||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 января 1999 года

 

Дело N 50-Г98-4

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                            Кнышева В.П.,

    судей                                            Зайцева В.Ю.,

                                                  Василевской В.П.

 

рассмотрела в судебном заседании от 12 января 1999 г. кассационную жалобу Р. и Р.А., а также кассационный протест прокурора Омской области на решение Омского областного суда от 12 ноября 1998 г. по заявлению Р. и Р.А. об установлении усыновления.

Заслушав доклад судьи Василевской В.П., объяснения представителя Р. и Р.А. - П. и заключение помощника Генерального прокурора Российской Федерации Корягиной Л.Л., поддержавшей кассационный протест прокурора области и полагавшей, что решение суда подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение, Судебная коллегия

 

установила:

 

Граждане США - супруги Р. обратились в суд с просьбой об установлении усыновления несовершеннолетнего ребенка - Ш., 27.09.96 года рождения, воспитанника Дома ребенка N 2 г. Омска с последующим включением их в актовую запись о рождении ребенка в качестве его родителей и изменением фамилии ребенка на их фамилию - Р., а имени - на Адам Льюис.

В обоснование своей просьбы заявители указали, что мать от Дмитрия отказалась, отец записан с ее слов, о состоянии здоровья ребенка (отставании в психомоторном и речевом развитии и короткой уздечке языка) им известно, с медицинским заключением по этому вопросу ознакомлены, 9 - 10 ноября 1998 г. встречались с самим ребенком, имеют двоих несовершеннолетних детей, один из которых был усыновлен ими в г. Омске в 1997 г.

Решением Омского областного суда от 12 ноября 1998 г. в удовлетворении заявления отказано.

Обжалуя судебное решение, супруги Р. в кассационной жалобе просят о его отмене и вынесении нового об установлении усыновления по тем основаниям, что суд при рассмотрении дела допустил нарушение норм процессуального и материального права: ч. 3 ст. 263.4, п. 2 ст. 139, ст. 155 Семейного кодекса Российской Федерации.

Об отмене судебного решения ввиду несоответствия вывода суда обстоятельствам дела с направлением дела на новое рассмотрение поставлен вопрос и в кассационном протесте прокурора Омской области.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы, оснований для ее удовлетворения не находит.

В соответствии со ст. 16, 17 Декларации о социальных и правовых принципах, касающихся защиты и благополучия детей, особенно при передаче детей на воспитание и их усыновлении на национальном и международных уровнях, утвержденной резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 03.12.86, ст. 21 Конвенции о правах ребенка, принятой резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 20.11.89, усыновление ребенка за границей в качестве альтернативного решения вопроса обеспечения ребенка семьей может рассматриваться лишь в случае, если не представляется возможным передать его другой семье на воспитание или усыновление или обеспечить для него надлежащую заботу в стране происхождения.

Данный принцип приоритетного устройства детей, оставленных без попечения родителей, на воспитание в семье происхождения - граждан Российской Федерации предусмотрено и российским законодательством - п. 4 ст. 124 Семейного кодекса Российской Федерации с дополнениями и изменениями от 05.06.98, а также Постановлением Правительства Российской Федерации N 919 от 03.08.96 "Об организации централизованного учета детей, оставшихся без попечения родителей", которым установлено, что дети могут быть переданы на усыновление как гражданам Российской Федерации, постоянно проживающим за пределами территории Российской Федерации, так и иностранным гражданам лишь после истечения трех месяцев со дня поступления сведений в государственный банк данных о детях, оставшихся без попечения родителей.

Как видно из дела, указанные требования международного права и российского законодательства при решении вопроса об усыновлении несовершеннолетнего ребенка - Ш. не соблюдены, порядок организации централизованного его учета не был выполнен: предусмотренная названным выше Постановлением Правительства Российской Федерации процедура учета детей, оставшихся без попечения родителей, не выполнена, месячный срок постановки ребенка на региональный, а затем и федеральный учет соответствующими органами Омской области не был соблюден, так как сведения в отношении Дмитрия в государственный банк его учета на федеральном уровне с целью устройства на воспитание в семью граждан России были направлены лишь через 9 месяцев после постановки его на региональный учет.

Более того, как установлено судом, необходимые меры к устройству ребенка в семью граждан, проживающих на территории Омской области и другой территории Российской Федерации, как это предусмотрено названным выше законодательством, соответствующими органами исполнительной власти не принимались, состоявшаяся с этой целью 29.04.98 в газете "Омский вестник" публикация содержала в отношении Дмитрия не соответствующие его фактическому - улучшенному состоянию здоровья, что препятствовало обращению граждан России по вопросу усыновления ребенка.

Указанные обстоятельства нашли полное подтверждение в судебном заседании и заявителями не опровергнуты, доказательств, подтверждающих невозможность передачи Дмитрия в семью российских граждан, постоянно проживающих на территории Российской Федерации, органы опеки и попечительства Омской области, как того требуется согласно п. 7 ч. 2 ст. 263.3 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, суду не представили, и судом таких сведений не добыто.

На основании ст. 16 названной выше Декларации о принципах защиты детей, а также ст. 125 Семейного кодекса Российской Федерации (с изменением и дополнением от 05.06.98) учреждения или службы опеки и попечительства должны убедиться во взаимоотношениях между усыновляемым ребенком и будущими родителями до его усыновления, для усыновления ребенка необходимо заключение органа опеки и попечительства об обоснованности усыновления и его соответствии интересам усыновляемого ребенка с указанием сведений о факте личного общения усыновителей с усыновляемым ребенком.

Положением о порядке передачи детей, являющихся гражданами Российской Федерации, на усыновление гражданам Российской Федерации и иностранным гражданам, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации N 917 от 15.09.95, с изменениями и дополнениями, внесенными Постановлением Правительства N 919 от 03.08.96, установлено, что кандидаты в усыновители обязаны лично познакомиться и установить контакт с ребенком до вынесения постановления об усыновлении, ознакомиться с документами усыновляемого ребенка.

Между тем, как видно из заключения начальника управления образования Советского административного округа от 13.10.98, супруги Р. с Дмитрием знакомы заочно по фотографиям и кассетам, личное знакомство состоялось лишь накануне судебного разбирательства данного дела - 9 - 10 ноября 1998 г. в виде непродолжительного общения, то есть требование международного права и российского законодательства об обязательном личном знакомстве и контакте с целью определения психологической совместимости семьи и усыновляемого ребенка также не были выполнены, органы опеки и попечительства Советского административного округа г. Омска, давая заключение об обоснованности усыновления Дмитрия заявителями, в их взаимоотношениях не убедились и, следовательно, не проверили соответствие усыновления интересам ребенка.

Кроме того, представленное заявителем письмо агентства From the Heart Adoption Services, Inc от 20.01.98 об осуществлении им контроля за усыновленным ребенком в течение трех лет со дня усыновления противоречит положению п. 2 ст. 121 Семейного кодекса Российской Федерации, не предусматривающему ограничение такого срока.

Таким образом, вывод суда о том, что установленные международным правом и российским законодательством условия и порядок усыновления несовершеннолетних детей при решении вопроса органами опеки и попечительства об обоснованности и соответствии усыновления Ш. иностранными гражданами - супругами Р. интересам ребенка не были соблюдены, является правильным, а решение суда об отказе в удовлетворении требования заявителей - законным и обоснованным.

Доводы кассационного протеста о том, что законодательство не предусматривает какого-либо срока передачи сведений о детях, оставшихся без попечения родителей, из регионального банка на федеральный учет, опровергаются утвержденным 03.08.96 Постановлением Правительства Российской Федерации N 919 Порядком организации централизованного учета детей, оставшихся без попечения родителей, согласно которому органы опеки и попечительства по месту фактического нахождения ребенка обязаны в течение 3-х дней зарегистрировать в журнале первичного учета данные о ребенке, оставшемся без попечения родителей, а через месяц, если он не был передан на воспитание в семью, направляет на него сведения (анкету) в соответствующий орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации для постановки на региональный учет. Получив эти сведения, этот орган направляют копию анкеты и фотографию ребенка в Министерство образования Российской Федерации для постановки на федеральный учет и оказания содействия в последующем устройстве ребенка на воспитание в семью граждан Российской Федерации и одновременно сам в течение месяца организует устройство ребенка в семью граждан, проживающих на его территории или на территориях других субъектов Российской Федерации (п. п. 3, 4, 5). Следовательно, для постановки ребенка на первичный, региональный и федеральный учет установлен трехмесячный срок, в отношении же Ш. только постановка на федеральный учет состоялось через 9 месяцев в связи с несвоевременным направлением о нем сведений в Министерство образования Российской Федерации с целью устройства на воспитание в семью граждан России.

В связи с тем, что названным законодательством, в том числе и п. 4 ст. 124 Семейного кодекса Российской Федерации (с изменениями и дополнениями от 05.06.98), усыновление детей иностранными гражданами допускается только в случае, если не представляется возможным передать их на воспитание в семьи граждан Российской Федерации, что подтверждения в судебном заседании и в материалах дела не нашло и органами опеки и попечительства доказательств принятия ими мер к устройству Ш. в семью граждан Российской Федерации не представлено. Вывод суда об отказе заявителям в установлении усыновления является правильным. Утверждение прокурора, что для подтверждения данного факта достаточно объяснений представителей органов опеки и попечительства, т.к. они в силу профессиональных обязанностей должны защищать интересы ребенка, не основано на законе и не может повлечь отмену судебного решения.

Согласно объяснениям в судебном заседании главного педиатра Городского Департамента здравоохранения г. Омска Ч. на день опубликования в газете "Омский вестник" сведений в отношении Дмитрия, в том числе и о состоянии его здоровья, таких заболеваний как "перинатальная энцефалопатия и гидроцефальный синдром", у него не было (л.д. 156). Это обстоятельство, а также и приобщенная к протесту выписка из медицинской карты (личного дела) ребенка (л.д. 224) опровергают довод протеста о соответствии опубликованных сведений о состоянии здоровья Дмитрия его фактическому состоянию.

Вопреки положениям международного права и российскому законодательству органы опеки и попечительства, давая заключение по вопросу усыновления ребенка заявителями, не учли, что супруги Р. с ребенком не были знакомы и знали его лишь по фотографиям и кассетам (л.д. 95), тогда как "должны были убедиться во взаимоотношениях между усыновляемым ребенком и будущими приемными родителями до его усыновления".

Что же касается довода протеста о допросе судом врача Дома ребенка, то такого ходатайства участниками процесса, в том числе и прокурором, не заявлялось.

Действительно, согласно ст. 263.4 ГПК РСФСР рассмотрение дел об установлении усыновления рассматриваются в закрытом судебном заседании, однако допущенное судом нарушение этого требования закона является формальным, тем более, что установление усыновления не состоялось и в силу ч. 2 ст. 306 Гражданского процессуального кодекса РСФСР не может повлечь отмену правильного по существу решения.

Согласно ст. 139 Семейного кодекса Российской Федерации обязанность сохранять тайну усыновления ребенка относится лишь к судьям, вынесшим решение об усыновлении, тогда как по данному делу такого решения не принималось.

Эти и другие доводы жалобы и протеста судом тщательно проверялись, и вывод суда о их необоснованности в решении подробно мотивирован и аргументирован.

Ссылка заявителей и прокурора на отсутствие в Доме ребенка надлежащих материальных условий не может повлечь отмену решения, поскольку законодательство по вопросу устройства и усыновления оставшихся без попечения родителей детей направлено на защиту их интересов и гарантией такой защиты является неукоснительное соблюдение требований этого законодательства.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 294, 311, ч. 1 ст. 305 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

решение Омского областного суда от 12 ноября 1998 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Р. и Р.А., а также кассационный протест прокурора Омской области - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"