||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 15 декабря 2002 г. N 38-О02-44

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в составе

председательствующего - Говорова Ю.В.

судей - Рудакова С.В. и Грицких И.И.

рассмотрела в судебном заседании от 15 декабря 2002 года кассационные жалобы осужденного К. и защитника Соловьева Е.И. на приговор Тульского областного суда от 25 июля 2002 года, которым

К.,<...>, русский, со средним специальным образованием, холостой, неработавший, несудимый, -

осужден к лишению свободы:

по ч. 3 ст. 30 и п. п. "е", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на девять лет;

по ч. 1 ст. 112 УК РФ на два года;

по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ на восемь лет с конфискацией имущества;

по ч. 2 ст. 167 УК РФ на три года;

по ч. 1 ст. 222 УК РФ на четыре года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений наказание К. назначено тринадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества.

Постановлено взыскать с К. в пользу Тульской областной больницы за стационарное лечение потерпевших А. и А.О. 23413 рублей 04 копейки.

К. признан виновным и осужден за незаконные приобретение и хранение, ношение боеприпаса, за разбойное нападение на А. и А.О. с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью А.О., за покушение на убийство А.О., сопряженное с разбоем, общеопасным способом, за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью А., за умышленное уничтожение и повреждение путем взрыва имущества А.О., А. и М. с причинением значительного ущерба, - совершенные при указанных в приговоре обстоятельствах 19 декабря 2001 года в г. Туле.

Заслушав доклад судьи Грицких И.И., мнение прокурора Хомицкой Т.П., полагавшую необходимым приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационной жалобе адвокат Соловьев Е.И., выступающий в защиту осужденного, находит приговор суровым и несправедливым, подлежащим изменению.

В кассационной жалобе осужденный К. считает приговор необоснованно суровым и не соответствующим содеянному, фактическим обстоятельствам дела. Суд отнесся к нему предвзято. Судебное разбирательство велось с обвинительным уклоном, нарушениями норм УПК РФ, Конституции РФ. Выводы суда содержат противоречия, которые повлияли на правильность применения уголовного закона.

Излагает, что на следствии и в судебном заседании от уточнял, что в 1994 году у незнакомого ему лица он приобрел пистолет и гранату. Гранату тот дал ему "просто так, подарил", сказал: "Возьми, кого-нибудь припугнешь". Он (К.) был уверен, что граната - ненастоящая, муляж. Хранил он гранату у себя дома, в диване. Объяснял матери, что это муляж гранаты, что подтвердила в суде допрошенная в качестве свидетеля его мать.

Эксперт Х. продемонстрировал штатный взрыватель "УЗРГМ" гранаты "Ф-1". Рычаг предохранительной скобы оказался не темного цвета, а светлый, почти белый, так как изготовлен из светлого металла, не имеет окраски.

Эта демонстрация ставит, с точки зрения осужденного, под сомнение показания потерпевших в части присутствия предохранительного рычага. После взрыва рычаг не был обнаружен.

Факт хранения гранаты в диване, по мнению К., не соответствует выводам суда о его вменяемости, поскольку диваном пользовались он и его родные.

При допросе 29 декабря 2001 года он (К.) утверждал, что знал о том, что граната являлась боевой, сознавал, что в результате взрыва могут погибнуть находившиеся в квартире люди, но надеялся, что они успеют укрыться.

"Перед допросами сотрудники уголовного розыска оказывали на него физическое, в большей мере, психологическое воздействие, потому он, как психически нормальный человек, испугался за свою жизнь и здоровье, сказал примерно следующее: пишите, что хотите, я подпишу".

В присутствии адвоката он хотел дополнить свои показания, но адвокат в беседе перед допросом ввел его (К.) в заблуждение, посоветовал ему этого не делать, ибо ему (К.) не поверят, правдивые показания не будут иметь значения, все потерпевшие остались живы, сурового наказания не последует.

Не отрицает, что запугивал потерпевших, но это делал до тех пор, пока не понял, что граната боевая.

Поняв это, испугался; по его мнению, убегая, крикнул, чтобы убрали ребенка. Ссылается на показания потерпевших. Допускает, что говорил потерпевшему о гранате: "А, ненастоящая, тогда держи". Указывает, что это было до того, как взрыватель щелкнул или зашипел, а до этого момента он (К.) хотел его (потерпевшего) напугать, просто бросить гранату в прихожей и убежать, так как понял, что на его незаконные требования А.О. ему ничего не даст.

Утверждает, что умысла на приобретение и хранение боевой гранаты, на уничтожение чужого имущества путем взрыва, на убийство А.О. у него не было. Срабатывание взрывателя и взрыв для него были неожиданностью.

Полагает, что исследованные в судебном заседании доказательства подтверждают его вину в совершении им преступлений, предусмотренных ст. ст. 162 ч. 3 п. "в", 118 ч. 1 УК РФ.

Считает, что его пояснения суд не учел, не дал надлежащей оценки изложенным им обстоятельствам.

Одни и те же его действия суд квалифицировал как разбойное нападение с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего и как покушение на убийство из корыстных побуждений, сопряженное с разбоем, совершенное общеопасным способом.

С точки зрения К., такая квалификация его действий является ошибочной.

Он не имел намерений, целей и причины совершать убийство потерпевшего. Хотел его напугать, а когда понял, что граната боевая, предотвратить взрыв было невозможно. Он совершил разбой, преступление, которое уже указывает на корыстные побуждения. В этом преступлении он признает себя виновным, раскаивается.

Суд признал "неоднократность" обстоятельством, отягчающим его наказание, но не указал причины и основания его применения. Прежняя судимость у него погашена в установленном законом порядке. Считает это указание суда необоснованным.

Суд не учел добровольное возмещение имущественного вреда обстоятельством, смягчающим наказание, а также чистосердечное его раскаяние в неправомерных действиях.

Просит квалифицировать его действия в соответствии со ст. ст. 162 ч. 3 п. "в", 118 ч. 1 УК РФ, снизить ему срок лишения свободы, учесть обстоятельства, смягчающие наказание, что потерпевшие остались живы.

Адвокат Соловьев Е.И. поддерживает эту жалобу осужденного К.

В своих возражениях на жалобу осужденного государственный обвинитель Крылова Э.Ю. указанные в ней доводы находит необоснованными, полагает, что жалоба удовлетворению не подлежит.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия считает, что вина К. в содеянном им подтверждена собранными по делу, проверенными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами.

Так, сам осужденный К. пояснил в судебном заседании, что в ноябре 1994 года он приобрел у незнакомого ему лица пистолет и гранату. Граната тем лицом ему была отдана бесплатно. Ему предложили взять ее и кого-нибудь ею попугать. Граната была с кольцом, похожа на боевую, без рычага, который имеется у боевых гранат. Он отвез ее домой, положил в диван, а примерно через два месяца эту гранату отнес в подвал дома и хранил там.

Потом в отношении него было возбуждено уголовное дело и он был осужден за приобретение, хранение и ношение пистолета. Гранату он не выдал, ничего о ней не сказал, опасался, что за пистолет и гранату ему будет назначено более строгое наказание.

В ноябре 2001 года его избили молодые ребята. По этому поводу в милицию он не обращался. После этого он извлек гранату из подвала, носил ее при себе на случай возможной встречи с избившими его ребятами, хранил по месту своего жительства.

Направляясь 19 ноября 2001 года на встречу со своим приятелем, взял гранату, положил в карман куртки. На машине частного таксиста поехал на место встречи, но приятеля там не оказалось. На той же машине поехал домой. Водитель решил проехать по улице Р. Зорге г. Тулы. Зная, что в одном из домов этой улицы продают самогон, попросил водителя остановить машину, подождать его.

Вышел из машины, зашел в подъезд дома, поднялся на второй этаж. Не зная, в какой именно квартире продают самогон, позвонил в первую попавшуюся квартиру. Спросил у вышедшей женщины спиртного, но та сказала, что самогон продают в квартире напротив.

Он позвонил в указанную ею квартиру.

Дверь ему открыла девушка. На его просьбу дать спиртного она ему резко отказала. Ее мать говорила ему, что у них ничего нет, они не торгуют самогоном. Вышел ранее незнакомый ему А.О. Желая припугнуть его, он (К.) достал гранату, сказал А.О., чтобы последний дал ему спиртное и денег. А.О. не поверил, что граната настоящая. В коридор выбежал ребенок. Поскольку он и А.О. ругались, а ребенок не должен это слышать, он (К.) сказал убрать ребенка.

Он (осужденный) взялся за кольцо гранаты. А.О. сделал шаг в его направлении. Он, испугавшись, дернул кольцо, оно выскочило из гранаты, последняя щелкнула. Поняв, что граната настоящая, растерялся, бросил ее под тумбочку в прихожей квартиры и вышел оттуда. Спускаясь по лестнице, услышал взрыв. Вышел из подъезда дома, сел в ожидавшую его автомашину и уехал домой.

Указал, что не знал о том, что граната боевая. Как отличить гранату учебную от боевой, не знает. Он служил в армии, проходил военную подготовку в школе. Знает, что взрыв гранаты происходит через 4 секунды после того, как ее бросить.

Утверждал, что на гранате скоба была отпилена, имелась ее небольшая часть.

При допросе в качестве обвиняемого на предварительном следствии 29 декабря 2001 года с участием его защитника в лице адвоката К. не отрицал, что имевшаяся у него граната являлась боевой, пояснял, что бросил ее под ноги мужчине, сознавал, что в результате взрыва могут погибнуть люди, находившиеся рядом, и сам мужчина.

Потерпевшая А. показала в суде, что после 22 часов 19 декабря 2001 года она находилась дома, в квартире <...>. Там же были ее муж - А.О., малолетняя дочь - А.И. и мать - М. Позвонили в квартиру. Она открыла дверь. Увидела ранее ей незнакомого К. Последний втолкнул ее в прихожую квартиры и приказным тоном сказал: "Давай самогонку". Она стала объяснять, что у нее ничего нет. Тогда К. достал гранату, вновь повторил свое требование. Граната была с кольцом, на ней была скоба. Она испугалась, позвала мужа. В коридор выбежала дочь, вышла мать. К. крикнул: "Уберите ребенка". Она взяла дочь. В это время вышел в прихожую ее муж, стал говорить с К., а она с дочерью и матерью направились на кухню. Ее дочь еще раз выбегала в прихожую, на что К. вновь крикнул убрать ребенка. Она выглянула в прихожую, увидела, что К. держит кольцо отдельно от гранаты. Затем она услышала, что открылась входная дверь. Вышла в прихожую. Увидела, что граната лежит на полу, шипит, крутится вокруг своей оси, искрит. К. в квартире не было. Муж тянулся рукой к гранате, чтобы ее выбросить, но не успел этого сделать, раздался взрыв.

Вскоре ее и мужа доставили в больницу.

Взрывом были уничтожены ее норковая шуба стоимостью 10000 рублей, висевшая в тот момент в прихожей, халат стоимостью 800 рублей.

Потерпевший А.О. пояснил в суде, что в тот вечер к ним в квартиру позвонили. Его жена - А. открыла дверь. Затем услышал ее крик. Вышел в прихожую. Увидел стоявшего К. с гранатой в руке, который потребовал бутылку спиртного. Он стал объяснять ему, что у них ничего нет, сказал, чтобы он уходил. К ним вышла его дочь, мать жены. К. крикнул, чтобы убрали ребенка. Теща и дочь пошли в комнату. Он стал вновь говорить К., чтобы тот ушел. К. стал требовать с него 2000 рублей и бутылку самогона. Он сказал, что тот с них ничего не получит; не думал, что граната настоящая. Увидел у него в руке кольцо, запал от гранаты. Со словами: "А, ненастоящая, ну, тогда держи", - К. бросил гранату ему под ноги, после чего выбежал из квартиры. Он (А.О.) вышел на площадку, посмотрел в проем лестницы, слышал, как хлопнула дверь подъезда. Хотел выбросить гранату из квартиры, но не успел, раздался взрыв. Что было дальше, не помнит, находился в шоковом состоянии. Взрывом ему оторвало кисть руки, были уничтожены брюки стоимостью 500 рублей и футболка стоимостью 100 рублей.

Потерпевшая М. показала в судебном заседании, что, услышав крик дочери - А., она выбежала в коридор квартиры. Там стоял К., которого она раньше не знала. В руке у него была граната. А.О. пытался выгнать осужденного из квартиры, который требовал деньги и самогон. Она отнесла выбежавшую внучку в комнату, вернулась в прихожую. К. в одной руке держал кольцо, в другой - гранату, нажав на скобу. Девочка опять выбежала в коридор. К. крикнул, чтобы убрали ребенка. Она взяла девочку, прошла с ней на кухню и тут раздался взрыв, их обдало горячей волной. В коридоре образовался разгром, кругом были стекла, штукатурка, щепки, кровь.

Ее дочь и зять были ранены. Прибежали соседи, стали оказывать помощь А.О. и дочери, вызвали "скорую помощь". Пострадавших увезли в больницу.

Указала, что на корпусе гранаты, которая была в руке К., она видела рычаг и кольцо.

Взрывом были уничтожены ее пальто стоимостью 1500 рублей, трюмо с зеркалом стоимостью 1500 рублей, второе зеркало на стене стоимостью 500 рублей, люстра стоимостью 240 рублей, линолеум, обои, повреждены стены.

Вина К. подтверждается данными, отраженными в протоколе осмотра места происшествия, изложенными в приговоре.

Из заключения взрывотехнической экспертизы следует, что в квартире <...> произошел взрыв промышленно изготовленного взрывного устройства - боевой ручной оборонительной гранаты "Ф-1" с ее штатным взрывателем типа "УЗРГМ", которая относилась к боеприпасам, предназначенных для поражения целей.

Эта граната была снаряжена взрывчатым веществом бризантного действия - тротилом.

Эксперт Х. пояснил, что скоба в гранате удерживает боек. Если скобу удалить, то боек ударяет по капсюлю и происходит взрыв. Это происходит при выдергивании чеки из гранаты, кольца. Скоба в этом случае отлетает, ударник срывается с положения, бьет по капсюлю или накалывает его, капсюль воспламеняет взрывчатое вещество и происходит взрыв.

Фрагмент скобы был обнаружен при осмотре места происшествия. На нем имелись продукты сгорания пороха.

По выводу эксперта взорвавшаяся в квартире потерпевших граната имела скобу.

При взрыве гранаты "Ф-1" корпус дробится на множество осколков, которые разлетаются на расстояние до 200 метров. Зона поражения этими осколками - примерно 50 - 60 метров. В данном случае рикошета осколки могли уйти за угол, причинить вред лицам, находящимся в другой комнате.

При удержании рукой скобы чеку можно вставить на прежнее место, тем самым, вновь привести гранату в безопасное состояние.

Взрыв гранаты произошел поблизости от скобы. При действии взрыва все, что находится в зоне действия взрывного вещества, дробится на куски. Если скоба находилась в той зоне, она могла разлететься на куски.

Согласно заключений судебно-медицинских экспертов у А.О., 1970 года рождения, имелись множественные осколочные ранения левой верхней и обеих нижних конечностей с последующей ампутацией левой кисти на уровне лучезапястного сустава и 1 - 5 пальцев левой стопы на уровне пястно-фаланговых суставов, с открытым переломом правой большеберцовой кости в средней и нижней трети, приведшие к шоку 2 - 3 степени, которые были причинены при взрыве осколочного устройства, как опасные для жизни, повлекшие тяжкий вред здоровью.

У А., 1974 года рождения, имелись множественные оскольчатые ранения нижних конечностей, левой верхней конечности с раздражением мелких кожных ветвей тыльного нерва левой стопы, баротравма со снижением слуха на левое ухо. Повреждения ей были причинены ударными воздействиями тупых твердых предметов с ограниченной контактной поверхностью, возможно, осколками разорвавшейся гранаты, а также вследствие резкого изменения давления в результате взрыва. Как повлекшие длительное расстройство здоровья, свыше 21 дня, они являлись средней тяжести вредом.

Вина К. подтверждается показаниями свидетелей К.А., П., Г., Р., К.И. и другими указанными в приговоре доказательствами.

Оценив доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все их в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины К. в хранении и ношении боевой гранаты "Ф-1", являвшейся боеприпасом, в разбойном нападении на А. и А.О. с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью А.О., в покушении на убийство А.О. общеопасным способом, сопряженном с разбоем, в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью А., в умышленном уничтожении и повреждении путем взрыва имущества А. и А.О. и М., повлекших причинение им значительного ущерба.

Действия К. по ч. 3 ст. 30 и п. п. "е", "з" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 112, п. "в" ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 167, ч. 1 ст. 222 УК РФ судом квалифицированы правильно.

Выводы суда в этой части обвинения осужденного мотивированы, они соответствуют фактическим обстоятельствам по делу, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах.

Обстоятельства по делу исследованы полно, всесторонне, объективно.

Положенные в основу обвинения К. доказательства получены в установленном законом порядке, их допустимость сомнений не вызывает.

Показаниям К. в качестве обвиняемого от 29 декабря 2001 года суд обоснованно придал доказательственное значение. Его пояснения, что он был осведомлен, что граната являлась боевой, суд правильно признал достоверными, поскольку это обстоятельство подтверждается другими фактическими данными по делу.

В ходе предварительного следствия предусмотренные законом права подозреваемого, обвиняемого, право на защиту, положения ст. 51 Конституции Российской Федерации К. разъяснялись, он их знал, они ему были понятны, что он удостоверял своею подписью. Показания от 29 декабря 2001 года им были даны при допросе с участием защитника в лице адвоката. После допроса указал, что с его слов в протоколе все было записано верно, им прочитано. Замечаний, заявлений он и его защитник не имели.

Данных, свидетельствующих о применении в ходе предварительного расследования незаконных методов ведения следствия, по делу не установлено.

Показания К., которые он давал на предварительном следствии и в судебном заседании, проверялись, всем им, а также другим доказательствам по делу в их совокупности при постановлении приговора дана верная юридическая оценка.

Не доверять пояснениям потерпевших у суда оснований не было. Как на следствии, так и в судебном заседании они давали последовательные показания. Их пояснения согласуются между собой, соответствуют другим материалам дела. Ранее они осужденного не знали, отношений с ним не имели. Как они запомнили обстоятельства происшествия, о том и давали показания.

Оговора осужденного со стороны потерпевших судебная коллегия не усматривает.

Доводы осужденного и его защитника Соловьева Е.И. о том, что умысла на хранение, приобретение боевой гранаты, на убийство А.О., на уничтожение чужого имущества у него (К.) не было, утверждения, что он (К.) не знал о том, что граната боевая, несостоятельны, на материалах дела не основаны, противоречат им.

Эти версии исследованы, как опровергнутые приведенными в приговоре доказательствами, они судом обоснованно отвергнуты.

Не соглашаться с выводами суда оснований не имеется.

Факт разбойного нападения на А.О. осужденный не оспаривает, признает его.

Использование К. в качестве орудия преступления боевой гранаты "Ф-1", поражающие свойства которой ему были известны, приведение ее им в боевое состояние и бросок в ноги А.О., зная о том, что она через несколько секунд взорвется, характер полученных в результате взрыва А.О. телесных повреждений, высказывания К. в процессе этих действий, тот факт, что он быстро покинул квартиру и подъезд дома, стараясь удалиться на безопасное расстояние, чтобы избежать поражающих факторов взрыва, позволили суду сделать обоснованный вывод о наличии у осужденного прямого умысла на лишение жизни А.О.

Он совершил умышленные действия, непосредственно направленные на убийство А.О., но это преступление им не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам - после взрыва и полученных в результате его потерпевшим ранений вскоре была вызвана "скорая помощь", А.О. был доставлен в больницу, где ему была оказана своевременная квалифицированная медицинская помощь.

Действия К., направленные на убийство А.О., заведомо для него представляли опасность для жизни не только этого потерпевшего, но и для лиц в квартире, о нахождении которых в ней осужденный знал.

Вывод суда о том, что К. в данном случае совершил посягательство на жизнь А.О. общеопасным способом, является правильным.

В результате этих действий К. были причинены А. повреждения, относящиеся к средней тяжести вреда здоровью; его действия были сопряжены с уничтожением и повреждением имущества потерпевших.

Указанные выше действия совершены К. в процессе разбойного нападения им на А.О. и А.

При таких обстоятельствах с доводами жалобы о неверной квалификации действий осужденного согласиться нельзя.

Действовал осужденный сознательно, последовательно, целенаправленно.

Психическое состояние К. исследовано с достаточной полнотой и объективностью.

Заключением судебно-психиатрической экспертизы установлено, что он хроническим психическим расстройством, слабоумием, временным болезненным расстройством психики не страдал и не страдает, в том числе и в период совершения правонарушения. У него отсутствуют бред, галлюцинации, нет расстройств в интеллектуально-мнестической и эмоционально-волевой сферах психики. В период совершения правонарушений он находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Как в то время, так и в настоящее время К. мог и может осознавать фактический характер своих действий, их общественную опасность и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера К. не нуждается.

Экспертиза проведена компетентными на то лицами. Обстоятельства дела, личность осужденного экспертам были известны, они были предметом исследования в ходе проведения экспертизы, в заключении экспертов получили оценку.

Заключение подробно мотивировано. Выводы врачей-экспертов соответствуют материалам дела. Их объективность сомнений не вызывает.

С учетом данного заключения, личности осужденного, установленных по делу обстоятельств в отношении инкриминируемых ему деяний К. обоснованно признан вменяемым.

Противоречий при постановлении приговора судом не допущено.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не имеется.

Вместе с тем, суд признал, что боевую гранату "Ф-1" К. приобрел в ноябре 1994 года. Уголовное дело (по настоящему делу) возбуждено было 20 декабря 2001 года. В тот же день К. был задержан.

За незаконное приобретение боеприпасов предусмотрена уголовная ответственность по ч. 1 ст. 222 УК РФ. Эти деяния в силу ч. 3 ст. 15 УК РФ признаются преступлениями средней тяжести.

В соответствии с положениями ст. 10 УК РФ, а также п. 3 ч. 1 ст. 48 УК РСФСР, ст. 78 УК РФ сроки давности для привлечения К. к уголовной ответственности за незаконное приобретение им боеприпаса - гранаты "Ф-1" истекли, что суд не принял во внимание.

В силу изложенного осуждение К. по ч. 1 ст. 222 УК РФ за незаконное приобретение боеприпаса из приговора подлежит исключению.

Постановляя приговор, суд указал, что обстоятельством, отягчающим наказание К., является неоднократность преступлений.

Однако, как правильно отмечается в кассационной жалобе, суд не изложил основания такого указания, не привел мотивов такому выводу.

В приговоре суд указал, что К. не судим.

Установленные приговором преступления, за исключением незаконных хранения и ношения боеприпаса - гранаты "Ф-1", осужденным совершены в одно и то же время, в одном и том же месте, в отношении определенного круга лиц.

Согласно ст. 16 УК РФ неоднократностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, предусмотренных одной статьей или частью статьи УК РФ. Совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями УК РФ, может признаваться неоднократным в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ.

Таких обстоятельств судом не установлено.

В связи с изложенным судебная коллегия, соглашаясь с доводами жалобы, считает, что признание судом неоднократности преступлений обстоятельством, отягчающим наказание, нельзя признать обоснованным, а потому это указание из приговора подлежит исключению.

Несмотря на это изменение приговора, для смягчения К. наказания судебная коллегия оснований не находит.

Наказание ему назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, с учетом установленных по делу обстоятельств, данных о его личности. Наказание ему назначено в пределах санкции закона, соразмерно содеянному. По своему виду и размеру назначенное К. наказание несправедливым вследствие чрезмерной суровости не является. При назначении осужденному наказания требования закона судом не нарушены.

Кассационные жалобы осужденного и его защитника Соловьева Е.И., за исключением указанного выше изменения приговора, удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Тульского областного суда от 25 июля 2002 года в отношении К. изменить, исключить его осуждение по ч. 1 ст. 222 УК РФ за незаконное приобретение боевой ручной оборонительной гранаты "Ф-1", являвшейся боеприпасом, исключить указание суда о том, что неоднократность преступлений является обстоятельством, отягчающим наказание К., а в остальном данный приговор в отношении него оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного К. и его защитника Соловьева Е.И. - без удовлетворения.

 

Председательствующий

ГОВОРОВ Ю.В.

 

Судьи

РУДАКОВ С.В.

ГРИЦКИХ И.И.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"