||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 15 ноября 2000 г. N 849п2000

 

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

Председательствующего - Радченко В.И.

Членов Президиума - Вячеславова В.К., Меркушова А.Е., Петухова Н.А., Свиридова Ю.А., Сергеевой Н.Ю., Смакова Р.М.

рассмотрел дело по протесту заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации Р.М. Смакова на приговор Норильского городского суда Красноярского края от 25 ноября 1998 года, по которому

Б.Я., <...>, несудимая, -

осуждена по ст. 228 ч. 4 УК РФ к 10 годам лишения свободы с конфискацией имущества в исправительной колонии общего режима.

Начало отбытия наказания исчислено с 24 мая 1998 года.

Она же оправдана по ст. 222 ч. 2 УК РФ.

Х., <...>, гражданин Молдовы, несудимый, -

осужден к лишению свободы: по ст. 222 ч. 1 УК РФ к 2 годам, по ст. 228 ч. 4 УК РФ к 11 годам с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний определено 12 лет лишения свободы с конфискацией имущества в исправительной колонии строгого режима.

Начало срока Х. исчислено с 25 мая 1998 года.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 9 марта 1999 года приговор оставлен без изменения.

Постановлением президиума Красноярского краевого суда от 6 июня 2000 года протест заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации, в котором ставился вопрос об отмене состоявшихся судебных решений и направлении дела на новое судебное разбирательство, оставлен без удовлетворения.

Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 августа 2000 года оставлен без удовлетворения протест заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации, в котором также ставился вопрос об отмене состоявшихся судебных решений и передаче дела на новое судебное рассмотрение.

В протесте поставлен вопрос об отмене приговора и последующих судебных решений в части осуждения Б.Я. по ч. 4 ст. 228 УК РФ и Х. по ст. 222 ч. 1, ч. 4 ст. 228 УК РФ и передаче дела на новое судебное рассмотрение.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Морозова Е.И. и заключение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Давыдова В.И., полагавшего протест оставить без удовлетворения, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

 

установил:

 

Б.Я. и Х. признаны виновными и осуждены за незаконное хранение в целях сбыта и перевозку наркотических средств в особо крупном размере, а Х. - еще за незаконное хранение и перевозку боеприпасов.

Как установил суд, преступления совершены при следующих обстоятельствах.

В течение мая 1998 года Б.Я. с целью организации незаконного сбыта наркотических средств в особо крупном размере, их перевозки и хранения, вступила в преступный сговор с проживающим в г. Москве Х., предложив доставить в город Норильск партию наркотических средств в виде опия и героина в особо крупном размере.

В целях исполнения умысла, направленного на сбыт наркотических средств, Х. приобрел у неустановленного следствием лица наркотические средства: опий и героин.

В ночь с 23 на 24 мая 1998 года Х. авиарейсом N 2251 по маршруту Москва-Норильск перевез указанные наркотические средства в г. Норильск, сдав в багаж чемодан с личными вещами, среди которых находились наркотики и наркотические средства, предназначенные для перевозки.

Во исполнение договоренности с Х. 24 мая 1998 года, примерно в 10 часов, Б.Я., реализуя умысел, направленный на незаконное хранение с целью сбыта и перевозку наркотических средств в особо крупном размере, заведомо зная о характере груза, который везет Х., с целью транспортировки указанных наркотических средств в свою квартиру, на такси встретила прилетевшего Х., доставив его и привезенный багаж с наркотическими средствами в квартиру <...>, где проживала в указанный период.

Находясь по данному адресу, Б.Я. в 12 часов 30 минут по телефону обратилась к своему знакомому Г. с просьбой доставить в кратчайшее время в указанную квартиру электронные весы, необходимые для расфасовки наркотических средств и подготовки их к дальнейшему сбыту.

24 мая 1998 года, примерно в 14 часов, Г. доставил в квартиру <...> электронные весы "Танита" модель 1212, на которых привезенные наркотические средства были взвешены и частично расфасованы.

Примерно в 15 часов, преступная деятельность Х. и Б.Я. по незаконным перевозке и хранению с целью сбыта наркотических средств была пресечена совместными действиями сотрудников милиции и ФСБ. В квартире было обнаружено и изъято 1.189.42 грамма опия и 577,62 грамма героина, которые в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации N 681 от 30 июня 1998 года запрещены к свободному обороту.

Согласно заключению Постоянного Комитета по контролю наркотиков Российской Федерации, обнаруженное и изъятое количество наркотических средств относится к особо крупному размеру.

Кроме того, Х., следуя из Москвы в Норильск в ночь с 23 на 24 мая 1998 года рейсом N 2251, незаконно перевез со своими личными вещами боеприпасы в виде обоймы с патронами, сдав чемодан и багаж, а прилетев в Норильск, хранил указанные боеприпасы в квартире <...>, где они и были изъяты.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации находит протест подлежащим удовлетворению.

В соответствии со ст. 20 УПК РСФСР суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, обязаны принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, выявить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отягчающие его ответственность обстоятельства.

Однако указанные требования закона по настоящему делу не выполнены, что могло повлиять на правильность разрешения дела.

В обоснование своего вывода о виновности осужденных в инкриминируемых деяниях суд сослался в приговоре на их показания, данные в ходе следствия и суда, а также на заключение фоноскопической экспертизы (т. 1 л.д. 140 - 152), протокол прослушивания и звукозаписи телефонных переговоров с телефона 46-07-72 Норильской городской сети (т. 1 л.д. 61 - 63), оценив которые, суд пришел к выводу, что в телефонных переговорах с 20 по 24 мая 1998 года участвовали Х., Б.Я. и Г. и что полученная информация свидетельствовала о прибытии из Москвы в Норильск авиарейсом за 23 мая 1998 года курьера с партией наркотических средств, протокол осмотра места происшествия, в котором зафиксировано обнаружение в квартире пакета с наркотическими средства; протокол обыска, в соответствии с которым был изъят поднос со следами светлого порошка; заключения судебно-химических экспертиз, из которых следует, что в пакете, изъятом в спальне, находились героин и опий, а при исследовании на весах и подносе обнаружены следы наркотических средств; на свидетельские показания Т., К., К., Б., рассказавших об обстоятельствах проникновения в квартиру, где находились наркотические средства; показания С. и К., участвовавших в осмотре в качестве понятых; Р., упаковывавшего наркотические средства после их обнаружения; Г., показавшего, что он на кухне обнаружил электронные весы; на показания С., участвовавшего при осмотре места происшествия в качестве эксперта.

Между тем приведенные доказательства надлежащим образом не исследованы и не оценены, что не могло не повлиять на законность и обоснованность постановленного приговора.

Так, осужденная Б.Я. на предварительном следствии последовательно отрицала свою причастность к совершению преступления (т. 1 л.д. 105, 113, 153, 301 - 305, 328 - 329, т. 2 л.д. 50 - 51, 94 - 104, 106, 111 - 114, 117, 120 - 121, 124 - 139, 140 - 153, 156, т. 3, л.д. 50 - 62). При этом она показала, что 20 мая 1998 года ей из Москвы позвонил Х. и сообщил о своем прилете в Норильск по делам. Никаких разговоров о наркотических средствах она с Х. по телефону не вела. С каким грузом тот прилетел, она не знала, содержимое обнаруженного в спальной пакета ей также известно не было.

Осужденный Х. подтвердил, что Б.Я. о наркотических средствах ничего не знала и никаких разговоров на эту тему они между собой никогда не вели (т. 1 л.д. 154, т. 2 л.д. 35 - 37, 216 - 222, 224 - 230, 235 - 239, 240 - 242, 248 - 257, 258 - 260, т. 3 л.д. 36 - 50).

В ходе судебного разбирательства Х. заявил, что в г. Норильск он прилетел для того, чтобы передать Б.Я. ювелирные изделия, ранее ею заказанные. Весы, изъятые у Б.Я., он привез с собой (т. 3 л.д. 36 - 48).

Осужденная Б.Я. подтвердила, что целью приезда к ней Х. являлась передача ювелирных изделий, которые она ранее просила его приобрести (т. 3 л.д. 50).

Из показаний свидетеля Б. усматривается, что после приезда Х. к Б.Я. последняя просила ее отвезти часть драгоценностей на ул. Комсомольскую, что она и сделала (т. 3 л.д. 80 об.).

Протоколами установлено, что при обыске у Б.Я. и Б. были изъяты ювелирные изделия (т. 2 л.д. 180 - 186, 205). Постановлением следователя они, как вещественные доказательства, приобщены к делу (т. 2 л.д. 187).

При таких данных суд был обязан тщательно исследовать доводы осужденных в части, касающейся цели приезда Х. в г. Норильск, выяснить принадлежность весов и драгоценностей, обнаруженных у Б.Я. и Б., а также проверить, кому Б. отвозила ювелирные изделия на ул. Комсомольскую, однако эти обстоятельства, имеющие существенное значение для принятия правильного решения, выяснены не были, что могло повлиять на полноту, всесторонность и объективность исследования обстоятельств дела.

Выводы суда, изложенные в приговоре, последующих судебных решениях, в части, касающейся подтверждения вины осужденных протоколом прослушивания телефонных переговоров, проходивших между ними, сделаны по недостаточно полно исследованным материалам дела.

Суд признал установленным и указал об этом в приговоре: "в ходе прослушивания и звукозаписи телефонных переговоров, была получена информация о возможности прибытия из города Москвы в город Норильск авиарейсом за 23 мая 1998 года курьера с партией наркотических средств (т. 1 л.д. 61 - 63), в связи с чем за квартирой сотрудниками ФСБ было установлено наружное наблюдение с целью обнаружения и изъятия наркотических средств в квартире <...> (т. 1 л.д. 54)".

Между тем, из протокола прослушивания и звукозаписи телефонных переговоров (т. 1 л.д. 61 - 63), фрагментов аудиокассеты с записью телефонных переговоров, которые оглашены были в судебном заседании усматривается, что в них никаких упоминаний о наркотических средствах не содержится. К тому же, аудиокассета с телефонными переговорами, как это видно из протокола судебного заседания, полностью судом не прослушивалась. Поэтому вывод о прибытии в Норильск курьера с наркотическими средствами, действовавшего по предварительному сговору с Б.Я., сделан по недостаточно полно исследованным материалам дела.

Таким образом из приговора нельзя сделать вывод о том, на основании каких данных суд установил, что в г. Норильск прибывает курьер с наркотиками.

Более того, в материалах дела имеется не расшифровка телефонных переговоров, а их свободное изложение, сделанное оперативным работником. При этом понятые не присутствовали и достоверность данных, изложенных в протоколе расшифровки переговоров, не заверяли.

Что касается заключения фоноскопической экспертизы об участии Б.Я., Х. и Г. в телефонных переговорах с телефона N 46-07-72 в период с 20 по 24 мая 1998 года, записанных на аудиокассету, то Б.Я. отрицала, что записанный женский голос принадлежал ей. По поводу непредоставления в судебное заседание образцов ее голоса 30 июня 1998 года, полученных негласно, суд в приговоре записал: "В судебное заседание образцы голоса подсудимой Б.Я. от 30 июня 1998 года, на которые ссылается в своем заключении эксперт, представлены не были. Как пояснил свидетель Т. - сотрудник отдела ФСБ, - запись речи Б.Я. производилась на стационарной аппаратуре на бобины, которые находятся в ФСБ. Бобины с записями были направлены эксперту для проведения исследования в оригинале, но поскольку на них имелись другие записи, не относящиеся к настоящему делу и которые не могут быть преданы огласке, то после исследования записей с голосом Б.Я. эти кассеты возвращены в ФСБ и представлены в суд быть не могут".

С учетом изложенного суд пришел к следующему выводу, изложенному в приговоре: "При таких обстоятельствах непредоставление в судебное заседание образцов, направленных для фоноскопического исследования, не может служить достаточным основанием для исключения этого заключения как недопустимого доказательства".

Таким образом утверждение в приговоре о том, что в телефонных переговорах участвовала именно Б.Я., не основано на непосредственно исследованных в судебном заседании доказательствах, поскольку суд был лишен возможности проверить законность негласного изъятия образцов женского голоса и его соответствия голосу Б.Я.

С утверждениями, высказанными президиумом и Судебной коллегии, допускающими возможность непредоставления суду кассет с записью оригинальных образцов речи Б.Я. от 30 июня 1998 года, согласиться нельзя, поскольку такие рассуждения нарушают требования ст. 240 УПК РСФСР, возлагающей на суд первой инстанции обязанность непосредственно исследовать доказательства по делу.

Вывод о непосредственном участии Б.Я. в подготовительных действиях, подтверждающих цель сбыта наркотических средств, суд в приговоре обосновал показаниями понятых С., К., заключением судебно-химической экспертизы, в ходе которой исследовались электронные весы, изъятые в квартире, на которых обнаружены следы наркотических средств.

Между тем, из показаний понятых С. и К., допрошенных в судебном заседании, усматривается, что электронные весы в квартире были обнаружены не в их присутствии. Об этом им стало известно со слов работника УВД Г., принимавшего участие в осмотре места происшествия. Г. в судебном заседании показания понятых в части электронных весов подтвердил (т. 3 л.д. 118 - 119).

В судебном заседании свидетели С. и Ш. пояснили, что они видели на работе Г. весы, переданные ему П.

Однако весы, изъятые в квартире Б.Я., которые, по выводам суда, Г. получил от П. и передал осужденной, не были представлены для опознания указанным лицам, что отразилось на полноте и всесторонности исследованных доказательств по делу.

Кроме того, из протокола судебного заседания усматривается, что наркотические средства на электронных весах взвешивал Г., который при этом показал, что он пользовался весами, которые находились в следственно-криминалистическом портфеле эксперта С. Сославшись на показания указанного эксперта, суд признал показания Г., что он пользовался весами эксперта, достоверными.

Однако допрошенный в качестве свидетеля С. в судебном заседании (т. 3 л.д. 200 - 202) не показывал, что Г. пользовался весами, находившимися в следственно-криминалистическом портфеле. Он лишь пояснил, что электронные весы в указанном портфеле имелись и ими могли воспользоваться оперативные работники, а использовал ли кто-либо, и в частности Г., такую возможность суд не выяснил ни у эксперта С., ни у других лиц, присутствовавших при осмотре места происшествия. При таких обстоятельствах вывод суда об участии Б.Я. в подготовительных действиях к сбыту наркотических средств сделан преждевременно.

С учетом этого суду надлежало рассмотреть вопрос о возможности проведения экспертиз в части определения идентичности наркотических средств, обнаруженных на весах, находившихся в квартире Б.Я., и наркотических средств, изъятых у Б.Я. и привезенных по версии органов следствия, Х.

Проведение данной экспертизы имеет важное значение для подтверждения либо опровержения показаний Г. о том, что наркотические средства, обнаруженные у Б.Я., он взвешивал на весах, имевшихся в криминалистическом портфеле, а не на весах, принадлежащих осужденной.

Допрошенные по делу понятые, участвовавшие в осмотре места происшествия, не подтвердили показаний Г. о том, что он взвешивал наркотики, обнаруженные в квартире Б.Я. Не имеется об этом данных и в протоколе осмотра места происшествия.

Из материалов дела также усматривается, что в осмотре места происшествия, при котором в квартире, снимаемой Б.Я., были обнаружены наркотики и другие вещи, принимал участие, в частности, сотрудник ОУР Церковник, заверивший своей подписью этот документ (т. 1 л.д. 37 - 40).

Однако, будучи допрошенным в судебном заседании, Церковник заявил, что он присутствовал при осмотре места происшествия, но участия в нем не принимал. Данный протокол не подписывал и подпись в нем не его (т. 3 л.д. 165 об.).

С учетом этих данных суду надлежит проверить доводы, изложенные Церковником в части, касающейся его неучастия в осмотре места происшествия и в зависимости от добытых данных решить вопрос о соответствии протокола, как доказательства по делу, требованиям, изложенным в ст. 69 УПК РСФСР.

Поскольку при рассмотрении настоящего дела судом допущены существенные пробелы, обвинительный приговор в отношении осужденных нельзя считать законным и обоснованным в связи с чем он подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

Оставляя без удовлетворения принесенные протесты, президиум и Судебная коллегия повторили доказательства, приведенные в приговоре, и согласились с выводом суда о доказанности вины Б.Я., но конкретные доводы, изложенные в протестах, ничем не опровергли.

При новом рассмотрении дела надлежит устранить указанные нарушения, полно, всесторонне и объективно исследовать обстоятельства дела, после чего решать вопрос о виновности либо невиновности Х. и Б.Я.

Учитывая, что действия Х., квалифицируемые ст. ст. 222 ч. 1 и 228 ч. 4 УК РФ тесно взаимосвязаны, приговор в отношении него подлежит отмене в полном объеме.

Руководствуясь ч. 2 ст. 378 УПК РСФСР, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

 

постановил:

 

приговор Норильского городского суда Красноярского края от 25 ноября 1998 года, определение судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 9 марта 1999 года, постановление президиума Красноярского краевого от 6 июня 2000 и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 августа 2000 года в отношении Б.Я. по ст. 228 ч. 4 УК РФ и в отношении Х. по ст. ст. 222 ч. 1 и 228 ч. 4 УК РФ отменить и дело направить на новое судебное разбирательство.

В остальном судебные решения оставить без изменения.

 

Председательствующий

В.И.РАДЧЕНКО

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"