||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 5 декабря 2002 г. N 12-о02-29

 

Председательствующий: Иваков А.В.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего - Свиридова Ю.А.

судей - Яковлева В.К. и Давыдова В.А.

рассмотрела в судебном заседании 5 декабря 2002 года дело по кассационному представлению государственного обвинителя Бутавецкой А.Б. и кассационным жалобам потерпевших Д., Д.Л., Г.Ш., Г.Ф. на оправдательный приговор Верховного Суда Республики Марий Эл от 13 августа 2002 года, по которому

Г., <...>, судимый:

1) 24 ноября 1982 г. по ст. 103 УК РСФСР к 9 годам лишения свободы;

2) 25 ноября 1986 г. по ст. ст. 206 ч. 3, 188-3 ч. 2, 41 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы, освобожден 8 августа 1996 года по отбытии наказания, -

оправдан по ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "н", 131 ч. 2 п. "а", 119, 105 ч. 2 п. п. "к", "н", 158 ч. 1, 228 ч. 4, 228 ч. 1, 222 ч. 2 УК РФ - за недоказанностью участия в совершении преступлений.

Заслушав доклад судьи Яковлева В.К., объяснения оправданного Г. и его защитника Чайляна А.С. просивших об оставлении оправдательного приговора без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения, мнение прокурора Глумовой Л.А., не поддержавшей представление государственного обвинителя, судебная коллегия

 

установила:

 

Г. следственными органами обвинялся в том, что около 1 часа в ночь на 28 октября 1998 года в квартире <...> в ходе ссоры из мести за разглашение сведений о его месте жительства лицам, которые представляли для него опасность, в присутствии Д.М. умышленно, с целью убийства из имевшегося у него пистолета неустановленной следствием модели произвел два выстрела в грудь и голову Г.Р. и причинил смерть, в период с 26 ноября по 1 декабря 1998 года изнасиловал Д.М., угрожал убийством и 4 июня 1999 года причинил ей смерть с целью сокрытия ранее совершенного убийства, также в хищении чужого имущества, в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотических средств в крупном размере, в незаконном приобретении, хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов.

Действия Г. были квалифицированы следственными органами по ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "н", 131 ч. 2 п. "а", 119, 105 ч. 2 п. п. "к", "н", 158 ч. 2 п. "г", 228 ч. 4, 228 ч. 1, 222 ч. 2 УК РФ.

Г. вину в совершении указанных преступлений не признал как в стадии предварительного расследования, так и судебном заседании.

Суд первой инстанции рассмотрев дело в судебном заседании, исследовав и оценив добытые по делу доказательства в совокупности, пришел к выводу о недоказанности участия Г. в совершении этих преступлений и постановил оправдательный приговор.

Государственный обвинитель, не соглашаясь с решением суда, принес представление, в котором просит оправдательный приговор в отношении Г. отменить, а дело направить на новое судебное разбирательство, при этом ссылается на то, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что вина Г. в совершении указанных преступлений подтверждена собранными по делу доказательствами, в том числе показаниями потерпевших Д. и Д.Л., многочисленных свидетелей, первоначальными показаниями самого Г. на предварительном следствии, заключениями проведенных судебно-медицинских, судебно-автороведческой, компьютерно-технической и других экспертиз, обнаруженным в компьютере письмом убитой Д.М., однако суд, проанализировав все эти и другие доказательства в их совокупности необоснованно пришел к выводу о том, что показания потерпевших и свидетелей основаны лишь на предположениях и слухах, а сами они очевидцами преступления не были и все показания дают со слов дочери и других лиц, а Г. на предварительном следствии оговорил себя под воздействием недозволенных методов следствия. Судом собранные по делу доказательства оценены поверхностно. Утверждает, что Д.М. была свидетелем того, как Г. убил Г.Р., а от нее обстоятельства этого убийства стали известны свидетелям по делу, поэтому Г. убил ее как свидетеля. Утверждает, что вывод о том, что на Г. оказывалось психического воздействия в ходе предварительного расследования, является несостоятельным, также суд необоснованно признал ряд доказательств недопустимыми, необоснованно ссылаясь на то, что получены они с нарушением процессуальных норм.

В кассационной жалобе потерпевшие Д., Д.Л., Г.Ш., Г.Ф. просят оправдательный приговор в отношении Г. отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в любой другой регион, кроме Республики Марий Эл, где имеется суд присяжных, при этом ссылаются на то, что суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Указывают, что Г. в первоначальных показаниях добровольно рассказал об обстоятельствах совершения убийства как Г.Р., так и Д.М., подтвердил свои показания с выходом на место преступления и эти показания подтверждены другими доказательствами, но суд необоснованно сделал вывод о том, что он оговорил себя в результате применения недозволенных методов следствия. Утверждают, что Г. отказался от адвоката сам, добровольно. Показания Г. и его сожительницы О. противоречивые. То, что Г.Р. убил Г., подтверждают свидетели И., Б. и потерпевшие Д. и Д.Л., со слов убитой Д.М., поэтому она и боялась Г., что подтверждали также многие свидетели, но суд все эти доказательства надлежащим образом не оценил. Свидетели Ч. и Ц. давали противоречивые показания об автомашине, которую использовали при похищении Д.М., но суд не оценил их совместно с другими доказательствами. Также судом не оценены показания К., который взял на себя вину за обнаруженные у Г. наркотики, также обнаруженные в его квартире огнестрельное оружие и патроны. Все следственные действия были проведены на предварительном следствии с соблюдением процессуальных норм, с участием понятых, но суд необоснованно подверг их критической оценке. Суд не оценил показания свидетелей М.А., М., В., Л.Я. и других свидетелей. Утверждают, что суд рассмотрел дело необъективно, заявленные ходатайства об отводе отклонял необоснованно.

Адвокат Чайлян А.С. в возражениях на доводы кассационного представления и кассационных жалоб указывает о своем несогласии с ними и просит оправдательный приговор оставить без изменения, а кассационные представление и жалобы - без удовлетворения, при этом ссылается на то, что суд пришел выводу о недоказанности вины Г. в совершении преступлений на основании всесторонне, полно и объективно исследованных материалах дела и оправдательный приговор является законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных представления, жалоб и возражений, судебная коллегия находит, что оправдательный приговор является законным и обоснованным, постановленным в соответствии с материалами дела.

Как видно из материалов дела, к выводу о недоказанности вины Г. в совершении преступлений суд пришел на основании всесторонне, полно и объективно исследованных доказательствах, подробный анализ и оценка которым дана в приговоре.

С доводами кассационных представления государственного обвинителя и жалоб потерпевших, в которых ставится вопрос об отмене оправдательного приговора ссылаясь на те же доказательства, которым судом уже дана надлежащая оценка, судебная коллегия не может согласиться.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность лица в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных доказательств.

Если не доказано участие подсудимого в совершении преступления, суд постановляет оправдательный приговор.

В данном случае обвинение Г. в совершении преступлений, как правильно указано в оправдательном приговоре, не основано на собранных по делу доказательствах.

Как видно из материалов дела, судом были исследованы все имевшиеся доказательства. В частности судом были допрошены как все перечисленные обвинением лица, которые якобы подтверждали вину Г. в совершении преступлений, так и дополнительные свидетели. При этом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона были оглашены и исследованы показания и тех свидетелей, отсутствовавших в суде по причинам, исключающим возможность их явки в суд.

В судебном следствии бесспорно установлено, что в процессе предварительного расследования Г. давал первоначальные показания об обстоятельствах совершения убийства потерпевших Г.Р., Д.М. и совершении других преступлений в результате применения к нему недозволенных методов ведения следствия, без адвоката, в связи с чем эти показания обоснованно исключены судом из круга доказательств.

К такому выводу суд пришел на основании тщательно исследованных материалов дела и показаний свидетелей в их совокупности. К тому же эти показания Г. на предварительном следствии об обстоятельствах совершении преступлений не нашли подтверждения в судебном заседании, а доводы о применении недозволенных методов подтверждены заключениями судебно-медицинских экспертиз, проведенных в отношении Г. на предварительном следствии и в судебном заседании, из которых видно, что у Г. обнаружены телесные повреждения, причиненные в период нахождения под стражей, также его неоднократными заявлениями о применении к нему физического воздействия сотрудниками милиции. При этом судом проверена и оценена также медицинская амбулаторная карта Г. из учреждения ИЗ-8/1.

Показания Г. о том, что он убил Г.Р. на кухне, из пистолета "ПМ", опровергаются как протоколом осмотра места происшествия, так и заключением судебно-баллистической экспертизы. На указанном Г. месте, где якобы он выбросил орудие преступления, это оружие не обнаружено.

Допрошенные по делу свидетели давали свои показания ссылаясь на рассказ Д.М., но никто из них не показывал о наличии на Г.Р. телесных повреждений, а из заключения судебно-медицинской экспертизы видно, что на трупе Г.Р., кроме огнестрельных ранений, обнаружены и другие телесные повреждения, причиненные до его убийства.

Следственными органами никаких конкретных фактов, которые могли послужить причиной конфликта и убийства Г. потерпевшего Г.Р., не приведено. Из показаний свидетелей А. и Л. также не усматриваются такие обстоятельства.

Свидетель А. показал, что в сложных ситуациях Г.Р. обращался к Г. за помощью.

С доводами представления и жалоб о том, что вина Г. подтверждается предсмертным компьютерным письмом Д.М., также нельзя согласиться.

Из дела видно, что судом проверялись эти доводы и с учетом того, что в первоначальных показаниях потерпевшие Д.Л., Д. и свидетели М., В. ничего не говорили об этом письме, также оценив показания допрошенного в качестве свидетеля следователя С. и свидетелей Л.Т., Л.П., О., А.Н., С.А., Г.А. и других, протокол осмотра компьютера, заключения комиссионной судебно-автороведческой, компьютерно-технической экспертиз, судом обоснованно критически оценено компьютерное письмо, якобы написанное Д.М., и исключено из числа доказательств.

Из дела видно, что судом оценены протокол осмотра места убийства Г.Р. и другие проведенные на предварительном следствии доказательства и с учетом допущенных при их производстве нарушений процессуальных норм, они обоснованно подвергнуты критической оценке.

Из показания свидетеля Р. видно, что Д.М. пришла к ней ночевать, сославшись на то, что поссорилась с Г.Р., но ничего не говорила об убийстве, в том числе и в последующие дни, когда проживала у нее. Из поведения Д.М. нельзя было сделать вывод о том, что при ней был убит Г.Р., а на следующий день утром был обнаружен труп потерпевшего.

Об этом же подтвердила допрошенная в качестве свидетеля близкая Д.М. подруга В., хотя они вместе проживали в течение длительного периода времени. В. также подтвердила, что О.Я. не говорила ей о том, что Д.М. якобы увез и убил Г.

Оглашены и исследованы в судебном заседании также показания не явившихся в суд свидетелей и всем исследованным доказательствам судом дана надлежащая оценка и обоснованно сделан вывод о том, что органами следствия в основу обвинения Г. положены показания потерпевших и многочисленных свидетелей, которые основаны якобы на показаниях Д.М. и ее родителей и носят лишь предположительный характер, а другими материалами дела не подтверждены.

Не нашла подтверждения вина Г. также в изнасиловании Д.М., угрозе ей убийством и в причинении ей смерти.

К такому выводу суд пришел также на основании тщательно исследованных показаний как родителей Д.М., Д. и Д.Л., которые после исчезновения дочери ничего не говорили об изнасиловании ее Г. и угрозах убийством, свидетелей Л.Я., В.А., И., П., Р., К.А., З., Л.Т., О.Я., Х., Ц. и других свидетелей, также других доказательств, из которых не усматривается вина оправданного Г. в совершении указанных в обвинительном заключении преступлений.

Судом обоснованно установлено, что между оправданным Г. и Д.М. были хорошие дружеские отношения, о чем свидетельствует и то, что после убийства Г.Р., последняя длительное время проживала у Г., гордилась им и его братом, а Г. дарил Д.М. ценные подарки.

Неприязненные отношения между оправданным Г. и супругами Д.Л. и Д., как видно из материалов дела, начались после того, как Г. отказался ехать в Москву по просьбе Д. и Д.Л. в поисках их дочери, уехавшей вместе с В. в Москву.

Из розыскного дела на без вести пропавшую Д.М. никаких сведений о возможной причастности к ее пропаже Г. не имеется, труп Д.М. не найден, сведений о том, что она убита, не имеется, также нет бесспорно свидетельствующих доказательств о том, что Г. увез Д.М. на автомашине и убил ее.

Следственными органами принимались меры по розыску Д.М., либо ее трупа, но положительных результатов не получено.

Не нашла подтверждения вина Г. также в похищении золотых колец у Д.М., после ее убийства.

Материалами дела установлено, в том числе заключением товароведческой экспертизы, протоколами опознаний и показаниями свидетелей, что изъятые в квартире Г. золотые кольца принадлежат его жене и дочери. При этом доводы Г. и свидетелей О. о том, что все золотые кольца, изъятые из квартиры оправданного принадлежат его жене и дочери, материалами дела не опровергнуты.

Следственными органами Г. обвинялся также в незаконном приобретении, хранении без цели сбыта наркотических средств в крупном размере, также в незаконном приобретении, хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов.

Суд, всесторонне исследовав собранные по делу доказательства, положенные следственными органами в основу обвинения Г., обоснованно пришел к выводу о том, что вина его в совершении указанных преступлений не доказана.

Как бесспорно установлено судом, наркотические средства в пакетиках были изъяты и кармана брюк, принадлежащих К., а Г., одевая эти брюки, не подозревал, что в карманах этих брюк находятся наркотики.

Кроме того, исследованными материалами дела, в том числе показаниями Г., свидетелей О. и К. установлено, что обнаруженные в квартире Г. револьвер и боеприпасы принадлежат не Г., а К. и эти показания не опровергнуты другими доказательствами.

Из показаний К. видно что он подробно рассказал, что проживал в квартире Г. и подтвердил, что изъятые наркотические средства, револьвер и боеприпасы принадлежат ему, уточнил при этом, где хранил наркотики, револьвер и патроны, которые соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Протокол обыска судом признан недопустимым, поскольку проведен с нарушением требований процессуальных норм, поскольку изложенное в протоколе обыска противоречит протоколу осмотра изъятых в квартире веществ, а понятые не могли конкретно показать, где и кто обнаружил те или иные предметы, сами они сидели в одном месте и им только приносили и показывали предметы, как обнаруженные в ходе обыска.

В судебном заседании исследованы заключения криминалистической и судебно-баллистических экспертиз, также и другие доказательства и суд обоснованно пришел к выводу о том, что вина Г. в совершении преступлений не доказана.

Таким образом, выводы суда о том, что ни одно из добытых по делу доказательств не подтверждает вину Г. в совершении преступлений, а возможности отыскания достоверных доказательств причастности Г. к убийству Г.Р., изнасилованию Д.М., угрозе убийством и убийстве ее, также в незаконном приобретении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов, также наркотических средств, являются правильными.

С утверждениями, изложенными в представлении и жалобах потерпевших о том, что суд неполно проверил показания потерпевших и свидетелей о виновности Г. и что суд необоснованно признал, что их показания носят предположительный характер, нельзя согласиться.

Оправданный Г. как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании последовательно отрицал свою вину в предъявленном ему обвинении и доводы его о том, что он не причастен ни к одному из указанных в обвинительном заключении преступлений, собранными следственными органами доказательствами не опровергнуты.

Из материалов дела видно, что судом принимались все возможные меры по всестороннему, полному и объективному исследованию материалов дела, в том числе и добытых с нарушением уголовно-процессуального закона и все они, в том числе показания потерпевших и всех допрошенных в качестве свидетелей лиц оценены в совокупности со всеми материалами дела, и обоснованно сделан вывод о том, что доказательств, подтверждающих вину Г. указанным выше преступлениям, не добыто.

Судом выяснялись причины изменения показаний как потерпевшими, так и свидетелями, в приговоре подробно мотивировано, почему одни доказательства судом признаны правдивыми, а другие отклонены как недостоверные.

При таких обстоятельствах, когда все возможные меры по сбору доказательств, подтверждающих вину Г. в совершении преступлений исчерпаны, а собранные по делу доказательства всесторонне, полно и объективно оценены судом, вывод о том, что предъявленное Г. обвинение носит лишь предположительный характер, сделан судом обоснованно и правильно постановлен оправдательный приговор за недоказанностью его участия в преступлении.

Выводы суда, изложенные в приговоре, надлежащим образом мотивированы и ставить их под сомнение у судебной коллегии не имеется оснований, в связи с этим доводы кассационных жалоб потерпевших и представления государственного обвинителя судебная коллегия находит несостоятельными.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

оправдательный приговор Верховного Суда Республики Марий Эл от 13 августа 2002 года в отношении Г. оставить без изменения, а кассационные жалобы потерпевших Д., Д.Л., Г.Ш., Г.Ф. и кассационное представление государственного обвинителя - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"