||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 26 ноября 2002 года

 

Дело N 49-Г02-95

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                            Кнышева В.П.,

    судей                                          Харланова А.В.,

                                                     Горохова Б.А.

 

рассмотрела в судебном заседании 26 ноября 2002 г. гражданское дело по кассационным жалобам квалификационной коллегии судей Республики Башкортостан, Г., кассационному протесту прокурора Республики Башкортостан на решение Верховного Суда Республики Башкортостан от 10 октября 2002 г. по жалобе Г. на решение ККС Республики Башкортостан от 19 июля 2002 г. о прекращении полномочий судьи.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Харланова А.В., объяснения представителей ККС судей Республики Башкортостан К., В., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Власовой Т.А., поддержавшей доводы кассационного протеста, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

установила:

 

Г. была избрана народным судьей Ленинского районного народного суда г. Уфы постановлением Верховного Совета Республики Башкортостан от 29 октября 1992 года сроком на десять лет в соответствии со ст. 92 Конституции Республики Башкортостан.

Решением квалификационной коллегии судей Республики Башкортостан (далее - ККС), от 19 июля 2002 года постановлено:

Представление Председателя Верховного Суда Республики Башкортостан удовлетворить.

На основании п. 1 ст. 12.1 Закона РФ "О статусе судей в Российской Федерации" N 3132-1 от 26.06.1992 (в ред. ФЗ от 15.12.2001 N 169-ФЗ) досрочно прекратить полномочия судьи Ленинского районного суда г. Уфы Г. за совершение дисциплинарного проступка, выразившееся в нарушении положений Кодекса чести судьи Российской Федерации, неоднократном и грубом умалении авторитета судебной власти и достоинства судьи.

Г. обратилась в Верховный Суд Республики Башкортостан с жалобой на указанное решение ККС, просила его отменить и прекратить производство по делу. Указывала на то, что доказательства, которые положены в основу решения, не могли служить основанием для прекращения ее полномочий. Представленные ею доказательства не приняты во внимание. Примененное к ней взыскание является дисциплинарным. ККС, проигнорировав требования ст. 193 Трудового кодекса РФ, необоснованно привлекла к ответственности за проступки, совершенные в 2000, 2001 и январе 2002 года. Поступившие в ККС материалы рассмотрены спустя четыре месяца после их направления. ККС проявила пренебрежительное отношение к соблюдению правил разбирательства и не обеспечила возможность реального осуществления прав, предоставленных ей законом.

В дополнительной жалобе от 9 октября 2002 года представитель Г. адвокат Данилин И.В. просил отменить решение ККС и прекратить производство по делу, восстановить Г. в должности судьи Ленинского районного суда г. Уфы с 19 июля 2002 года, обязать квалификационную коллегию судей впредь до избрания конференцией судей председателя и заместителя председателя ККС проводить заседания под председательством Председателя Совета судей Республики Башкортостан.

В обоснование этих требований указано дополнительно на то, что дело рассмотрено ККС в незаконном составе. Конференция судей Республики Башкортостан 27 апреля 2002 года не вправе была принимать решение об избрании судей в состав ККС на раздельных секциях. Избирая членов коллегии на секциях, судьи были лишены права избирать судей в состав единой для Республики ККС из числа судей другой юрисдикции или другого уровня, что противоречит требованиям ст. 55 Конституции РФ о том, что любое ограничение прав граждан может быть установлено только федеральным законом. Секционный порядок избрания привел к нарушению тайны голосования. Безальтернативно выдвинутые на ряде секций кандидаты фактически избирались открытым голосованием. Фактическое избрание всего состава ККС от органов судейского сообщества произошло путем утверждения единого протокола счетной комиссии открытым голосованием. Поскольку судьи в состав ККС были избраны с нарушением установленной законом императивной процедуры, они были не вправе участвовать в заседании, и решение ККС принято в незаконном составе. Решение подписано ненадлежащим лицом. Председательствовать на заседаниях ККС вправе лишь председатель ККС или его заместитель, а если они не избраны - председатель Совета судей.

В судебном заседании представитель Г. адвокат Данилин И.В., не оспаривая факты, изложенные в решении ККС по нарушению процессуальных сроков при рассмотрении гражданских дел, сроков назначения дел на кассационное рассмотрение, нарушение сроков объяснил тем, что Г. длительное время болела, находилась в 2000 - 2001 годах на стационарном лечении.

Решением Верховного Суда Республики Башкортостан от 10 октября 2002 г. решение ККС отменено, Г. восстановлена в должности судьи, в остальной части требования Г. оставлены без удовлетворения.

В кассационной жалобе ККС Республики Башкортостан и кассационном протесте прокурора Республики Башкортостан ставится вопрос об отмене решения суда с направлением дела на новое рассмотрение.

В кассационной жалобе Г. ставится вопрос об изменении решения суда с удовлетворением ее требований в полном объеме.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и кассационного протеста прокурора, Судебная коллегия оснований к отмене решения суда не находит.

В силу п. 2 ст. 3 Закона РФ от 26 июня 1992 года N 3132-1 "О статусе судей в Российской Федерации" (с последующими изменениями и дополнениями) судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях должен избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности.

Согласно ст. ст. 1, 2 Кодекса чести судьи Российской Федерации в своей деятельности судья обязан руководствоваться наряду с Конституцией РФ и другими законодательными актами, действующими на территории Российской Федерации, общепринятыми нормами нравственности и правилами поведения, способствовать утверждению в обществе уверенности в справедливости, беспристрастности и независимости суда. Судья в любой ситуации должен сохранять личное достоинство, заботиться о своей чести, избегать всего, что могло бы причинить ущерб репутации и поставить под сомнение его объективность и независимость при осуществлении правосудия. Судья обязан поддерживать свою квалификацию на высоком уровне, необходимом для надлежащего исполнения обязанностей по осуществлению правосудия. Судья должен проявлять терпение, вежливость, тактичность и уважение к участникам судебного разбирательства и другим лицам, с которыми он общается при исполнении служебных обязанностей.

В соответствии со ст. 12.1 Закона РФ "О статусе судей в РФ" за совершение дисциплинарного проступка (нарушение норм настоящего Закона, а также положений Кодекса судейской этики, утверждаемого Всероссийским съездом судей) на судью может быть наложено дисциплинарное взыскание в виде:

предупреждения;

досрочного прекращения полномочий судьи.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года N 7 (в ред. Постановления Пленума от 21.12.1993 N 11, с изм. от 25.06.1996 N 4, от 25.10.1996 N 10) "О сроках рассмотрения уголовных и гражданских дел судами Российской Федерации" преднамеренное грубое или систематическое нарушение судей процессуального закона, повлекшее волокиту при рассмотрении уголовных или гражданских дел и существенно ущемляющее права и законные интересы граждан, следует рассматривать с учетом конкретных обстоятельств как совершение поступка, позорящего честь и достоинство судьи или умаляющего авторитет судебной власти.

Как установлено ККС Республики Башкортостан и было подтверждено судом судьей, Г. систематически нарушались требования о сроках подготовки гражданских дел к судебному разбирательству, сроках их рассмотрения, направления в кассационную инстанцию, установленные ст. ст. 99, 289 ГПК РСФСР, что приводило к нарушению законных прав и интересов граждан, в том числе и на судебную защиту в разумные сроки.

Кроме того, ею грубо нарушались нормы уголовного процессуального законодательства, судейской этики, правил поведения, определенных Кодексом чести судьи.

То есть Г. совершила поступок, позорящий честь и достоинство судьи, умаляющий авторитет судебной власти. В связи с чем у ККС имелись основания для прекращения ее полномочий судьи.

Выводы суда в этой части основаны на доказательствах, которым дана правильная правовая оценка в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РСФСР, они соответствуют материалам дела и оснований считать их неправильными у Судебной коллегии не имеется.

Вместе с тем суд пришел к правильному выводу о том, что квалификационная коллегия неправомочна была принять решение о прекращении полномочий судьи Г., поскольку судьи были избраны в ККС с существенным нарушением требований закона.

В соответствии с п. 4 ст. 11 Федерального закона N 30-ФЗ от 14 марта 2002 г. "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации" квалификационная коллегия судей субъекта Российской Федерации формируется по следующим нормам представительства:

от судей верховного суда республики, краевого, областного суда - два судьи;

от судей арбитражного суда субъекта РФ - пять судей;

от судей гарнизонных военных судов - один судья;

от судей районных судов - три судьи;

от судей конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации - один судья;

от мировых судей - один судья;

семь представителей общественности;

один представитель Президента Российской Федерации.

Согласно п. 6 ст. 11 данного Федерального закона судьи в состав квалификационной коллегии судей субъекта РФ избираются тайным голосованием на конференции судей в порядке, определяемом этой конференцией.

Суд, дав анализ документам конференции судей РБ от 26 - 27 апреля 2002 г., пришел к правильному выводу о том, что на конференции не был надлежащим образом определен порядок избрания судей в состав квалификационной коллегии.

Так, из п. п. 28, 29 Регламента конференции следует, что судьи избираются в состав квалификационной коллегии судей тайным голосованием на раздельных секциях соответствующих судов. Выдвижение кандидатур в квалификационную коллегию судей производится в том же порядке, что и выдвижение кандидатур в члены Совета судей.

Однако, как следует из протокола конференции, вопрос о порядке избрания судей в состав квалификационной коллегии судей на раздельных секциях на обсуждение конференции не ставился, сам порядок избрания на раздельных секциях, а именно: каким образом должно было происходить выдвижение кандидатур на раздельных секциях, на альтернативной или безальтернативной основе, не определялся.

Кроме того, судом было установлено, что проект регламента не был изготовлен заранее, он был размножен и роздан лишь во второй день конференции, в связи с чем судьи были лишены возможности тщательно изучить каждый пункт регламента с учетом положений новых законов и обнаружить имеющиеся противоречия в принятом документе.

Между тем неуточнение порядка выдвижения кандидатур привело к тому, что (согласно протоколам заседаний секций по выдвижению кандидатур в квалификационную коллегию судей РБ) Конституционный Суд РБ на секции в состав ККС РБ выдвинул одну кандидатуру, Арбитражный суд РБ на своей секции выдвинул 5 кандидатур, Уфимский военный гарнизон - одну кандидатуру, т.е. количество выдвинутых кандидатур этими судами совпало с нормами представительства, установленными законом. Тогда как из протоколов по выдвижению кандидатур судей на секциях Верховного Суда РБ, районных (городских) судов, мировых судей следует, что выдвижение кандидатур происходило на альтернативной основе: Верховный Суд РБ в бюллетень для тайного голосования внес 4 кандидатуры, судьи районных (городских) судов внесли 6 кандидатур, мировые судьи - три кандидатуры. То есть конференцией не был определен единый принцип выдвижения кандидатур. Более того, суд правильно указал в решении, что это привело к нарушению принципа тайного голосования, установленного федеральным законом, поскольку протоколы по выдвижению кандидатур были оглашены на конференции до проведения тайного голосования, результат голосования по Военному гарнизону, Арбитражному суду и Конституционному Суду был тем самым предопределен.

Эти обстоятельства, как обоснованно указал суд, подтверждаются протоколами счетной комиссии, из которых следует, что от Уфимского гарнизонного военного суда избран один судья из одной выдвинутой кандидатуры, от Конституционного Суда - один из одной кандидатуры, от Арбитражного суда - 5 судей из пяти кандидатур, от мировых судей - один судья из трех кандидатур, от Верховного Суда избраны двое из четырех кандидатур, от судей районных (городских) судов избраны трое судей из шести кандидатур.

Согласно п. 26 (ч. 10) Регламента конференции избранными считаются судьи, получившие наибольшее количество голосов среди кандидатов соответствующих судов в пределах норм представительства. Из данного пункта регламента, как правильно указал суд в решении, следует, что подразумевалось избрание судей на альтернативной основе, однако при этом не конкретизировано, в какой орган судейского сообщества в таком порядке избираются судьи. При этом суд правильно указал, если предположить, что такой порядок по смыслу п. 29 Регламента был установлен для избрания как Совета судей, так и ККС, то выдвижение кандидатур в состав ККС на безальтернативной основе изначально является незаконным. Это также подтверждает обоснованные выводы суда о том, что порядок избрания судей в состав квалификационной коллегии (на альтернативной или безальтернативной основе) не был определен надлежащим образом.

Кроме того, поскольку протокол конференции, протоколы счетной комиссии были утверждены открытым голосованием, это также, как правильно указал суд, привело к нарушению принципа тайного голосования, установленного п. 6 ст. 11 Федерального закона "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации".

Согласно п. 30 Регламента конференции председатель квалификационной коллегии и заместитель квалификационной коллегии избираются на конференции судей РБ. При таком положении ККС, как правильно указал суд, сама не могла назначить председателя и заместителя на своем заседании.

Кроме того, в силу ч. 7 ст. 1 Положения о квалификационных коллегиях судей, утвержденного Высшей квалификационной коллегией судей РФ 15 июля 2002 г., заседание ККС субъекта РФ до избрания ее председателя ведет председатель совета судей субъекта РФ. Из решения ККС от 19 июля 2002 г. следует, что заседание ККС вел Т., который не является председателем совета судей, и, как обоснованно указал суд в решении, не мог исполнять обязанности заместителя председателя ККС, поскольку таковым не избирался на конференции судей.

В силу п. 3 ст. 19 ФЗ "Об органах судейского сообщества в РФ" квалификационные коллегии судей субъектов РФ могут осуществлять свои полномочия, если их составы сформированы не менее чем на две трети.

Согласно ч. ч. 1, 3 ст. 23 данного Федерального закона квалификационная коллегия судей правомочна принять решение, если на ее заседании присутствуют более половины членов квалификационной коллегии судей.

Решение о прекращении либо приостановлении полномочий судьи или его отставке считается принятым, если за него проголосовало не менее двух третей членов квалификационной коллегии судей, принимавших участие в заседании.

Как было установлено судом, при вынесении решения ККС от 19 июля 2002 г. в заседании принимали участие 14 членов ККС РБ. Из них 5 (Т., А., Б., Х.В., Х.Р.) являются представителями общественности, которые не составляют 2/3 принимавших участие в заседании членов ККС. Поскольку судьи в состав квалификационной коллегии избраны незаконно, суд правильно исходил из того, что ККС решение о прекращении полномочий судьи Г. принято в незаконном составе, потому оно не может быть признано законным и подлежит отмене.

Согласно п. 3 ст. 14 Закона РФ "О статусе судей в РФ" в случае отмены решения квалификационной коллегии судей о прекращении полномочий судьи, судья подлежит восстановлению в прежней должности с выплатой причитающейся ему заработной платы. В этой связи Г. правильно восстановлена в должности судьи Ленинского районного суда г. Уфы с 19 июля 2002 г.

Требование заявительницы о возложении на ККС РБ обязанности впредь до избрания конференцией судей РБ председателя и заместителя председателя ККС РБ проводить заседания под председательством Председателя Совета судей РБ обоснованно не было удовлетворено, поскольку это противоречило бы выводу суда о неправомочности ККС. Кроме того, как правильно указал суд, проведение других заседаний ККС не нарушает права Г.

Доводы кассационной жалобы Г. о том, что суд пришел к неправильному выводу об имевших место нарушениях с ее стороны, судом не были приняты во внимание конкретные обстоятельства нарушения ею требований закона, их причины, опровергаются содержанием обжалуемого решения.

Другие доводы кассационной жалобы Г. также не свидетельствуют о незаконности решения суда с учетом указанных выше в определении обстоятельств.

По изложенным в решении суда основаниям также нельзя согласиться и с доводами кассационной жалобы квалификационной коллегии судей Республики Башкортостан и кассационного протеста прокурора о незаконности решения суда.

Утверждение ККС Республики Башкортостан о том, что ей не было известно о рассмотрении дела, опровергается материалами дела (л.д. 74 - 75, 77, 114, 116 - 117, 121). В ответе ККС прямо указано, что она просит рассмотреть дело в отсутствие ее представителя.

Что касается довода о правомочности ККС, то он является несостоятельным по основаниям, указанным в решении суда.

Судебная коллегия, соглашаясь с выводом суда в этой части, исходит также из того, что по смыслу п. 6 ст. 11 Федерального закона "Об органах судейского сообщества" открытое голосование на конференции судей не допускается вообще при избрании судей в состав ККС субъекта РФ, а понятием "избираются в порядке, определяемом этой конференцией" не охватывается решение вопроса о способе голосования "тайное" либо "открытое".

Ссылка в кассационной жалобе ККС на то, что в качестве заинтересованного лица к участию в деле суд должен был привлечь Конференцию судей Республики Башкортостан, не основана на законе.

Утверждение в кассационной жалобе ККС РБ о том, что порядок голосования при избрании судей в состав ККС субъекта РФ аналогичен порядку избрания судей в состав Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации, основано на неправильном толковании положений Федерального закона "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации".

Другие доводы кассационной жалобы ККС судей и кассационного протеста прокурора по существу сводятся к неправильному применению судом норм материального права, с чем также нельзя согласиться по указанным в решении суда основаниям.

Нарушения норм материального и процессуального права, которые бы привели или могли привести к неправильному разрешению дела, в том числе и тех, на которые имеются ссылки в кассационных жалобах и кассационном протесте прокурора, судом не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 305, 311 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

решение Верховного Суда Республики Башкортостан от 10 октября 2002 г. оставить без изменения, а кассационные жалобы ККС РБ, Г. и кассационный протест прокурора - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"