||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 октября 2002 г. N 8-О02-36

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Похил А.И.

судей - Рудакова С.В. и Грицких И.И.

рассмотрела в судебном заседании от 24 октября 2002 г. кассационные жалобы адвоката Смирновой И.В. и осужденного К. на приговор Ярославского областного суда от 20 мая 2002 г., которым

Н.А., <...> ,

осужден по ст. 111 ч. 1 УК РФ к 3 годам лишения свободы, по ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы, по совокупности преступлений к десяти годам лишения свободы с отбытием наказания в воспитательной колонии,

К. , <...>, судим 17.01.2001 года по ст. 158 ч. 2 п. "в" УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год,

осужден по ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ к 9 годам лишения свободы. На основании ст. ст. 70, 74 ч. 5 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое наказание по приговору от 17 января 2001 года, отменив условное осуждение, и окончательно назначено девять лет шесть месяцев лишения свободы с отбытием наказания в воспитательной колонии.

По ст. 213 ч. 3 УК РФ Н.А. и К. оправданы за отсутствием состава преступления.

По делу разрешены гражданские иски и решена судьба вещественных доказательств.

Н.А. признан виновным и осужден за причинение тяжкого вреда здоровью сожителю своей матери Т. во время ссоры на почве личных неприязненных отношений.

Он же и К. признаны виновными и осуждены за убийство своего знакомого В., совершенное с особой жестокостью и группой лиц.

Преступления совершены в ночь на 29 октября и 18 ноября 2001 года при обстоятельствах, указанных в приговоре суда.

Осужденные виновными себя признали частично.

Заслушав доклад судьи Рудакова С.В., объяснения осужденного К., поддержавшего доводы жалоб, мнение прокурора Асанова В.Н., полагавшего приговор изменить, исключить "указание о назначении К. наказания по правилам ст. 70 УК РФ и об отмене условного осуждения, в остальном приговор оставить без изменения. Судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационной жалобе адвокат Смирнова Н.В. в защиту Н.А. просит приговор изменить, переквалифицировать действия подзащитного на ст. ст. 114, 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ и соответственно назначить более мягкое наказание. В обоснование этого утверждается, что Н.А. причинил тяжкий вред здоровью Т., опасаясь реально за свою жизнь, т.е. превысил пределы необходимой обороны. Далее адвокат утверждает, что у Н.А. не было умысла на убийство В. Множественность ударов ножом В. со стороны Н.А. является способом убийства, а не проявлением особой жестокости. Других действий, которые свидетельствовали бы об особой жестокости, Н.А. не совершал.

Осужденный К. в кассационной жалобе и дополнении к ней утверждает, что с приговором не согласен, у него и Н.А. не было умысла на убийство В. с особой жестокостью. При назначении наказания суд не учел все обстоятельства, смягчающие наказание. Потерпевший сам спровоцировал их. Он просит переквалифицировать его действия на ст. ст. 114 ч. 1, 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ и смягчить наказание.

В своем возражении потерпевшая В.Н. высказывается против смягчения наказания Н.А., совершившему жестокое убийство ее сына.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб и возражения, судебная коллегия считает, что вина Н.А. и К. в содеянном ими подтверждена собранными по делу, проверенными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами.

Доводы защитника о том, что Н.А. защищаясь от нападения Т., превысил пределы необходимой обороны, судебная коллегия находит несостоятельными.

Сам Н.А. не отрицает факт причинения ножевых ранений Т.

Из показаний потерпевшего Т. видно, что по месту жительства они отмечали "день водителя", распивали спиртное. Н.А. стал грубо разговаривать с матерью, кричать на нее. Он сделал Н.А. замечание. Н.А. ушел в смежную комнату и вернулся с двумя ножами, что-то сказал ему. Рассчитывая отобрать ножи, он подошел к Н.А., ударил его и тут же получил удар ножом в живот.

В ходе следствия потерпевший более конкретно утверждал о том, что Н.А. с ножами в руках заявил: "Ну давайте, подходите". Когда он подошел, Н.А. ткнул его в живот обоими ножами.

В ходе судебного разбирательства потерпевший Т. подтвердил эти показания.

Приведенные показания потерпевшего полностью согласуются с показаниями свидетеля Т. о том, что Н.А. стал ссориться с матерью, брат упрекнул его. Н.А. быстро ушел в другую комнату и, вернувшись, встал в дверном проеме с ножами в руках. Брат подошел к Н.А. и тот ударил его ножами.

Изложенные доказательства не свидетельствуют о том, что Н.А защищался от нападения потерпевшего. Оснований для переквалификации действий Н.А. на ст. 114 ч. 1 УК РФ не имеется. Что касается показаний И., Н.М., то суд дал им надлежащую оценку.

По заключению судебно-медицинской экспертизы, Т. были причинены проникающие раны в области печени и с повреждением этого органа, в области правой боковой поверхности живота. Каждая из этих ран опасны для жизни и повлекли тяжкий вред здоровью.

Правовая оценка действий Н.А. по ст. 111 ч. 1 УК РФ является правильной.

В ходе судебного разбирательства К. и Н.А. подтвердили, что они совместно избили В. кулаками и ногами, а затем нанесли ему ножевые ранения, повлекшие смерть. Помимо этих показаний суд обоснованно положил в основу обвинения виновных и показания К. при его допросе в качестве обвиняемого, поскольку они подтверждаются другими доказательствами по делу.

Из этих показаний К. следует, что после избиения В., по инициативе Н.А., они хотели повесить В. Н.А. взял веревку, сделал петлю, вбил над дверью три гвоздя и сказал, что сейчас они будут вешать В. Как показывал Н.А., он стал держать В. за ноги, а Н.А. надел ему петлю на шею. Однако В. сопротивлялся, не давал затягивать петлю.

Эти данные подтверждаются показаниями З. о наличии веревки в процессе избиения, а забивании К. гвоздей над дверью и последующем связывании В.

Из протокола осмотра изъятой веревки следует, что на одном конце имеется петля, а по заключению судебно-медицинского эксперта, на шее В. имелись повреждения в виде полосовидной горизонтальной ссадины и массивного кровоизлияния в левой боковой поверхности шеи. Смерть потерпевшего наступила в результате трех колото-резаных ранений груди, трех колото-резаных ранений живота при наличии еще двух поверхностных колото-резаных ран груди, ягодиц, различных кровоизлияний и кровоподтеков.

Таким образом, характер действий К. и Н.А. свидетельствует о наличии у них умысла на убийство потерпевшего.

При этом суд правильно пришел к выводу о том, что К. и Н.А. действовали с особой жестокостью, поскольку они подвергли В. жестокому избиению, пытались совершить повешение потерпевшего, который понимал смысл их действий и пытался препятствовать этому, а затем с помощью множественных колото-резаных ударов ножом убили В.

Доводы жалоб об отсутствии в действиях К. и Н.А. особой жестокости, судебная коллегия находит несостоятельными.

Правовая оценка действий осужденных по ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ является правильной.

Вместе с тем, приговор в отношении К. подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 5 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации "Об объявлении амнистии в отношении несовершеннолетних и женщин" от 30 ноября 2001 года лица, условно осужденные подлежат освобождению от наказания.

Действие названного пункта не распространяется лишь на лиц, совершивших преступления, перечисленные в п. 10 указанного Постановления.

Других ограничений для освобождения лиц (несовершеннолетних), условно осужденных, постановлением не предусмотрено.

Не является таким ограничением и совершение нового преступления в течение установленного судом испытательного срока.

На момент вступления в силу акта об амнистии никаких препятствий к освобождению К. от условного наказания, назначенного ему по приговору от 17 января 2001 года, не имелось.

Исходя из положений акта об амнистии К., как условно осужденный, подлежал освобождению от наказания, поэтому из приговора следует исключить указание суда о назначении ему наказания по правилам ст. 70 УК РФ и об отмене условного осуждения на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ. Что касается наказания, назначенного К. за убийство, а также наказания, назначенного Н.А., то оно смягчению не подлежит, поскольку назначено в соответствии с требованиями закона и соразмерно содеянному ими.

Руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Ярославского областного суда от 20 мая 2002 года в отношении К. изменить, исключить указание о назначении ему наказания по правилам ст. 70 УК РФ и об отмене условного осуждения в порядке, предусмотренном ст. 74 ч. 5 УК РФ.

В остальном приговор в отношении К. и тот же приговор в отношении Н.А. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного К. и адвоката Смирновой И.В. без удовлетворения.

К. считать осужденным по ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ к девяти годам лишения свободы с отбытием наказания в воспитательной колонии.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"