||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 6 сентября 2000 г. N 502п2000

 

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

Председательствующего - Меркушова А.Е.

Членов Президиума - Петухова Н.А., Верина В.П., Жуйкова В.М.,

Смакова Р.М., Кузнецова В.В., Каримова М.А.,

Попова Г.Н., Свиридова Ю.А., Вячеславова В.К.

рассмотрел дело по протесту Председателя Верховного Суда Российской Федерации Лебедева В.М. на приговор судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 20 октября 1999 года, по которому

М., <...>, ранее не судимый, -

осужден к лишению свободы: по ст. 158 ч. 3 п. "б" УК РФ сроком на 7 лет; по ст. 228 ч. 3 УК РФ сроком на 6 лет; по ст. 230 ч. 2 п. "а" УК РФ сроком на 7 лет; по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ сроком на 9 лет.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательное наказание М. путем частичного сложения наказаний назначено в виде 10 лет лишения свободы в воспитательной колонии общего режима.

Г., <...>, ранее не судимый, -

осужден к лишению свободы: по ст. ст. 33 ч. 5 и 158 ч. 3 п. "б" УК РФ сроком на 5 лет; по ст. 228 ч. 3 УК РФ сроком на 6 лет; по ст. 230 ч. 2 п. "а" УК РФ сроком на 5 лет; по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ сроком на 8 лет.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательное наказание Г. путем частичного сложения наказаний назначено в виде 8 лет и 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

П., <...>, ранее не судимый, -

осужден к лишению свободы: по ст. ст. 33 ч. 5 и 228 ч. 3 УК РФ сроком на 5 лет; по ст. 230 ч. 2 п. "а" УК РФ сроком на 5 лет; по ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ сроком на 8 лет.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательное наказание П. путем частичного сложения наказаний назначено в виде 9 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

И., <...>, ранее не судимый, -

осужден к лишению свободы: по ст. 230 ч. 2 п. "а" УК РФ сроком на 5 лет; по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ сроком на 8 лет.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательное наказание И. путем частичного сложения наказаний назначено в виде 8 лет и 6 месяцев лишения свободы в воспитательной колонии общего режима. Срок наказания исчислен с 28 декабря 1998 года.

Срок наказания М., Г., П. и И. исчислен с 28 декабря 1998 года.

На основании ст. ст. 97 ч. 1 п. "г" и 99 ч. 2 УК РФ к М., П., И. применены принудительные меры медицинского характера в виде лечения от наркомании в психиатрическом стационаре общего типа.

Постановлено взыскать солидарно с М., Г., П.; И. в пользу Д.В. - 200000 рублей, в пользу Д.Я. - 200000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

Признано право Д.В. и Д.Я. на удовлетворение их иска о возмещении им материального ущерба в порядке гражданского судопроизводства.

Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 1999 года приговор суда изменен:

исключено указание о совершении кражи М. и о совершении Г. пособничества в краже - "группой лиц по предварительному сговору";

уточнен приговор в части осуждения М., Г. и П. за незаконное в целях сбыта наркотических средств и постановлено считать их осужденными по п. "а" ч. 3 ст. 228 УК РФ;

на основании ст. ст. 97 ч. 1 п. "г" и 99 ч. 2 УК РФ М., П. и И. назначены принудительные меры медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра.

Приговор в части гражданского иска о взыскании с М., Г., П. и И. солидарно в возмещение морального вреда по 200 тысяч рублей в пользу Д.В. и Д.Я. отменен и передан на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

В протесте поставлен вопрос об изменении состоявшихся судебных решений: исключении из них указания об осуждении М., Г., П., И. по ст. 230 ч. 2 п. "а" УК РФ, переквалификации действий М. и Г. со ст. 228 ч. 3 п. "а" УК РФ на ст. 228 ч. 2 УК РФ с назначением по ней наказания в виде 4 лет лишения свободы каждому, переквалификации действий Г. со ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ на ст. ст. 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ с назначением наказания в виде 8 лет лишения свободы; переквалификации действий И. со ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ на ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ с назначением наказания в виде 7 лет и 6 месяцев лишения свободы; а также об отмене судебных решений в части, касающейся осуждения П. по ст. 228 ч. 3 п. "а" УК РФ и прекращении уголовного дела в этой части в связи с недоказанностью участия П. в совершении этого преступления.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Бондаренко О.М. и заключение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Макарова Н.И., согласившегося с протестом частично,

Президиум Верховного Суда Российской Федерации,

 

установил:

 

преступления были совершены при следующих установленных судом обстоятельствах.

М. в начале декабря 1998 года, имея предварительный сговор с Г. на кражу крупной суммы долларов США из квартиры Д.Р., распределил роли, согласно которым он, М., совершит кражу долларов, находящихся в квартире, а Г. предоставит помещение ресторана "Дубрава" для последующего убийства Д.Р. с целью сокрытия совершенной кражи.

Во исполнение своего замысла М. днем 15 декабря 1999 года пришел в квартиру Д.Р., расположенную по адресу: <...>. Улучив момент, М. из антресоли шкафа в спальной комнате тайно похитил 7800 долларов США (156780 рублей по курсу ЦБ РФ). После этого, примерно в 18 часов, М., имея предварительную договоренность с Г., П. и И. с целью убийства Д.Р. привел его в ресторан "Дубрава" пос. Селятино. Затем М. передал Г. 100 долларов США для приобретения героина и последующего введения Д.Р. смертельной дозы наркотика.

Для приобретения наркотика Г. пригласил с собой П., которому рассказал о совершенной М. краже долларов из квартиры Д.Р. и о намерении убить его с целью сокрытия кражи путем введения смертельной дозы героина. На выданные ему М. деньги Г. приобрел у неустановленного лица 10 доз (чеков) наркотического вещества - героина, объемом каждой дозы 0,1 грамма. После этого Г. и П. возвратились в ресторан "Дубрава", где оставались: М., Д.Р. и И.

Зная о намерении совершить убийство Д.Р. путем введения ему смертельной дозы наркотика, Г. всыпал в столовую ложку 4 дозы героина. М. растворил этот героин в воде и склонил Д.Р. к употреблению наркотика, скрыв от него количество вводимого наркотика и последствия. Затем М. с целью убийства набрал в шприц, предварительно принесенный с собой из дома, заведомо смертельную дозу наркотика, передал его И., чтобы тот сделал инъекцию Д.Р.

И. пытался ввести наркотик в вену правой руки Д.Р., но не смог этого сделать. Тогда М. взял шприц у И. и ввел Д.Р. в локтевой сгиб правой руки заведомо смертельную дозу наркотика. Д.Р. перестал реагировать на окружающую обстановку. Поскольку Д.Р. продолжал дышать, для доведения умысла на убийство до конца, М. повторно набрал в шприц, заведомо смертельную дозу наркотика и передал его П., который с целью убийства сделал инъекцию Д.Р. в локтевой сгиб левой руки.

Несмотря на введение смертельной дозы наркотического вещества Д.Р. продолжал дышать и М., П. и И. перенесли его в служебное помещение ресторана на втором этаже, а сами вернулись на третий этаж. Здесь М. разделил похищенные им из квартиры Д.Р. деньги - 7800 долларов США; передав Г. и П. по 2000 долларов, И. - 1700 долларов, оставив себе 2000 долларов.

После этого М., удостоверившись в смерти Д.Р., для доведения своего умысла на сокрытие совершенной кражи до конца, поручил Г., П. и И. перенести Д.Р. в лесной массив, оставив его там, а сам ушел домой.

Около 23 часов Г., П. и И. перенесли тело Д.Р. в лесной массив, забросали его снегом и покинули место происшествия.

В результате действий М., Г., П. и И. наступила смерть Д.Р. от отравления наркотическими веществами - героином-М, кодеином и морфином.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы протеста, Президиум находит его обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Установив обстоятельства, при которых были совершены преступления, суд первой инстанции и кассационная коллегия допустили ошибки при квалификации действий: М., Г., П. и И.

Признавая М. и Г. при пособничестве П., виновными в приобретении в целях сбыта наркотиков, по предварительному сговору группой лиц, суд квалифицировал действия М. и Г. по ст. 228 ч. 3 (без указания пункта) УК РФ, а П. по ст. 33 ч. 5 и ст. 228 ч. 3 (без указания пункта) УК РФ, т.е. неправильно применил уголовный закон.

Кассационная инстанция, не согласившись с заключением прокурора, полагавшего исключить из приговора осуждение М., Г. и П. по ст. 228 ч. 3 УК РФ ввиду не указания пункта уголовного закона, приняла решение о возможности "уточнения" приговора в этой части и постановила считать указанных лиц (в том числе и П. признанного судом виновным лишь в пособничестве этого преступления) осужденными по п. "а" ч. 3 ст. 228 УК РФ.

Вместе с тем, решение кассационной коллегии нельзя признать правильным, поскольку оно принято в нарушение требований ст. 340 ч. 1 УПК РСФСР.

Действия М. и Г. по этому эпизоду обвинения, принимая во внимание доказанность в суде обвинения в незаконном приобретении ими с целью сбыта наркотических средств, следует квалифицировать, с учетом формулировки предъявленного обвинения, ст. 228 ч. 2 УК РФ, которая предусматривает более мягкое наказание. Указанная квалификация действий М. и Г. определяет уголовную ответственность за реально совершенное ими преступное деяние и не нарушает правил ст. 340 УПК РСФСР о недопустимости усиления наказания осужденным.

Кроме того, суд принял необоснованное решение о признании П., по этому эпизоду обвинения, виновным в пособничестве в совершенном М. и Г. преступлении.

В соответствии со ст. 33 ч. 5 УК РФ, пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства и орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы.

Какие конкретно действия были совершены П. в целях содействия М. и Г. в незаконном приобретении наркотиков и в чем именно, по мнению суда, выразилось пособничество П. в совершении этого преступления приговором не установлено, каких-либо доказательств виновности П. по этому эпизоду обвинения в приговоре не приведено.

Более того, без какой-либо оценки суда остались приведенные в приговоре показания осужденных, являющиеся единственными доказательствами их виновности по данному эпизоду обвинения, которые подтверждают показания П. о его непричастности к незаконному приобретению наркотиков.

Из показаний М. следует, что он передал деньги Г., который сам наркотик не продавал, но знал, где его можно купить. С просьбой об этом он обратился к Г., вызвав из комнаты, в которой находились другие лица, в том числе и П., в коридор. Г. в суде подтвердил, что М. вызвал его за дверь, сказав, что ему "плохо", передал 100 долларов и попросил достать героин. Именно он, Г., у случайно встретившегося, ранее незнакомого парня купил 8 доз героина, а затем передал героин и оставшуюся сдачу М. П. присутствовал при покупке, но никакого участия в ней не принимал.

При изложенных обстоятельствах, осуждение П. по ст. 228 ч. 3 п. "а" УК РФ нельзя признать обоснованным, а состоявшиеся судебные решения в этой части подлежат отмене в связи с недоказанностью участия П. в совершении этого преступления.

Без достаточных на то оснований судом сделан вывод о совершении М., Г., П. и И. преступления, предусмотренного ст. 230 ч. 2 п. "а" УК РФ, устанавливающей уголовную ответственность за склонение к потреблению наркотических средств, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Под склонением к потреблению наркотических средств уголовный закон понимает совершение любых умышленных действий, направленных на возбуждение у другого лица желания к их потреблению (уговоры, предложения, дача совета и т.п.), а также психическое или физическое насилие, ограничение свободы и другие действия с целью принуждения к приему наркотических средств лица, на которое оказывается воздействие.

Как установлено приговором суда, никто из осужденных в отношении потерпевшего Д.Р. никаких действий, направленных на возбуждение у него желания к потреблению наркотиков, не совершал, никто из них никакого насилия в отношении его не применял, к совершению инъекций раствора героина Д.Р. не принуждал.

Каких-либо доказательств того, что М., Г., П. и И. склоняли Д.Р. к потреблению наркотических средств иным способом, в приговоре суда не приведено.

Таким образом следует признать, что вывод суда о совершении М., Г., П. и И. преступления, предусмотренного ст. 230 ч. 2 п. "а" УК РФ является необоснованным.

Судебные решения в части, касающейся осуждения М., Г., П. и И. по ст. 230 ч. 2 п. "а" УК РФ, подлежат отмене, а уголовное дело в этой части подлежит прекращению в связи с недоказанностью их участия в совершении этого преступления.

Действия указанных лиц в этой части обвинения, выразившиеся в том, что они, согласно предварительной договоренности и распределению ролей, путем нескольких внутривенных инъекций ввели Д.Р. смертельную дозу наркотика, охватываются общей квалификацией их действий за соучастие в умышленном убийстве.

Признавая М., Г., П. и И. виновными в умышленном причинении смерти Д.Р., совершенном группой лиц по предварительному сговору, с целью скрыть совершенную кражу долларов, суд квалифицировал действия каждого из них по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ, т.е. признал их соисполнителями совершенного убийства.

В соответствии со ст. 33 ч. 2 УК РФ исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями). Предварительный сговор на убийство предполагает выраженную в любой форме договоренность двух или более лиц, состоявшуюся до начала совершения действий непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего. При этом, наряду с соисполнителями преступления, другие участники преступной группы могут выступать в роли организаторов, подстрекателей или пособников убийства, и их действия надлежит квалифицировать по соответствующей части ст. 33 и п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

В судебном заседании нашло свое подтверждение предъявленное Г. обвинение в том, что он в соответствии с предварительной договоренностью с другими соучастниками убийства Д.Р., приобрел наркотическое средство - героин, в количестве достаточном для приготовления смертельной дозы - 8 "доз" по 0,1 грамма героина, достоверно зная о намерении совершить убийство Д.Р. путем введения ему смертельной дозы наркотика, всыпал в столовую ложку 4 "дозы" героина, которые М. в его присутствии приготовил для инъекций Д.Р.

Судом установлено, что сам Г. наркотик Д.Р. не вводил и не пытался этого делать, т.е. не совершал действий непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего. При этих обстоятельствах, действия Г., содействовавшего убийству предоставлением средств совершения преступления и принимавшего заранее обещанное участие в скрытии следов преступления, следует квалифицировать по ст. ст. 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ, как пособничество в умышленном причинении смерти другому человеку, совершенное группой лиц по предварительному сговору с целью скрыть другое преступление.

Кроме того, описывая обстоятельства, которые повлекли за собой смерть Д.Р. и конкретизируя при этом действия каждого из соучастников убийства, суд установил, что И., действуя в соответствии с предварительной договоренностью с другими соучастниками преступления и совершая действия, непосредственно направленные на лишение жизни потерпевшего "попытался ввести наркотик в вену правой руки Д.Р., но не смог этого сделать".

Причины, по которым И. не смог сделать инъекцию с наркотиком, материалами уголовного дела не установлены; мотивы, по которым он отказался от повторных попыток ввести в вену Д.Р. смертельную дозу наркотика, в приговоре суда не приведены.

Таким образом, следует признать, что И., хотя и пытался совершить конкретные действия, направленные на лишение жизни потерпевшего, но не причинил ему какого-либо физического вреда, не оказал какого-либо содействия другим лицам в их действиях, непосредственно направленных на лишение жизни Д.Р.

При этих, объективно установленных судом фактических обстоятельствах, действия И. по этому эпизоду следует переквалифицировать со ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ на ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ, как покушение на умышленное убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с целью скрыть другое преступление.

Указанная квалификация конкретных действий И., в рамках общего замысла соучастников на убийство Д.Р., учитывает, то обстоятельство, что преступление не было доведено им до конца по не зависящим от него обстоятельствам.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности М., Г. и П., оснований для смягчения назначенного им судом наказания не имеется.

Принимая во внимание то обстоятельство, что осужденный И. совершил преступление в несовершеннолетнем возрасте, а также то, что его действия следует переквалифицировать со ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ на ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ наказание ему должно быть назначено с соблюдением правил ст. ст. 66 ч. 3 и 88 ч. 6 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь п. п. 2, 5 ст. 378 УПК РСФСР, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

 

постановил:

 

приговор судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 20 октября 1999 года и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 1999 года в отношении М., Г., И. изменить:

переквалифицировать действия М., и Г. со ст. 228 ч. 3 п. "а" УК РФ на ст. 228 ч. 2 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года каждому;

переквалифицировать действия Г. со ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ на ст. ст. 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ, по которым назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет;

переквалифицировать действия И. со ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ на ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ, по которым назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет и 6 месяцев.

Те же судебные решения в части, касающейся осуждения П., М., Г., И. по ст. 230 ч. 2 п. "а" УК РФ отменить, а уголовное дело в этой части прекратить в связи с недоказанностью их участия в совершении этого преступления.

Те же судебные решения в части, касающейся осуждения П. по ст. 228 ч. 3 п. "а" УК РФ отменить, а уголовное дело в этой части прекратить в связи с недоказанностью участия П. в совершении этого преступления.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательное наказание путем частичного сложения наказаний назначить:

М. по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 158 ч. 3 п. "б", 228 ч. 2; 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ в виде лишения свободы сроком на 10 лет в воспитательной колонии общего режима;

Г. по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 33 ч. 5 и 158 ч. 3 п. "б"; 228 ч. 2; 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ в виде лишения свободы сроком 8 лет и 6 месяцев в исправительной колонии строгого режима.

Наказание, назначенное П. по ст. 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ в виде 8 лет лишения свободы отбывать в исправительной колонии строгого режима; назначенное И. по ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. п. "ж", "к" УК РФ в виде 7 лет и 6 месяцев отбывать в воспитательной колонии общего режима.

В остальной части состоявшиеся судебные решения оставить без изменения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"