||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 октября 2002 г. N 86-о02-27

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Похил А.И.

судей - Рудакова С.В. и Грицких И.И

рассмотрела в судебном заседании от 24 октября 2002 года кассационные жалобы осужденного К., защитников Шимловской В.В. и Новака Д.Л. на приговор Владимирского областного суда от 20 мая 2002 г., которым

К., <...>, русский, с неполным средним образованием, женатый, несудимый, -

осужден к лишению свободы: по ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. п. "а", "д" УК РФ на пятнадцать лет, по ст. 105 ч. 2 п. п. "в", "д", "к", "н" УК РФ на двадцать лет, по ст. 158 ч. 1 УК РФ на шесть месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений наказание К. назначено двадцать один год лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с К. в счет компенсации морального вреда в пользу Б. 80000 рублей, в пользу Б.В.В. 20 тысяч рублей.

К. признан виновным и осужден за убийство Б.С. 1965 года рождения и за покушение на убийство Б. на почве личных неприязненных отношений, за убийство Б.В., 1991 года рождения, заведомо для него находившегося в беспомощном состоянии, с целью скрыть другое преступление, совершенные с особой жестокостью при указанных в приговоре обстоятельствах 31 декабря 2001 года в квартире <...>, а также за тайное хищение чужого имущества.

Заслушав доклад судьи Грицких И.И., объяснения адвокатов Шимловской В.В. и Новака Д.Л., поддержавших свою и подзащитного жалобы, потерпевшей Б., ее представителя М., мнение прокурора Хомицкой Т.Л., полагавших необходимым приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационной жалобе осужденный К. указывает, что из приговора видно, что он ранее не судим, характеризуется по месту жительства положительно, что суд признал обстоятельствами, смягчающими вину, а потому он (К.) считает, что "с учетом отдельных обстоятельств мог бы рассчитывать на более мягкое наказание". Он вел "добропорядочный образ жизни и растил детей". Просит "уменьшить срок наказания".

Адвокаты Шимловская В.В. и Новак Д.Л., выступающие в защиту К., в кассационной жалобе указывают, что потерпевшая Б. не говорила о ссоре, имевшей место когда-либо у нее с К., в том числе 31 декабря 2001 года, а потому для них не ясно, на чем основано утверждение суда о наличии мотива действий К. - в ссоре и неприязненных отношениях между осужденным и Б. Считают, что в ее показаниях имеются противоречия в том, что на следствии она поясняла, что она упала в спальне на кровать, К. выключил свет, вернулся в комнату, откуда она слышала крики сына, к ней в спальню осужденный не возвращался, а в суде показала, что крики сына смолкли до прихода К. в спальню, когда он зашел туда и нанес ей последний удар ножом.

Суд признал К. вменяемым в отношении инкриминируемых ему деяний, что "расходится" с их позицией. Как они полагают, защита обоснованно настаивала на проведении повторной стационарной судебно-психиатрической экспертизы в отношении К.

С точки зрения защитников, протокол осмотра места происшествия является недопустимым доказательством.

Указывают, что на куртке, свитере и джинсах К. не исключено нахождение крови самого осужденного.

Версия К. о том, что первым на него напал Б.С., пытаясь его ударить ножом и бутылкой шампанского, не проверена, поскольку не исследованы эти объекты на предмет наличия и принадлежности отпечатков пальцев. У К. были в наличии после 31 декабря 2001 года телесные повреждения.

При допросе К. в качестве подозреваемого от 1 января 2002 года отсутствовал защитник, "содержание всех других допросов К. в качестве обвиняемого стали ему известны со слов защитника".

Суд не дал оценки тому обстоятельству, что у Б.С. перед К. имелись долговые обязательства.

Просят приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение.

В возражениях на жалобы потерпевшая Б., приведя мотивы, изложенные в них доводы находит необоснованными. Приговор находит правильным как в части квалификации действий осужденного, так и в части меры наказания. Считает, что судом достаточно полно выяснены все обстоятельства по делу, исследованы все доказательства и вынесен обоснованный и справедливый приговор. Просит приговор в отношении К. оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия считает, что вина К. в содеянном им подтверждена собранными по делу, проверенными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами.

Так, сам осужденный К. пояснил в судебном заседании что Б.С. он знал лет 20. Несколько лет назад он (К.) предложил Б.С. взять на реализацию имевшиеся у него тогда запчасти от автомобиля. Тот согласился. Он сдал ему детали. Однако деньги получил с него не все. Б.С. обещал ему вернуть деньги, но не делал этого. В октябре - ноябре 2001 года написал ему расписку, обещал принести 4000 рублей до Нового года.

31 декабря 2001 года он позвонил по телефону домой к Б.С. Трубку взял ребенок, сказал, что отца нет дома.

Тогда он (К.) собрался и пошел сам на квартиру к потерпевшим. Время было примерно 18 часов 30 минут, около 19 часов. Дверь квартиры ему открыл Б.С., пригласил зайти. Они прошли на кухню. Б.С. стал угощать его шампанским. Зашел разговор о долге. Б.С. сказал, что денег нет, пойдет спросит их у жены. Ушел в комнату. Там у супругов Б., Б.С. произошел скандал. Б. говорила мужу, что он ей надоел, обещала уйти, сказала, чтобы тот оставался и праздновал Новый год с ним (К.).

Б.С. возвратился на кухню, стал говорить, чтобы он (К.) уходил, взял за плечи, прижимал к стене. Тут Б.С. позвала жена. Последний пошел в комнату.

Он (К.) собрался уходить, вышел в коридор. Увидел, что Б.С. пошел на него с ножом. Он (К.) нож у Б.С. выбил, ударив его ногой по руке. Последний взял бутылку шампанского со стола. Он бутылку у Б.С. отнял. Тогда потерпевший стал тянуться за лежащим на полу ножом, но он (К.) опередил его и ударил Б.С. бутылкой, отчего последний упал на колени, бутылка разбилась, потом нанес Б.С. удары ножом в грудь, шею.

Указал, что жена и ребенок Б.С. находились в зале; по его мнению, они должны были видеть его (К.) действия.

Б. закричала, направилась к телефону, но он обрезал провод.

Признавая, что действия в отношении потерпевших совершены им, К. утверждал, что обстоятельств этого в отношении Б. и сына Б. и Б.С. не помнит.

Потерпевшая Б. пояснила в суде, что со слов мужа ей было известно о долге перед К. за сданные на реализацию запчасти. Муж должен был К. 4000 рублей, говорил в конце ноября 2001 года, что напишет последнему расписку. В начале декабря сказал, что написал расписку на эту сумму и отдал ее К. Материальное положение у них (Б. и Б.С.) было сложное, в материальном плане жили они трудно. Муж пояснял ей, что с января месяца будет работать литейщиком и рассчитается с К.

К. часто звонил им по поводу долга. С ней осужденный по телефону разговаривал очень грубо, пренебрежительно.

Примерно в 18 часов, начале 19 часа 31 декабря 2001 года к ним пришел К., входную дверь их квартиры которому отрыл ее муж. К. и Б.С. прошли на кухню. Через некоторое время ее муж вошел к ней в зал и сказал, что К. пришел за долгом и если он не отдаст деньги К., последний останется у них на Новый год, о чем и сам К. крикнул несколько раз с кухни.

Б.С. разложил стол, она накрыла его скатертью, сын расставлял тарелки. Муж принес с кухни продукты для салата.

Тут в комнату вбежал К. и ударил ее несколько раз ножом в область шеи. Она закрылась рукой. Ее муж - Б.С. загородил ее и сына. К. стал наносить Б.С. удары ножом в различные части тела у нее на глазах. Тот схватился за горло. Текла кровь. К. схватил бутылку с "Шампанским" со стола и со всего размаха ударил ею мужа по голове. Б.С. упал. К. вновь напал на нее, стал бить ее ножом. Она убегала от него, но он ее преследовал. Она в это время просила вызвать "скорую", чтобы он уходил. Забежала от него в маленькую комнату, однако К. и там нанес ей несколько ударов ножом, отчего нож сломался. У нее в руках осталось лезвие, которое она положила на стол у кровати.

В процессе насилия К. оскорблял ее, говорил, что во всем виноват ее муж, который не возвращает ему долг.

Потом К. вышел из спальни. Слышала, что сын просил разрешения у осужденного позвонить по телефону, слова К.: "Иди, гаденыш, ко мне". Раздался крик ребенка, который сразу стих.

К. зашел снова к ней в комнату, включил свет и ударил ее кухонным ножом. Смотрел, дышит ли она. Затем выключил свет, вышел из комнаты и закрыл дверь.

Слышала, что К. "шуршал" пакетами в соседней комнате.

Через некоторое время она услышала голос соседки, которая звала ее по имени, просила кого-то вызвать "скорую помощь".

Находясь в больнице, узнала, что из их квартиры пропали ее шуба, норковая шапка.

Показания потерпевшей соответствуют данным, отраженным в протоколе осмотра места происшествия, указанным в приговоре.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта у Б.С. были выявлены: пять колото-резаных ран в левой подчелюстной области, две раны из которых по ходу раневых каналов повреждали щитовидную железу и яремную вену, колото-резаная рана левой боковой поверхности грудной клетки слева, проникающая в плевральную полость с повреждением левого легкого, две поверхностные резаные раны на лице, поверхностная резаная рана передней поверхности шеи, резаная рана 1 пальца левой кисти, ссадины лобно-теменной области, кровоизлияние слизистой нижней губы.

Указанные колото-резаные и резаные раны были причинены воздействиями колюще-режущего предмета - ножом, ссадины и кровоизлияния на лице - тупого твердого предмета (предметами).

Смерть Б.С. наступила от острой кровопотери на фоне совокупности колото-резаных ран шеи и грудной клетки; могла наступить около 20 часов 31 декабря 2001 года.

Резаная рана 1 пальца левой кисти характерна для самообороны.

Заключением судебно-медицинского эксперта установлено, что у Б.В. имелись: резаная рана переднебоковой поверхности шеи справа с повреждением глотки и гортани, резаная рана левой боковой поверхности шеи с повреждением сонной артерии, колото-резаная рана передней поверхности шеи без повреждения органов шеи, колото-резаная рана левой лопаточной области, не проникающая в плевральную полость, резаные раны ладонной поверхности левой кисти 3 и 4 пальцев, рваная рана правого угла рта и щеки, царапины и ссадины лица.

Смерть Б.В. наступила от острой кровопотери на фоне резаных ран шеи с повреждением жизненно важных органов шеи - глотки, гортани сонной артерии.

Колото-резаные раны передней поверхности шеи и левой лопаточной области были причинены воздействием колюще-режущего предмета - ножом, имеющим одностороннюю заточку.

Царапины и ссадины на лице были причинены воздействиями тупого твердого предмета, например, ногтями рук человека. Рваная рана причинена воздействием тупого твердого предмета, возможно, рукой.

Все повреждения у Б.В. образовались незадолго до смерти потерпевшего, которая могла наступить около 20 часов 31 декабря 2001 года.

Резаные раны на левой кисти могут свидетельствовать о самообороне погибшего.

Как видно из заключения судебно-медицинского эксперта у Б. были обнаружены множественные (в количестве 21) рубцы в областях передней, левой половине и задней поверхности шеи, левого предплечья, левой лопаточной области, на животе, на тыльных поверхностях кистей рук, являющиеся следствием бывших ран.

Повреждения Б. могли быть получены 31 декабря 2001 года, могли быть причинены ножом, по признаку опасности для жизни в момент причинения причинили тяжкий вред здоровью потерпевшей.

Повреждения у нее на левом плече и тыльной поверхности кистей рук характерны для обороны.

Свидетель К.В. пояснила в судебном заседании, что ее муж - осужденный К. возмущался тем, что Б.С. длительное время не возвращает ему долг. Последние полгода до происшедших событий по данному делу К. часто звонил Б.С., но ему говорили, что денег нет. Она говорила ему отстать от них, но он продолжал звонить.

31 декабря 2001 года около 18 часов К. снова позвонил Б.С. После звонка отреагировал на разговор бурно, сказал, что его снова обманули. Попросил одежду и убежал из дома. Возвратился через час - полтора, был возбужден. Жестом показал, что убил троих. Переоделся. Сложил в рюкзак два пакета с вещами, велел ей идти с ним в гараж. По дороге сказал, что совершил убийство троих. Она поняла, что убил он Б., Б.С., Б.В. В гараже К. вынул из рюкзака два пакета, один из которых он принес в квартиру по возвращении от Б., Б.С., Б.В.

Рассказал ей, что он спрашивал у Б.С. деньги, а тот отказался их отдавать, возникла ссора. Он (К.) тогда сказал, что останется у них в квартире. Говорил, что Б.С. напал на него, завязалась драка. Подробности она у К. не спрашивала.

Из гаража она и К. вернулись домой, в семейном кругу отмечали Новый год.

Ночью муж ходил к соседям, после чего его задержали работники милиции.

В ходе следствия из их гаража изымались оставленные в нем ее мужем пакеты в которых находилась одежда К., в которой он ходил к Б.С., а также чужая шуба. Через несколько дней в гараже нашли шапку, которую передали в прокуратуру.

Заключением судебно-биологической экспертизы установлено, что на куртке, свитере, джинсах К., на верхней части бутылки из-под шампанского (на горлышке бутылки), на рукоятке от сломанного ножа, на клинках от сломанных ножей, на большом кухонном ноже изъятых с места происшествия, была обнаружена кровь человека, происхождение которой от потерпевших Б.С., Б.В. и Б. как от каждого в отдельности, так и в смешанном виде не исключается.

Вина К. в содеянном подтверждена и другими материалами дела.

Оценив доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, все их в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности К. в совершении установленных приговором преступлений.

По указанным в приговоре основаниям действия К. по ч. 3 ст. 30 и п. п. "а", "д" ч. 2 ст. 105, п. п. "в", "д", "к", "н" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 158 УК РФ судом квалифицированы правильно.

Выводы суда мотивированы, они соответствуют фактическим обстоятельствам по делу, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах.

Обстоятельства по делу исследованы полно, всесторонне, объективно.

Положенные в основу обвинения К. доказательства получены в установленном законом порядке, их допустимость сомнений не вызывает.

Не доверять показаниям потерпевшей Б. у суда оснований не было. На предварительном следствии и в судебном заседании она давала последовательные показания, существенных противоречий в ее пояснениях судебная коллегия не находит. Пояснения Б. согласуются с другими фактическими данными по делу, суд обоснованно признал их достоверными.

Мотив действий К. в отношении каждого потерпевшего выяснялся, он установлен и верно указан в приговоре.

Не соглашаться с выводами суда оснований не имеется.

Установленные и указанные в приговоре обстоятельства по делу, доказательства позволили суду сделать правильный вывод о наличии у К. умысла на лишение жизни Б., Б.С., Б.В. Действовал он сознательно, последовательно, целенаправленно. В отношении Б. он совершил умышленные действия, непосредственно направленные на ее убийство, однако его умысел им не был доведен до конца по не зависящим от него обстоятельствам - потерпевшая была обнаружена соседями, которыми была вызвана "скорая помощь", она была доставлена в больницу и ей была своевременно оказана медицинская помощь.

Между действиями К. и наступившими последствиями - смертью Б.С. и Б.В. имеется прямая причинная связь.

Убийство Б.С. и Б. охватывалось единством умысла К., действовал он в отношении них по существу единовременно. Убийство Б.В., осужденный совершил с целью сокрытия другого преступления - убийства его родителей, что не отрицалось К. в ходе предварительного следствия, лишение жизни Б.С. К. совершил на глазах близких потерпевшему лиц - жены и малолетнего сына. Покушался на убийство Б. К. на глазах ее ребенка. Осужденный сознавал, что своими действиями он причиняет им особые страдания. Способ убийства потерпевших заведомо для К. был связан с причинением им всем особых страданий. Умыслом К. охватывалось совершение убийства потерпевших с особой жестокостью. Убийство Б.В. К. совершил заведомо для него находившегося в силу своего малолетнего возраста в беспомощном состоянии, что осужденным сознавалось.

Психическое состояние К. исследовано с достаточной полнотой.

По заключению судебно-психиатрической экспертизы у К. обнаруживается органическое поражение головного мозга сложного генеза с легкими изменениями психики. Однако указанные в заключении экспертами особенности психики К. не столь глубоки и не лишали его в момент совершения инкриминируемых ему деяний способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В тот момент у него не было признаков какого-либо временного болезненного расстройства психики, в его поведении отсутствовали признаки помрачения сознания, иных психотических расстройств, поведение его носило целенаправленный, последовательный характер, он принимал меры на сокрытие следов и т.п. Как в то, так и в настоящее время К. мог и может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства и давать о них правильные показания.

В принудительных мерах медицинского характера он не нуждается.

Экспертиза проведена компетентными на то лицами. Обстоятельства по делу, данные о личности осужденного экспертам были известны, они были предметом исследования в ходе проведения экспертизы, в заключении получили оценку. Выводы экспертов мотивированы подробно, полно, они соответствуют материалам дела, не противоречат им. Объективность заключения врачей-экспертов сомнений не вызывает.

Дав анализ доказательствам по делу, суд признал это заключение обоснованным, осужденного в отношении инкриминируемых ему деяний - вменяемым.

Для проведения в отношении К. повторной, в том числе стационарной, судебно-психиатрической экспертизы судебная коллегия оснований не находит.

Всем доказательствам по делу в их совокупности при постановлении приговора дана верная юридическая оценка.

Версия о совершении К. преступлений в состоянии аффекта проверялась, своего подтверждения не нашла, как опровергнутая приведенными в приговоре доказательствами, она судом обоснованно отвергнута.

Данных, свидетельствующих о совершении осужденным преступлений в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, в состоянии необходимой обороны, о нахождении его в таковых в той ситуации, по делу не установлено.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, в том числе права К. на защиту, влекущих отмену или изменение приговора, органами предварительного расследования и судом не допущено.

Наказание К. назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ. Назначенное ему наказание чрезмерно суровым, явно несправедливым не является. При назначении ему наказания были учтены все обстоятельства по делу, в том числе данные о личности, указанные им в жалобе, при этом требования закона судом не нарушены.

Для смягчения осужденному наказания, о чем он просит в жалобе, для отмены приговора, как о том ставят вопрос его защитники, оснований не имеется.

Кассационные жалобы осужденного К., его защитников Шимловской и Новака удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Владимирского областного суда от 20 мая 2002 года в отношении К. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного К., защитников Шимловской В.В. и Новака Д.Л. - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"