||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 15 ноября 2002 года

 

Дело N 19-В02пр-20

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                            Кнышева В.П.,

    судей                                          Харланова А.В.,

                                                  Василевской В.П.

 

рассмотрела в судебном заседании от 15 ноября 2002 г. протест заместителя Генерального прокурора Российской Федерации на судебные постановления Ставропольского краевого суда по делу о восстановлении Ш. на работе в Ставропольской городской станции по борьбе с болезнями животных, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Василевской В.П. и заключение прокурора Засеевой Э.С., поддержавшей протест, Судебная коллегия

 

установила:

 

Ш. с ноября 1998 г. работал в Ставропольской городской станции по борьбе с болезнями животных в должности начальника станции.

Приказом от 5 декабря 2000 г. он был уволен с работы с 6 декабря 2000 г. по п. 3 ст. 33 КЗоТ РФ за систематическое неисполнение должностных обязанностей.

Оспаривая законность увольнения, Ш. обратился в суд с иском о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда в размере 50 тыс. рублей.

По мнению истца, администрация при его увольнении грубо нарушила требования трудового законодательства о порядке наложения дисциплинарных взысканий, послуживших основанием к расторжению трудового договора по п. 3 ст. 33 КЗоТ РФ.

Решением Ленинского районного суда г. Ставрополя от 16.01.2001 исковые требования Ш. удовлетворены.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 21.03.2001 решение суда отменено и вынесено новое решение, которым Ш. в удовлетворении исковых требований отказано и изменена дата увольнения с 06.12.2000 на 16.12.2000.

Президиум Ставропольского краевого суда постановлением от 13.08.2001 определение судебной коллегии отменил и направил дело на новое кассационное рассмотрение.

При новом разбирательстве 31.08.2001 судебная коллегия по гражданским делам краевого суда решение районного суда вновь отменила и постановила новое решение об отказе Ш. в иске. Одновременно изменила дату увольнения с 06.12.2000 на 16.12.2000.

Постановлением президиума Ставропольского краевого суда от 01.04.2002 данное определение оставлено без изменения, протест прокурора Ставропольского края - без удовлетворения.

В настоящем протесте заместителя Генерального прокурора Российской Федерации поставлен вопрос об отмене определения судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 31.08.2001, постановления президиума того же суда от 01.04.2002 и направлении дела в суд на новое рассмотрение по мотивам неправильного применения норм материального права.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, проверив материалы дела и обсудив доводы протеста, оснований для его удовлетворения не находит.

Согласно приказу от 5 декабря 2000 г. основанием к увольнению Ш. явилось систематическое неисполнение им без уважительных причин своих служебных обязанностей, за что он 14 февраля 2000 г., 27 марта 2000 г., 4 и 11 сентября 2000 г. был подвергнут дисциплинарным взысканиям в виде строгого предупреждения, замечания и строгого выговора; несмотря на принятые меры Ш. вновь допустил ненадлежащее исполнение своих служебных обязанностей, выразившееся в неосуществлении надлежащего контроля госветинспекторской деятельности Ставропольской городской ветеринарной станции, за что приказом от 26 октября 2000 г. ему объявлен строгий выговор и предложено в срок до 1 ноября 2000 г. привести в соответствие с установленным порядком учет, хранение и использование бланков строгой отчетности. В связи с тем что эти нарушения и недостатки в работе в указанный срок истец не устранил, администрация трудовой договор с ним расторгла на основании п. 3 ст. 33 КЗоТ РФ.

Обсуждая исковые требования Ш., суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности наложенных на него дисциплинарных взысканий и их отмене в связи с нарушением требований ст. 135 КЗоТ РФ о виде взысканий и порядке их применения, указав, в частности, на пропуск месячного срока для применения дисциплинарного взыскания согласно приказу от 26 октября 2000 г.

Признавая правильность вывода суда в части незаконности приказов от 14 февраля, 27 марта, 4 и 11 сентября 2000 г., кассационная инстанция вместе с тем правомерно признала отмену судом приказа от 26 октября 2000 г. ошибочной ввиду неправильного толкования и применения положения ст. 136 КЗоТ РФ, устанавливающего срок наложения дисциплинарного взыскания - не позднее месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника (или пребывания его в отпуске), что и не было учтено судом первой инстанции при обсуждении законности приказа от 26 октября 2000 г. (л.д. 105 - 109).

Таким образом, с учетом дисциплинарного взыскания, наложенного на Ш. в виде строгого выговора приказом от 26.10.2000, и последующего совершения им дисциплинарного проступка, выразившегося в неустранении выявленных нарушений в учете, хранении и использовании бланков строгой отчетности, что Ш. не оспаривалось, увольнение на основании п. 3 ст. 33 КЗоТ РФ является законным, а решение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 31.08.2001 об отказе Ш. в иске - обоснованным.

При вынесении решения об отказе Ш. в иске кассационная инстанция правомерно исходила из того, что он систематически, несмотря на принятые к нему меры дисциплинарного воздействия, без уважительных причин не исполнял свои служебные обязанности по борьбе с болезнями животных, обеспечению безопасности продуктов животноводства и т.п., в том числе по осуществлению надлежащего контроля по учету, хранению и использованию бланков строгой отчетности (квитанций о наложении штрафов за нарушение Закона РФ "О ветеринарии"), и такого вывода, что истец был уволен без законных оснований, как указано в протесте, определение судебной коллегии не содержит.

Доводы протеста о том, что, признавая увольнение истца законным при наличии в действии одного из пяти наложенных дисциплинарных взысканий, кассационная инстанция допустила превышение своих полномочий, так как оценка работы, определение тяжести проступка и наложение на работника дисциплинарных взысканий относится к компетенции администрации, а не суда, являются ошибочными.

В соответствии с п. 3 ст. 33 КЗоТ РФ увольнение за систематическое и без уважительных причин неисполнение обязанностей работником применяется, если у него имеется дисциплинарное или общественное взыскание за последний рабочий год и он вновь в течение этого года допустил нарушение своих трудовых обязанностей.

Аналогичное положение предусмотрено и п. 3 ст. 81 Трудового кодекса РФ, вступившим в силу с 1 февраля 2002 г., а также содержится в разъяснениях Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 16 от 22 декабря 1992 г. "О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации законодательства при разрешении трудовых споров" (в редакции Постановлений Пленума от 21.12.93, 25.10.96 с последующими изменениями и дополнениями).

Следовательно, с учетом требований п. 3 ст. 33 КЗоТ РФ факт включения в приказ об увольнении работника дисциплинарных взысканий, признанных судом впоследствии, за исключением одного, незаконными, на правомерность увольнения не влияет и не может повлечь отмену законного судебного решения.

В силу ч. 7 ст. 136 Кодекса законов о труде РФ и разъяснений, содержащихся в п. п. 24, 25, 26, 28 названного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, проверка правильности наложения дисциплинарных взысканий и оценка тяжести проступка, обстоятельств, при которых он совершен, а также предшествующего поведения работника является компетенцией органа, рассматривающего трудовой спор, к числу которых согласно ст. 201 КЗоТ РФ относится и суд.

Данных о том, что администрация с учетом отмены судом дисциплинарных взысканий изменила свое отношение к истцу как работнику и признала его исковые требования о восстановлении на работе, в деле не имеется. Тем более что признание ряда дисциплинарных взысканий незаконными состоялось по причине несоблюдения администрацией требований ст. 135 КЗоТ РФ о виде и порядке применения взысканий, а не из-за отсутствия фактов ненадлежащего исполнения истцом своих служебных обязанностей.

При таких обстоятельствах утверждение в протесте о превышении кассационной инстанцией своих полномочий является несостоятельным.

Как установлено при разбирательстве дела, Ш. с 6 по 16 декабря 2000 г. находился на больничном листе, но об этом администрации стало известно после его увольнения (приказ об увольнении состоялся 5 декабря 2000 г.).

Учитывая, что в соответствии с ч. 3 ст. 33 КЗоТ РФ увольнение в период временной нетрудоспособности по инициативе администрации не допускается, кассационная инстанция законно изменила дату увольнения истца с 6 на 16 декабря 2000 г., что не противоречит буквальному смыслу названного Закона и соответствует разъяснениям, содержащимся в п. п. 47, 23, 36 вышеупомянутого Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, согласно которым суд вправе изменить не только дату увольнения работника, но и формулировку увольнения при наличии определенных условий и законных для этого оснований.

Такого толкования, что работнику, уволенному в период временной нетрудоспособности, не может быть с учетом времени его болезни изменена дата увольнения и он подлежит обязательному в этом случае восстановлению на работе, из текста ч. 3 ст. 33 КЗоТ РФ не вытекает, и действующее законодательство (в том числе ст. 81 КЗоТ РФ 2002 г.) такого положения не предусматривает, нет на него ссылки и в данном протесте.

Следовательно, в целях соблюдения требования ч. 3 ст. 33 КЗоТ РФ изменение работнику даты увольнения с учетом времени его болезни возможно как самой администрацией, так и судом.

Что касается ссылки в протесте на неоднозначную позицию по данному делу президиума краевого суда при неоднократном рассмотрении дела, то это обстоятельство не влечет правовых последствий и на законность оспариваемых прокурором судебных постановлений не влияет.

Таким образом, судебной коллегией по гражданским делам Ставропольского краевого суда при вынесении решения об отказе Ш. в заявленных требованиях нормы материального права применены и истолкованы правильно, постановленное ею определение, а также постановление президиума краевого суда являются законными и обоснованными, а потому оснований для их отмены по доводам протеста не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 327, п. 1 ст. 329 ГПК РСФСР, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 31 августа 2001 г. и постановление президиума Ставропольского краевого суда от 1 апреля 2002 г. оставить без изменения, протест прокурора - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"