||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 февраля 2003 г. N 20-о02-67

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Каримова М.А.,

судей Ворожцова С.А., Колоколова Н.А.

рассмотрела в судебном заседании от 17 февраля 2003 года кассационное представление государственного обвинителя Керимова С.А., кассационные жалобы осужденного М. и адвоката Никифорова В.Д., на приговор Верховного Суда Республики Дагестан от 29 июля 2002 года, которым:

М., <...>, ранее судимый - по п. "а" ч. 3 ст. 162, п. "а" ч. 3 ст. 158, п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162, ч. 4 ст. 222, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 13 годам лишения свободы с конфискацией имущества, осужден -

по п. п. "а", "б", "е" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР к 8 годам лишения свободы с конфискацией имущества;

по ч. 1 ст. 209 УК РФ к 9 годам лишения свободы с конфискацией имущества;

по ч. 3 ст. 222 УК РФ к 6 годам лишения свободы;

по ч. 3 ст. 146 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы с конфискацией имущества.

На основании ст. 40 УК РСФСР по совокупности преступлений назначено 13 лет лишения свободы с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 ч. 5 УК РФ путем частичного сложения наказания, назначенного приговором по настоящему делу и по приговору от 15 июня 2001 года окончательно назначено М. 20 лет лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии строго режима.

Постановлено взыскать с М. по принципу солидарной ответственности с осужденными приговорами Буйнакского городского суда РД от 9 июня 1994 и 13 июня 1997 годов Б., М.Г., Г. 700 тыс. рублей (в ценах 1993 года) в пользу А.П.

Постановлено взыскать с М. по принципу солидарной ответственности с осужденными Верховным Судом Республики Дагестан 29 декабря 1998 года:

1. А.Г., А.М. и А.М.Х. 139 млн. 793 тыс. рублей (в ценах марта 1996 года) в пользу потерпевшего К.

2. А.Г., М.С., А.М.Х. и Ш. 58 млн. рублей (в ценах 1996 года) в пользу потерпевшей К.У.

3. А.М.Х., Ш., М.С., А.Э. и А.Г. 59 млн. 780 тыс. рублей (в ценах июля 1996 года) в пользу потерпевшего Г.М.

4. А.Г., А.Э. и М.С.М. 99 млн. 550 тыс. рублей (в ценах сентября 1996 года) в пользу И.

Этим же приговором М. оправдан по предъявленным обвинениям в совершении преступлений, предусмотренных п. п. "а", "е" ст. 102, ч. 1 ст. 218 УК РСФСР и п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 162 УК РФ на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ - за непричастностью к совершению преступлений.

М. признан виновным и осужден за то, что 26 апреля 1993 года совершил разбойное нападение на А-вых по предварительному сговору группой лиц с проникновением в жилище, с применением оружия - ножа.

Кроме того, он осужден за то, что в начале марта 1996 года создал вооруженную устойчивую группу - банду, в период с марта по сентябрь 1996 года осуществлял руководство этой бандой совместно с А.Г., неоднократно приобрел, хранил, носил, передавал другим членам банды и использовал огнестрельное оружие и боеприпасы.

М. признан виновным и осужден также за то, что в периоде с 15 марта 1996 года по 21 сентября 1996 года в составе банды совершил разбойные нападения на К-вых, К-овых, Г-вых, И-вых.

Преступления М. совершены в городах Буйнакске и Махачкале Республики Дагестан при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Он же обвинялся в том, что совершил убийство А. 26 апреля 1993 года, совершил разбойное нападение на К-новых 18 февраля 1997 года и незаконно хранил и приобрел боеприпасы - 19 патронов калибра 5,6 мм в 1993 году.

По обвинению в этих преступлениях М. оправдан за непричастностью к совершению преступлений.

Заслушав доклад судьи Ворожцова С.А., объяснения осужденного М. в режиме видеоконференцсвязи, поддержавшего доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Асанова В.Н., поддержавшего представление и просившего отменить приговор в части оправдания М. за убийство А. и за разбойное нападение на К-новых, переквалифицировать действия М. со ст. 222 ч. 3 УК РФ на ст. 218 УК РСФСР, а в остальном, полагавшего необходимым оставить приговор без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационной жалобе осужденный М. выражает свое несогласие с приговором из-за необъективного рассмотрения уголовного дела. Осужденный в жалобе указывает, что не была обеспечена в суд явка свидетелей, а их показания были необоснованно зачитаны в суде, против чего он и его адвокат возражали. Никто из лиц, ранее осужденных за эти преступления не показал, что он - М. - принимал участие в совершении разбойных нападений, а показания, которые эти лица давали на предварительном следствии, были выбиты с них работниками милиции под моральным и физическим давлением. Несмотря на то, что у него не было обнаружено и изъято оружия и боеприпасов, суд необоснованно вменил ему ст. 222 ч. 3 УК РФ. Никто не свидетельствовал, что он имел отношение к найденному оружию.

Преступлений он совершить не мог, так как находился в это время в городе Красноярске. При назначении наказания суд не учел его положительные характеристики и наличие у него малолетнего ребенка.

Адвокат Никифоров В.Д. в кассационной жалобе просит приговор отменить и направить дело на новое судебное разбирательство.

По мнению адвоката, изложенному в жалобе вина М. в инкриминируемых ему преступлениях не доказана.

Судом грубо нарушены требования уголовного и уголовно-процессуального законодательства. В нарушение требований ст. ст. 9 и 10 УК РФ М. назначено наказание по ст. 222 ч. 3 УК РФ в виде 6 лет лишения свободы, тогда как ст. 218 ч. 1 УК РСФСР, действовавшая в то время, предусматривала максимальное наказание в виде 5 лет лишения свободы.

При сложении наказаний по приговору от 15 июня 2001 года и по настоящему делу суд необоснованно руководствовался ст. 69 ч. 5 УК РФ, а должен был руководствоваться ст. 40 УК РСФСР в соответствии с которой окончательное наказание не может превышать 15 лет лишения свободы. Судом же необоснованно назначено 20 лет лишения свободы.

В кассационном представлении государственного обвинителя содержится просьба об отмене приговора в отношении М.

При этом автор представления полагает, что суд необоснованно исключил из обвинения Магомедова эпизоды убийства А. и разбойное нападение на семью К-новых.

По мнению государственного обвинителя факт совершения М. этих преступлений подтверждается показаниями Б., допрошенного в качестве подозреваемого о том, что убийство потерпевшего совершил М. и что такие же показания на предварительном следствии давал И.М.

В представлении анализируются показания потерпевшей А.П. и свидетеля А.С., и делается вывод о том, что эти лица подтверждали совершение убийства А. М. на предварительном следствии, а в судебном заседании под давлением родственников М. отказались от этих показаний. Государственный обвинитель просит дать критическую оценку показаниям этих лиц в судебном заседании.

Факт совершения этого преступления по мнению автора представления подтвержден также показаниями свидетеля Х.

Далее в представлении анализируются показания А.М., потерпевшего К-нова и потерпевшей К-новой и делается вывод о том, что М. принимал участие в разбойном нападении на К-новых. Как отмечается в представлении, суд этим доказательствам дал неправильную оценку.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия находит вину осужденного М. установленной проверенными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами.

Участие М. в разбое на семью А-вых 26 апреля 1993 года в гор. Буйнакске подтверждается:

- показаниями осужденного приговором Буйнакского городского суда РД от 4 июня 1994 года Б. о том, что в конце апреля 1993 года по предложению Г. по кличке "Хынды" и Надыра они из г. Махачкалы приехали в г. Буйнакск к знакомому Г., М. Встретившись в г. Буйнакске с М. и его другом И.М., они впятером поехали домой к последнему. В ходе разговора Г. "Хынды" спросил, есть ли наколка. На что И. ответил, что есть, что в центре города проживают мать с дочкой, которые ездят за границу, а затем перепродают вещи. Они договорились ночью совершить разбойное нападение на этих лиц. М., Г. и И.М. пошли к знакомому, т.е. М.Г. договориться насчет автомашины для этого. Затем они тоже пошли к М.Г. У последнего дома пили водку. Потом заранее приготовили маски и ножи. Примерно после двух часов ночи все они сели в автомашину "Москвич" белого цвета и под управлением М.Г., приехали в центр города Буйнакска. Впереди рядом с водителем сидел М. и показывал дорогу как ехать. Когда автомашина остановилась рядом с одним домом водитель М.Г. остался в машине, а они впятером, надев маски, пошли пешком. М. и Г. поднялись на крышу дома, оттуда спустились на балкон и через форточку проникли в одну квартиру и изнутри открыли им входную дверь. Он, Б., зашел в комнату, где лежали женщина с ребенком, с ним же был И.М. М. и другие стали требовать у женщины деньги, золото. Он, Б., снял ковры, взял из сундука деньги.

После этого они связали руки и ноги жене и дочери хозяина дома. И.М. сказал им, что проникли и напали не в той квартире, где планировалось. Они забрали из этой квартиры два ковра, туфли, куртку, три магнитофона, 40 тыс. руб., серьги, браслет, кольцо и другие вещи, после чего похищенное погрузили на машину и поехали на поляну, где поделили похищенное.

Аналогичные показания об этом разбойном нападении, в том числе и об участии в нем М. давал и другой осужденный за это преступление И.М. (умерший 27 октября 2000 года).

Оглашены и исследованы в судебном заседании эти показания были с согласия сторон. Оснований не доверять показаниям этих лиц у суда не имелось, поскольку они были получены с соблюдением закона, согласуются между собой и с другими доказательствами.

В частности об обстоятельствах нападения, так же как об этом рассказывали И.М. и Б., показывали потерпевшая А.П. и свидетель А.С.

Свидетель Х. показывала, что Н. ей рассказала, как давала "наводку" М. и И.М. ограбить богатую женщину. М., И.М. и еще трое ребят поехали грабить эту женщину, но по ошибке попали не к ней, а в квартиру водителя аптеки, которого ограбили и убили. Утром М. и И.М. посылали ее на место происшествия узнать обстановку.

Кроме того вина М. в совершении этого преступления подтверждена показаниями свидетеля К.Д., протоколом осмотра местности "Лакская поляна", протоколом опознания.

Факт совершения разбойного нападения М. на семью К-вых 15 марта 1996 года подтвержден показаниями осужденного ранее за это преступление А.М.Х. о том, что в начале марта 1996 года "совершить разбойное нападение на К-вых договорились о А.Г., М., А.М. по кличке "Солдат-Мага" и знакомым М. по имени Ахмед.

Для совершения этого разбойного нападения он вместе с М., А.М. и парнем по имени Ахмед 13 - 14 марта 1996 г. изучали место расположения дома К-вых, пути проникновения в жилище. А. приготовил для этого матерчатые маски и перчатки.

После этого 15 марта 1996 года, примерно в 10-ом часу ночи, он, А.М.Х., вместе с М., А.М. и парнем по имени Ахмед в сопровождении А. подошли к домовладению К-вых по указанному адресу. Они надели маски на лица и через крышу соседнего дома проникли во двор, а А. с места происшествия скрылся, так как хорошо знал К-вых. При этом М. был вооружен автоматом Калашникова и гранатой Ф-1, А.М. был вооружен автоматом Калашникова и ножом, Ахмед был вооружен обрезом из охотничьего ружья, полученным у А.Г.

Во дворе К-вых они прятались до 6 часов. Утром, примерно в 6 часов, из дома К-вых вышел пожилой мужчина и подошел к водяному крану. В этот момент М. и А.М. напали на него, прикладами автоматов повалили его на землю, после чего затащили в одну из комнат, где оказалась пожилая женщина. Она, увидев их в масках, с оружием и побитого ее мужа, стала кричать. А.М. нанес женщине побои, повалил ее, после чего они связали руки и ноги мужчине и женщине. В рот женщине затолкали кляп, чтобы она не кричала. Он получил у Ахмеда обрез и сторожил мужчину и женщину. Через некоторое время М. и другие привели еще женщину, мужчину и детей. Затем в комнату завели и еще одного мужчину, которого после их требований выдать деньги, ценности К. по телефону вызвал к себе с валютой и деньгами.

Пока он, А.М.Х., сторожил жильцов дома, М., А.М. и Ахмед ходили с К., обыскивая домовладение с целью обнаружения и изъятия денег, ценностей, носильных вещей, угрожая расправой К. и другим членам его семьи.

Из жилища К-вых они похитили 20 млн. рублей, 18 тыс. 300 долл. США, носильные вещи, видеоаппаратуру, радиотелефон. Похищенное погрузили в автомашину ВАЗ-2106, принадлежащую К-вым и под управлением М. вместе с К., на голову которого они надели пиджак, чтобы он ничего не видел, выехали в район магазина "Электроника". В районе этого магазина они оставили К. в автомашине ВАЗ-2106, а сами с похищенным сели на маршрутное такси и скрылись. Из похищенного он получил 5 тыс. долл. США. Среди похищенных вещей был и видеомагнитофон "Панасоник", который забрал себе М.

Оснований не доверять этим показаниям у суда не имелось. Показания А.М.Х. полностью согласуются с показаниями А.Г. о том, что в этом разбойном нападении принимал участие среди других и М., с показаниями потерпевших К., К.П., К.Г. также подробно описавших фактические обстоятельства совершенного на них нападения с применением оружия и похищения имущества.

Вина М. подтверждается также протоколом обыска в доме М.М. - брата М. об обнаружении и изъятии видеомагнитофона "Панасоник", похищенного у потерпевших и впоследствии опознанных потерпевшим К.

Вина М. в совершении разбойного нападения на К-овых 29 июля 1996 года подтверждена показаниями ранее осужденных за это преступление Ш., А.Г. и А.М.Х., которые согласуются между собой и с показаниями потерпевших и соответствуют фактическим обстоятельствам совершения разбойного нападения. Из показаний этих лиц видно, что организовал вооруженное нападение на К-овых М. Он же заранее распределил роли между участниками организованной вооруженной группы, он же руководил этой группой во время совершения разбойного нападения. После совершения разбойного нападения похищенное было вывезено на квартиру М., где последний распределил награбленное между всеми, кто участвовал в совершении преступления.

По делу достоверно установлено, что осужденный за это преступление М.С. по кличке "Сакура", который в составе этой организованной группы участвовал в разбойных нападениях на К-овых и Г-вых, при совершении другого разбойного нападения был задержан хозяином дома и доставлен в РОВД. Потерпевший, задержавший его, добровольно выдал обрез из двуствольного охотничьего ружья 16 калибра, отобранный им у М.С.

А.Г. и А.М.Х. опознали этот обрез как оружие, подаренное последним М.С. после разбоя на К-овых и которое использовалось еще при разбое на Г-вых.

Из показаний потерпевшей К.У. в ходе предварительного и судебного следствия видно, что в ту ночь примерно в 4-ом часу к ним в дом проникли 4 вооруженных лица в масках, которые под угрозой применения оружия и с применением насилия над ними похитили деньги, золотые ювелирные изделия, носильные вещи, телевизор, видеомагнитофон, всего личного имущества и денег на общую сумму 61 млн. 500 тыс. рублей.

В ходе разбойного нападения ее супругу К.А. были причинены телесные повреждения. Преступники связывали их. Для вывоза похищенного использовали их автомашину ВАЗ-2106, которая впоследствии была обнаружена в городе Махачкале.

Аналогичные показания дала на предварительном следствии и в суде потерпевшая К.С.

Ш.Г. по фотографии опознала М., у которого она купила комплект кольцо и серьги, которые как правильно установлено по делу были похищены у потерпевших.

Факт совершения М. разбойного нападения на Г-вых подтвержден показаниями А.М.Х., Ш., А.Г., ранее осужденных за это преступление.

Все они показывали, что к преступлению предварительно готовились. В течение двух дней изучали место расположения дома, возможные места проникновения в дом, возможные пути подхода и отхода. На преступление шли вооруженными. М. был вооружен пистолетом Макарова. Другие - обрезом и ножом. Для всех были приготовлены маски и перчатки. М. участвовал во взломе железной решетки на окне, проникал вместе с другими в дом, связывал потерпевших, вместе с другими требовал выдачи денег и ценностей, угрожал оружием. М. участвовал и в непосредственном изъятии имущества.

Эти показания полностью согласуются с показаниями потерпевших М.П., Г.М., Г.М.М. об обстоятельствах нападения на них лиц в масках с оружием. Среди оружия потерпевшие и называли пистолет, который как правильно определил суд находился в руках М.

Заключением судебно-медицинских экспертов подтверждено причинение потерпевшим телесных повреждений в ходе этого нападения на них.

Вина М. в разбойном нападении на семью И-вых подтверждена показаниями А.Г. о том, что в доме М. они договорились совершить это нападение.

Согласно договоренности 20 сентября 1996 г. к нему на автомашине "Мерседес" приехали М., А.И., А.Э. и неизвестный ему мужчина. Он вызвал соседа М.С.М. и все вместе поехали к дому И-вых.

А.Э. оставалась в машине "Мерседес" для подачи сигнала в случае возникновения опасности. Он, А.Г., был вооружен обрезом из охотничьего ружья, М. - пистолетом Макарова. Они все вместе в масках и перчатках, примерно в 1 часу 21.09.96 проникли в дом И-вых. М.С.М., который был без маски, оставался у ворот, боясь, что его могут опознать. С применением насилия, под угрозой применения оружия они похитили у потерпевших золотые изделия, деньги, большое количество носильных вещей. Связав за руки и ноги потерпевших, погрузили похищенное в автомашину и скрылись с места происшествия.

С похищенным он, М., А.Э., А.И. и незнакомый мужчина приехали домой к М., где среди похищенного он увидел мужскую дубленку, каракулевую шубу, множество золотых ювелирных изделий, большое количество носильных вещей.

Потерпевшая И. показала, что в 1 час ночи 21.09.96 к ней в жилище проникли 5 вооруженных лиц в масках и с оружием. С применением насилия, опасного для жизни и здоровья ей, членам ее семьи, сестре А.Д., под угрозой применения оружия нападавшие похитили денег, золотых ювелирных изделий, носильных вещей и других ценностей на сумму 114 млн. 450 тыс. рублей. Нападавшие связали их всех за руки и ноги.

Впоследствии она узнала, что в разбойном нападении принимали участие А.Г. и М.С.М., которые проживают в соседней линии.

Аналогичные показания дали при расследовании и рассмотрении дела и другие потерпевшие - И.Р. и А.Д.

Все показания свидетелей и потерпевших, не явившихся в судебное заседание, оглашались судом с согласия сторон, что подробно зафиксировано в протоколе судебного заседания.

Все приведенные в приговоре доказательства, как правильно указал суд согласуются и с показаниями самого М. данных на предварительном следствии с участием адвоката, защищавшего его интересы и в судебном заседании. М. признал вину в разбойных нападениях на потерпевших К-вых, К-овых, Г-вых и И-вых, объяснил, что за давностью времени запамятовал, с кем конкретно и при каких обстоятельствах он совершил эти преступления. Кроме того, после этого он совершил разбойные нападения и в гор. Красноярске и осужден там. И все это также отразилось на его памяти о преступлениях, совершенных в гор. Махачкале. Разбойные нападения на перечисленных выше потерпевших он совершил в группе с другими, с оружием и в масках.

Оснований не доверять этим показаниям у суда также не имелось.

Участие М. в совершении преступлений, за которые он осужден, подтверждается и приговорами Верховного Суда Республики Дагестан от 29 декабря 1998 года и Буйнакского городского суда Республики Дагестан от 9 июня 1994 и 13 июня 1997 годов.

Таким образом приведенными в приговоре доказательствами полно установлены фактические обстоятельства создания М. в соучастии с другим лицом указанной устойчивой вооруженной группы (банды), руководства ею, и непосредственного участия в ее составе при вооруженных нападениях.

Создателями этой банды вначале в нее были вовлечены А.М.Х., А.М. и неустановленное лицо, а в дальнейшем новые члены в лице Ш., М.С., М.С.М., А.Э. и других. Все они заранее объединились для совершения нападений на граждан. В таком стабильном составе эта банда существовала в течение длительного времени и, как правильно установлено в судебном заседании, в разное время и в разных составах, совершила четыре разбойных нападения на граждан.

Суд правильно в приговоре указал, что, создавая эту банду, М., помимо приискания соучастников, при не установленных следствием обстоятельствах неоднократно, незаконно приобретал, хранил у себя в квартире, передавал членам банды, носил с собой и использовал при разбойных нападениях огнестрельное оружие - автоматы, пистолеты, обрезы из охотничьих ружей, боевые припасы к ним, гранаты, ножи и другое, и именно это оружие использовалось при совершении разбойных нападений.

Правильно в приговоре отмечено, что М. подыскивались объекты для таких нападений, после чего изучались места расположения их, пути проникновения в жилища и ухода. Как правило, эти нападения планировались М. у себя в квартире в доме по ул. О. Кошевого гор. Махачкалы Он же распределял роли каждому члену банды при этом и обеспечивая их оружием, масками, перчатками. Между членами этой банды существовала тесная взаимосвязь, при совершении нападений, они действовали согласованно, а после этого все похищенное перевозилось в ту же квартиру М. и его сожительницы А.Э., где оно распределялось между ними, а также реализовывалось.

Судом проверялись заявления М. о якобы имевшемся у него алиби и обоснованно и мотивированно в приговоре опровергнуты.

Поэтому Судебная коллегия находит доказанной вину и в совершении этих преступлений, а также правильной квалификацию всех преступных действий осужденного М. по ч. 1 и ч. 3 ст. 209, ст. 146 ч. 2 п. п. "а", "б", "е", ст. 146 ч. 3 УК РСФСР.

Таким образом доводы кассационных жалоб о том, что М. не участвовал в создании банды и в совершаемых ею преступлениях, разбойных нападений и незаконных действий с оружием не совершал, Судебная коллегия находит несостоятельными.

Вместе с тем, Судебная коллегия считает, что суд, правильно установив вину М. в незаконных действиях с оружием, ошибочно квалифицировал действия осужденного в этой части обвинения по ч. 3 ст. 222 УК РФ.

Как видно из приговора, все действия М. по неоднократному, незаконному приобретению, хранению у себя в квартире, передаче членам банды, ношении с собой и использовании при разбойных нападениях огнестрельного оружия - автоматов, пистолетов, обрезов из охотничьих ружей, боевых припасов к ним, гранат были совершены в период с марта по сентябрь 1996 года, то есть в период действия УК РСФСР.

В соответствии со ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения преступления.

Новый закон в соответствии со ст. 10 УК РФ имеет обратную силу лишь в случаях, если он смягчает наказание или иным образом улучшает положение лица, совершившего преступление.

Поэтому суду надлежало квалифицировать эти действия по ч. 1 ст. 218 УК РСФСР в редакции Закона от 24 апреля 1995 года, поскольку этот Закон является более мягким по сравнению со ст. 222 ч. 3 УК РФ.

В связи с изложенным, Судебная коллегия считает, что действия Магомедова в этой части обвинения необходимо квалифицировать по ст. 218 ч. 1 УК РСФСР в редакции Закона от 24 апреля 1995 года, а наказание за это преступление подлежит назначению в пределах срока, предусмотренного санкцией этого Закона. Оснований к смягчению наказания за это преступление Судебная коллегия не усматривает.

Доводы кассационных жалоб в этой части о неправильной квалификации Судебная коллегия находит правильными.

В остальном, по мнению Судебной коллегии, наказание М. назначено правильно, с учетом тяжести содеянного, данных, характеризующих его личность. Оснований для смягчения наказания и за другие преступления, а также по совокупности преступлений, Судебная коллегия не усматривает.

Обоснованно судом применены правила ст. 69 ч. 5 УК РФ, так как установлено, что 15 июня 2001 года М. осужден Красноярским краевым судом за преступления, совершенные в период с 1999 по 2000 год, то есть по новому УК РФ.

В соответствии со ст. 69 ч. 5 УК РФ если после вынесения судом приговора будет установлено, что осужденный виновен еще и в другом преступлении, совершенном до вынесения приговора по первому делу, наказание назначается по совокупности преступлений. При этом если хотя бы одно из преступлений является преступлением средней тяжести, тяжким или особо тяжким преступлением, то окончательное наказание назначается путем частичного или полного сложения наказаний. При этом окончательное наказание не должно быть более 25 лет.

Как видно из приговора суд положений данного закона не нарушил. Из материалов дела видно, что в совокупность преступлений, по которым определено окончательное наказание, входят преступления, относящиеся к тяжким и особо тяжким. Согласно приговору окончательное наказание не превышает 25 лет.

Таким образом доводы кассационных жалоб о том, что суд якобы неправильно применил уголовный закон, назначая наказание по совокупности преступлений, Судебная коллегия признает также несостоятельными.

Несостоятельными Судебная коллегия находит и доводы кассационного представления о том, что М. незаконно оправдан за убийство А. и разбойное нападение на семью К-новых.

Суд в приговоре подробно проанализировал представленные обвинением доказательства и пришел к правильному выводу о том, что не имеется достаточных доказательств о причастности М. к совершению этих преступлений.

В частности суд правильно указал в приговоре, что мать и дочь А-вы не разу не показывали о том, что М. имел какое-либо отношение к убийству А., а противоречивые, непоследовательные показания осужденных за это преступление Б. и И.М. не могут являться доказательствами причастности М. к совершению этих преступления.

Суд также правильно в приговоре указал, что кроме противоречивых показаний А.М.Х. каких-либо других доказательств причастности М. к разбойному нападению на К-новых в деле не имеется.

Сами потерпевшие К-новы никогда не называли, что среди нападавших на них был именно М.

Как видно из показаний свидетеля Х., исследованных судом, последняя не давала показаний об участии М. в совершении этого преступления.

Таким образом, приговор в части оправдания М. по ст. 102 п. п. "а", "е" УК РСФСР, п. п. "а", "б" ч. 3 УК РФ, по эпизоду разбойного нападения на К-новых, а также и по ст. 218 ч. 1 УК РСФСР по незаконным действиям с 19 патронами от малокалиберной винтовки Судебная коллегия находит законным и обоснованным.

Каких-либо нарушений закона, которые могли бы повлечь за собой отмену приговора и о которых указывается в кассационных жалобах, по делу не допущено.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Верховного Суда Республики Дагестан от 29 июля 2002 года в отношении М. изменить.

Переквалифицировать действия М. со ст. 222 ч. 3 УК РФ на ст. 218 ч. 1 УК РСФСР, в редакции от 24 апреля 1995 года, по которой назначить 6 лет лишения свободы.

По совокупности преступлений, предусмотренных по п. п. "а", "б", "е" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР, ч. 1 ст. 209 УК РФ, ч. 1 ст. 218 УК РСФСР в редакции от 24 апреля 1995 года, ч. 3 ст. 146 УК РСФСР, на основании ст. 40 УК РСФСР М. назначить 13 лет лишения свободы с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 ч. 5 УК РФ путем частичного сложения наказания, назначенного приговором по настоящему делу и по приговору от 15 июня 2001 года окончательно назначить М. 20 лет лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальном этот приговор в отношении М. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного, адвоката Никифорова В.Д. и кассационное представление государственного обвинителя Керимова С.А. - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"