||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 10 февраля 1999 г. N 71пв-98

 

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

Председателя - В.М. Лебедев

членов Президиума - Радченко В.И., Петухова Н.А., Верина В.П., Сергеевой Н.Ю., Жуйкова В.М., Смакова Р.М., Кузнецова В.В., Каримова М.А., Попова Г.Н., Свиридова Ю.А., Меркушова А.Е., Вячеславова В.К.

рассмотрел по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации В.И. Давыдова на определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19 февраля 1998 г. дело по заявлению прокурора Удмуртской Республики о признании недействительными правовых актов.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Гуцола Ю.А., заключение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Давыдова В.И., полагавшего протест удовлетворить. Президиум Верховного Суда Российской Федерации,

 

установил:

 

прокурор Удмуртской Республики обратился в Верховный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании недействительными статьи 79 Конституции Удмуртской Республики, статьи 6 Закона Удмуртской Республики "О Государственном Совете Удмуртской Республики", статей 30, 31, 32 Закона Удмуртской Республики "О статусе депутата Государственного Совета Удмуртской Республики", указывая на то, что данные правовые нормы, устанавливающие неприкосновенность депутатов Государственного Совета Удмуртской Республики в сфере уголовного, уголовно-процессуального, административного и административно-процессуального законодательства, особые условия привлечения депутатов к ответственности и иные исключения из общих правил, противоречат Конституции Российской Федерации и федеральным законам.

Решением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики от 29 декабря 1997 г. требования прокурора были удовлетворены.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19 февраля 1998 г. решение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики в части признания недействительной статьи 79 Конституции Удмуртской Республики отменено и производство по делу в этой части прекращено, в остальной части решение суда оставлено без изменения.

В протесте заместителя Генерального прокурора Российской Федерации поставлен вопрос об отмене определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в части отмены решения суда первой инстанции и прекращении производства по делу о признании недействительной статьи 79 Конституции Удмуртской Республики.

Проверив материалы дела, обсудив доводы протеста. Президиум Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения протеста.

Прекращая производство по делу в части признания недействительной статьи 79 Конституции Удмуртской Республики, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении указала, что согласно пункта "б" части 2 статьи 125 Конституции Российской Федерации разрешение дел о соответствии Конституции Российской Федерации конституций республик отнесено к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации и поэтому дело в этой части Верховному суду Удмуртской Республики не подведомственно.

С доводами Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в указанной части следует согласиться.

Действительно, согласно части 2 статьи 125 Конституции Российской Федерации и части 1 статьи 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд Российской Федерации разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации конституций республик, уставов, а также законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации.

Как следует из заявления, требование прокурора о недействительности ст. 79 Конституции Удмуртской Республики сводилось к тому, что эта конституционная норма не соответствует Конституции Российской Федерации. По существу, в таком же аспекте рассмотрено данное требование и Верховным судом Удмуртской Республики, признавшим указанную правовую норму противоречащей Конституции Российской Федерации. Поскольку судом разрешено требование, не подлежащее рассмотрению в судах общей юрисдикции, кассационная инстанция обоснованно отменила решение в этой части и прекратила производство по делу на основании п. 1 ст. 219 ГПК РСФСР.

Доводы в протесте о том, что прокурор ссылался не только на несоответствие ст. 79 Конституции Удмуртской Республики Конституции Российской Федерации, но и на несоответствие данной статьи федеральным законам, не делают спор в указанной части подведомственным суду общей юрисдикции.

Вместе с тем нельзя согласиться с доводом Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ о том, что в остальной части - в части требований прокурора о признании недействительными правовых норм, содержащихся в законах Удмуртской Республики, по мотиву их несоответствия федеральным законам - требования прокурора правильно приняты судом к производству и разрешены по существу.

В указанной части кассационной инстанции и сделана ссылка на то, что в соответствии со ст. ст. 21, 23 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" прокурор, осуществляя надзор за соответствием законам правовых актов, издаваемых представительными (законодательными) и исполнительными органами субъектов Российской Федерации, вправе обращаться в суд с требованием о признании таких актов недействительными.

Однако в названных статьях указанного Федерального закона не содержится указания на виды оспариваемых актов. Формулировка этого Закона не предполагает с очевидностью обращение прокурора в суд с требованием о признании недействительными формальных законов, т.е. нормативных актов, принятых на уровне Российской Федерации или ее субъекта в особой законодательной процедуре.

Кроме того, положения данного Закона не содержат других необходимых условий, определяющих выполнение судом полномочий по прекращению юридической силы нормативных актов, оспариваемых прокурором.

Следует учесть и другое.

В обоснование вывода о том, что законы субъекта Российской Федерации не могут исключать или ограничивать возможность привлечения депутата к уголовной либо административной ответственности, суд первой инстанции и кассационная инстанция сослались на то, что вопросы неприкосновенности депутатов, относящиеся к сфере уголовного и уголовно-процессуального законодательства, а также касающиеся полномочий, организации и порядка деятельности прокуратуры Российской Федерации, находятся в ведении Российской Федерации и по ним принимаются федеральные законы (пункт "о" статьи 71, часть 1 статьи 76, часть 5 статьи 129 Конституции Российской Федерации); вопросы, затрагивающие аспекты административного и административно-процессуального законодательства, общие принципы организации системы органов государственной власти и местного самоуправления, отнесены к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, по ним издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации (пункты "к", "н" части 1 статьи 72, часть 2 статьи 76 Конституции Российской Федерации).

Ссылки Государственного Совета Удмуртской Республики в обоснование законности оспариваемых правовых норм на статью 98 Конституции Российской Федерации, на ст. ст. 37 и 39 Закона Союза ССР "О статусе народных депутатов в СССР", на ст. 3 Договора о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Удмуртской Республики, отвергнуты судом первой инстанции и кассационной инстанцией по мотивам их противоречия Конституции Российской Федерации.

Таким образом, и в указанной части доводы судебных инстанций свелись к выводам о несоответствии оспариваемых прокурором положений законов Удмуртской Республики Конституции Российской Федерации (неслучайно в судебных постановлениях не назван ни один федеральный закон, которому указанные положения не соответствуют). То есть и в данной части заявленные требования рассмотрены судом в аспекте, относящемся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации в соответствии с пунктом "б" части 2 статьи 125 Конституции Российской Федерации, в связи с чем решение суда первой инстанции и в этой части подлежит отмене, а производство по делу - прекращению на основании п. 1 ст. 219 ГПК РСФСР.

В связи с изложенным и руководствуясь ст. 327, п. 3 ст. 329 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, Президиум Верховного Суда Российской Федерации,

 

постановил:

 

протест заместителя Генерального прокурора Российской Федерации оставить без удовлетворения. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19 февраля 1998 г. в части оставления без изменения решения судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики от 29 декабря 1997 г. и само это решение в указанной части отменить и производство по делу прекратить.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"