||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 30 октября 2002 г. N 5-О02-163

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Галиуллина З.Ф.

судей Валюшкина В.А. и Колышницына А.С.

рассмотрела в судебном заседании 30 октября 2002 года кассационные жалобы осужденного С.В. и адвокатов Сташевского С.Г. и Филиппова О.Н. на приговор Московского городского суда от 29 апреля 2002 года, которым

С.В., <...>, русский, несудимый,

осужден к лишению свободы: по ст. 199 ч. 2 п. п. "в", "г" УК РФ на 3 года с лишением права занимать руководящие должности в государственных предприятиях сроком на 3 года, по ст. 188 ч. 4 УК РФ на 9 лет с конфискацией имущества, по ст. 210 ч. 1 УК РФ на 9 лет с конфискацией имущества, а по совокупности преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно на 12 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с лишением права занимать руководящие должности в государственных предприятиях сроком на 3 года и с конфискацией имущества.

По ст. 174 ч. 3 УК РФ оправдан за недоказанностью.

Постановлено взыскать с С.В. 4 506 024 рубля 3 копейки в доход государства в счет возмещения ущерба от недоплаты таможенных платежей.

Постановлено взыскать с С.В. 169 495 296 рублей в доход государства в счет возмещения ущерба, причиненного недоплатой налогов в Федеральный бюджет.

Постановлено решение об обращении взыскания на рублевые и валютные средства в счет возмещения ущерба.

Заслушав доклад судьи Валюшкина В.А., объяснения осужденного С.В. и адвоката Филиппова О.Н., поддержавших доводы, изложенные в жалобах, мнение прокурора Башмакова А.М., полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

по приговору суда С.В. признан виновным в:

- создании преступного сообщества (преступной организации) для совершения особо тяжких преступлений и руководстве таким сообществом (организацией);

- контрабанде, то есть перемещении в крупном размере через таможенную границу Российской Федерации товаров с обманным использованием документов, сопряженном с недостоверным декларированием, организованной группой, неоднократно;

- уклонении от уплаты налогов с организаций путем включения в бухгалтерские документы заведомо искаженных данных о доходах и путем сокрытия других объектов налогообложения в особо крупном размере, неоднократно.

Эти преступления совершены в 1997 - 98 гг. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании С.В. вину не признал.

В основных кассационных жалобах и дополнениях к ним осужденный С.В. и в его защиту адвокат Филиппов О.Н. указывают на необоснованность осуждения С.В. по ст. 210 УК РФ, поскольку объектом преступления является общественная безопасность, а не сфера экономики. Кроме того, приговор в этой части является бездоказательным. Вывод суда о криминальной деятельности фирм на территории Латвии, якобы созданных неустановленными лицами, входящими в сообщество С.В., является неубедительным, поскольку они осуществляли свою деятельность на законных основаниях, не имея отношения к С.В. Подтверждением законности их деятельности являются показания К., и свидетелей из числа представителей фабрик-производителей, отрицавших знакомство с С.В. и пояснявшими, что заказы на товар они получали от Я., который и оплачивал его. Показаниям же самого Я. судом не дано должной оценки. Кроме того, С.В. в период с сентября 1997 года по конец января 1998 года не мог через принадлежащие ему фирмы осуществлять какую-либо деятельность, поскольку в этот период времени был отстранен от руководства фирм, что подтвердили Ц. и Ш. Вывод о достоверности сведений, сообщенных свидетелями Ч., Ф., Р., П. и М., является неубедительным, поскольку в показаниях указанных лиц, как между собой, так и с другими свидетелями, имеются существенные противоречия касающиеся механизма оплаты за поставленный товар, о личном участии С.В. в таможенном оформлении поступивших грузов и т.п. Суд, отождествив понятия "таможенная граница" и "таможенная территория", пришел к неправильному выводу о виновности С.В. в контрабанде, не учтя при этом, что пропуск грузов через таможенную границу и ввоз его на территорию Российской Федерации был осуществлен под контролем таможенников. При доказанности представления С.В. недостоверных сведений на таможенной территории, он мог бы нести ответственность по ст. 194 УК РФ. Доказательств участия С.В. в создании, регистрации, и деятельности "Кирибренса", "Модулекса", "Экспокома", "Кестлера" и других фирм, фигурирующих в деле, не добыто. Более того, С.В. не мог быть создателем и руководителем преступного сообщества, так как не являлся ни получателем товара, ни декларантом, о чем свидетельствуют показания Б., К., Е., З. и других. Осуждение С.В. за уклонение от уплаты налогов только на основании записей, сделанных в тетради "чернового учета", при отсутствии каких-либо иных документов, содержащих установленные законом обязательные реквизиты, является незаконным и необоснованным. Указывают на неполноту предварительного следствия, поскольку не установлен ряд лиц, показания которых имели существенное значение для правильного разрешения дела. Приговор основан на предположениях, имеющиеся сомнения в доказанности вины С.В. не устранены. При назначении наказания суд не учел первой судимости С.В., нахождения на его иждивении дочери и больных престарелых родителей.

Кроме того, С.В. указывает на нарушения его права на защиту на следствии, на то, что много документов не переведено на русский язык. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В частности, деятельность Я. на территории Польши была признана законной, связь между его фирмами и фирмами-владельцами товаров не установлена. Суд оставил без внимания, что и Р. и Ч. несли ответственность за соблюдение правил торговли, перевозки и таможенного оформления грузов, деятельность компании "Свек" надлежаще не исследована, не дано оценки тому обстоятельству, что фирмы, учредителем которых является он, начали свою деятельность только с весны 1998 года. Его показания о непричастности к контрабанде не опровергнуты. Считает незаконным осуждение по ст. 199 УК РФ, поскольку отношения к составлению и ведению бухгалтерского баланса, не имел.

Осужденный С.В. и адвокат Филиппов просят приговор отменить, направив дело на новое судебное разбирательство, изменив С.В. меру пресечения на не связанную с лишением свободы.

В кассационной жалобе адвокат Сташевский С.Г. в защиту С.В., ставя вопрос об отмене приговора, не привел никаких доводов.

В возражении на кассационные жалобы прокурор просит оставить приговор без изменения, а жалобы - без удовлетворения.

Проверив дело, обсудив доводы, изложенные в кассационных жалобах и возражении, судебная коллегия находит, что вывод суда о виновности С.В. в создании преступного сообщества и руководстве им, контрабанде и уклонении от уплаты налогов соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на совокупности исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре.

С.В., как следует из его показаний, не отрицал наличия у него фирм, ранее являвшихся участниками внешнеэкономической деятельности, которые в 1997 - 1998 гг. прекратили эту деятельность и занимались закупкой на внутреннем российском рынке. В число российских поставщиков входили "Новомаркет-77", "Интсервис-К" и "Ин Лайн+", однако с их представителями незнаком и о том, что они зарегистрированы по утерянным паспортам, ничего не знает. В феврале 1998 года он приобрел готовые пакеты документов "Кантрели" и "Фирма Практик ЛТД", став их руководителем и учредителем, поскольку получение лицензии на занятие торгово-закупочной деятельностью для уже действующей фирмы являлось сложным, а на вновь зарегистрированную, лицензия выдавалась автоматически. Центральный офис этих фирм находился по одному адресу. Я. знает, как представителя "Свека" в Польше, но в сговоре с ним не был. Действительно, он, как руководитель несет ответственность за правильность предоставляемых в налоговые органы сведений, но эти отчеты составляли бухгалтера, которым он доверял, и подписывал их, не сомневаясь в достоверности сведений.

Однако суд обоснованно не согласился с такими показаниями С.В.

Так, из объяснений свидетеля Ч., начальника отдела логистики "Кантрели" с января 1998 года, на работу его принимал С.В., имевший и другие фирмы. Заказ продукции осуществлялся либо С.В., либо коммерческим директором Р. Заказ они направляли в Польшу Я., являвшемуся агентом С.В. Поставщиками кондитерских изделий являлись польские фирмы "Фазер", "Вега", "Вавель". Его работа, заключалась в следующем: сотрудники коммерческого отдела Р., Л., П., либо сам С.В. или Я. сообщали ему дату и место загрузки фур кондитерскими изделиями. Он, зная сотрудников фирм-перевозчиков и их расценки, связывался с ними и согласовывал дату и место загрузки машин. В основном это были литовские фирмы-перевозчики. Первоначально машины с грузом следовали из Польши в Латвию в Даугавпилс. В связи с этим С.В. передал ему реквизиты фирм-грузополучателей в Латвии, которыми являлись "Хомеланд Ресурсес" и "Кватро-корп". Инструкции по заполнению CMR и CARNET TIR он отправлял Я., который после загрузки автомашины, присылал ему по факсу копии оригинальных инвойсов на продукцию, на которых был указан номер автомашины, номер CARNET TIR, реальная стоимость товаров и их полное наименование. По этим инвойсам составлялся заказ на автомашины, и затем эта заявка направлялась в фирму-перевозчик для составления CMR. Кроме того, копии инвойсов он передавал в коммерческий отдел, где П. рассчитывал процент рентабельности полученной продукции по каждой автомашине. По прибытии машины в Даугавпилс, на таможенном посту закрывался CARNET TIR. Для заполнения новых CARNET TIR и CMR, он посылал другую инструкцию, в которой указывалось, что получателями грузов в Москве значились "Кестлер", "Кирибренс", "Модулекс" и другие, место доставки грузов, таможня назначения, образец заполнения инвойсов и товарно-транспортных накладных. Закрытие старого CARNET TIR и выписка нового были необходимым требованием фирмы, занимающейся растаможиванием грузов, в основном для замены инвойсов. В случае если машина с грузом направлялась в адрес "Кирибренса", то никаких инструкций он не направлял, а только в Польшу сообщал дату и место загрузки, так как транспорт заказывался самими таможенными брокерами, а схема по замене документов в Даугавпилсе была их собственной. В Даугавпилсе располагался терминал "Лат спас" (LAT SOLI PA SOLIM), на котором происходила подмена сопроводительных документов. Реквизиты фирм-грузополучателей и схему по замене транспортных документов в Латвии он получал от тех брокеров, которых находил С.В. Услуга по замене документов (CMR и CARNET TIR) стоила 400 долларов США, а по прохождению таможенного (пограничного) перехода - 350 - 400 долларов США. Переход был необходим, чтобы устранить проблемы с сотрудниками таможни, то есть, чтобы последние не прописывали в CARNET TIR стоимость грузов и его разбивку по весам. "Кестлер" "обслуживали" брокеры по имени Юра и Андрей, работающие по Северной таможне. Он вместе с С.В. выезжал к ним в офис в центре Москвы. Брокеры, обслуживающие "Модулекс" и "Кирибренс", Валерий и Андрей находились в Алабино. "Работа" с ними заключалась в следующем: от последних он (Ч.) получал инструкции по заполнению CMR, они сообщали о приходе автомашин на таможню, когда их можно забирать с СВХ. "Услуги" брокеров оплачивались С.В. лично в размере от 5200 до 6500 долларов США, когда они приезжали к нему в офис, либо оплата производилась из кассы центрального офиса, где наличные деньги выдавались только по указанию С.В. По прибытии машин в Москву и после их растаможки, он по указанию С.В. в "Трансэкспедиции" заказывал грузовые машины с московскими номерами, после чего доставлял на них с СВХ грузы на склады фирм С.В. С таможенного терминала машины сопровождались сотрудниками фирмы Ф., Х. и водителем "Сашей", которые имели при себе накладные от российских фирм, среди которых он запомнил только "Новомаркет-77". Эти накладные печатались в бухгалтерии центрального офиса. Там же он видел незаполненные бланки накладных с оттисками печатей этих фирм. За доставку фуры с грузами из Польши до Москвы, водителю платили по 2000 долларов США. Водители писали расписку о получении денег, которую он (Ч.) сдавал в бухгалтерию.

Свидетель Р., работавший до апреля 1998 года в ИЧП "Свек", а затем - коммерческим директором ООО "Кантрель", входившим в Холдинг "Свек", в который также входили: фирмы "Ларэна", "Фирма Практик ЛТД", принадлежащие С.В., дал аналогичные Ч. показания, дополнив, что формированием заказов на продукцию занимался он на основании отчетов со складов Холдинга по реализации этой продукции. По прибытии грузов на таможенный терминал в Даугавпилсе, водителям международным - перевозчикам в пакет "новых" документов прикладывали контракты, якобы заключенные между иностранными фирмами "Хомеланд Ресурсес" и "Кватрокорп" и российскими фирмами "Кирибренс", "Кестлер", "Модулекс". Там же заменялись инвойсы, в которых помимо 6 фирм-отправителей и фирм-получателей, изменялось количество, наименование и стоимость перевозимых товаров. Эти "операции" делались для занижения подлежащих оплате таможенных платежей в России. По прибытии в Россию, на один из таможенных терминалов, водитель-перевозчик звонил к ним в офис, и он давал команду кому-либо из сотрудников Холдинга, чаще всего Ч., сопроводить ее на один из складов Холдинга с накладными от некоторых российских фирм, в том числе ООО "Новомаркет-77". Таможенным оформлением грузов занимался лично С.В. Им же осуществлялись расчеты с перевозчиками. Приход кондитерской продукции по своим складам "Кантрель", "Ларэна" и "Фирма Практик ЛТД", по указанию С.В., осуществляли от российских фирм "Новомаркет-77" и "Интсервис-К". Схему, по которой следовало оприходовать грузы, ему сообщил сам С.В. Расчеты с поставщиками осуществлялись путем перевода денег на счета "Новомаркета-77" и "Интсервиса-К". С апреля по август 1998 г. в адрес Холдинга поступили кондитерские изделия на общую сумму 1 500 000 долларов США.

Свидетели М., заместитель директора ИЧП "Свек" с января по июнь 1998 года, и П., менеджер по компьютерам, в том числе в "Кантрели", дали аналогичные вышеприведенным показания. При этом П. дополнил, что и "Кантрель", "Свек" занималась прямыми поставками в Россию кондитерских изделий производства польских фабрик, которые затем реализовывались на российском рынке. Он неоднократно делал экономические расчеты рентабельности товара по каждой поставке. Их он выполнял на компьютере в центральном офисе, указывая дату, наименование польской фабрики. Расчет производился на основании данных о поставке товара, которые ему предварительно сообщали Р. и Ч. При этом первый ему называл данные о размерах закупочных и продажных цен, а Ч. - сумму таможенных и транспортных расходов. Они же приносили ему ксерокопии реальных инвойсов фирмы-поставщика, в которых имелись данные о действительной стоимости товара, количестве и весе груза, с указанием номера машины-перевозчика. Затем он со слов Ч. делал отметку в ксерокопии реального инвойса о расценках по таможне и транспорту. Если на копии инвойса не было указано номера "TIRовской" машины, то поляки дополнительно сообщали об этом Ч., а последний дописывал этот номер на ксерокопии инвойса. Он (П.) брал бланки товарно-транспортных накладных на получение изделий у Ч. и по образцу, который ему передал последний, сам заполнял их, при этом на них уже были печати "Новомаркета-77" и "Интсервиса-К". Заполнив, привозил их на один из складов "Фирма Практик Лтд" и "Кантрели", отдавал директору склада, а тот передавал их бухгалтерию. В центральном офисе он также видел чистые листы с оттисками печатей "Интсервиса-К", "Новомаркета-77" и "Ин Лайна+", которые получал от Ч. Эти листы использовались для написания накладных и договоров. По указанию Ч. или Р. он несколько раз выезжал на таможенные склады в Алабино, где получал от директора склада временного хранения фуру с товаром и документами на него и сопровождал машину до складов фирм С.В.

Из показаний свидетеля Ф., менеджера отдела логистики Холдинга "Свек" с февраля 1998 года, видно, что по указанию С.В. он вместе с другими сотрудниками отдела перезванивался с Я., который сообщал время выхода машин с грузом из Польши. Кроме этого он заказывал грузовые машины для перевозок по Москве, то есть от склада временного хранения до складов фирм С.В. От Ч. ему известно, что последний, по указанию С.В., направлял в адрес фирмы в Даугавпилсе сведения о заниженном количестве грузов, его перекодировке, а также о занижении стоимости товаров. На основании этих данных в Даугавпилсе составлялись другие сопроводительные документы, по которым грузы направлялись для их Холдинга. "Кантрель" и "Фирма Практик ЛТД" являлись реальными получателями грузов, хотя по документам они направлялись в адреса "Кирибренса", "Экспокома", "Кестлера". Он (Ф.) выезжал на таможенные терминалы, откуда сопровождал "TIRовские" машины на склады "Свека", называвшиеся "Каширка" и "Ленинградка". Для беспрепятственного проезда по Москве, ему в бухгалтерии "Свека" выдавали незаполненные бланки накладных, на которых имелись оттиски печатей разных фирм. Кроме этого, для сопровождения машин, по указанию С.В., выдавались деньги для "урегулирования" возможных вопросов с милицией. Работая в центральном офисе "Свека" он усвоил, что у него на руках и на рабочем месте не должно быть никаких документов, подтверждающих получение кондитерских изделий из Польши и партнерские отношения с польскими производителями. С.В. познакомил его с таможенными брокерами "Андреем" и "Валерой", которые впоследствии звонили ему и сообщали, когда автомашина с грузами придет на СВХ и будет растаможена. "Стоимость" услуг перевозчика колебалась от 1900 до 2800 долларов США, которые передавались водителю наличными, а тот в свою очередь, заполнял корешок кассового ордера или писал расписку.

Суд обоснованно признал достоверными показания указанных выше свидетелей, детально раскрывающих обстоятельства, при которых С.В. совершались преступления, поскольку они согласуются и с другими, добытыми по делу доказательствами.

Так, согласно показаниям на предварительном следствии Н., главного бухгалтера "Кантрели" с января до 31 июля 1998 года, основным видом деятельности фирм С.В. "Кантрель" и "Фирма Практик ЛТД" являлась реализация кондитерских изделий, полученных, в основном, из Польши. Оплата товара производилась не в Польшу, а по указанию С.В. на счета российских фирм "Новомаркет-77", "Ин Лайн+" и "Интсервис-К". Чаще всего поставщиками являлись польские фирмы "Фазер", "Оптима", "Ханка". В фирмах С.В. существовал двойной контроль над движением денег и документов. Вопросы о выдаче наличных денег из кассы решались в форме докладных с резолюциями С.В. Все данные, необходимые для бухгалтерских операций, ежедневно вносились в тетради, которые в конце рабочего дня сдавались С.В. В бухгалтерии Холдинга "Свек" велись еще тетради, в которые вносились данные по реализации товаров по складам Холдинга. С 11 марта 1998 г. С.В. начал требовать от бухгалтерии, чтобы наряду с информацией о выручке по складам, они указывали еще и направление этих денег в иностранной валюте наличными. Валюта для Я. переводились в Польшу через "Саулес Банк", филиал которого находился в Москве. Через этот же филиал валюта направлялась и в Ригу, где располагался сам "Саулес Банк". По этой же схеме осуществлялась оплата поставленной продукции и фирме "Белла" в Польшу. Запись "Каширка" и "Ленинградка" на счетах-фактурах, изъятых при обыске, означает, что указанная в них продукция, заказана именно этим складом, куда и направлялись машины под разгрузку. Но нередко машины с грузом направлялись самим С.В. на нужный ему склад. Записи на счете-фактуре, выполненные П. типа "таможня 5 000 и транспорт 2500", означали затраты Холдинга на указанную машину, то есть, расчет стоимости кондитерских изделий происходил от суммы реального инвойса фирмы- отправителя плюс затрат фирмы на транспорт и таможню.

Как следует из показаний Ш., генерального директора ИЧП "Свек" с 1992 по середину января 1998 года, С.В. были созданы несколько фирм для расширения бизнеса и "Свек" стала Холдингом. Фирмы на складах "Каширка" и "Ленинградка" занимались продажей кондитерских изделий Польши, которые поступали в основном с фабрик "Гоплана", "Вавель", "Фазер". Товар поступал по заказу, оплачивался и туда направлялась машина. Я. представлял интересы "Свека" в Польше. От него в офис поступали факсы-подтверждения, с указанием стоимости товара, даты отгрузки. Обычно машины приезжали на таможню и водители по телефону сообщали о прибытии. После растаможивания, машина сопровождалась кем-либо из сотрудников "Свека" до складов.

Согласно показаниям Ц., учредителя ЗАО НПТЭО "ИЛХОМ", фирма С.В. "Валена", неоднократно срывала поставки продуктов питания из США, в связи с чем с последним было подписано дополнительное соглашение о поставке кондитерских изделий из Польши. Таможенной очисткой грузов занималась фирма С.В. ИЧП "Свек". По договору комиссии все поставленные товары отдавались на реализацию фирме С.В. "Флорис", учредителем которой он являлся. Он (Ц.) инвестировал деятельность фирм С.В. В 1997 году у С.В. возникли проблемы, и он выехал в Польшу, боясь возвращаться в Россию. Нашли того в Польше через его (С.В.) представителя - Я. Вопросы с поставками грузов решались Ш., по согласованию с С.В.

Свидетель Б. пояснила, что деньги, получаемые со складов "Кантрели" и "Фирма Практик ЛТД", свозились в центральный офис, где бухгалтера обеих фирм составляли отчеты по каждой фирме отдельно, но все деньги сосредоточивались в единой кассе "Свека". Выдача наличных денег производилась только на основании указаний С.В. Деньги для оплаты таможенных услуг получали Ч. и Ф. по расходному ордеру.

Свидетель В., водитель С.В., пояснил, что он неоднократно выезжал на таможню в Алабино, в том числе, и с Ф. Иногда он сопровождал автомашины с прибалтийскими и белорусскими номерами на склады "Свека". Неоднократно ему приходилось возить на таможню деньги, которые он получал в кассе компании по указанию С.В.

Согласно показаниям свидетелей П., дежурного инспектора УВД ЮВАО, и А., инспектора профилактики медвытрезвителя, летом 1998 года они подрабатывали, сопровождая машины с грузом с терминала в Алабино до склада фирмы С.В. При этом от них требовалось находиться в форме сотрудника милиции в кабине автомашины, чтобы избежать ее несанкционированного задержания. Со слов водителя С.В. на машинах перевозятся кондитерские изделия, поступившие в Россию из Польши и прошедшие таможню. Вознаграждение получали от водителя С.В.

Из показаний свидетеля К., занимавшейся в "Свеке", а затем и в "Фирма Практик Лтд" вопросами сертификации, следует, что эти фирмы осуществляли оптовую реализацию со склада фирм кондитерских изделий, поступивших из Польши. Она неоднократно была свидетелем того, как Р. либо сам С.В. общались с польскими поставщиками по телефону. В Польше формированием заказов занимался Я. Из польских фирм она знает "Фазер", "Ливоч", "Белла", "Ябар". Для получения сертификатов на польскую продукцию она собирала пакет документов, который отвозила в контору, занимавшуюся оформлением сертификатов. Сертификация была дорогой, а поскольку С.В. не всегда своевременно выделял для этого деньги, Ф. делал исправления в сертификатах: срок его действия закрашивался, затем на печатной машинке вносилась нужная дата. После этого сертификаты размножались и передавались на склады для оптовой реализации продукции.

Свидетель К., директор склада "Кантрели", пояснила, что ассортимент продукции на складе представлял собой кондитерские изделия польского производства. Они доставлялись на склад непосредственно из Польши, о чем свидетельствовали "TIRовские" машины. Сопровождали машины Ф. и Ч. Иногда груз доставлялся на российских машинах, и его отправителями значились "Ин Лайн+", "Марал" и другие. По этим накладным они оприходовали продукцию и подавали сведения в бухгалтерию центрального офиса. Оттуда поступали накладные с указанием цены каждого наименования товара. Оплата происходила следующим образом: деньги, получаемые от оптовой реализации изделий, ими сосредоточивались в кассе в течение рабочего дня, а вечером из центрального офиса за выручкой приезжали сотрудники личной охраны С.В. Кроме денег они забирали и документы от реализации.

Свидетель С., и.о. директора склада "Фирма Практик Лтд", дал аналогичные К. показания, дополнив, что, несмотря на польское происхождение поступавшей продукции, ее поставщиками значились российские фирмы, в том числе "Новомаркет-77".

На предварительном следствии свидетель И., директор фирмы "SEA CHIPPING LINE TRINITI", пояснил, что в начале 1998 г. к нему обратился Ч. и сообщил, что ему необходимо доставить груз конфет из Польши в Москву через Даугавпилс. При этом попросил, чтобы перевозчики были прибалтийскими, поскольку они "дешевые", а в Даугавпилсе находился таможенный склад, куда прибывала машина и происходило закрытие CARNET TIR. Там же оформлялись новые CARNET TIR и CMR. После переоформления документов машина с грузом следовала в Москву на таможни: Восточную, Северную, на терминал Алабино. Для заказа машин к нему в офис поступали заявки с подписью Ч., в которых указывался пункт загрузки машин, маршрут следования, дата загрузки, место назначения и инструкции по заполнению CARNET TIR и CMR. По прибытии машин на таможенный терминал, туда же приезжали Ф. и Ч., которые и занимались таможенным оформлением машины. Платежи за доставку осуществлялись безналичным путем через офшорные компании. Иногда Ч. расплачивался с водителями наличными. Договор на транспортное обслуживание ему принес Ч., причем в качестве заказчика выступала фирма "Ларэна", генеральным директором которой был С.В.

Свидетель Ч., инспектор Восточной таможни, пояснил, что в его обязанности входило оформление доставки товаров и досмотр товаров, в том числе, поступавших в адрес "Экспокома". При досмотре машин присутствовал водитель и некий П., называвшийся представителем фирмы.

Из показаний свидетеля Ш., сотрудника ФАКБ "Зелак Банк", видно, что она оформляла и подписывала паспорта импортной сделки, в том числе "Экспокому" на основании представленного контракта. Генеральный директор "Экспокома" ей незнаком и к ней последний не обращался.

Свидетели Д. и С., консультанты фирмы "Урания-Ш", пояснили, что они занимались регистрацией и перерегистрацией фирм, в том числе, регистрировали ООО "Интсервис-К" и ООО "Новомаркет-77", но Д., копия паспорта которой имеется в регистрационных документах, они не знают.

Из показаний свидетеля З. видно, что она выполняла поручения учредителя фирмы "Юрстар" С., занимавшейся регистрацией и перерегистрацией фирм, представляя их документы в разные фонды. Действительно генеральный директор "Экспокома" П. выдавал доверенность на ее имя, для регистрации этой фирмы, но его самого она не видела.

Свидетель С. дала аналогичные объяснения, но, тем не менее, не смогла объяснить как в числе учредителей ООО "Экспоком" оказалась Ж., умершая еще в 1996 году.

Согласно показаниям свидетелей П., Е., Л., М., Л., М., А., у них в 1997 году при разных обстоятельствах были похищены или утеряны паспорта, взамен которых они получили новые. О "Новомаркете-77", "Интсервисе-К", "Кирибренсе", "Экспокоме", "Кестлере" и "Компании Свек", им ничего не известно, С.В., П., Р. и Ч. им незнакомы, к деятельности этих фирм они отношения не имели, а подписи в некоторых документах фирм, им не принадлежат.

Из показаний свидетеля Т., нотариуса, следует, что им никакие сделки 18 мая 1998 г. с участием "Интсервиса-К" и "Новомаркета-77" не регистрировались. Эти фирмы, а также их "директора" П. и Е. ему незнакомы. Полагает, что для регистрации использовалась поддельная печать.

Свидетель Г., нотариус, при предъявлении ей банковской карточки ООО "Экспоком" пояснила, что, она удостоверяла ее. А то обстоятельство, что она не сверила личности П. и Л. с представленными ими паспортами, объяснила своей невнимательностью.

Показаниям свидетеля В., нотариуса, отрицавшим удостоверение им банковской карточки ООО "Кестлер" за N 2 "П" - 5683 от 17 июня 1998 г., судом дана критическая оценка.

Из показаний на предварительном следствии свидетеля Я. усматривается, что С.В. закупал на польских кондитерских фабриках конфеты. Договора на этих фабриках заключал С.В. или Р. Он (Я.) по просьбе С.В. участвовал в переговорах, переводил документы, касающиеся его деятельности в Польше, проверял, подготовлен ли товар к отправке, прибыла ли машина, выехала ли она и когда и тому подобное. Иногда присутствовал при оплате С.В. закупленного товара, которая проводилась в банках Познани, Варшавы. Получателями заказанного С.В. товара, были разные фирмы в России, но плательщиком всегда был С.В.

Свидетель П., начальник отдела экспорта в Силезской кондитерской фабрике "Ханка", на предварительном следствии пояснила, что от своих сотрудников узнала, что Я. имеет отношение к "Свеку", с которым она и намеревалась вести переговоры, касающиеся дальнейшего сотрудничества.

Из показаний на предварительном следствии свидетеля В., председателя правления ООО "Вега Трейд" усматривается, что с С.В., президентом "Свека", знаком по работе. Заказы "Свека" поступали по факсу из России на склады, ассортимент уточнялся по телефону с кем-либо из персонала С.В., платежи осуществлялись по банковским безналичным поручениям на счет его общества, после указания стоимости поставки. Товар посылался перевозчиком, нанятым "Свеком". Каждая поставка сопровождалась комплектом оригинальных документов, в которых указывалась действительная стоимость товаров. С.В. имел инвойсы с реальной стоимостью. Из "Свека" у него были контакты с Р., выступавшим торговым директором, и Я. - координатором от "Свека". Р. и Я. информировали их о сроках поставок, об ассортименте товара, в котором был заинтересован "Свек". С.В. информировал его о совершении платежа по телефону или по факсу. О сроках платежей его информировали сотрудники фирмы С.В.

Согласно показаниям на предварительном следствии свидетеля С. Б., владельца фирмы "Ябар", его фирма занималась экспортом кондитерских изделий в основном на российский рынок. С.В. знает, как руководителя "Свека". Он знает Я., представителя С.В. в Польше, который от имени последнего заказывал товар.

Из показаний на предварительном следствии свидетеля О., начальника экспортного отдела фирмы "Фазер", усматривается, что С.В. является владельцем фирмы "Свек" в Москве. Я., всегда представляя только "Свек", по телефону или по факсу передавал заказ, определял ассортимент и ориентировочную дату приезда грузовика за товаром. Они составляли счет-проформу, чтобы тот знал, какую сумму должен переслать на счет фирмы. Я. по телефону или по факсу информировал о сроках получения груза. С.В. пользовался исключительно инвойсами с реальной стоимостью товаров. В отсутствие С.В. контактировали с Р. и Я.

Из показаний на предварительном следствии Я., старшего референта по экспорту фабрики "Вавель" г. Кракова, усматривается, что по вопросам заказов и отправки товаров контактировала с Р. в Москве и с Я., представителем "Свека" в Польше. Платежи осуществлялись из Познани от Я., который пересылал ей подтверждения об оплате.

Аналогичные показания на следствии дал и свидетель П., начальник секции экспортных продаж, дополнив, что лично знает Я., являвшегося представителем "Свека" в Польше. Фамилия "С.В." фигурировала в контрактах на поставку продукции. В этих же документах упоминаются названия фирм: HOMELAND RESOURCES, LAT SOLI PA SOLIM и других.

Согласно показаниям на предварительном следствии свидетеля Т., зав. отделом экспорта кондитерской фабрики "Поморжанка", сотрудничество с "Свеком" заключалось в контактах с Я. из Познани, называвшим себя торговым представителем "Свека" в Польше. Из Познани от Я. получали факс-заказ на товар, таким же способом они подтверждали выполнение заказа и предлагали дату загрузки. В согласованные сроки приходила машина из России, которая загружалась. К моменту погрузки товар уже был оплачен "Свеком", причем счета приходили из Познаньского Банка Хандлевы. Кроме Я., контактировали и с Р., представителем С.В.

В показаниях на предварительном следствии свидетель К., специалист по экспорту "Гоплана", указывал на то, что С.В. сотрудничал с "Гопланом". Фирма СВ. "Свек" закупала у "Гоплана" кондитерские изделия. В 1995 - 96 гг. представителем "Свека " стал Я. До конца 1997 г. товар, закупаемый "Свеком" направлялся в Россию, а начиная с 1998 г., согласно указаниям Я. - в Латвию. В качестве покупателя указывалась "HOMELAND RESOURCES LLC", а в качестве получателя - LAT SOLI PA SOLIM в Даугавпилсе. Поручение на перевод денег за товар делал Я., как представитель "Свека". Последняя поставка "Свеку" была в августе 1998 г.

При обыске по месту жительства С.В. изъяты тетради, записи в которых ежедневно производились С.В., с указанием планируемых загрузок автомашин с грузами кондитерских товаров со ссылкой на польские фирмы и наименования складов фирм С.В. ("Ленинградка" или "Каширка"). В них же зафиксированы расчеты с водителями и таможенными брокерами, схемы движения денежных средств, в том числе и Я.

То есть по сути, как правильно указал суд, в них отражена схема получения товаров из Польши через Даугавпилс, затраты на транспорт и таможню, а также движение денежных средств, в том числе и оплата за продукцию через "Ин Лайн+" на польскую фабрику "Белла".

Виновность С.В. в инкриминируемых ему преступлениях, помимо вышеприведенных показаний свидетелей, подтверждается письменными материалами дела (инвойсами, сертификатами, доверенностями, паспортами импортных сделок, таможенно-сопроводительными документами, выписками по движению денежных средств, налоговыми и юридическими делами разных фирм и другими), подробно приведенными в приговоре по каждому эпизоду преступной деятельности С.В., полученными в ходе предварительного следствия, в том числе, в результате обысков в офисах С.В., выемок из разного рода учреждений и организаций, а также в результате исполнения международного следственного поручения в Польше и Латвии, заключениями почерковедческих и финансово-экономических экспертиз, а также и другими материалами дела, полный анализ которых дан в приговоре.

При таких данных доводы в защиту С.В. об отсутствии доказательств виновности С.В. в создании преступного сообщества и руководстве им, контрабанде и уклонении от уплаты налогов, являются несостоятельными.

При судебном разбирательстве тщательно проверялись доводы, выдвинутые в защиту С.В., в частности, о неполноте финансово-экономических экспертиз, о нарушениях уголовно-процессуального закона на предварительном следствии, в том числе, отсутствии полного перевода на русский язык документов, о неосведомленности С.В. относительно фиктивности фирм-грузополучателей и фирм-поставщиков, о допущенных противоречиях в толковании понятий "таможенная граница" и "таможенная территория", о законности деятельности Я. и ряда фирм на территории Польши, об отсутствии сговора между С.В. и Я., а также и другие, которые обоснованно признаны несостоятельными по основаниям, подробно изложенным в приговоре.

Утверждение адвоката о невозможности существования преступного сообщества в сфере экономики, является несостоятельным.

Судебная коллегия считает неубедительными доводы осужденного и его адвоката о том, что С.В. с сентября 1997 по январь 1998 года не мог заниматься преступной деятельностью в связи с отстранением от руководства принадлежащих ему фирм, поскольку по показаниям тех же Ц. и Ш., на которые ссылаются С.В. и его адвокат, отстранение С.В. являлось формальным и в указанный период он осуществлял все свои прежние функции в полном объеме.

Доводы осужденного и адвоката о том, что приговор основан на порочных доказательствах, являются несостоятельными, поскольку ни одно доказательство, юридическая сила которого вызывала сомнение, не было положено в обоснование тех или иных выводов суда.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности надлежащую оценку, проверив все версии, выдвигаемые в защиту С.В. и опровергнув их, выяснив причины имеющихся противоречий, суд пришел к обоснованному выводу о виновности С.В. в инкриминируемых ему преступлениях, дав содеянному им правильную юридическую оценку.

При назначении С.В. наказания суд первой инстанции, хотя и указал на то, что им принимаются во внимание характер и степень общественной опасности содеянного С.В., его личность, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, тем не менее, по совокупности преступлений назначил наказание, не в полной мере отвечающее требованиям закона.

В связи с чем судебная коллегия находит возможным снизить С.В. наказание, назначенное по совокупности совершенных им преступлений.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Московского городского суда от 29 апреля 2002 года в отношении С.В. изменить: снизить наказание, назначенное ему по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 199 ч. 2 п. п. "в", "г", 188 ч. 4 и 210 ч. 1 УК РФ, до 9 (девяти) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с лишением права занимать руководящие должности в государственных предприятиях сроком на 3 года и с конфискацией имущества.

В остальном приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"