||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 31 октября 2002 г. N 5-о02-33

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Ермилова В.М.

судей - Ламинцевой С.А. и Бурова А.А.

рассмотрела в судебном заседании от 31 октября 2002 года кассационные жалобы осужденного Е., адвоката Юфа Ю.И. и защитника Ефимцевой М.И. на приговор Московского городского суда от 18 июня 2002 года, по которому

Е., <...>, неработающий, судимый 27.02.97 г. по ст. 112 ч. 1 УК РФ на 1 год лишения свободы,

осужден по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "в", "и", "д" УК РФ на 16 (шестнадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ламинцевой С.А., объяснения адвоката Юфа Ю.И. и Ефимцевой М.И. по доводам их жалоб, объяснения осужденного Е. по доводам его жалоб, мнение прокурора Карасевой С.Н., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

Е. признан виновным в убийстве 2-х лиц - С.М.А. и С.С.В., 1994 года рождения, заведомо для виновного находившихся в беспомощном состоянии, из хулиганских побуждений, с особой жестокостью.

Преступления совершены 24 декабря 1999 года в г. Москве.

В судебном заседании Е. виновным себя не признал.

В кассационных жалобах (основных и дополнительных) просят:

- адвокат Юфа Ю.И., в защиту осужденного, - приговор отменить и дело направить на новое расследование. Адвокат считает, что органы следствия и суд не приняли мер для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела; что по делу не установлены мотив, время и способ совершения преступления. По мнению адвоката надлежит исключить из приговора квалифицирующий признак "с особой жестокостью", так как смерть потерпевших наступила мгновенно и во сне. Адвокат считает, что указанный в приговоре мотив "из хулиганских побуждений" не доказан; что в деле нет четких выводов относительно орудия преступления;

- осужденный Е. - об отмене приговора и прекращении производства по делу. Он указывает о том, что не совершал преступлений, за которые осужден; что предварительное и судебное следствие по делу проведены поверхностно и с обвинительным уклоном; что материалы дела фальсифицированы; что по делу не выяснены время смерти потерпевших и вопрос "об одновременности" наступления их смерти. Указывает, что свидетели, на показания которых суд сослался в приговоре, дали ложные показания, оговорив его в совершении преступлений. Указывает, что на предварительном следствии к нему применялось незаконное воздействие и нарушались требования уголовно-процессуального закона. Далее ссылается на то, что по делу не опровергнуто его алиби; не исследованы все возможные версии по делу; не проверена возможность совершения преступлений другими лицами; что хронометраж времени, если его провести по делу, позволяет сделать вывод о том, что он, Е., физически не мог совершить убийства потерпевших; что суд не сделал вывод относительно обвинения в поджоге квартиры. Указывает на суровость меры наказания и просит изменить ему меру пресечения на любую другую, не связанную с лишением свободы. Ссылается на то, что выводы комиссионной судебно-медицинской экспертизы сомнительны и противоречивы. Указывает, что водолазка, свитер и полуботинки, фигурирующие в деле, не имеют на себе следов крови; что в джинсах, приобщенных по делу в качестве вещественных доказательств, он делал ремонт, поэтому на них есть помарка "об окровавленную поверхность"; что спортивная куртка, являющаяся вещественным доказательством по делу, не является его вещью - ее носила его сожительница Т.; что на рубашке, являющейся вещественным доказательством по делу, нет следов, которые могли быть при совершении преступления. Считает, что в приговоре не получили всесторонней оценки выводы и показания эксперта - медика С.Ю.А.;

защитник Ефимцева М.И. - об отмене приговора и прекращении производства по делу. Она указывает о том, что в деле отсутствуют доказательства вины Е. Она приводит в своей жалобе расчеты времени, из которых, по ее мнению, вытекает, что Е. не мог совершить преступления, которые ему инкриминируются. Указывает о том, что выводы суда по этому вопросу противоречивы. Ссылается на то, что показания свидетелей, на которые суд сослался в приговоре, непоследовательны, противоречивы, но суд не дал этому оценки, не сопоставил время, указанное ими, с официальными данными о времени возникновения возгорания в квартире потерпевших; что по делу не установлен предмет, которым причинены телесные повреждения потерпевшим. Считает, что Т. и С., являющимся свидетелями по делу, подлежало назначить и провести судебно-психиатрические экспертизы, так их психическая полноценность вызывает, по ее мнению, сомнения. Ссылается на то, что выводы экспертов-биологов не доказывают вину Е. в убийстве; считает, что кровь потерпевших на его одежде не обнаружена; что результаты комплексной судебно-медицинской экспертизы по делу фальсифицированы; что по делу не допрошены все свидетели, показания которых имеют существенное значение для дела; что по делу не проверены все возможные версии; что акт о применении розыскной собаки исключает виновность Е. в убийстве. Считает, что дело рассмотрено предвзято, вследствие чего Е. осужден за преступления, которых не совершал.

Государственный обвинитель принес возражения на жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия находит, что вывод суда о виновности Е. в содеянном основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, анализ и оценка которым даны в приговоре.

Вина Е. в совершении преступлений, за которые он осужден подтверждается показаниями свидетеля Т., из которых следует, что она и ее сожитель Е. проживали в одной квартире с ее матерью С.М.А. и ее братом С.С.В., 1994 г. рождения. 23 декабря 1999 г. она, Т., С.М.А. и Е. употребляли спиртные напитки. Затем в их квартиру пришли А., В. и С., с которыми было продолжено распитие спиртного, а С.М.А. ушла спать в большую комнату, на диван, где уже спал младший брат. Через некоторое время и она, Т., ушла спать, так как сильно опьянела. Ее разбудил Е., с которым у нее произошел конфликт, и он ударил ее по лицу. Она заметила, что он был очень агрессивен. Встав с кровати, она прошла в большую комнату, где в кресле сидел Е. На диване, свесившись головой вниз, лежала мать. Она подошла ближе, чтобы положить ее на диван, и увидела, что у нее перерезано горло. Малолетний брат лежал рядом на диване, ближе к стене. Е., держась за голову, закричал, что это он "перерезал" горло матери. У Е. была истерика, он говорил, что на него что-то нашло и это он совершил убийство и не знает, что ему делать дальше. В этот момент в квартире никого, кроме Е., не было. От увиденного она потеряла сознание. До этого момента Е. звонил в милицию.

Показания свидетеля Т. признаны судом достоверными, поскольку последовательны и согласуются с другими доказательствами.

Материалы дела свидетельствуют о том, что Т. не имеет оснований для оговора Е.

Из показаний свидетелей А., Ч., В., С. усматривается, что 24 декабря 1999 г. они распивали спиртные напитки вместе с Е., С.М.А. и Т. в квартире последних. Когда С.М.А., а затем Т. ушли спать, Е. через некоторое время стал предъявлять им претензии по поводу того, что они, якобы, "приставали" к Т. Е. ударил А. и Ч., В. вытолкнул Е. из кухни в большую комнату, отчего Е. упал, его подняли и привели на кухню. В большой комнате на диване спали С.М.А. и ребенок. На кухне Е. продолжил скандал, стал выгонять всех, а потом сам убежал из квартиры. Мужчины тоже ушли из квартиры, но во дворе дома заметили, что Е. вернулся домой. А., В. и С. вновь пошли к Е., но тот не открыл им дверь. Они пошли в пивной бар на ул. 1-ая Рейсовая в г. Москве, но, в связи с тем, что в квартире Т. А. забыл свою личную вещь, последний вместе с В. вернулись в эту квартиру, причем, около подъезда они видели милицейскую машину. Дверь квартиры была приоткрыта, чувствовался запах гари. Свет на кухне не был включен, но было видно, что под подоконником тлело какое-то тряпье. Затушив тление, выходя из кухни, они заметили, что в большой комнате "неестественно свешивается мать Т.", подойдя ближе, обнаружили, что женщина и лежавший рядом с ней ребенок мертвы. Е. в это время в квартире не было. Они сразу ушли из квартиры, а потом еще раз возвращались туда, чтобы узнать, жива ли Т. - та лежала на кровати и была жива. Они поняли, что убийство женщины и ребенка совершил Е.

Осужденный Е. в судебном заседании подтвердил, что в ходе распития спиртных напитков у него возник конфликт с В., А., С. и Ч. Он стал выгонять их из квартиры, но они не реагировали, в связи с чем он позвонил в отделение милиции "Внуково" и пытался объяснить ситуацию. Это было примерно в 3 часа 30 минут 24 декабря 1999 года. После звонка он, Е., выбежал на улицу, а следом за ним на улицу вышли А., В., С. и Ч. Затем он, Е., вернулся домой и закрыл за собой входную дверь квартиры. Через некоторое время А., В., С. и Ч. стали стучать в дверь, заявляя, что они что-то забыли. Но дверь он им не открыл и вновь позвонил в отделение милиции "Внуково", сообщив, что в квартиру пытаются проникнуть неизвестные лица. Прибывший наряд работников милиции задержал его и он был доставлен в РОВД "Внуково", где находился, примерно с 4 часов 15 минут до 5 час. 50 мин. утра 24 декабря 1999 г.

Согласно протоколу выемки сведений о телефонных звонках и справке в отделение милиции поступило два звонка с телефонного номера квартиры С.М.А., время этих звонков зафиксировано в ОВД "Внуково" - 03.40 мин. и 03.56 мин. 24 декабря 1999 г. (т. 1 л.д. 210 - 212).

Согласно протоколам выемки документов в ОВД "Внуково" г. Москвы Е. был доставлен в ОВД "Внуково" в нетрезвом состоянии 24 декабря 1999 г. в 4 часа 15 минут и был отпущен из ОВД 24 декабря 1999 г. в 5 часов 50 минут (т. 1 л.д. 90 - 93, 208).

По заключению эксперта-медика смерть С.М.А. наступила от острой кровопотери, развившейся в результате ножевых ранений шеи и грудной клетки. Каждое из этих повреждений само по себе является смертельным. Все отмеченные повреждения являются прижизненными и причинены в короткий промежуток времени друг за другом (т. 1 л.д. 65 - 78).

По заключению эксперта-медика С.Ю.А. на трупе малолетнего С.С.В. обнаружены множественные колото-резаные и резаные раны; все они имеют признаки прижизненного происхождения, образовались в короткий промежуток времени, незадолго или в момент наступления смерти (т. 1 л.д. 47 - 62).

В этой части заключения экспертов-медиков признаны судом обоснованными.

По заключению экспертов-медиков, проводивших комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, смерть обоих потерпевших наступила в период с 3 - 4 часов 24 декабря 1999 г. При этом эксперты пояснили, что некоторое несоответствие в динамике трупных изменений объясняется положением трупов (труп С.С.В. располагался на трупе С.М.А.), большей массой тела С.М.А., а также более быстрым развитием трупного окоченения у детей, чем у взрослых (т. 4 л.д. 39 - 47); в последних выводах эксперты уточнили заключение эксперта-медика С.Ю.А., на которое ссылаются авторы кассационных жалоб.

Выводы комиссионной экспертизы суд признал обоснованными.

По заключению экспертов-криминалистов колото-резаные раны и резаные раны на трупах С.М.А. и С.С.В. могли быть причинены ножом, изъятым с места происшествия.

Эти выводы экспертов не вызвали сомнений у суда.

Согласно материалам дела в ночь с 23 на 24 декабря 1999 г. Е. был одет в спортивную куртку темного тона расцветки и серые джинсы, каковыми и являются изъятые в квартире Т. носильные вещи. Иное, как правильно указано в приговоре, противоречит совокупности доказательств.

Согласно протоколу освидетельствования Е. у него были изъяты полуботинки, рубашка, водолазка со следами крови.

По заключению экспертов-криминалистов на указанных водолазке и спортивной куртке на передней поверхности в верхней части обнаружены пятна, похожие на кровь, которые по своим морфологическим признакам являются брызгами и образовались от попадания мелких частиц жидкой крови, летящих по отношению к передней поверхности одежды перпендикулярно, а также сверху вниз и в стороны. На джинсах Е. на передней поверхности обеих половин обнаружены бурые пятна, похожие на кровь, которые по своим морфологическим признакам являются помарками и образовались в результате непосредственного контакта джинсов с окровавленной поверхностью (т. 2 л.д. 3 - 8).

По заключению экспертов-биологов на спортивной куртке и джинсах Е. обнаружена кровь человека, которая могла произойти от С.М.А. и С.С.В. (т. 2 л.д. 60 - 66); на рубашке Е. обнаружена кровь человека, происхождение которой по генетическим системам допускается от С.М.А. (т. 2 л.д. 69 - 77).

Приведенные выводы экспертов признаны судом правильными и обоснованными, поскольку экспертизы проведены в соответствии с требованиями закона, компетентными лицами.

Свидетель С., продолжая свои показания по обстоятельствам дела, пояснял, что утром 24 декабря 1999 г., примерно в шесть часов, он находился в пивном баре, куда пришел Е. и пригласил его к Т. В квартире Е. сразу же прошел в комнату, а он, С., в это время находился в прихожей. Потом увидел, как Е., проходя из комнаты на кухню, держал в руке окровавленный кухонный нож. На кухне Е. открыл кран с водой. На его вопрос Е. ответил, что "зарезал Марину с ребенком".

Как пояснил С. в суде, в ходе предварительного следствия ему были предъявлены для опознания ножи, среди которых он опознал нож, который видел в руках у Е. при указанных обстоятельствах утром 24 декабря 1999 г.

Свидетель В. уточнил, что, когда он и А. стучали в дверь квартиры Т., то из-за двери он слышал голос Е. и голос какой-то женщины.

Показания свидетелей С., В., А., Ч. признаны судом достоверными, поскольку согласуются между собой, а также в указанной выше части с показаниями самого осужденного по обстоятельствам дела; с показаниями свидетелей Р., К., Я., С., Б., К., П., М., Т., Р.; с показаниями свидетеля Н., в той части, как это указано в приговоре.

Показания свидетелей С., В., А., Ч., положенные в основу приговора, тщательно исследовались судом и проверялись с помощью других доказательств.

Наличие в их показаниях некоторых противоречий, не являющихся существенными, на которые имеются ссылки в кассационных жалобах осужденного, его защитника и адвоката, не влияет на правильность той оценки, которая дана этим показаниям в приговоре.

Показания этих свидетелей согласуются и с имеющимися в деле данными о возгорании на кухне квартиры Т., на которые ссылаются авторы жалоб.

Как пояснил эксперт С.М.Ю., производивший в ходе предварительного следствия пожарно-техническую экспертизу, время развития пожара составляло около 2 - 3 минут (т. 4 л.д. 37 об.). Примерно столько же времени и прошло с момента ухода Е. из квартиры с вызванным им нарядом милиции до момента прихода туда А. и В., которые потушили возгорание и проветрили помещение.

Работники милиции, прибывшие по звонку Е. в квартиру, согласно их показаниям, дальше коридора квартиры не проходили и запаха горения в указанной ситуации не чувствовали.

Проанализировав приведенные выше и иные доказательства, полно изложенные в приговоре, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что именно Е. в период времени между 3 и 4 часами 24 декабря 1999 г. совершил убийство С.М.А. и С.С.В.

Совокупность доказательств, на которые суд сослался в приговоре, опровергает алиби, на которое ссылаются в жалобах осужденный и его защитник.

Из показаний свидетеля Т. следует, что Е. звонил в милицию при ней, когда в квартире посторонних не было. Именно в это время она увидела трупы потерпевших.

Как установлено судом, первый звонок в милицию Е. сделал в 3 часа 40 мин. 24 декабря 1999 г., однако в это время в квартире были А., Ч., В., С.

Второй звонок в милицию Е. сделал в 3 часа 56 минут уже при тех обстоятельствах, о которых показала Т. Именно в этот период времени В., А. и С. вернулись к квартире Т., они стучали в дверь квартиры, но дверь им не открыли - именно в это время Е. звонил в милицию, и В. слышал через дверь голос Е. и женский голос.

Обстоятельства дела органами следствия и судом исследованы всесторонне, полно, объективно.

Все возможные версии проверены и получили оценку в приговоре.

Все свидетели, показания которых имеют существенное значение для дела, допрошены.

Оснований для назначения судебно-психиатрической экспертизы в отношении свидетелей Т. и С., на необходимость которых указывает в жалобе защитник Е., суд не усмотрел - их психическая полноценность не вызвала сомнений у суда.

Акт о применении розыскной собаки, на который ссылается защитник Е. в жалобе (т. 1 л.д. 40), не опровергает выводов суда, изложенных в приговоре.

Обстоятельства, перечисленные в ст. 73 УПК РФ, по настоящему делу доказаны.

В соответствии с фактическими обстоятельствами дела, установленными в судебном заседании, действия Е. правильно квалифицированы по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "в", "и", "д" УК РФ.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами кассационных жалоб о том, что по настоящему делу не установлен мотив убийства.

Судом правильно установлено и указано в приговоре, что в ночь с 23 на 24 декабря 1999 г. в квартире потерпевшей С.М.А., где она проживала с малолетним сыном С.С.В., дочерью Т. и сожителем последней Е., между Т. и Е. произошла ссора. В период времени между 3 и 4 часами 24 декабря 1999 г. Е., используя конфликтную ситуацию, возникшую между ним и Т., как повод для убийства С.М.А. и С.С.В., причинил последним множественные телесные повреждения, от которых они скончались на месте.

Обсуждая вопрос о квалификации действий Е., судебная коллегия считает необходимым исключить из приговора указание о том, что Е. совершил убийство С.М.А. с особой жестокостью, поскольку обвинение в этой части ему не предъявлялось.

Судебная коллегия также считает необходимым исключить из приговора указание о том, что Е. совершил убийство С.М.А. с использованием ее беспомощного состояния, которое суд усмотрел в том, что она находилась в состоянии сна.

Однако, нахождение во сне не может рассматриваться как беспомощное состояние, предусмотренное п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Несмотря на это изменение, судебная коллегия не находит оснований для смягчения наказания Е., которое назначено ему в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному и данным о личности виновного.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по настоящему делу не допущено.

Психическое состояние Е. исследовано с достаточной полнотой.

Заявление Е. о применении к нему незаконных методов на предварительном следствии проверялось судом и мотивированно отвергнуто в приговоре.

Не находя поводов для отмены приговора, как об этом ставится вопрос в кассационных жалобах осужденного Е., адвоката Юфа и защитника Е., руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Московского городского суда от 18 июня 2002 года в отношении Е. изменить:

исключить указание о том, что он совершил убийство С.М.А. с особой жестокостью и с использованием ее беспомощного состояния.

В остальном приговор оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

Председательствующий

ЕРМИЛОВ В.М.

 

Судьи

ЛАМИНЦЕВА С.А.

БУРОВ А.М.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"