удары нанести не мог, удар он нанес только Ч.И. При отсутствии признаков необходимой обороны действия осужденного могут быть квалифицированы по ст. 111 ч. 1 УК РФ. По мнению адвоката, по делу установлено, что П., К., Ч.И. и их друзья в количестве 8 человек напали на Ч-вых и О., стали их избивать, поэтому осужденный вынужден был защищаясь, применить имевшийся у него нож, то есть, осужденный действовал в состоянии необходимой обороны;

адвокат Ергин И.А. просит об отмене приговора, направлении дела на новое рассмотрение, ссылаясь на то, что выводы суда не основаны на материалах дела, а в действиях Ч. имеется необходимая оборона.

В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель просит приговор оставить без изменения, ссылаясь на то, что из показаний потерпевших, свидетелей следует, что ножевые ранения потерпевшим причинил осужденный, а Ч.М. ударов ножом потерпевшим не наносил, О. дрался с О-вым Ч. был одним из тех, кто участвовал в развязывании ссоры с П. возле бара, что опровергает доводы адвоката о нахождении осужденного в состоянии необходимой обороны.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению.

Вина Ч. в умышленном причинении ножевых ранений потерпевшим кроме личного частичного признания подтверждена показаниями потерпевших, свидетелей, заключениями экспертиз, другими исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами.

Доводы Ч. о том, что нож он применил в целях самообороны, судом были тщательно проверены и обоснованно признаны несостоятельными.

Как видно из материалов дела и правильно установлено судом, причинению ножевых ранений потерпевшим предшествовала ссора Ч. с П. возле бара. Сам Ч. не отрицал, что возле бара и он подходил к П., оттолкнул его. После этого он с Маратом, О. и М. быстро ушли в парк, куда приехали на машине потерпевшие и другие бывшие с ними лица, где произошел конфликт и он применил нож.

Через несколько минут эта ссора переросла в драку в парке, при этом на Ч. не было совершено реального посягательства, сопряженного с насилием. Осужденный первым нанес ножевое ранение Ч.И., когда тот только вышел из автомашины и ничем не угрожал осужденному.

Из показаний потерпевшего К. следует, что в парк он и другие потерпевшие поехали чтобы урегулировать конфликт, возникший возле бара, где был избит П. Они хотели поговорить с обидчиками. Но как только из автомашины вышли Ч.И. и П., он услышал крик о ноже. Ч. был сверху П., а когда он оттаскивал осужденного, тот ударил его ножом два раза. Он оттолкнул Ч., увидел кровь, сам ударов не наносил.

У суда не было оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевших, поскольку их показаний согласуются с показаниями свидетелей И., О., Б. и других, которые были очевидцами происшедшего.

Выводы суда о том, что именно осужденным были причинены ножевые ранения всем троим потерпевшим, согласуются не только с показаниями потерпевших, но и с заключением физико-технической экспертизы, из которого следует, что колото-резаные повреждения на предметах одежды К., П., Ч.И. могли быть причинены одним орудием.

Вместе с тем, судом неправильно действия Ч. квалифицированы, как покушение на умышленное причинение смерти трем лицам.

Действия Ч. расценены судом как покушение на умышленное убийство трех лиц исходя не из его отношения к содеянному и направленности умысла, а из наступивших последствий - причинения К. и П. тяжкого вреда здоровью, нанесения ранений потерпевшим ножом в течение незначительного промежутка времени.

В соответствии со ст. 30 ч. 3 УК РФ, покушением на преступление признаются умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Как на предварительном следствии, так и в судебном заседании Ч. показывал, что он никого не хотел убивать. Таких намерений Ч. не высказывал ни во время конфликта с П. возле бара, ни в парке в процессе причинения потерпевшим ножевых ранений.

По делу установлено, что ни один потерпевший после полученных ранений не падал. Более того, как показал Ч.И., после полученного ножевого ранения он побежал за осужденным, но не догнал, ушел домой и вызвал скорую помощь.

Из показаний потерпевшего К. следует, после полученных двух ударов ножом он смог оттолкнуть Ч., после этого его увезли в больницу.

Таким образом, Ч. ничего не препятствовало при наличии умысла на убийство потерпевших, довести его до конца. Однако он не только не предпринимал таких действий, но, напротив, сам убежал с места происшествия.

Поскольку по делу установлено, что осужденный действовал не с прямым, а с косвенным умыслом, Ч. должен нести ответственность не за те последствия, которые могли наступить, а только за те последствия, которые реально наступили, то есть, за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью К. и П., легкого вреда здоровью Ч.И.

При таких обстоятельствах действия Ч., связанные с причинением тяжкого вреда здоровью К. и П. следует переквалифицировать со ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. "а" УК РФ на ст. 111 ч. 3 п. "б" УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью двум лицам.

Ч.И. был причинен легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья. Эти действия Ч. следовало бы квалифицировать по ст. 115 УК РФ. Но поскольку уголовное дело о преступлении, предусмотренном указанной статьей возбуждается не иначе как по жалобе потерпевшего, а Ч.И. такой жалобы не подавал и в суде заявил, что он не желает привлекать Ч. к уголовной ответственности, в этой части дело в отношении Ч. на основании ст. 24 ч. 1 п. 5 УПК РФ подлежит прекращению.

Несостоятельной является и ссылка адвоката на то, что суд вышел за пределы предъявленного Ч. обвинения, признав, что причинение ножевых ранений потерпевшим было не из хулиганских побуждений, а на почве личных неприязненных отношений.

Судом обвинение изменено в сторону смягчения, с исключением одного из квалифицирующих признаков вмененной Ч. статьи УК РФ, что не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона.

В связи с изменением квалификации действий Ч. и уменьшением объема обвинения наказание подлежит снижению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Курганского областного суда от 6 декабря 2002 года в отношении Ч. изменить, переквалифицировать его действия со ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. "а" УК РФ на ст. 111 ч. 3 п. "б" УК РФ, по которой назначить ему семь лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ст. 24 ч. 1 п. 5 УПК РФ уголовное дело в отношении Ч. в части причинения им ножевого ранения Ч.И. прекратить за отсутствием заявления потерпевшего.

В остальном приговор оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного Ч., адвокатов Буракова, Ергина - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"