||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 ноября 2002 года

 

Дело N 56-о02-25

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Линской Т.Г.

судей Хлебникова Н.Л. и Русакова В.В.

рассмотрела в судебном заседании от 28 ноября 2002 года кассационные жалобы осужденных К., О., М. адвоката Михайлюкова В.Д., Артемьевой С.И., на приговор Приморского краевого суда от 29 ноября 2001 года, которым

О. <...>, судимый 17 июля 2000 года по ст. 111 ч. 3 УК РФ к 6 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года, -

осужден: по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к", "н" УК РФ к 15 (пятнадцати) годам лишения свободы; по ст. 150 ч. 4 УК РФ 5 (пяти) годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний к 17 (семнадцати) годам лишения свободы; по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ с частичным присоединением наказания, не отбытого по предыдущему приговору к 20 (двадцати) годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

М. <...>, не судимый, -

осужден: по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к", "н" УК РФ 14 (четырнадцати) годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Оправдан по ст. 150 ч. 4 УК РФ за недоказанностью вины.

В соответствии со ст. ст. 97, 99 УК РФ в отношении М. назначена принудительная мера медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения от наркомании у психиатра.

К. <...>, не судимый -

осужден: по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к", "н" УК РФ к 8 (восьми) годам лишения свободы в воспитательной колонии.

В соответствии со ст. ст. 22 ч. 1 п. "в", 97 ч. 2, 99 УК РФ в отношении К. применено амбулаторное принудительное лечение и наблюдение у врача психиатра.

Преступления совершены вечером 3 марта 2001 года в пос. Заводской г. Артема Приморского края, в квартире М., при обстоятельствах изложенных в приговоре.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Линской Т.Г., объяснения осужденного О. по доводам своих кассационных жалоб возражения прокурора Лушпа Н.В., полагавшей, что приговор подлежит оставлению без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационных жалобах:

осужденный О. просит об изменении приговора с переквалификацией его действий на ст. 107 УК РФ и со смягчением ему наказания. Он считает неправильными выводы суда о том, что он явился инициатором убийства Г. и утверждает, что данное предложение поступило либо от М., либо от К. Обращает внимание на содержащиеся в деле показания М. о том, что они с К. договорились о возложении на него, О., полной ответственности за совершенное ими преступление. Квалификацию его действий по ст. 150 ч. 4 УК РФ О. считает неправильной, так как он не принуждал К. к совершению преступления, он действовал по собственной инициативе. По мнению О. при решении вопроса о его наказании суд не учел в полной мере то, что он в период расследования дела и в судебном заседании давал правдивые показания. Полагая необоснованным его осуждение по ст. 105 ч. 2 УК РФ, О. ссылается на наличие у него сильного психического расстройства и считает, что на момент совершения преступления. Он был невменяем, так как находился в состоянии аффекта, вызванного неправомерным поведением потерпевшего, поэтому он не мог в полной мере отдавать отчет своим действиям и руководить ими. О., полагает, что судом не было принято всех возможных мер к исследованию его психического состояния на момент совершения им преступления, так как ему необоснованно было отказано в проведении повторной судебно-психиатрической экспертизы.

Осужденный М. просит об изменении приговора в части назначенного ему наказания с учетом того, что осознал свою вину, раскаялся в содеянном им и своими показаниями способствовал раскрытию преступления. Он ссылается на то, что в день происшествия он находился под воздействием алкоголя и наркотических средств, поэтому с трудом сознавал все происходящее в его квартире. Он ссылается на то, что он спал, но его кто-то с трудом разбудил, проснувшись, он увидел трупы, понял, что убийство совершил О. Он сознательно принял участие только в сокрытии следов преступления, вывозе трупов уничтожить следы преступления.

Осужденный К. просит об изменении приговора, с учетом того, что он не преследовал умысла на убийство потерпевших и действовал по принуждению, утверждает, что он не наносил ударов ножом потерпевшим. Назначенное ему наказание он считает чрезмерно суровым. Он просит учесть, что его роль в преступлении была второстепенной, что удары потерпевшим им наносились после избиения потерпевших М. и О. Также в жалобе осужденного обращается внимание на доказательства, подтверждающие его раскаяние в преступлении, совершенное им впервые в несовершеннолетнем возрасте. По мнению К. выводы суд о степени его участия и роли в преступлении не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Он считает. Что суд не учел в достаточной степени выводы психолого-психиатрической экспертизы о том, что он не в полной мере сознавал характер и значение совершаемых им действий.

Адвокат Михайлюков В.Д. в защиту интересов К. просит об отмене приговора с направлением дела на новое рассмотрение в связи с неполнотой следствия. В жалобах обращается внимание на заключение психолого-психиатрической экспертизы, согласно выводам, которой К. на момент инкриминируемого ему деяния, признан вменяемым, с оговоркой о том, что он не был способен в полной мере руководить своими действиями, так как находился под воздействием угроз в его адрес со стороны О. По мнению адвоката, несмотря на неконкретность выводов указанной экспертизы, судом было отклонено ходатайство о вызове в судебное заседание эксперта, допрос которого имел важное значение для оценки психологического состояния несовершеннолетнего осужденного на момент совершения преступления и его отношения к преступлению. Выяснение данного вопроса, считает адвокат, было необходимо для правильного решения вопроса о наказании.

Адвокат Артемьева С.И. также в защиту интересов несовершеннолетнего осужденного К. просит об отмене приговора с направлением дела на новое судебное рассмотрение. В жалобе адвокат ссылается на показания К., в которых он утверждает, что не принимал участия в убийстве, а только делал вид, что наносит потерпевшим удары, так как боялся О. По мнению адвоката, материалами дела указанные показания осужденного не опровергнуты. В жалобе также обращается внимание на заключение психолого-психиатрической экспертизы, выводы которой давали основание сомневаться в том, что К. мог в полной мере руководить своими действиями.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия не усматривает оснований к их удовлетворению, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела и опровергаются, приведенными в приговоре доказательствами.

Фактические обстоятельства дела, изложенные в приговоре, степень участия и роль каждого осужденного в преступлении установлены судом на основании, приведенных в приговоре, показаний самих осужденных и свидетелей, которые были правильно оценены судом в совокупности с другими доказательствами по делу.

В судебном заседании О. и М. признали себя виновными частично.

К. не признал своей вины.

Из показаний осужденных усматривается, что вечером 3 марта 2001 года, в квартире М. они и их знакомые Е. и Г. распивали спиртные напитки. О., М. и К., кроме того, выкурили папиросу с "химкой". В квартире между М. и Е. возникла ссора.

О. показал, что он попытался вмешаться, и прекратить ссору, но Е. стал приставать к нему со словами: "Ударь меня!", после чего он нанес Е. два удара ладонью по лицу. Потом М., кухонным ножом нанес Е. удар в область туловища. Он перехватил у М. нож и сам нанес этим ножом Е. удары по телу. После этого у него нож взял К. и также ударил им Е. два - три раза. Затем он принес с кухни нож-топорик, которым нанес Е. удар по кисти правой руки. Этим же ножом-топориком поочередно нанесли удары Е. и М. и К. Е. продолжал хрипеть, поэтому они еще раз наносили ножом ему удары. Очевидцем их действий стал Г.

Кто-то из присутствующих сказал, что остался свидетель, который им не нужен. После этого он ножом-топориком нанес Г. удар по голове. Затем нож-топорик у него взял М. и ударил им Г. по шее, после чего этим же ножом-топориком нанес Г. удар и К. В дальнейшем поочередно ими наносились Г. удары кухонным ножом. Он наносил удары ножом в область шеи, туловища Г.

На следующий день, он совместно с М. и К. вывезли труп Г. из квартиры и сокрыли его в районе кладбища п. Заводского. Труп Е., который он совместно с М. переместили и оставили на балконе квартиры М., вывозить не стали.

М. показал, что после спиртного он сделал Е. замечание, которое ему не понравилось, поэтому и он оскорбил его нецензурной бранью. Находясь в состоянии опьянения, он не выдержал этого, схватил кухонный нож и нанес им удар Е. в грудь. О. вмешался в их ссору, выхватил у него нож и также нанес им несколько ударов Е. Затем О. взял кухонный нож-топорик и нанес им удар Е. У О. он взял нож-топорик и нанес им удары Е. Потом К. нанес Е. несколько ударов кухонным ножом-топориком. Потом, по предложению О., они убили Г., явившегося очевидцем их действий в отношении Е. Сначала Г. в шею нанес несколько ударов ножом-топориком О., затем потерпевшему нанесли удары ножом-топориком и он и К.

На следующий день он, О. и К. на автомашине, вывезли труп Г. из квартиры в район кладбища п. Заводского, а труп Е. остался на балконе его квартиры.

К. показал, что он видел, как, в ответ на приставание Е., О. нанес последнему удар сначала ладонью, а после того, как Е. стал выражаться нецензурно и говорить "Убей меня, убей", О. стал избивать его руками и ногами, потом или О., или М. нанес Е. удар ножом. Затем О. принес нож-топорик и ударил им Е. по руке и другим частям тела. После этого О. сказал, что они здесь свидетели, а свидетели ему не нужны, передал нож-топорик М., который нанес Е. данным ножом несколько ударов и передал ему. Он был испуган, не знал что делать, вынужден был нанести ножом-топориком два-три скользящих удара в левое плечо Е. Указывая на Г., сидевшего в кресле, который вроде спал, О. сказал, что это свидетель и его надо убрать. О. передал нож-топорик М., который нанес Г. несколько ударов, после чего он взял нож-топорик и сделал вид, что нанес несколько скользящих ударов в левое плечо Г. После этого О. отлучался из квартиры к своей девушке, а он помог М. переместить потерпевшего из комнаты в прихожую. На следующий день, боясь расправы со стороны О., он был вынужден взять автомашину отчима и помочь О. с М. вывезти труп Г. из квартиры и сокрыть его в районе кладбища п. Заводского. При этом он был за рулем автомашины.

Из показаний свидетеля М. видно, что М. является ее внуком, который проживал совместно с ней в одной квартире. Она видела, как к внуку приходил О., еще двое в это время находились в комнате. Вечером, на балконе, она обнаружила труп мужчины. Потом внук сказал ей, что будет сидеть в тюрьме и предложил сходить в милицию и сообщить об увиденном.

Показания М. подтвердила свидетель Ж.

В приговоре полно приведены показания свидетелей К. и В. - матери, брата и отчима осужденного, показания свидетелей Б., Т., Е., Ш., которые также уличают осужденных в преступлении и подтверждают вышеприведенные показания осужденных.

Обоснованно суд сослался в подтверждение вины осужденных на протоколы осмотра места происшествия и трупа, вещественных доказательств и следственного эксперимента, заключение судебно-медицинского эксперта о характере и локализации телесного повреждения у потерпевшего и о причине его смерти, заключениями медико-криминалистической, химической экспертиз.

Все показания осужденных, их объяснения в свою защиту, в том числе и доводы, приведенные в кассационных жалобах в их защиту были проверены в судебном заседании и получили правильную оценку в приговоре. Давая оценку показаниям осужденных, суд правильно отметил в приговоре, что в период предварительного следствия они своими показаниями уличали друг друга в преступлении. Именно эти показания позволили суду правильно установить степень участия и роль каждого осужденного в преступлении, то, что О. был инициатором преступления.

Оценив все исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, выяснив причины противоречий в показаниях осужденных, суд признал достоверными те доказательства, которые нашли свое подтверждение в материалах судебного следствия, и мотивировал свои выводы в приговоре, как в части доказанности вины осужденных, так и в части квалификации их преступных действий, с приведением обоснования признания достоверными одних доказательств и несостоятельными других.

С достаточной полнотой был исследован вопрос о психической полноценности осужденных. Выводы о вменяемости О., К. и М. полно мотивированы в актах судебно-психиатрических экспертиз. Сомневаться в объективности и компетентности членов экспертных комиссий у суда не имелось оснований. Поэтому, оценив указанное доказательство в совокупности с другими материалами дела, суд обоснованно пришел к выводу о том, что никто из осужденных не обнаруживал каких-либо признаков душевного заболевания на момент инкриминируемого им деяния, что каждый из них мог давать отчет своим действиям и руководить ими.

При решении вопроса о наказании осужденных суд учел повышенную общественную опасность совершенного ими преступления, данные, характеризующие личность каждого из них и обстоятельства, смягчающие наказание, в том числе и те, на которые содержатся ссылки в жалобах в защиту осужденных.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Приморского краевого суда от 29 ноября 2001 года в отношении О., М. и К. оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"