||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 февраля 2003 года

 

Дело N 16-о03-3

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

в составе:

председательствующего Галиуллина З.Ф.,

судей Валюшкина В.А. и Колышницына А.С.

рассмотрела в судебном заседании 12 февраля 2003 года кассационные жалобы адвокатов Курганова В.В., Епишиной И.В. и потерпевших П.М. и П.В. на приговор Волгоградского областного суда от 10 ноября 2002 года, по которому

П., <...>, русский, несудимый,

осужден к лишению свободы: по ст. 112 ч. 1 УК РФ на 2 года, по ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "а", "д" УК РФ на 9 лет, по ст. 105 ч. 2 п. "д" УК РФ на 10 лет, а по совокупности преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ на 11 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Валюшкина В.А., выступление адвоката Курганова В.В., поддержавшего доводы, изложенные в жалобах, мнение прокурора Сафонова Г.П., полагавшего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

П. признан виновным в умышленном причинении смерти своей матери П.Т., покушении на умышленное причинение смерти своему отцу П.В., то есть двух и более лиц, с особой жестокостью и в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью своей бабушке П.М.

Эти преступления совершены в г. Волгограде в ночь на 23 апреля 2000 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании П. вину признал частично, пояснив, что 22 апреля 2000 года поссорился с родителями, поскольку без спроса взял 1700 долларов, какое-то время находился на работе, потом поехал домой, но, что происходило там, не помнит.

В совместной кассационной жалобе адвокаты Курганов и Епишина, полагая, что в действиях их подзащитного П. имеются признаки составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 107 ч. 1 и 30 ч. 3, 107 ч. 2 УК РФ, просят приговор отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение.

В дополнительных кассационных жалобах:

- адвокат Курганов, не оспаривая установленных судом обстоятельств, при которых была убита П.Т. и ранены П.В. и П.М., выражает несогласие с юридической оценкой действий его подзащитного. В обоснование своих доводов ссылается на то, что в приговоре приведены не все показания некоторых лиц, которые имеют существенное значение для правильной квалификации действий П., а показания ряда лиц в приговоре вообще не изложены. Ссылка в приговоре на показания П. от 24 апреля 2000 года, неубедительна, поскольку они противоречат показаниям других лиц. Детально анализируя заключение экспертов-психиатров, в котором указывается на нахождение П. в состоянии аффекта, отмечает необъективность и избирательность суда при оценке данного заключения. Считает, что судом не выполнено определение суда вышестоящей инстанции, отменившей приговор, в котором не ставился под сомнение вопрос о квалификации преступления. Установленный судом мотив преступления, не подтверждается исследованными в суде доказательствами. Ссылаясь на нормализацию отношений между П. и отцом, просит переквалифицировать действия П. на ст. 107 ч. 1 УК РФ, ст. 113 УК РФ и назначить наказание не связанное с лишением свободы;

- адвокат Епишина утверждает, что вывод суда об отсутствии длительной психотравмирующей ситуации, не соответствует заключению экспертов. В приговоре не получили оценки показания ряда свидетелей о наличии конфликтных отношений между отцом и сыном П. и П.В. Просит переквалифицировать действия ее подзащитного со ст. ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. п. "а", "д" и 105 ч. 2 п. "д" на ст. 107 УК РФ и снизить ему наказание до пределов санкции этой статьи.

В кассационных жалобах потерпевших П.М. и П.В. указывается на то, что П. совершил преступления в состоянии, которое ограничивало его способность в полной мере осознавать характер и значение своих действий, контролировать их, что было обусловлено неправильным отношением П.В. к воспитанию сына - П., высказыванием в адрес последнего непристойных выражений и оскорблений, предъявлением к нему повышенных требований. П.М. считает, что суд без достаточных оснований не обсудил вопрос о возможности применения ст. 77 УК РФ. Просят переквалифицировать действия П. на ст. ст. 107 и 113 УК РФ, применить ст. 77 УК РФ и не лишать его свободы.

Прокурором принесены возражения на жалобы, в которых он считает содержащиеся в них доводы неубедительными.

Проверив дело, обсудив доводы, содержащиеся в кассационных жалобах и возражения на них, Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности П. в убийстве матери, покушении на убийство отца и причинении среднего вреда здоровью П.М. соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре.

То обстоятельство, что от действий П. скончалась П.Т., здоровью П.В. был причинен тяжкий вред, но его смерть не наступила по независящим от П. обстоятельствам, и что здоровью П.М. был причинен вред средней тяжести, в жалобах в защиту осужденного не оспаривается.

Согласно показаниям об этом осужденного П., данным им на предварительном следствии, 22 апреля 2000 года после ссоры с отцом из-за взятых им без разрешения денег, он уехал к себе на работу, употребил "анашу". Почувствовав наркотическое опьянение, решил поехать домой, но перед этим переоделся в чужую одежду, взял топор, молоток, нож. В подъезде дома снял обувь, надел еще носки, а когда открыл дверь квартиры, к нему вышла бабушка. На него нашло затмение, он стал бить бабушку молотком, затем бил ножом отца и мать, после чего убежал.

Эти его показания согласуются: с объяснениями потерпевшей П.М., бабушки осужденного, и П.В., отца осужденного, об обстоятельствах, при которых П. причинил им телесные повреждения и убил свою мать - П.Т.; с протоколом осмотра места происшествия, согласно которому на скамейке напротив подъезда, где находится квартира П-вых, обнаружены джинсы, носки, шапочка, кроссовки, а в коридоре квартиры находится труп П.Т. со следами насильственной смерти, в левой глазнице погружен нож. Там же найден молоток, с пятнами бурого цвета; с заключением эксперта, свидетельствующим о том, что смерть П.Т. наступила от колото-резаных ранений левого глаза с повреждением глазного яблока и артерий шеи с повреждением общей сонной артерии, с последующим развитием острой массивной кровопотери; с заключением эксперта о наличии у П.В. колото-резаных ранений брюшной полости и грудной клетки с повреждением внутренних органов, причинивших тяжкий вред здоровью потерпевшего; с заключением эксперта, согласно которому у П.М. имелись две ушибленные раны в правой височной области, ушибленная рана в области левого надбровья, образовавшиеся от действия тупого твердого предмета, причинивший ее здоровью вред средней тяжести; с заключением эксперта-биолога о том, что на одежде осужденного, молотке, ноже, смывах с места происшествия обнаружена кровь, которая могла произойти как от самого П., так и от его родителей и бабушки.

О направленности умысла на лишение жизни потерпевших П.Т. и П.В. свидетельствует то обстоятельство, что в качестве орудий преступления осужденным использовался нож и молоток, удары которым наносились потерпевшим в место расположения жизненно важных органов: голову, грудную клетку, брюшную полость.

Как в ходе предварительного следствия, так и при судебном разбирательстве тщательно проверялась, в том числе, и путем экспертных исследований, психическая полноценность П., которая обоснованно не вызвала у суда сомнений.

При судебном разбирательстве тщательно проверялись доводы, аналогичные изложенным в жалобах, о нахождении П. в момент совершения преступлений в состоянии аффекта, которые обоснованно были признаны судом неубедительными.

Согласно закону для квалификации убийства по ст. 107 УК РФ необходимо установить, что причиной сильного душевного волнения (аффекта) явились определенные противоправные действия потерпевшего. К ним закон относит насилие, издевательство, тяжкое оскорбление, иные противоправные или аморальные действия (бездействие) потерпевшего.

Однако, ни в материалах дела, ни в показаниях самого осужденного, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, не содержится данных, свидетельствующих о совершении потерпевшими в отношении П. каких-либо противоправных действий, реакцией на которые являлось внезапное возникновение у него состояния сильного душевного волнения.

Неубедительными являются и доводы, изложенные в жалобах, о создавшейся длительной психотравмирующей ситуации, обусловившей возникновение у П. состояния аффекта, поскольку показания потерпевших, свидетелей из числа соседей, не свидетельствуют о том, что родителями осужденного систематически совершались в отношении него аморальные или противоправные действия, что привело к постепенному нагнетанию психотравмирующей ситуации.

Более того, у П. не было оснований для преступного посягательства на свою бабушку, с которой, как следует из материалов дела, у него были исключительно хорошие отношения.

Как правильно установил суд, совершению преступлений предшествовала ссора между П-ми и П. в связи с тем, что именно последний без разрешения родителей, которые занимались его воспитанием, содержали его материально, оплачивали учебу, распорядился их денежными средствами по своему усмотрению.

При этом следует отметить, что преступления совершены П. спустя, примерно, 8 часов, после ссоры, находясь после нее на работе, П. принял наркотическое средство, приведя себя в состояние опьянения, а, направляясь домой в таком состоянии с целью совершения убийства, переоделся, взял с собой нож и молоток, применив их при совершении преступлений.

Что касается заключения экспертов-психиатров, на которые содержится ссылка в жалобах, то в соответствии с уголовно-процессуальным законом ни одно доказательство, к коим относится и названное заключение, не имеет заранее установленной силы и все доказательства подлежат оценке в совокупности со всеми сведениями, добытыми по делу, что и было сделано судом.

Содержащееся в жалобе адвоката Курганова утверждение, что, при отмене предыдущего приговора, вышестоящая судебная инстанция сочла правильной юридическую оценку, данную действиям П., не соответствует тексту кассационного определения.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, проверив все версии в защиту осужденного и отвергнув их, выяснив причины имеющихся противоречий, суд пришел к обоснованному выводу о виновности П. в инкриминируемых ему преступлениях, дав содеянному им правильную юридическую оценку.

То обстоятельство, что в приговоре не получили оценки показания некоторых лиц, то это никоим образом не ставит под сомнение доказанность вины П. в инкриминируемых ему преступлениях и правильность квалификации его действий.

Наказание виновному назначено с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, данных о личности виновного и всех обстоятельств дела.

Оно является справедливым и оснований для его дальнейшего смягчения, о чем ставится вопрос в жалобах, не имеется.

Ссылка в жалобе П.М. на возможность применения к осужденному положений ст. 77 УК РФ, является несостоятельной в связи с отсутствием данных о том, что сам осужденный или совершенное в отношении нее деяние перестали быть общественно опасными.

Нарушений закона, являющихся основанием для отмены или изменения приговора, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Волгоградского областного суда от 10 ноября 2002 года в отношении П. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"