||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 ноября 2002 г. N 16-О02-68

 

Судья: Мелешкин Ю.В.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

в составе:

председательствующего Галиуллина З.Ф.

судей Валюшкина В.А. и Родионовой М.А.

рассмотрела в судебном заседании 27 ноября 2002 года кассационный протест (представление) прокурора и кассационные жалобы осужденных Н., Г., адвоката Бажукова С.А., потерпевших Л.Л., Ш.Е. и представителя потерпевшей Д. на приговор Волгоградского областного суда от 31 мая 2002 года, по которому

Н., <...>, казах, судимый 27.11.01 г. по ст. ст. 213 ч. 3, 112 ч. 2 п. п. "а", "д" и 222 ч. 1 УК РФ на 4 года 6 месяцев лишения свободы,

осужден к лишению свободы: по ст. 166 ч. 1 УК РФ на 2 года, по ст. 222 ч. 2 УК РФ на 3 года, по ст. 167 ч. 2 УК РФ на 4 года, по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "б", "д", "к" УК РФ на 18 лет. По совокупности преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ на 19 лет лишения свободы, а на основании ст. 69 ч. 5 УК РФ окончательно назначено 20 лет лишения свободы, в исправительной колонии строгого режима,

и

Г., <...>, русский, несудимый,

осужден к лишению свободы: по ст. 222 ч. 1 УК РФ на 2 года, по ст. 167 ч. 2 УК РФ на 3 года, по ст. ст. 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. п. "а", "б", "к" УК РФ на 11 лет, а по совокупности преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ назначено 12 лет лишения свободы, в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено решение об удовлетворении гражданских исков.

Заслушав доклад судьи Валюшкина В.А., объяснение осужденного Г., поддержавшего доводы, изложенные в жалобе, выступление прокурора Сафонова Г.П., поддержавшего протест частично, полагавшего, что Н. для отбывания наказания должна быть назначена исправительная колония особого режима, а в остальном полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

по приговору суда признаны виновными:

Н. - в умышленном причинении смерти: Л. в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности, а Ш. с целью скрыть другое преступление, двух лиц, совершенному в отношении обоих с особой жестокостью;

Г. - в пособничестве Н. в умышленном причинении смерти: Л. в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности, а Ш. с целью скрыть другое преступление, двух лиц;

Н. - в неправомерном завладении автомобилем без цели хищения, в умышленном уничтожении чужого имущества, повлекшем причинение значительного ущерба, совершенном путем поджога и незаконных приобретении, передаче, хранении, перевозке и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов, совершенных неоднократно;

Г. - в умышленном уничтожении чужого имущества, повлекшем причинение значительного ущерба, совершенном путем поджога и незаконных приобретении, хранении, сбыте и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов.

Эти преступления совершены в ноябре 2000 года в гор. Палласовке Волгоградской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании Н. и Г. признали вину только в части незаконного оборота огнестрельного оружия и боеприпасов.

В кассационном протесте (представлении) поставлен вопрос об отмене приговора в отношении обоих осужденных и направлении дела на новое рассмотрение по тем основаниям, что при назначении наказания Н. суд не учел, что 17 сентября 1999 года он был осужден к условной мере наказания и вновь совершил преступления, за которые осужден по настоящему приговору, в период испытательного срока. Это нарушение привело к неправильному назначению Н. вида исправительной колонии.

В кассационных жалобах:

- осужденный Н. и в его защиту адвокат Бажуков С.А. (основной и дополнительной), на основе детального анализа доказательств, утверждают, что мотив убийства Л. и Ш. установлен неправильно и не основан на доказательствах. Указывая на наличие между Н. и пострадавшими хороших отношений, ссылаются на показания Н. на предварительном следствии, которые не опровергнуты, а также и другие доказательства, свидетельствующие о том, что Н. находился в состоянии сильного душевного волнения, вызванного оскорблениями со стороны потерпевших. Когда же Н. применил насилие к Л. и Ш., то находился в состоянии необходимой обороны, поскольку у него имелись реальные основания опасаться за свою жизнь. Говоря о нахождении Н. в состоянии необходимой обороны, в то же время, указывают на то, что вывод суда о нанесении Н. ударов монтировкой и ножом, является бездоказательным. Тем более что Г. заявил об оговоре им Н. Поскольку Н. всегда давал показания о том, что хотел только укрыть свои действия, носившие характер самообороны, а не уничтожать имущество, то его осуждение по ст. 167 ч. 2 УК РФ является необоснованным. Не доказана вина Н. и в приобретении и хранении 22 патронов. В основу приговора положены доказательства, полученные с нарушением закона, а причина имеющихся противоречий судом не выяснена. Отмечают обвинительный уклон предварительного следствия и судебного разбирательства. Проверка по фактам применения незаконных методов являлась формальной. Н. просит приговор отменить и дело направить для дополнительного расследования, а адвокат просит приговор отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение;

- осужденный Г., не оспаривая обоснованности осуждения за незаконный оборот оружия и боеприпасов, указывает на то, что вывод о его виновности в пособничестве в убийстве, а также уничтожении имущества основан на его показаниях на следствии, которые он дал в результате психического и физического насилия. До этого он потерпевших не знал, и у него не было оснований для оказания Н. помощи в убийстве. Бездоказательным является и вывод о том, что он оказывал помощь в переноске потерпевших, находившихся без сознания, в сталкивании машины в кювет и передаче Н. канистры с бензином. Не подтверждается доказательствами и вывод о его участии в уничтожении имущества. Указывает на то, что в основу приговора положены доказательства, добытые с нарушением закона. При назначении наказания суд не учел его незначительную роль в преступлениях, первую судимость, явку с повинной, активное способствование в раскрытии преступлений, наличие у него ранения, положительные характеристики, что давало основание для применения ст. 64 УК РФ. Просит приговор в части его осуждения по ст. ст. 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. п. "а", "б", "к" и 167 ч. 2 УК РФ отменить и дело прекратить.

В дополнительной жалобе от 11 августа 2002 года Г. просит отменить приговор, а дело направить для рассмотрения судом присяжных.

В дополнительной жалобе от 18 ноября 2002 года Г. указывает на то, что видел, как Н. выстрелил в Л. и Ш. из ружья и в связи с этим полагает, что мог бы нести ответственность не за пособничество в убийстве, а за укрывательство. Просит приговор изменить, дав его действиям правильную юридическую оценку;

- потерпевшие Л.Л., Ш.Е. и представитель последней Д. просят отменить приговор в отношении Н. и Г., считая назначенное им наказание чрезмерно мягким, не соответствующим характеру и степени общественной опасности преступлений, данным о личности осужденных. В обоснование жалоб указывается на то, что осужденные нигде не работали, Н. ранее судим, но выводов не сделал, вину осужденные не признали и не раскаялись, в результате убийства потерпевших остались сиротами шестеро детей.

Потерпевшие Ш.Е. и Л.Л. считают доводы прокурора, изложенные в протесте (представлении), обоснованными и просят его удовлетворить.

Представителем потерпевшей Д. принесены возражения на жалобу Н., в котором он считает его доводы необоснованными.

Потерпевшей Л.Л. поданы возражения на жалобы осужденных, в которых она считает их доводы неубедительными.

Проверив дело, обсудив доводы, изложенные в протесте (представлении) и жалобах, а также возражения на них, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности Г. и Н. в инкриминируемых им преступлениях, соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на совокупности исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре.

Виновность Г. и Н. в незаконном обороте огнестрельного оружия и боеприпасов, угоне Н. машины, помимо показаний самих осужденных по обстоятельствам совершения этих преступлений, подтверждается протоколом выдачи Р. ружья, заключениями экспертов-баллистов, и другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Давая показания по обстоятельствам убийств и уничтожения имущества путем поджога, Н., не оспаривал, что 27 ноября 2000 года употреблял спиртное в компании с Л. и Ш., что между ними возникла ссора из-за его, Н., брата, а когда Л. и Ш. напали на него, он ударил их по разу кулаком в лицо. Что было дальше, не помнит. Когда пришел в себя, видел окровавленных потерпевших, и, подумав, что они мертвы, по разу выстрелил в них. Чтобы скрыть следы убийства сжег машину с трупами.

Согласно показаниям Г., в части пособничества в совершении убийств и поджоге машины, он действительно 27 ноября 2000 года видел Н. в кафе в компании Л. и Ш., затем взял у первого машину, деньги для ее заправки, видел, как указанные лица садились в машину Л. Случайно оказавшись на кольцевой дороге, увидел Л. и Ш. лежащими на земле, которых Н. один положил в машину, отвез на некоторое расстояние, взял из его, Г., машины ружье, выстрелил в них, а затем один сжег машину.

Однако суд обоснованно не согласился с такими показаниями Г. о его непричастности к пособничеству в убийстве и поджогу машины, а также с объяснениями Н., ссылающегося на отсутствие у него мотива для убийства потерпевших и объясняющего свои действия нахождением в состоянии необходимой обороны от посягательства Л. и Ш., а также об отсутствии какой-либо помощи со стороны Г.

Так, согласно показаниям Г. на предварительном следствии, находясь в кафе, видел Н., употреблявшего спиртное в компании с Л. и Ш. Когда выходил наружу, встретился с Н. который сказал ему, что поругался с Л., следователем прокуратуры, из-за того, что тот "посадил" его брата Н.А., и обещал и его, Н. "посадить". Через некоторое время, когда он вновь вышел, Н. сказал, что Л. никак не успокоится, заявив при этом, что "грохнет" Л. и Ш., а их машину сожжет. Н. дал ему 40 рублей, попросив для этой цели купить бензин. Несмотря на такие намерения Н., тем не менее, выполнил его просьбу, купив 5 л бензина и возвратившись к кафе. В машине, на которой ездил на АЗС, видел охотничье ружье, которое он купил у Н., а за неделю до настоящих событий продал Н. Вернувшись, увидел как Н., Ш. и Л., садятся в машину последнего с намерением ехать в другое кафе. По указанию Н. он поехал следом. На кольцевой дороге машина Л. остановилась и все вышли из нее. После непродолжительного разговора, Н. ударами рук, свалил Л., а затем руками и имевшимся при нем ножом нанес несколько ударов Ш. Л. стал шевелиться, и Н., взяв в машине монтировку, несколько раз ударил того по голове, а затем несколько раз ударил ножом Ш. Л. и Ш. не подавали признаков жизни. Он помог Н. погрузить Ш. в багажник, а Л. на заднее сиденье автомашины. Н. сел за руль машины и поехал, а он по его указанию - за ним. Проехав несколько километров, они остановились. Н. взяв ружье, выстрелил сначала в Ш., а затем в Л. После этого Н. столкнул машину с трупами в кювет, взял у него канистру с бензином, и поджег машину с Л. и Ш. После этого они приехали к Н. Оттуда С. отвез Н. к его сестре, а его, Г., к В., которая постирала его джинсы и спрятала обувь.

Н. на предварительном следствии, дал аналогичные Г. показания, уточнив и дополнив их тем, что Г. не противился его предложению "дострелить" и сжечь потерпевших, а когда он выстрелил в Ш. и Л., Г. по его просьбе принес канистру с бензином, помог столкнуть машину с трупами в кювет. Свою одежду он сжег в доме сестры, а ружье положил у нее в погребе.

Суд обоснованно признал указанные показания достоверными, не согласившись с утверждением о получении их в результате применения незаконных методов расследования, поскольку эти показания Н. и Г. о происшедшем, согласуются со всеми доказательствами, добытыми по делу.

При этом судебная коллегия отмечает, что показания, в которых Г. и Н. признавали вину в инкриминируемых им преступлениях, давались ими в условиях, исключающих применение к ним недозволенных мер, о чем, в том числе, свидетельствуют выводы ситуационной экспертизы по видеозаписи следственного эксперимента с участием Г.

Согласно показаниям свидетеля В.Л., прокурора Палласовской районной прокуратуры, Л., следователь прокуратуры расследовал уголовное дело по обвинению Н.А., который впоследствии был осужден судом к лишению свободы.

Свидетель М. подтвердил, что к ним с Л. и Ш. в кафе подсел Н., который сообщил Л., что хочет помочь своему брату Н.А. отбывающему лишение свободы. На что тот, заявил, что не нужно помогать брату, поскольку он всем надоел. Этот же разговор произошел между ними и на улице.

Из показаний свидетеля М.А., видно, что в ночь на 28 ноября 2000 года Г. на ее АЗС купил в канистру 5 л бензина, уплатив 40 рублей.

Согласно протоколам в 7 км от северо-западной окраины Палласовки недалеко от трассы Волгоград - Саратов обнаружен сгоревший кузов ВАЗ-21093, принадлежавший Л. В багажнике автомашины обнаружен обгоревший труп человека, в месте нахождения заднего сидения автомашины обнаружен второй обгоревший труп человека. Там же найдена картонная прокладка от патрона и фрагмент кости.

По заключению эксперта причиной пожара машины Л. мог явиться как источник открытого огня, так и при наличии в качестве интенсификатора горения различных ЛВЖ (пламя спички, зажигалка) - малокалорийный источник зажигания.

Свидетель Р., сестра Н., пояснила, что брат в ночь на 28 ноября приезжал с Г. и С. Он оставил в доме ружье, которое она впоследствии выдала работникам милиции.

Г. на следствии опознал это ружье, пояснив, что из него Н. стрелял в Л. и Ш.

Как следует из заключения эксперта, три повреждения, обнаруженные в днище автомашины Л., могли быть причинены в результате выстрела из ружья, изъятого у Р.

Свидетель В., подруга Г., подтвердила, что в ночь на 28-е ноября к ней пришел Г., который попросил постирать его джинсы и оставил на хранение свои ботинки. Указанные вещи она впоследствии выдала работникам милиции.

При осмотре автомашины ВАЗ-2109, обнаруженной у дома Н., найдены бурые пятна, которые, по заключению эксперта-биолога являются кровью Ш. либо смешением крови Ш. и Л. Эта же кровь обнаружена и на обуви Г.

Смерть Л., как это следует из акта судебно-медицинской экспертизы, наступила от открытой тупой черепно-мозговой травмы с переломом костей свода и основания черепа с кровоизлиянием в вещество мозга. Повреждения, повлекшие смерть, могли образоваться от не менее чем четырех ударов тупыми твердыми предметами, каковыми могли быть, в том числе, монтировка. Открытая тупая черепно-мозговая травма причинена прижизненно, обгорание с последующим обугливанием головы, туловища, конечностей и внутренних органов - посмертно.

Согласно заключениям экспертов смерть Ш. наступила от комбинированной травмы, сопровождавшейся многооскольчатыми переломами костей основания черепа и лицевого скелета с кровоизлияниями под твердую мозговую оболочку, в вещество стволовой части мозга и мозжечка, а также семи колото-резаных повреждений шеи, сердца, брюшной полости и забрюшинного пространства. Образование переломов лицевого скелета носит двоякий характер: множественные переломы лицевого скелета могли образоваться как в результате ударов тупыми твердыми предметами, так в результате выстрела в указанную область с последующим полным выгоранием первичного участка локального воздействия. Семь колото-резаных повреждений с проникновением в полость глотки, гортани, сердца, брюшную полость и забрюшинное пространство образовались от шестикратного действия однолезвийного колюще-режущего предмета. Каждое из этих повреждений, как в отдельности, так и в совокупности повлекло тяжкий вред здоровью и могло вызвать смерть. Все описанные телесные повреждения носят прижизненный характер. Обгорание мягких и костных тканей носит посмертный характер.

Кроме того, эксперты пришли к выводу о том, что обстоятельства причинения телесных повреждений Л. и Ш. соответствуют показаниям Г. об обстоятельствах убийства потерпевших, совершенных Н.

При таких данных доводы, изложенные в жалобах об отсутствии доказательств совершения Н. убийств потерпевших и пособнической роли в этом Г., а также о невиновности последнего в уничтожении имущества, являются неубедительными.

Судебная коллегия считает неубедительными доводы в защиту Н. о его нахождении в состоянии аффекта, а затем и в состоянии необходимой обороны, поскольку в материалах дела, равно как и в показаниях самого осужденного и на предварительном следствии, и в судебном заседании, не содержится данных, которые свидетельствовали бы о применении насилия Л. и Ш. в отношении Н., либо об издевательствах над последним или тяжким оскорблением его, что могло бы вызвать у Н. состояние сильного душевного волнения, равно как не содержится и данных о совершении Л. и Ш. общественно опасного посягательства на жизнь, здоровье или охраняемые законом права А.

Как правильно установил суд, мотивом убийства Л. явилась месть в связи с осуществлением им служебной деятельности, а именно привлечение к уголовной ответственности брата Н.А., а мотивом убийства Ш. - сокрытие ранее совершенного убийства Л.

Что касается показаний Г. на предварительном следствии, которые положены судом в обоснование выводов о виновности обоих осужденных, то они не имели никакого преимущества перед остальными доказательствами и были оценены судом в совокупности со всеми сведениями, полученными по настоящему уголовному делу.

При судебном разбирательстве тщательно проверялись доводы в защиту Г. и Н. о применении недозволенных методов расследования, о допущенных нарушениях уголовно-процессуального закона, которые обоснованно признаны неубедительными по основаниям, приведенным в приговоре.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами осужденных и их адвокатов о том, что приговор основан на порочных доказательствах, поскольку ни одно доказательство, юридическая сила которого вызывала сомнение, не было положено в обоснование тех или иных выводов суда.

Доводы в защиту Н. о том, что он намеревался не уничтожать имущество потерпевших, а скрыть следы преступления, являются несостоятельными, поскольку мотив совершения данного преступления в данном случае не имеет значения.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, проверив все версии в защиту осужденных и отвергнув их, выяснив причины имеющихся противоречий, суд пришел к обоснованному выводу о виновности Г. и Н. в инкриминируемых им преступлениях, дав содеянному ими правильную юридическую оценку.

То обстоятельство, что не найдены монтировка и нож, которым Н. наносил удары потерпевшим, то это обстоятельство никоим образом не ставит под сомнение обоснованность осуждения Г. и Н. за содеянное.

При назначении наказания осужденным суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности преступлений, данные о личности, которые по месту жительства характеризуются положительно, Г. в период прохождения службы принимал участие в разоружении незаконных формирований в Чеченской Республике и получил при этом ранение, а также влияние назначенного наказания на исправление Г. и Л. и на условия жизни их семей, состояние здоровья родителей осужденных.

Назначенное осужденным наказание является справедливым. Считать его чрезмерно мягким или чрезмерно суровым, о чем указывается в жалобах в защиту осужденных и в жалобах потерпевших, оснований нет.

Указанные Г. обстоятельства, не являются достаточным основанием для смягчения назначенного ему наказания.

Обстоятельства, на которые ссылаются потерпевшие в своих жалобах, не дают оснований для признания назначенного осужденным наказания чрезмерно мягким, при этом судебная коллегия исходит из положений ст. 63 УК РФ, в которой содержится перечень отягчающих обстоятельств, являющийся исчерпывающим.

Гражданский иск по делу разрешен в соответствии с требованиями ГК РФ.

Вид исправительной колонии, назначенный для отбывания наказания Н., определен судом в соответствии с требованиями ст. ст. 58 и 86 УК РФ, в связи с чем протест (представление) прокурора удовлетворению не подлежит.

Нарушений закона, являющихся основанием для отмены или изменения приговора, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Волгоградского областного суда от 31 мая 2002 года в отношении Г. и Н. оставить без изменения, а кассационные протест (представление) и жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"