||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

"ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ

ПО ЖАЛОБАМ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ

НА ДЕЙСТВИЯ И РЕШЕНИЯ ОРГАНОВ ВОЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ

И ВОИНСКИХ ДОЛЖНОСТНЫХ ЛИЦ"

 

Настоящий обзор подготовлен на основании обзоров и справок военных судов округов и флотов за 1997 и 1998 годы, а также практики Военной коллегии Верховного Суда РФ за период с 1996 года.

В 1998 году были приняты в новой редакции Федеральные законы "О статусе военнослужащих" и "О воинской обязанности и военной службе". В этих законах нашли свое законодательное урегулирование многие, не решенные ранее вопросы, связанные с прохождением военной службы и статусом военнослужащих.

В связи с изменениями в законодательстве о военной службе и статусе военнослужащих сложившаяся судебная практика военных судов по разрешению жалоб военнослужащих в ряде случаев нуждается в корректировке.

В обзоре, на основе анализа судебной практики военных судов и Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации по разрешению жалоб военнослужащих, даются некоторые рекомендации по применению новых положений закона, а также приведены статистические данные о работе военных судов по рассмотрению дел указанной категории в 1997-1998 годах, проанализированы ошибки судов, допущенные при рассмотрении дел по жалобам военнослужащих, и отдельные спорные вопросы, возникшие в судебной практике.

 

ВОПРОСЫ ПОДСУДНОСТИ

 

Подсудность жалоб военнослужащих на действия воинских должностных лиц в основном определяется судьями правильно, однако в некоторых случаях допускаются ошибки.

Согласно ст. 239-4 ГПК РСФСР обратиться в военный суд с жалобой на действия органов военного управления и воинских должностных лиц вправе только лицо, состоявшее в период совершения обжалуемых действий на военной службе, либо его представитель.

Жалобы гражданских лиц военным судам неподсудны (за исключением военных судов, действующих в местностях, где на них возложено рассмотрение всех гражданских дел).

Несмотря на неоднократные напоминания, нарушения этого положения закона продолжают встречаться в практике военных судов.

Так, военным судом Уральского военного округа было обоснованно отменено определение военного суда Екатеринбургского гарнизона, принявшего к своему производству жалобу гражданки Кочуриной, которая не являлась военнослужащей.

Следует четко разграничивать понятия подсудность и подведомственность, поскольку это имеет существенное значение для соблюдения прав заявителей.

В военный суд Заозерского гарнизона обратился майор Кривцов с жалобой на действия командира части, связанные с установлением ему оклада денежного содержания ниже минимального размера, установленного Законом РФ 1993 г. "О статусе военнослужащих".

Судья своим определением отказал Кривцову в принятии жалобы за неподведомственностью данного спора судам, так как размеры окладов по воинской должности и по воинскому званию определяются Правительством РФ, решения которого не могут быть обжалованы в военный суд.

Военный суд Северного флота правильно расценил это решение судьи как ошибочное и обратил внимание нижестоящих судов на следующие обстоятельства.

Отказ в принятии жалобы за неподведомственностью судам лишает заявителя возможности обратиться с этой жалобой в любой другой суд. Между тем, в соответствии со ст. 116 ГПК РФ, нормативные акты Правительства РФ могут быть обжалованы в Верховный Суд РФ. Поэтому, если в жалобе оспаривается законность актов Правительства РФ, следует отказывать в ее приеме на основании п. 7 ст. 129 ГПК РСФСР за неподсудностью дела военному суду, что не лишало бы заявителя права на судебную защиту своих интересов в дальнейшем.

Судам следует иметь в виду, что Верховным Судом уже неоднократно рассматривались жалобы военнослужащих, в которых они оспаривали постановления Правительства РФ. Например, 16 марта 1998 г. Верховный Суд РФ, рассмотрев жалобу старшины контрактной службы Костичевой, удовлетворил ее требования и признал недействительными (незаконными) п. 1 Постановления Правительства РФ от 6 апреля 1995 г. No. 311 в части повышения военнослужащим с 1 апреля 1995 г. окладов по воинской должности и окладов по воинским званиям лишь в 1,3 раза и п. 1 Постановления Правительства РФ от 30 октября 1995 г. No. 1052 в части повышения военнослужащим с 1 сентября 1995 г. должностных окладов и окладов по воинским званиям лишь в 1,54 раза, как несоответствующие п. 2 ст. 12 Закона РФ "О статусе военнослужащих", предусматривающему, что оклады по первичным воинским должностям солдат и матросов, проходящих военную службу по контракту, не могут быть менее пяти минимальных размеров оплаты труда, а оклады по воинским званиям не могут быть менее половины должностных окладов.

Военной коллегией Верховного Суда РФ в порядке надзора отменены определения военных судов Брянского гарнизона и Московского военного округа, в соответствии с которыми жалоба офицера Баронова по поводу необеспечения его различными видами довольствия передана на рассмотрение в народный суд по месту нахождения ответчика.

Баронов проходит военную службу в качестве преподавателя на военной кафедре гражданского ВУЗа. Он обжаловал в суд действия военного комиссара области, отказавшего выплатить денежную компенсацию взамен продпайка, пособие на санаторно-курортное лечение и расходы на перевозку домашних вещей к новому месту службы.

Решение о передаче дела по подсудности в народный суд было мотивировано тем, что все выплаты кроме денежной компенсации взамен продпайка, должна производить администрация учебного заведения, следовательно Баронов предъявил требования не к надлежащему должностному лицу.

Однако данная позиция судов не основана на законе. Из материалов дела усматривалось, что жалоба заявителя была принята к производству военным судом гарнизона, о чем вынесено соответствующее определение, в котором прямо указано, что жалоба подсудна военному суду и подана с соблюдением требований ГПК РСФСР.

При таких условиях гражданское дело, в соответствии с требованиями ст. 122 ГПК РСФСР, должно быть рассмотрено по существу в суде, принявшем его к своему производству, хотя бы в дальнейшем оно стало подсудным другому суду.

К тому же, согласно Приказу МО и председателя Госкомитета по высшему образованию No. 420/1239 от 20.12.94 г., все выплаты, о которых стоял вопрос в жалобе, должны были производиться за счет средств Минобороны РФ, в данном случае в облвоенкомате. Поэтому направление жалобы Баронова в народный суд является необоснованным.

Отменив судебные решения, Военная коллегия направила дело на новое рассмотрение в военный суд гарнизона (1н-232/98).

В практике военных судов возник вопрос о том, каким образом поступать с исковыми заявлениями военнослужащих, которые были поданы ими в народные суды, откуда явно необоснованно передавались по подсудности в военные суды.

Например, в военный суд Калининградского гарнизона из Центрального народного суда г. Калининграда поступили исковые заявления военнослужащих Мазова и Малютина о взыскании причитающихся им сумм денежного довольствия. Причем гражданское дело было принято к производству указанным народным судом, вопрос о передаче его по подсудности решался в стадии рассмотрения дела, а единственным доводом в обоснование принятого решения явился факт состояния истцов на военной службе.

Судья военного суда гарнизона вынес определение об оставлении исковых заявлений без движения и предложил истцам оформить свои требования как жалобы на действия командования, с чем не согласился Мазов.

Военный суд Балтийского флота, рассмотрев дело по частной жалобе Мазова, отменил указанное определение, указав, что в соответствии со ст. 125 ГПК РСФСР споры о подсудности между судами не допускаются, поэтому дело, направленное из одного суда в другой, должно быть принято к рассмотрению, а оставление дела без движения в стадии производства противоречит требованиям ст. 130 ГПК РСФСР.

Между тем такая позиция военного суда флота ориентирует нижестоящие суды на рассмотрение по существу любых дел, в том числе направленных им с явными нарушениями закона и не входящих в компетенцию военных судов. Она также противоречит закрепленному в ст. 47 Конституции РФ положению о том, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде, к подсудности которого оно отнесено законом.

Поскольку законом определено, что из числа гражданских дел военным судам подсудны только дела по жалобам военнослужащих на действия органов военного управления и воинских должностных лиц, то расширять этот круг своими решениями суды не вправе.

В данном случае военный суд гарнизона оказался в ситуации, аналогичной той, которая возникла в народном суде по делу Баронова (см. предыдущий пример), следовательно и выход из нее должен быть схожим.

Представляется правильным, что в таких случаях судам необходимо ставить перед председателями соответствующих областных и им равных судов вопрос об опротестовании и отмене решений народных судов о направлении дел по подсудности в военные суды. До разрешения этого вопроса производство по делу следует приостанавливать на основании п. 4 ст. 214 ГПК РСФСР.

При решении вопроса о подсудности одним из наиболее важных моментов является правильное определение предмета спора.

В этой связи представляют интерес следующие примеры.

В военный суд обратились военнослужащие Федотов и Боднар, которые в жалобах просили суд обязать военного прокурора рассмотреть направленные в его адрес заявления о привлечении должностных лиц части к уголовной ответственности за превышение должностных полномочий и изготовление подложных документов, то есть обжаловали бездействие прокурора, не выполнившего свои служебные обязанности, связанные с разрешением заявлений граждан.

Судья отказал заявителям в принятии жалоб, сославшись на ст. 220 УПК РСФСР, в соответствии с которой действия и решения прокурора могут быть обжалованы вышестоящему прокурору.

Военный суд - войсковая часть 16666 в кассационном порядке обоснованно отменил это определение, указав, что ст. 46 Конституции РФ предусматривает возможность обжалования в суд действий или бездействия любых органов государственной власти и должностных лиц, поскольку каких-либо изъятий в ней не содержится.

Такая позиция суда второй инстанции соответствует закону и Постановлению Конституционного Суда РФ от 29.04.98 по делу о проверке конституционности ч. 4 ст. 113 УПК РСФСР в связи с запросом Костомукшского горсуда Республики Карелия, согласно которому при рассмотрении жалоб на решения прокурора, следователя или органа дознания должны непосредственно применяться положения ч. 2 ст. 45 и ч. 1, 2 ст. 46 Конституции РФ.

Таким образом, действия или бездействие должностных лиц военной прокуратуры также могут быть обжалованы в военный суд.

Действия, которые входят в служебные обязанности должностных лиц военной прокуратуры согласно Закону РФ "О прокуратуре РФ" (неисполнение этих обязанностей), а также связанные с осуществлением административно-хозяйственной деятельности органов военной прокуратуры (например, работа с письмами и заявлениями граждан, правильность их учета и регистрации, своевременность рассмотрения, сообщение заявителю о результатах, непроцессуальные решения в ходе общенадзорных проверок, приказы и распоряжения по вопросам финансового и иных видов обеспечения сотрудников прокуратуры и т.п.), то есть совершенные прокурорскими работниками не как процессуальными лицами и не в рамках производства по уголовному делу, могут обжаловаться в суд в порядке ст. 239-1 ГПК РСФСР.

От них следует отличать процессуальные действия работников прокуратуры, совершаемые ими в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, например, вынесение следователем постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению военнослужащего о совершенном преступлении. Такие действия работников прокуратуры на основании вышеприведенных конституционных норм также могут быть обжалованы в суд заинтересованным лицом, однако при рассмотрении жалоб данной категории должны применяться не нормы ГПК РСФСР, а установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок судебной проверки иных действий органов дознания, следователей и прокуроров, в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 220-2 УПК РСФСР.

Неправильное определение предмета спора повлекло ошибку и при решении вопроса о принятии заявления военного прокурора в защиту интересов офицера Черкасова.

В этом заявлении, поданном в военный суд Рязанского гарнизона, содержалась просьба обязать начальника КЭЧ гарнизона оформить установленным порядком ордер на выделенную Черкасову жилую площадь.

Судья отказал в принятии данного заявления, мотивируя это тем, что требование о выдаче ордера может быть адресовано лишь к должностным лицам городской администрации, а не к воинским должностным лицам, поэтому заявление подлежит разрешению в суде общей юрисдикции.

Однако из текста заявления военного прокурора усматривалось, что он обжаловал бездействие должностных лиц КЭЧ, заключающееся в игнорировании неоднократных просьб Черкасова об оформлении соответствующих документов, необходимых для представления в местную администрацию и последующей выдачи ордера на жилое помещение. Поэтому заявление было подано в военный суд с соблюдением правил подсудности.

Военный суд Московского военного округа исправил эту ошибку, отменив определение военного суда гарнизона, и направил заявление на новое рассмотрение в тот же суд.

Принципиальное значение имеет решение Военной коллегии по делу Глухова.

По приказу командира части офицер Глухов был назначен дежурным по контрольно-пропускному пункту. Считая, что этим приказом на него возложены несвойственные офицеру обязанности, Глухов обжаловал действия командира в военный суд - войсковая часть 54268. Судья отказал в принятии данной жалобы, мотивируя это тем, что она не может быть рассмотрена в судебном порядке, поскольку затрагивает вопросы обеспечения боевой готовности, а командир части - он же и начальник гарнизона, издавая обжалуемый приказ, не допустил превышения своих должностных полномочий.

Судом II инстанции (в/ч 16666) решение судьи было оставлено без изменений.

В порядке надзора дело рассматривалось по протесту председателя Военной коллегии.

В протесте ставился вопрос об отмене состоявшихся судебных решений по следующим основаниям.

В статье 46 Конституции РФ, гарантирующей гражданам судебную защиту их прав и свобод, предусматривается, что решения и действия (или бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Никаких исключений из этой нормы в Конституции не предусмотрено.

Поэтому содержащиеся в ст. 239-3 ГПК РСФСР требования о запрещении обжалования в суд индивидуальных и нормативных актов, касающихся обеспечения обороны (оперативного управления войсками, организации боевого дежурства, обеспечения боевой готовности) и государственной безопасности Российской Федерации, не может препятствовать судебному обжалованию таких актов в части, непосредственно ограничивающей права и свободы граждан, возлагающей на них какие-либо обязанности или привлекающей их к какой-либо ответственности.

Глухов обжаловал действия начальника гарнизона не в части решения вопросов организации охраны и обеспечения боевой готовности гарнизонных объектов, а в части возложения на него, как офицера, обязанностей, которые в соответствии со ст. 296 Устава внутренней службы ВС РФ возлагаются на прапорщиков и сержантов.

Поэтому эти действия должностного лица могли быть предметом судебного разбирательства, и отказ судьи в принятии жалобы на них являлся неправомерным.

Кроме того, сделав вывод о том, что при издании приказа командир не превысил своих полномочий, судья фактически дал оценку законности этого акта, что он имел право сделать только в форме судебного решения после рассмотрения жалобы по существу.

Неправильное применение судьей процессуальных норм, преграждает возможность дальнейшего движения дела и препятствует Глухову обратиться за судебной защитой своих прав.

Военная коллегия согласилась с протестом, отменила судебные решения в связи с неправильным применением норм процессуального права и направила жалобу на новое рассмотрение в тот же военный суд (6н-150/95).

 

ВОПРОСЫ, СВЯЗАННЫЕ С ПОРЯДКОМ ПРОХОЖДЕНИЯ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ

И ОБЕСПЕЧЕНИЕМ ЛЬГОТ И ПРЕИМУЩЕСТВ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ

 

1. Перевод по службе

 

В августе 1998 г. Военной коллегией, по протесту ее председателя, рассмотрено гражданское дело мичмана Куринного. Суть принятого решения заключается в том, что перемещение положительно аттестованных военнослужащих на нижестоящие должности без их согласия противоречит требованиям Закона.

Согласно материалам дела, Куринный проходил службу на должности техника ремонтного участка, которая соответствовала 8 тарифному разряду.

В июле 1994 года он заключил контракт о прохождении военной службы в соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 33 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе" (в ред. 1993 г.) сроком на три года.

На основании Директивы ГШ ВМФ в марте 1996 г. произошло переформирование части с реорганизацией ее штатной структуры, в результате которой занимаемая Куринным должность получила новое название - техник ремонтной группы и стала соответствовать 6-му тарифному разряду.

По приказу командира части Куринный был освобожден от ранее занимаемой должности в связи с оргштатными мероприятиями и одновременно назначен на переименованную должность. Это назначение состоялось без согласия Куринного, который настаивал на увольнении его в запас в связи с оргштатными мероприятиями.

Не согласившись с такими действиями командования, он обратился с жалобой в военный суд Заозерского гарнизона, который отказал ему в ее удовлетворении. В своем решении суд указал, что командиром части не допущено нарушения Закона в отношении заявителя, поскольку войсковая часть не была расформирована, а изменила лишь свою штатную структуру. Должность Куринного фактически сохранена под другим наименованием, а контракт им заключен о прохождении службы в кадрах части без указания конкретной должности. Поэтому командование было вправе производить перемещения Куринного по службе в пределах части без его согласия. Кроме того, согласно директиве вышестоящего штаба все должности мичманов получили тарифы не выше шестого разряда.

Военным судом Северного флота это решение оставлено без изменения.

В протесте председателя Военной коллегии был поставлен вопрос об отмене судебных решений по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ст. 10 Закона РФ "О статусе военнослужащих" государство гарантирует военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, занятие воинских должностей и перемещение по службе с повышением в должности.

Однако ни данный Закон, ни Закон РФ "О воинской обязанности и военной службе", ни иные нормативные акты, регулирующие порядок прохождения военной службы, не предусматривают возможности перемещения положительно аттестованных военнослужащих на нижестоящие должности без их согласия.

Военнослужащие из числа прапорщиков и мичманов могут быть без их согласия перемещены лишь на равнозначные или вышестоящие должности. Снижение в должности без их согласия допускается лишь в порядке дисциплинарного взыскания, согласно п. "д" ст. 62 Дисциплинарного Устава ВС РФ.

Вывод суда о том, что такой перевод возможен в отношении военнослужащих, заключивших контракт в соответствии с п. "б" ст. 33 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе", является ошибочным.

Поскольку командование, как это установлено судом, не имеет возможности переместить Куринного на равнозначные или вышестоящую должность, его нарушенное право может быть восстановлено лишь путем удовлетворения рапорта об увольнении с военной службы в связи с оргштатными мероприятиями.

Военная коллегия согласилась с протестом, отменила состоявшиеся решения и приняла новое решение, согласно которому действия командира, связанные с отказом в досрочном увольнении Куринного с военной службы в связи с оргштатными мероприятиями признаны незаконными (2н-03/98).

 

2. Денежные выплаты

 

Несмотря на то, что наибольшее число жалоб военнослужащих связано именно с невыплатами различных денежных сумм, дела этой категории не вызывают у судей больших затруднений, а практика военных судов разных округов и флотов в основном совпадает.

Из числа проблемных вопросов, которые являются общими для всех судов, следует отметить вопрос о выплате военнослужащим и членам их семей подъемного пособия при переводе к новому месту службы.

Эта выплата предусмотрена п. 3 ст. 13 Федерального закона "О статусе военнослужащих", где, в отличие от аналогичной нормы ранее действовавшего закона 1993 года, установлены несколько иные условия ее производства. Однако основное условие, определяющее основание для выплаты данного пособия, осталось прежним. Это переезд военнослужащего на новое место военной службы в другой населенный пункт.

Такая формулировка нового закона является более точной, поскольку непосредственно увязывает право на получение пособия с изменением места военной службы, а не места жительства, как было ранее. Ведомственные нормативные акты, наоборот, зачастую связывали вопрос о выплате подъемного пособия с вопросами прописки (регистрации) военнослужащих и членов их семей по месту жительства (пребывания), что порождало судебные споры.

Так, военным судом Санкт-Петербургского гарнизона обоснованно удовлетворена жалоба офицера Гизатуллина, которому должностными лицами финансовых органов было отказано в выплате подъемного пособия в связи с отсутствием у него документов о выписке с предыдущего и прописке по новому месту службы.

Аналогичное дело было рассмотрено военным судом Архангельского гарнизона по жалобе офицера Борисова.

Борисов проходил службу в войсковой части, дислоцированной в г. Архангельске, откуда был откомандирован с исключением из списков личного состава части для дальнейшего прохождения службы в Таджикистан сроком на полтора года с правом возвращения к прежнему месту службы и сохранением там ранее полученного жилья.

Во время нахождения Борисова в Таджикистане он сохранял прописку по прежнему месту службы, его семья продолжала проживать в Архангельске, получала там компенсацию за поднаем жилья, а затем была обеспечена квартирой.

В связи с этими обстоятельствами Борисову было отказано в выплате подъемного пособия по возвращении из Таджикистана в г. Архангельск, что и было предметом судебного разбирательства.

Суд первой инстанции удовлетворил жалобу заявителя, однако военный суд Ленинградского военного округа это решение отменил и отказал Борисову в удовлетворении его требования.

В апреле 1997 г. дело Борисова рассмотрено в порядке надзора Военной коллегией по протесту ее председателя. По результатам рассмотрения определение военного суда округа отменено и оставлено в силе решение военного суда гарнизона.

При этом Военная коллегия отметила, что согласно действующему законодательству единственным условием для получения подъемного пособия, предусмотренного п. 3 ст. 13 Закона РФ "О статусе военнослужащих" (1993 г.) является смена места жительства военнослужащим, вызванная сменой им места службы.

С введением в действие Закона РФ от 25 июня 1993 г. "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места жительства в пределах Российской Федерации" институт прописки утратил силу. В ст. 3 данного Закона прямо указано, что регистрация или отсутствие таковой не могут служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных законами Российской Федерации.

Вывод военного суда второй инстанции о том, что Борисов находился в Таджикистане в командировке, является ошибочным. Направление военнослужащего в командировку не предполагает смены им места службы. Согласно же материалам дела Борисов фактически дважды переводился к новому месту службы путем исключения из списка личного состава одной войсковой части и зачисления в список личного состава другой части. При этом никаких выплат на командировочные расходы ему не производилось.

Не устраняло права Борисова на получение подъемного пособия и то, что его семья осталась проживать в Архангельске. Данное обстоятельство лишь не позволяло ему требовать таких же выплат и на членов семьи, о чем вопрос он и не ставил (3н-441/96).

В практике военных судов возникает вопрос об индексации несвоевременно выплаченного единовременного пособия в связи с повреждением здоровья, предусмотренного п. 3 ст. 18 Федерального закона РФ "О статусе военнослужащих". (Аналогичная статья Закона 1993 г.)

Неправильное применение закона при решении вопроса об индексации повлекло ошибку при рассмотрении дела Булавина военным судом Санкт-Петербургского гарнизона

Булавин обратился в суд в связи с отказом в выплате ему вышеуказанного единовременного пособия по новым окладам, поскольку с момента признания за ним права на пособие до момента фактической выплаты прошло около двух лет. Финансовые органы и суды первой и второй инстанции, оставившие жалобу заявителя без удовлетворения, руководствовались директивой Главного управления военного бюджета и финансирования МО РФ от 7 июля 1994 г., согласно которой размеры единовременного пособия за ущерб здоровью следует исчислять из окладов денежного содержания, установленных на день увольнения с действительной военной службы. Кроме того, суды в своих определениях указали, что порядок индексации не распространяется на единовременные пособия.

Военная коллегия, рассмотрев дело в порядке надзора, пришла к выводу о несоответствии судебных решений закону. Как указано в ее определении, в данном случае речь идет не об индексации, а о восстановлении нарушенного права Булавина на получение пособия на условиях, исключающих причинение ему какого-либо материального ущерба, поэтому при разрешении жалобы необходимо руководствоваться требованиями норм гражданского законодательства о полном возмещении причиненного вреда.

С учетом этого, а также инфляции Военная коллегия признала, что нарушенное право заявителя на получение единовременного пособия будет полностью восстановлено только при условии выплаты ему этого пособия исходя из окладов денежного содержания, установленных на день фактической выплаты.

Отменив предыдущие судебные решения, Военная коллегия удовлетворила требования Булавина (3н-376/95).

Аналогичное решение принято Военной коллегией по делу Иняшева, которому при увольнении с военной службы задолженность по денежной компенсации взамен продовольственного пайка была выплачена по старым ценам на продукты. В соответствии с судебным решением командование части обязано выплатить Иняшеву указанную компенсацию исходя из стоимости продовольственного пайка на момент фактической выплаты (2н-417/98).

По делам, связанным с присуждением ко взысканию денежных сумм с войсковых частей в пользу военнослужащих, военными судами практически всех округов и флотов широко применялась отсрочка исполнения судебных решений.

Однако не во всех случаях такие решения принимались военными судами в точном соответствии с законом. Так, ошибка, связанная с отсрочкой исполнения судебного решения, была допущена военным судом Североморского гарнизона по делу Соломенникова и других.

Согласно материалам дела группа военнослужащих обратилась в военный суд с жалобами на действия командира части и начальника финотделения, связанные с невыплатой денежной компенсации взамен продпайка за 1996 год и четыре месяца 1997 года по причине отсутствия финансирования.

Суд удовлетворил жалобы двух военнослужащих частично, а остальных - в полном объеме. Одновременно суд в своем решении указал об отсрочке его исполнения до поступления в часть денежных средств на ст. 0430 сметы МО РФ.

Военная коллегия, рассмотрев дело в порядке надзора, изменила решение суда, исключив из него указание об отсрочке его исполнения.

В обоснование приведены следующие доводы.

В соответствии с гражданским процессуальным законодательством срок исполнения судебного решения устанавливается законом либо, в определенных случаях, судом.

ГПК РСФСР предусматривает исполнение судебного решения после вступления его в законную силу, что происходит в строго определенные сроки (ст. 209 ГПК РСФСР) или немедленно (ст. ст. 210 и 211 ГПК РСФСР).

В случае же установления срока судом в соответствии со ст. 198 ГПК РСФСР об этом должно быть указано в самом решении.

Установленный судом срок исполнения также должен быть конкретным.

Вынесение решений, исполнение которых ставится в зависимость от наступления или ненаступления определенного условия, недопустимо (2н-314/97).

При рассмотрении жалоб военнослужащих на действия командования в военных судах Дальневосточного военного округа возник вопрос о возмещении заявителю расходов по явке в судебное заседание.

Бывший военнослужащий Козлов обратился в военный суд Комсомольского-на-Амуре гарнизона с жалобой, которая была удовлетворена, а действия командира части признаны неправомерными. В ходе рассмотрения дела Козлов заявил ходатайство об оплате ему стоимости проезда к месту судебного заседания и обратно, однако суд отказал в удовлетворении этого требования заявителя, сославшись на то, что для заявителя, являющегося стороной в споре, указанное возмещение действующим законодательством не предусмотрено.

Военный суд округа расценил это решение как ошибочное и отменил его.

При этом военный суд ДВО указал, что судом первой инстанции необоснованно применена ст. 86 ГПК РСФСР, в которой определен перечень издержек, связанных с проведением судебного процесса или исполнением решения суда, а не расходов, которые могут быть понесены стороной для защиты в суде нарушенного права.

В соответствии со ст. 7 Закона РФ "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" (в редакции Федерального закона от 14.12.95) убытки, нанесенные гражданину незаконными действиями, возмещаются в порядке, установленном Гражданским кодексом РФ.

Согласно ст. ст. 15 и 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий должностных лиц государственных органов, подлежит возмещению, а лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права.

Кроме того, статьей 90 ГПК РСФСР установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Каких-либо изъятий по видам понесенных и подлежащих компенсации расходов в законе не содержится.

Таким образом, поскольку жалоба Козлова на действия командования судом удовлетворена, понесенные им расходы по явке в судебное заседание для защиты нарушенных прав, в соответствии со ст. 90 ГПК РСФСР, подлежат взысканию со стороны, проигравшей судебный процесс.

 

3. Льготы военнослужащим из подразделений особого риска

 

В соответствии с п. 1 Постановления Верховного Совета РФ от 27.12.91 No. 2123-1 на граждан из подразделений особого риска распространяются льготы и компенсации, предусмотренные Законом РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС".

В военные суды поступило значительное количество жалоб от военнослужащих данной категории, по которым требовалось принять решение, с какого момента на них распространяются указанные льготы: с момента предъявления соответствующего удостоверения, как полагали должностные лица финансовых органов, или с момента опубликования вышеназванного Постановления, на чем настаивали заявители.

По этим делам военные суды различных округов и флотов зачастую принимали противоположные решения.

Позиция Военной коллегии по данной проблеме отражена в решении по делу Савлука и других (рассмотренному по первой инстанции военным судом Фокинского гарнизона).

Военными судами гарнизона, а затем и Тихоокеанского флота были приняты решения об удовлетворении жалоб, однако Военная коллегия не согласилась с этим, считая, что вывод суда о необходимости производства выплат заявителям с момента опубликования Постановления Верховного Совета РФ No. 2123-1 от 27 декабря 1991 года не основан на Законе.

В соответствии с п. 2 Постановления Верховного Совета РФ от 27 декабря 1991 года No. 2123-1 льготы и компенсации предоставляются лицам, имеющим удостоверение, выданное Комитетом ветеранов подразделений особого риска РФ на основании заключения медико-социальной экспертной комиссии.

Согласно п. 7 Постановления Верховного Совета РФ от 18 июня 1992 года No. 3062-1 "О порядке введения в действие Закона РФ "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" и п. 4 Постановления Совета Министров - Правительства РФ от 30 марта 1993 года No. 253 "О порядке предоставления компенсаций и льгот лицам, пострадавшим от радиационных воздействий" удостоверения, выданные гражданам, участвовавшим в ликвидации последствий ядерных и радиационных аварий на объектах гражданского и военного назначения, являются основанием для получения ими компенсаций и льгот, установленных Законом РФ "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации".

Ст. 15 Федерального закона РФ от 18 июня 1992 года No. 3061-1 "О внесении изменений и дополнений в закон РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" также связывает выплату компенсаций с наличием у гражданина упомянутого удостоверения, где указывается, что эти документы дают право на компенсации и льготы, предусмотренные указанным Законом, с момента их предъявления.

Сам порядок оформления и выдачи удостоверений для граждан, принимавших участие в работах по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, и лиц, приравненных к ним, утвержден Госкомчернобылем РФ в письме от 5 августа 1993 года No. 13С-10-3618.

Все перечисленные нормативные акты связывают начало производства выплат компенсаций с признанием за гражданином этого права путем выдачи ему удостоверения.

Таким образом, законных оснований для производства заявителям выплат с момента опубликования Постановления Верховного Совета РФ No. 2123-1 не имелось, а суд неправильно применил нормы материального права, что повлекло отмену судебных решений в порядке надзора (2н-313/97).

 

4. Оплата проезда военнослужащих и членов их семей

 

В период действия Закона РФ "О статусе военнослужащих" 1993 года в судебной практике периодически возникал вопрос о праве детей жены военнослужащего от первого брака на оплату проезда в случаях, предусмотренных для членов семьи военнослужащего.

Фактически проблема заключалась в том, признавать ли их членами семьи военнослужащего, поскольку в ст. 20 упомянутого Закона это понятие не раскрыто, а в ведомственных нормативных актах ответа на этот вопрос также не содержалось.

Например, военным судом Ижевского гарнизона оставлены без удовлетворения жалоба офицера Туктабаева, который обжаловал в суд отказ командира части оплатить проезд детей жены от первого брака, прибывших вместе с ним к новому месту службы.

Военный суд Приволжского военного округа, рассмотрев дело в кассационном порядке, отменил это решение и принял новое решение об удовлетворении требований заявителя.

При этом военный суд округа исходил из положений ч. 2 ст. 53 Жилищного кодекса РФ о том, что к членам семьи относятся супруг, их дети и родители, а также из содержания ст. ст. 31, 54-57, 61 Семейного кодекса РФ и ст. 14 Инструкции о дополнительных денежных выплатах военнослужащим при служебных перемещениях и направлениях в служебные командировки (Приказ МО РФ 1996 г. No. 385).

В настоящее время этот вопрос урегулирован ст. 20 и п. 5 ст. 2 нового Федерального закона 1998 г. "О статусе военнослужащих", поэтому при рассмотрении подобных дел впредь надлежит руководствоваться требованиями именно этих норм Закона.

Это обусловлено тем, что понятие "члены семьи", которым оперируют законодательные акты из других отраслей права, и понятие "члены семьи военнослужащего", содержащееся в вышеназванном Федеральном законе "О статусе военнослужащих", не идентичны, поскольку в последнем речь идет только о тех членах семьи военнослужащего, на которых распространяется действие этого Федерального закона в части льгот и преимуществ.

Исходя из содержания п. 5 ст. 2 нового Федерального закона "О статусе военнослужащих", на неусыновленных детей жены военнослужащего от первого брака льготы по оплате проезда, установленные ст. 20 этого же Закона, могут распространяться только при условии нахождения их на иждивении военнослужащего, что и следует устанавливать в судебном заседании по делам данной категории.

Военным судом Читинского гарнизона рассмотрена жалоба офицера Рябкова на отказ начальника финансово-экономического отдела войсковой части в оплате проезда в дополнительный учебный отпуск.

Рябков проходил службу по контракту в должности следователя военной прокуратуры и заочно обучался в г. Новосибирске на юридическом факультете Томского госуниверситета без освобождения от исполнения обязанностей военной службы.

В связи с обучением ему в 1996 и 1997 годах военным прокурорам предоставлялись учебные отпуска для сдачи экзаменационных сессий с выездом в г. Новосибирск. В обоих случаях начальник финансово-экономического отдела войсковой части, где состояли на довольствии сотрудники военной прокуратуры, оплатил проезд Рябкову только в один конец, сославшись, во-первых, на ст. 200 КЗоТ РФ, в соответствии с которой администрация учреждений оплачивает обучающимся заочно в высших учебных заведениях проезд к месту нахождения учебного заведения и обратно один раз в год в размере 50% стоимости проезда, а во-вторых, на соответствующий ведомственный приказ и распоряжения вышестоящих начальников, содержащие запрет производить оплату проезда в большем размере, поскольку Рябков обучался не в военном, а в гражданском ВУЗе.

Суд исследовал представленные доказательства и пришел к правильному выводу о том, что для Рябкова, назначенного в установленном порядке на должность с военно-учетной специальностью юридического профиля, высшее юридическое образование является профессиональным. В соответствии с п. 6 ст. 11 Закона РФ 1993 г. "О статусе военнослужащих" военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, предоставляются учебные отпуска для сдачи вступительных экзаменов при поступлении в образовательные учреждения профессионального образования и в период обучения в них.

При этом ни в данной норме Закона, ни в аналогичной норме нового Федерального закона 1998 г. "О статусе военнослужащих" не имеется каких-либо указаний о применении или неприменении этого положения в зависимости от того, в военном или гражданском учебном заведении обучается военнослужащий.

Указанные отпуска отнесены законом к числу дополнительных. Согласно же ст. 20 ранее действовавшего Закона "О статусе военнослужащих", положения которой не претерпели изменений и сохранены в новом Федеральном законе с аналогичным названием, военнослужащие имеют право на бесплатный проезд к местам использования дополнительных отпусков и обратно.

Поэтому решение суда, удовлетворившего жалобу Рябкова, следует признать правильным.

 

5. Материальная ответственность военнослужащих

 

В связи с изменениями гражданского законодательства изменился и подход к рассмотрению жалоб военнослужащих о необоснованном привлечении их к материальной ответственности.

Приказ МО СССР 1984 г. No. 85, которым объявлено "Положение о материальной ответственности военнослужащих", может применяться в части, не противоречащей действующему законодательству Российской Федерации. В настоящее время положения данного Приказа в части, определяющей порядок привлечения военнослужащих к материальной ответственности, устарели и не могут применяться, поскольку противоречат Конституции РФ.

Принципиальное значение по этому вопросу имеет решение по делу Шилина.

Согласно материалам дела, командир войсковой части издал приказ об удержании из денежного довольствия командира роты Шилина около 2 млн. рублей в счет возмещения обнаруженной в роте недостачи вещевого имущества.

Не считая себя виновным в этой недостаче, Шилин данные действия командира обжаловал в судебном порядке.

Военный суд Вологодского гарнизона удовлетворил жалобу офицера и в своем решении указал, что Приказ Министра Обороны No. 85 1984 г., на основании которого командир части привлек Шилина к материальной ответственности, противоречит ч. 3 ст. 35 Конституции Российской Федерации, не допускающей возможности лишения граждан своего имущества иначе, как по решению суда.

Военный суд округа это решение оставил без изменения.

Военная коллегия согласилась с таким решением и в своем определении отметила следующее.

Принимая решение об удовлетворении жалобы Шилина, суд I инстанции обоснованно применил ч. 3 ст. 35 Конституции РФ. Что касается "Положения о материальной ответственности военнослужащих", объявленного в Приказе МО СССР No. 85 1984 г., которым предусматривался внесудебный порядок удержаний из денежного довольствия военнослужащих за ущерб, причиненный государству, то оно противоречит установленному Основным Законом страны новому порядку разрешения этих вопросов - судебному порядку, а потому не может применяться.

Такое требование, как об этом правильно указал суд в своем решении, закреплено в п. 1 ст. 15 Конституции РФ, согласно которому Конституция РФ имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации.

Применяемые в Российской Федерации Законы и иные правовые акты не должны ей противоречить.

Конституционное положение о судебной защите имущества граждан в полном объеме распространяется и на случаи удержаний из средств военнослужащих денежных сумм для возмещения материального ущерба.

Недоплата денежного содержания является не чем иным, как принудительным лишением военнослужащего и членов его семьи денежных средств, начисляемых ему в обязательном порядке на законных основаниях, которые в соответствии со ст. 10 Закона РФ "О статусе военнослужащих" и ст. 77 КЗоТ РФ являются оплатой за его личный труд при прохождении военной службы.

В случаях установления при административном расследовании размера материального ущерба и лиц его причинивших, то, как правильно указал в своем решении суд I инстанции, командир части должен предложить виновному в причинении ущерба добровольно возместить его. При нежелании военнослужащего возместить ущерб в добровольном порядке командир должен направить материалы расследования в суд для производства денежного взыскания с виновного в соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ и в порядке, предусмотренном ст. ст. 25 и 113 ГПК РСФСР (3н-79/97).

 

6. Взыскание алиментов с военнослужащих

 

В апреле 1997 года в финансовые органы поступило для руководства разъяснение Минтруда РФ и Минфина РФ от 2 апреля 1997 г. No. 1585-ВЯ, в соответствии с которым причитающиеся военнослужащим денежные компенсации за продовольственный паек и санаторно-курортное лечение включены в перечень сумм, из которых удерживаются алименты на несовершеннолетних детей.

Поскольку ранее из этих компенсаций алименты не удерживались, военнослужащие стали обращаться с жалобами в суды.

В октябре 1998 года Военной коллегией в порядке надзора рассмотрено одно из таких дел по жалобе офицера Волтегрова. Военный суд гарнизона отказал Волтегрову в удовлетворении жалобы на действия начальника финансовой службы части связанных с удержанием алиментов с вышеуказанных сумм, сославшись на указанное разъяснение Минтруда РФ и Минфина РФ от 2 апреля 1997 г., которое издано в соответствии с п. 2 Постановления Правительства РФ No. 841 от 18 июля 1996 г. и не противоречит утвержденному этим же Постановлением Перечню видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей.

Это решение судом второй инстанции оставлено без изменения.

Военная коллегия отменила состоявшиеся судебные решения по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 82 Семейного кодекса РФ виды заработка и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей, определяются Правительством РФ.

На основании данной нормы Правительство Российской Федерации издало Постановление No. 841 от 18 июля 1996 г. "О перечне видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей".

В соответствии с п. 1 данного Постановления утвержден Перечень видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов, а в соответствии с п. 2 - Министерству финансов РФ совместно с заинтересованными министерствами и ведомствами предоставлено право давать разъяснения по применению названного Перечня.

В п. 1 Перечня определены виды выплат, входящие в заработную плату или иные приравненные к ней виды вознаграждения за труд, с которых производится удержание алиментов, в том числе компенсации за питание.

Военнослужащие в связи с исполнением обязанностей военной службы получают не заработную плату, а денежное довольствие, поэтому распространение на них п. 1 Перечня, как это рекомендовано в письме Министерства труда и социального развития РФ и Министерства финансов РФ No. 1585-ВЯ от 2 апреля 1997 года, нельзя признать обоснованным, поскольку исчерпывающий перечень выплат, получаемых военнослужащими в связи с исполнением обязанностей военной службы, из которых производится удержание алиментов, определен в п. 3 указанного Перечня.

По смыслу ст. 82 Семейного кодекса РФ расширение вышеупомянутого Перечня, в том числе и указание на взыскание алиментов с выплачиваемых военнослужащим компенсаций взамен продовольственного пайка и на санаторно-курортное лечение, может быть произведено только Правительством Российской Федерации.

К тому же компенсация на санаторно-курортное лечение военнослужащих и членов их семей, предусмотренная Законом РФ "О статусе военнослужащих", не может подпадать под признаки доходов, с которых должно производиться взыскание алиментов, поскольку этим законом данная выплата определена в долевом порядке на каждого члена семьи и какие-либо удержания из доли военнослужащего в пользу других членов семьи недопустимы.

Письмо Минтруда РФ и Минфина РФ No. 1585-ВЯ от 2 апреля 1997 г. не носит нормативного характера, поскольку не соответствует Правилам подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 13 августа 1997 г. No. 1009 (в редакции Постановления Правительства РФ от 11 декабря 1997 г. No. 1538).

С учетом изложенного Военная коллегия вынесла по делу новое решение об удовлетворении жалобы заявителя. Действия же начальника финансовой службы части по удержанию с Волтегрова алиментов с денежных компенсаций за продовольственный паек и санаторно-курортное лечение признаны незаконными (2н-78/98).

 

7. Жилищные вопросы

 

Рассмотрение жалоб военнослужащих, связанных с нарушением их права на жилище, вызывает значительные затруднения у многих судей. Некоторые проблемные вопросы в настоящее время нашли свое разрешение.

Безвозмездная финансовая помощь на строительство жилья может быть предоставлена не только военнослужащим, вступившим в ЖСК, но и тем, кто будет использовать такую помощь для приобретения квартиры при участии в достройке многоквартирного дома (решение военного суда гарнизона Советская Гавань по делу офицера Морокина).

Согласно материалам дела Морокин заключил договор с АО "Тольяттистрой" на финансирование приобретения квартиры при участии в достройке многоквартирного дома в г. Тольятти и обратился к командованию с просьбой об оказании ему безвозмездной финансовой помощи для строительства жилья.

В такой помощи Морокину было отказано в связи с отсутствием средств на эти цели, и он обратился с жалобой в военный суд гарнизона, который удовлетворил его требования.

Военный суд Тихоокеанского флота отменил решение суда гарнизона, мотивировав свои выводы тем, что Морокин нарушил установленный Законом РФ "О статусе военнослужащих" и Постановлением Правительства от 26 июня 1995 года No. 604 порядок получения безвозмездной финансовой помощи.

В протесте председателя Военной коллегии ставился вопрос об отмене определения суда II инстанции по следующим основаниям.

Судом гарнизона было установлено, что Морокин как военнослужащий, прослуживший более 25 лет и не имеющий жилого помещения для постоянного проживания, имел право на получение безвозмездной финансовой помощи на приобретение квартиры за счет средств МО РФ согласно п. 14 ст. 15 Закона РФ "О статусе военнослужащих" и Постановлений Правительства No. 604 от 26 июня 1995 года и No. 937 от 3 августа 1996 г.

Более того, данное положение было включено в дополнительные условия контракта, заключенного Морокиным с Министерством обороны РФ в лице командира части.

Согласно выписке из протокола заседания жилищной комиссии части Морокин признан нуждающимся в оказании безвозмездной финансовой помощи на строительство квартиры.

Вывод суда флота о том, что безвозмездная помощь на строительство жилья может быть предоставлена только лицам, вступившим в жилищно-строительные кооперативы, противоречит действующему законодательству, в частности Постановлению Правительства РФ No. 937 от 3 августа 1996 г., в котором прямо указано о возможности использования такой помощи для финансирования приобретения квартиры при участии в достройке многоквартирного дома.

Военная коллегия, рассмотрев дело, согласилась с протестом, отменила определение военного суда флота, а решение суда гарнизона оставила в силе (2н-174/98).

Военнослужащие в период военной службы обеспечиваются жильем лишь по месту прохождения военной службы (решение военного суда Наро-Фоминского гарнизона по делу Наумова).

Капитан Наумов А.Л., проходящий военную службу в одной из частей Наро-Фоминского гарнизона, обратился в военный суд с жалобой, в которой просил признать неправомерными действия командира части, отказавшего ему в выделении безвозмездной финансовой помощи для строительства кооперативной квартиры в г. Ярославле по тому основанию, что он вступил в жилищно-строительный кооператив, расположенный не по месту его службы.

Военный суд Наро-Фоминского гарнизона эти действия командира признал законными и отказал Наумову в удовлетворении его жалобы.

Данное решение было отменено военным судом Московского военного округа, который вынес новое решение, обязав командира части оказать Наумову безвозмездную финансовую помощь на строительство кооперативного жилья в г. Ярославле.

Удовлетворяя требования Наумова, военный суд округа пришел к выводу о том, что оказание военнослужащим безвозмездной финансовой помощи на строительство кооперативного жилья, согласно требованиям п. 14 ст. 15 Закона РФ "О статусе военнослужащих", не ставится в зависимость от того, в каком месте находится жилищно-строительный кооператив, в который вступил военнослужащий.

В протесте председателя Военной коллегии был поставлен вопрос об отмене определения военного суда округа в связи с неправильным толкованием норм материального права.

Согласно ст. 15 Закона РФ "О статусе военнослужащих" предоставление военнослужащим жилых помещений, равно как и иное улучшение их жилищных условий, осуществляется Министерством обороны РФ по нормам и в порядке, которые предусмотрены жилищным законодательством.

В соответствии с действующим законодательством ("Примерные правила учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий", Жилищный кодекс РСФСР) обязательным условием для принятия на учет граждан (по месту их жительства либо по месту работы), нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления им жилых помещений, является постоянное проживание с регистрацией по месту жительства в данном населенном пункте.

В члены ЖСК могут быть приняты также лишь граждане, постоянно проживающие в данном населенном пункте.

Вышеназванными нормативными актами установлено, что в период прохождения военной службы учет военнослужащих, нуждающихся в улучшении жилищных условий, последующее предоставление им жилых помещений либо улучшение жилищных условий должны производиться в местности, где они, исполняя воинскую обязанность, проживают.

Последнее обстоятельство, вопреки выводам военного суда округа, указывалось в протесте, не нарушает конституционное право граждан на выбор места жительства.

Оно обусловлено, с одной стороны, заключением гражданами контрактов о прохождении военной службы и необходимостью проживания в определенной местности в целях исполнения обязанностей, предусмотренных этими контрактами, а с другой - обязанностью органов государственной власти и управления обеспечить соблюдение прав военнослужащих, в т.ч. права на жилище.

Согласно требованиям ст. 6 Закона РФ "О статусе военнослужащих" право на свободу передвижения реализуется военнослужащими с учетом необходимости поддержания боевой готовности воинских частей и обеспечения своевременности прибытия военнослужащих к месту службы.

Изменять же место военной службы, в т.ч. переводиться в другую местность, военнослужащие имеют право лишь в соответствии с заключенным контрактом и по основаниям, установленным "Положением о порядке прохождения военной службы".

Лишь в установленных действующим законодательством случаях военнослужащие имеют право (независимо от обеспечения их жильем по месту службы) на получение за счет средств МО РФ безвозмездной финансовой помощи для строительства (покупки) жилья в другой от места военной службы местности (см. п. 6 ст. 15 Закона РФ "О статусе военнослужащих" - за три года до увольнения с военной службы по возрасту и в год увольнения по состоянию здоровья или в связи с оргштатными мероприятиями).

Из материалов дела усматривается, что предельный возраст пребывания капитана Наумова на военной службе наступил через пять лет. По месту службы он состоит в очереди на улучшение жилищных условий.

При таких обстоятельствах, когда у Наумова отсутствовали предусмотренные действующим законодательством основания для получения безвозмездной финансовой помощи на строительство (покупку) жилья в другой от места военной службы местности, военный суд гарнизона обоснованно отказал ему в удовлетворении его жалобы.

Рассмотрев дело и обсудив доводы протеста, Военная коллегия отменила определение военного суда Московского военного округа, а решение военного суда Наро-Фоминского гарнизона оставила в силе (1н-8/98).

Увольнение в запас военнослужащих, проходящих службу на территории закрытого административно-территориального образования и обеспеченных там жильем по нормам, установленным действующим законодательством, без предоставления им командованием других жилых помещений по избранному постоянному месту жительства не противоречит закону (решение военного суда Заозерского гарнизона по жалобе Лукашенко).

Капитан 2 ранга Лукашенко И.Я. проходил службу в г. Заозерске - закрытом административно-территориальном образовании и по его просьбе был включен Главнокомандующим ВМФ в список лиц, подлежащих заселению в строящийся многоквартирный дом в г. Краснодаре.

До момента завершения строительства указанного дома приказом Главнокомандующего ВМФ Лукашенко уволен в запас по достижении предельного возраста пребывания на военной службе.

Полагая, что он занимает служебное жилое помещение и относится к категории военнослужащих, которые не обеспечены постоянным жильем, Лукашенко обжаловал приказ об увольнении в суд. При этом он требовал не производить его увольнение до момента фактического получения им квартиры именно в г. Краснодаре и нигде более.

Военный суд гарнизона удовлетворил жалобу заявителя, а военный суд Северного флота оставил это решение без изменения.

Рассмотрев дело в порядке надзора, Военная коллегия пришла к выводу, что суды первой и второй инстанции неправильно истолковали п. 1 ст. 22 Закона РФ 1993 г. "О статусе военнослужащих" и ошибочно увязали понятие "предоставление военнослужащим и членам их семей жилых помещений по нормам, установленным законодательством" с местом нахождения этого жилья.

Так, военные суды гарнизона и флота в основу своих решений положили вывод о том, что имеющаяся у Лукашенко квартира на территории закрытого административно-территориального образования не может считаться жильем для постоянного проживания, следовательно Лукашенко надлежащим образом жильем не обеспечен и его уволили необоснованно.

Однако этот вывод не основан на законе. П. 1 ст. 22 Закона РФ "О статусе военнослужащих" содержит запрет увольнять военнослужащих с выслугой 10 лет и более по основаниям, указанным в этой же статье, без предоставления им жилых помещений по нормам, установленным законодательством. Каких-либо иных требований к предоставляемым жилым помещениям, как-то нахождение их в избранном постоянном месте жительства или предназначение для постоянного проживания, эта норма Закона не предъявляет.

Порядок обеспечения указанной категории граждан, уволенных с военной службы, жильем в избранном постоянном месте жительства определялся п. 6 ст. 15 указанного Закона. Обязанность по его реализации возложена на органы местного самоуправления.

Таким образом, увольнение в запас военнослужащих такой категории, к которой относится Лукашенко, без предоставления им военным командованием жилых помещений в избранном постоянном месте жительства не противоречит закону при условии, что по месту службы им предоставлено жилье по установленным нормам.

Согласно материалам дела Лукашенко с семьей обеспечен благоустроенным жилым помещением в г. Заозерске по установленным для данной местности нормам. Причем эта квартира, вопреки утверждению в судебных решениях, не является служебной, что подтверждается ордером.

Более того, судом установлено, что ранее командование предлагало Лукашенко на выбор квартиры в Псковской и Ленинградской областях, от получения которых он отказался и продолжал настаивать на предоставлении ему жилья в г. Краснодаре.

На момент рассмотрения дела в суде Главнокомандующий ВМФ не отменил свое решение о предоставлении Лукашенко квартиры в г. Краснодаре после завершения строительства вышеупомянутого дома.

При таких данных Военная коллегия не усмотрела в действиях командования по увольнению заявителя в запас нарушений закона и отменила состоявшиеся судебные решения в связи с неправильным применением и толкованием норм материального права (2н-309/97).

Позиция Военной коллегии соответствует и новому Федеральному закону РФ 1998 г. "О статусе военнослужащих". Сохраненное в ст. 23 этого Закона положение о невозможности увольнения военнослужащих, при определенных условиях, без предоставления им жилых помещений получило существенное дополнение: "при желании указанных военнослужащих получить жилые помещения не по месту увольнения с военной службы они обеспечиваются жилыми помещениями по избранному месту постоянного жительства в порядке, предусмотренном пунктами 13 и 14 статьи 15 настоящего Федерального закона", то есть органами местного самоуправления.

Большое количество жалоб, поступающих в суды, касается одновременно двух проблем: предоставления жилья и увольнения с военной службы.

Заявителями по таким делам выступают военнослужащие, на которых распространяется действие п. 1 ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" (п. 1 ст. 22 ранее действовавшего Закона 1993 г.), то есть те, кто, несмотря на предстоящее или уже произведенное увольнение, не обеспечен жильем.

Как показало изучение судебной практики военных судов, имеются случаи неправильного толкования судами указанной выше нормы закона.

Так, в военный суд Самарского гарнизона обратился офицер Шастун, достигший предельного возраста пребывания на военной службе и имеющий заболевание, дающее право на увольнение по состоянию здоровья, с жалобой на бездействие командования, выразившееся в игнорировании его неоднократных рапортов о предоставлении жилья и оформлении документов об увольнении с военной службы.

В жалобе Шастун просил обязать командование уволить его с военной службы с предоставлением жилья или выдачей безвозмездной ссуды на приобретение квартиры.

Своим решением военный суд гарнизона удовлетворил жалобу частично и обязал соответствующего командира представить документы на увольнение Шастуна с военной службы в связи с признанием его ограниченно годным к военной службе с оставлением в списках очередников части на получение жилого помещения.

Военный суд Приволжского военного округа, рассмотрев дело по кассационной жалобе заявителя, решение суда первой инстанции отменил и в удовлетворении жалобы Шастуну отказал.

При этом военный суд округа указал, что Шастун как перед командованием, так и перед судом ставил вопрос о своем увольнении с одновременным предоставлением жилья. Согласия на увольнение без предоставления жилья он не давал и не просил об этом. Суд же, разделив произвольно вопреки ст. 195 ГПК РСФСР единое требование Шастуна на два, принял неверное решение по существу жалобы.

Поскольку в соответствии с п. 1 ст. 22 Закона РФ 1993 г. "О статусе военнослужащих" Шастун не может быть уволен с военной службы по состоянию здоровья без предоставления жилого помещения, а реальное обеспечение его жильем, как установил суд, возможно лишь в порядке очередности, то вывод суда первой инстанции о необходимости реализации права заявителя на увольнение с военной службы по состоянию здоровья, по мнению военного суда ПриВО, является необоснованным.

Сходная позиция высказана и военным судом Уральского военного округа по делу офицера Новикова.

Однако, с точки зрения Военной коллегии, указанные судебные решения военных судов округов не основаны на законе.

Положения п. 1 ст. 22 Закона РФ 1993 г. "О статусе военнослужащих" и п. 1 ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" 1998 г. являются законодательными гарантиями того, что военнослужащий, прослуживший определенный срок и подлежащий увольнению по объективным причинам (возраст, состояние здоровья, оргштатные мероприятия), будет обеспечен жильем хотя бы перед увольнением за счет того ведомства, службе в котором он посвятил значительный отрезок своей жизни (не менее 10 лет) и которое по различным причинам не предоставило ему жилье ранее, в том числе в установленный законом трехмесячный срок со дня прибытия к новому месту службы.

Рассматривать эти нормы в качестве основания для продления гражданину срока военной службы, что фактически сделали суды по указанным выше делам, нельзя.

Это вытекает из положений как ранее действовавшего, так и нового законодательства.

В частности, согласно п. 4 ст. 37 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе" никто не вправе продлить гражданину истекший срок военной службы.

В соответствии с п. 11 ст. 38 нового Федерального закона 1998 года с аналогичным названием допускается задержка военнослужащего на службе в случаях, указанных в этой же статье. Такого основания, как необеспечение жильем, в этом перечне нет.

Достижение предельного возраста пребывания на военной службе бесспорно является основанием для увольнения такого военнослужащего в запас или отставку (ст. ст. 37 и 48 старого Закона; ст. 51 нового Федерального закона).

Таким образом, по вышеуказанному делу Шастуна судом установлено, что заявитель имел право как на увольнение с военной службы, так и на получение жилого помещения за счет Министерства обороны РФ, о чем он и ставил вопрос в жалобе.

Отказав ему в удовлетворении этих требований, военный суд ПриВО не только не восстановил нарушенные права заявителя, но и фактически судебным решением с одной стороны лишил его права на гарантированное законом своевременное увольнение с военной службы по возрасту, а с другой - признал законными продолжаемые нарушения его прав командованием, которое ни жилье не предоставляет, ни вопросы увольнения не решает.

Такое толкование п. 1 ст. 22 Закона РФ 1993 г. "О статусе военнослужащих", на которую сослался суд, недопустимо.

По таким делам необходимо принимать решения об удовлетворении жалобы в полном объеме, обязывая соответствующих должностных лиц обеспечить заявителя жильем по установленным нормам и представить необходимые документы для его увольнения с военной службы.

С принятием в январе 1998 года федеральной целевой программы "Государственные жилищные сертификаты", а затем нового Федерального закона РФ "О статусе военнослужащих" у военнослужащих, имеющих право на улучшение жилищных условий, появилась возможность выбора способа решения своего жилищного вопроса.

Однако возникают ситуации, когда военнослужащие, получившие жилищные сертификаты, в последующем реально не могут на них приобрести положенное им жилье, что вынуждает их обращаться в суды.

В связи с изложенным судам следует иметь в виду, что Президентская программа "Государственные жилищные сертификаты" не исключает возможность получения военнослужащими жилых помещений в порядке ст. 15 Федерального закона "О статусе военнослужащих". Участие в Программе предполагается только на добровольной основе, т.е. военнослужащие имеют право, как и до утверждения Правительством РФ указанной Программы, на улучшение жилищных условий как очередники на получение государственного или муниципального жилья на основаниях и в порядке, предусмотренном Федеральным законом "О статусе военнослужащих".

Принцип добровольного участия закреплен в самой Программе, а также в Федеральном законе РФ "О статусе военнослужащих". Кроме того, это подтверждено решением Верховного Суда РФ по делу Черемных (журнал "Законность", 1998 г., No. 10).

 

УВОЛЬНЕНИЕ С ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ

 

При рассмотрении дел данной категории суды правильно проверяли два наиболее важных момента: законность оснований и соблюдение порядка увольнения.

До принятия в 1998 году нового Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" у судов возникали затруднения с рассмотрением жалоб о досрочном расторжении контрактов по инициативе военнослужащих, что было обусловлено ограниченным перечнем содержащихся в Законе оснований увольнения.

Например, в военном суде Ленинградского военного округа возник вопрос о возможности признания невыполнением условий контракта со стороны военнослужащего одного лишь его заявления о нежелании проходить военную службу.

Петров и Марков обратились в суд с жалобами, в которых просили признать незаконным Приказ Главнокомандующего ВВС об увольнении их с военной службы по п. "б" ч. 2 ст. 49 Закона РФ 1993 г. "О воинской обязанности и военной службе", т.е. за невыполнение условий контракта.

Рассмотрев данные жалобы, суд первой инстанции отказал в их удовлетворении, поскольку увольнение заявителей по указанному основанию производилось по их просьбе в связи с нежеланием проходить военную службу, о чем они написали соответствующие рапорта.

В кассационных жалобах Петров и Марков указали, что в течение всего срока службы они не нарушали условий контракта, добросовестно относились к исполнению своих служебных обязанностей, не имели дисциплинарных взысканий, поэтому их увольнение за невыполнение условий контракта считают незаконным.

Военный суд округа нашел, что вывод суда первой инстанции о законности увольнения заявителей сделан без достаточных оснований.

Признавая законным Приказ Главнокомандующего ВВС об увольнении Петрова и Маркова с военной службы за невыполнение условий контракта, суд исходил по существу лишь из одного согласия заявителей быть уволенными по этому основанию.

Между тем согласие военнослужащего быть уволенным с военной службы за невыполнение условий контракта само по себе не дает командованию права уволить его по этому основанию при отсутствии действительных нарушений условий контракта со стороны этого военнослужащего.

Учитывая, что суд первой инстанции не проверял утверждения заявителей об отсутствии с их стороны каких-либо нарушений и не исследовал необходимые доказательства, военный суд округа отменил решение и направил дело на новое судебное рассмотрение.

При наличии одновременно нескольких оснований для увольнения военнослужащего с военной службы, за исключением увольнения в связи с лишением воинского звания, вступлением в законную силу приговора суда о назначении наказания в виде лишения свободы, в том числе условно, отчислением из военного образовательного учреждения профессионального образования и невыполнением военнослужащим условий контракта, выбор одного из них является правом этого военнослужащего.

Прапорщик Орленко проходила военную службу по контракту. За несколько недель до окончания срока контракта командиром части была проведена с ней беседа о предстоящем увольнении, и она никаких жалоб на свое здоровье не высказывала. После этого командир части представил необходимые документы вышестоящему начальнику об увольнении Орленко в связи с достижением ею предельного возраста пребывания на военной службе. Но Орленко была госпитализирована, и у нее установлено заболевание - бронхиальная астма с нарушением функции внешнего дыхания.

Военно-врачебной комиссией она была признана негодной к военной службе в мирное время, ограниченно годной 2-й степени в военное время. ВВК в своем заключении также указала, что заболевание получено ею в период прохождения военной службы.

После утверждения заключения вышестоящей ВВК Орленко была уволена с военной службы с зачислением в запас по ст. 48 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе" (в связи с достижением предельного возраста пребывания на военной службе).

Считая, что по указанному основанию она была уволена с военной службы незаконно, Орленко обратилась с жалобой на действия командования в суд, который отказал ей в удовлетворении ее требований.

Военный суд кассационной инстанции с решением суда I инстанции согласился.

Отказывая в удовлетворении жалобы Орленко, военный суд, как и командование, свое решение обосновал, сославшись на разъяснение Главного управления подготовки и распределения кадров МО РФ, согласно которому военнослужащие, достигшие предельного возраста пребывания на военной службе и признанные ВВК "негодными к военной службе в мирное время, ограниченно годными 2-й степени в военное время", увольняются с военной службы в запас по ст. 48 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе" (по достижении предельного возраста пребывания на военной службе).

Суд II инстанции, оставляя без удовлетворения кассационную жалобу Орленко, в своем решении указал, что состояние здоровья, согласно ст. 49 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе", может служить основанием лишь к досрочному увольнению в запас. Прапорщиком Орленко, указывалось далее в определении, был достигнут предельный возраст пребывания на военной службе и, кроме того, истек срок ее контракта, что является главным основанием прекращения военной службы.

Военная коллегия рассмотрела это дело в порядке надзора и отменила состоявшиеся судебные решения. Основанием для этого, наряду с неточным определением судом юридически значимых обстоятельств, послужило и неправильное применение норм материального права.

Ни командование, ни суды 1-й и 2-й инстанций не приняли во внимание, что заболевание, препятствующее прохождению военной службы, Орленко было получено, и это подтверждено ВВК, до истечения срока контракта, т.е. в период, когда мог быть поставлен вопрос о ее досрочном увольнении.

По смыслу Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе", если основания для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы по состоянию здоровья возникли ко времени истечения его срока военной службы, то он может быть уволен как на основании статьи 48, так и на основании соответствующих пунктов ст. 49 вышеуказанного Закона. Право выбора одного из имеющихся оснований увольнения в таком случае принадлежит военнослужащему. Иное решение этого вопроса может повлечь ущемление охраняемых законом интересов военнослужащего (3н-158/97).

В связи с принятием новой редакции Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" в военные суды стали поступать жалобы военнослужащих с требованиями о досрочном расторжении контрактов в связи с систематическим невыполнением их условий со стороны Министерства обороны.

При рассмотрении таких жалоб суды обоснованно признавали систематическими такие нарушения, которые имели место неоднократно, а при решении о том, являются ли эти нарушения существенными, исходили из обстоятельств каждого конкретного дела.

В том числе учитывалось влияние допущенных нарушений на семейное и материальное положение заявителя, состояние здоровья его и членов семьи.

При рассмотрении дел указанной категории возникает вопрос о том, распространяется ли на военнослужащих, заключивших контракты о прохождении военной службы на основании ст. 33 Закона РФ 1993 г. "О воинской обязанности и военной службе", то есть до вступления в силу новой редакции данного Закона, положение его п. "а" ч. 3 ст. 51 о праве военнослужащих на досрочное увольнение в связи с существенным и (или) систематическим нарушением в отношении них условий контракта.

Военный суд (войсковая часть 16666) при рассмотрении жалобы офицера Сусина посчитал, что на указанных военнослужащих, заключивших контракт в период действия прежней редакции Закона "О воинской обязанности и военной службе" данная норма нового Закона распространяться не может. Свою позицию суд второй инстанции обосновал ссылкой на ст. 4 Гражданского кодекса РФ о действии гражданского законодательства во времени.

Представляется, что эта точка зрения основана на неправильном толковании закона.

Отношения, связанные с прохождением гражданами военной службы, регулируются не гражданским, а другим специальным законодательством, что прямо усматривается из ст. 2 ГК РФ, согласно которой к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством.

Это же вытекает из содержания ст. 3 Федерального закона от 28.03.98 "О воинской обязанности и военной службе", которая гласит, что правовой основой воинской обязанности и военной службы являются Конституция Российской Федерации, настоящий Федеральный закон, другие федеральные законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в области обороны, воинской обязанности, военной службы и статуса военнослужащих, международные договоры Российской Федерации (но не гражданско-правовые акты).

В соответствии со ст. 60 нового Закона "О воинской обязанности и военной службе" контракты о прохождении военной службы, заключенные до вступления его в силу, действуют в течение сроков, на которые они были заключены. То есть новым Законом прямо предусмотрено, что его положения полностью распространяются на все правоотношения, возникшие между военнослужащим и соответствующим военным ведомством по контрактам, заключенным ранее (до вступления в силу нового Закона).

Поскольку Закон РФ 1993 года "О воинской обязанности и военной службе" признан утратившим силу со 02.04.98 (ст. 64 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" 1998 г.) и каких-либо специальных указаний о возможности применения его положений новый Закон не содержит, руководствоваться его нормами при разрешении судами споров, возникающих во время действия нового Закона, недопустимо.

Таким образом, в отношении военнослужащих, проходящих военную службу по контрактам, заключенным до 02.04.98, нормы нового Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе", в том числе и положения ст. 51 о праве военнослужащего на досрочное увольнение, должны применяться в полном объеме, поскольку именно этим Законом в настоящее время урегулированы все вопросы прохождения военной службы.

До принятия нового Закона "О воинской обязанности и военной службе" военные суды при рассмотрении требований военнослужащих о расторжении контрактов о прохождении военной службы в связи с нарушением командованием его условий руководствовались нормами гражданского законодательства только потому, что на тот период отсутствовали нормы военно-административного законодательства, предписывающие, как следует поступать в этих случаях, а наиболее близкой отраслью права, регулирующей вопросы расторжения договоров (контрактов) является гражданское право.

В настоящее время основания для применения гражданского права по аналогии в этой ситуации отсутствуют, поскольку пробел в урегулировании нормами административного законодательства вопросов, связанных с расторжением контрактов о прохождении военной службы из-за нарушения командованием его условий, был устранен Федеральным законом "О воинской обязанности и военной службе" от 28.03.98.

Поэтому рассмотрение контракта о прохождении военной службы как гражданско-правового договора не основано на законе.

С учетом изложенного представляется ошибочным мнение военного суда Балтийского флота, который внес изменения в решение военного суда - войсковая часть 74039 по жалобе Селиванова о досрочном расторжении контракта.

Суд первой инстанции, удовлетворив требования заявителя, обязал командира части расторгнуть контракт с Селивановым и уволить его с военной службы в установленном порядке.

Военный суд БФ, необоснованно рассматривая контракт о прохождении военной службы как разновидность гражданско-правового договора, пришел к ошибочному выводу, что согласно ч. 2 ст. 450 ГК РФ в случае существенного нарушения контракта он, как и любой другой договор, может быть досрочно расторгнут по требованию одной из сторон только судом. В результате военный суд флота указал в решении о досрочном расторжении контракта непосредственно судом.

Такой вывод суда второй инстанции не соответствует вышеприведенным правовым нормам и прямо противоречит ст. 51 Федерального закона 1998 г. "О воинской обязанности и военной службе" (ст. 49 старого Закона), которая оперирует понятием "досрочное увольнение с военной службы", а не "досрочное расторжение контракта".

Правом увольнения военнослужащих в запас или отставку в соответствии со ст. 50 указанного Федерального закона наделены Президент Российской Федерации и соответствующие воинские начальники, но не судебные органы.

Поэтому по таким делам в резолютивной части решения следует указывать о возложении на воинское должностное лицо обязанности по досрочному увольнению заявителя с военной службы (по оформлению необходимых документов; изданию приказа об увольнении и т.д.). Указание в решении о необходимости досрочного расторжения контракта является излишним.

По смыслу Закона военнослужащий подлежит увольнению с военной службы по п. "в" ч. 1 ст. 49 Закона РФ 1993 г. "О воинской обязанности и военной службе" (в связи с вступлением в законную силу приговора суда о назначении наказания в виде лишения свободы) только в случае осуждения его к реальному лишению свободы.

Такой вывод содержится в определении военного суда Северо-Кавказского военного округа по делу офицера Ивасенко, который был уволен по указанному основанию и обжаловал это в суд.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении жалобы, указав в решении, что Ивасенко уволен обоснованно, поскольку приговором суда от 23.10.95 он был осужден к двум годам лишения свободы условно, а от назначенного наказания освобожден по амнистии.

Военный суд округа не согласился с этим доводом и указал, что по смыслу Закона военнослужащий подлежит увольнению в связи с осуждением к реальному лишению свободы, поскольку ввиду этого он не может продолжать военную службу.

При условном осуждении военнослужащий не лишен возможности исполнять обязанности по военной службе и факт такого осуждения сам по себе не может рассматриваться как безусловное основание к увольнению с военной службы.

Данное обстоятельство, наряду с другими характеризующими данными, может являться основанием к увольнению такого военнослужащего по другим пунктам указанной нормы Закона.

В связи с изложенным военный суд СКВО отменил судебное решение и направил дело на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении жалоба Ивасенко была удовлетворена и он был представлен к увольнению с военной службы за совершение проступка, порочащего честь военнослужащего, которым командование признало совершенное им преступление.

После принятия новой редакции Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" такие военнослужащие, в соответствии с п. "д" ч. 2 ст. 51, могут быть досрочно уволены с военной службы в связи с вступлением в законную силу приговора суда о назначении наказания в виде лишения свободы условно. Решение этого вопроса зависит от соответствующего военного командования.

 

ИСПОЛНЕНИЕ СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ

 

В военных судах Дальневосточного и Московского военных округов сложилась противоположная практика решения вопросов о возбуждении судами уголовных дел в отношении воинских должностных лиц по признакам преступления, предусмотренного ст. 315 УК РФ (злостное неисполнение решения суда).

Так, в 1997 году военными судами МВО по трем гражданским делам выносились определения о возбуждении уголовных дел в отношении должностных лиц за злоупотребления служебным положением из личной заинтересованности и умышленное неисполнение судебных решений. В отношении одного из них имеются данные об осуждении военным судом Курского гарнизона.

В то же время военным судом ДВО было отменено постановление, вынесенное заместителем военного суда Уссурийского гарнизона, о возбуждении уголовного дела в отношении командира части за неисполнение судебного решения по жалобе офицера Тычины.

По мнению военного суда ДВО, вопросы возбуждения уголовного дела входят в компетенцию органов дознания, предварительного следствия и прокуратуры, а принятие таких решений судом противоречит закрепленному в ч. 1 ст. 118 Конституции РФ назначению органов судебной власти, призванных только осуществлять правосудие.

Представляется, что позиция военного суда ДВО является ошибочной.

Часть 1 ст. 118 Конституции РФ, на которую сослался суд, устанавливает, что правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом, т.е. другие органы государственной власти и управления таким правом не наделены. В соответствии с ч. 2 этой же статьи Конституции РФ судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства.

Согласно ст. 3 УПК РСФСР суд, прокурор, следователь и орган дознания обязаны в пределах своей компетенции возбудить уголовное дело в каждом случае обнаружения признаков преступления, принять все предусмотренные законом меры к установлению события преступления, лиц, виновных в совершении преступления, и к их наказанию, что полностью соответствует задачам уголовного судопроизводства (ст. 2 УПК РСФСР).

Право судьи возбуждать уголовные дела закреплено и в ст. 109 УПК РСФСР.

Никакого противоречия между этими нормами УПК РСФСР и нормами Конституции РФ не усматривается, поэтому вывод военного суда ДВО о незаконности возбуждения судом уголовных дел не основан на действующем законодательстве.

Судебные решения о прекращении исполнительного производства отменены, так как решение по жалобе о восстановлении на военной службе реально не было исполнено.

Исполнение судебного решения предполагает не только выполнение должником определенных действий, но и обязательное наступление указанных судом благоприятных последствий для заявителя. Например, решение о выплате денежных сумм будет считаться полностью исполненным не с момента начисления этих сумм, а с момента реального получения их заявителем. Отказ взыскателя от взыскания в смысле ст. 364 ГПК РСФСР следует отличать от его отказа принять ненадлежащее исполнение своего требования.

Так, 11 марта 1997 года военный суд Самарского гарнизона рассмотрел жалобу Хачатурова и своим решением предложил Министру обороны РФ назначить заявителя на должность не ниже занимаемой им ранее должности начальника отдела воспитательной работы округа. 25 сентября 1997 года названный выше суд признал свое решение исполненным Министром обороны РФ и исполнительное производство по нему прекратил.

Военный суд ПриВО, рассмотрев дело в кассационном порядке, определение суда гарнизона о прекращении исполнительного производства оставил без изменения.

Военная коллегия, рассмотрев дело в порядке надзора, отменила судебные решения и возобновила исполнительное производство по следующим основаниям.

Признав свое решение полностью исполненным, военный суд гарнизона в своем определении сослался на то, что ранее занимаемая Хачатуровым должность сокращена в августе 1995 года, другие вакантные должности, не ниже прежней, в ПриВО отсутствуют, а от должностей, предлагавшихся кадровыми органами МО РФ, заявитель добровольно отказался.

Прекращая на основании ст. 364 ГПК РСФСР исполнительное производство по данному делу, суд без достаточных оснований сослался на то обстоятельство, что решение по жалобе Хачатурова надлежащим образом исполнено.

В действительности же заявитель на должность не ниже ранее занимаемой назначен не был.

Отсутствует и отказ Хачатурова от своего требования, обращенного военным судом к исполнению. Что касается конкретных должностей, предлагавшихся Хачатурову кадровыми органами МО, то отказ от них не является отказом от своих требований (взыскания) в смысле изложенного в п. 1 ч. 1 ст. 364 ГПК РСФСР, поскольку Хачатуров одновременно с этим продолжал категорически настаивать на исполнение принятого судом решения по его жалобе, которое надлежащим образом исполнено не было.

К тому же отказ Хачатурова от исполнения своего требования, в случае если бы он имел место в действительности, предполагает соблюдение установленной ст. 165 ГПК РСФСР процедуры, в соответствии с которой такое заявление должно быть занесено в протокол, а суд перед этим обязан был разъяснить Хачатурову последствия данного процессуального действия. В материалах дела этого не имеется.

 

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ НАРУШЕНИЯ

 

Наиболее распространенным нарушением процессуального закона, влекущим отмену судебных решений, является разрешение судами вопросов о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Предпосылки таких ошибок, как правило, возникают в стадии подготовки дела к разбирательству по причине недостаточно четкого уяснения судьями обстоятельств, имеющих значение для дела, и неправильного определения круга лиц, участвующих в деле.

Например, военный суд - войсковая часть 10706, удовлетворив жалобу офицера Бирюлинцева о необоснованном увольнении с военной службы, обязал командующего Балтийским флотом изменить не только основание увольнения, но и дату исключения заявителя из списков личного состава части, хотя она была определена соответствующим приказом другого должностного лица, чьи действия Бирюлинцев не обжаловал и которое не привлекалось к участию в деле.

Военный суд Балтийского флота обоснованно изменил судебное решение и исправил эту ошибку.

Аналогичные недочеты имели место во многих военных судах различных округов и флотов.

В связи с изложенным следует обратить внимание судей на строгое соблюдение положений ст. 142 ГПК РСФСР о необходимости выяснения существа требований заявителя и разрешения вопроса о вступлении в дело соответчиков и третьих лиц при подготовке дела к рассмотрению.

Другой характерной ошибкой является нарушение требований ст. ст. 194 и 197 ГПК РСФСР, в соответствии с которыми суд при разрешении жалобы по существу обязан определить, подлежит ли иск удовлетворению, и указать об этом в решении. Несмотря на это, суды иногда упускают из виду отдельные требования заявителей из-за чего они не получают оценки в решениях.

Так, Военной коллегией в порядке надзора отменены судебные решения военных судов Самарского гарнизона и ПриВО по делу офицера Кадацкого, который в жалобе ставил одновременно несколько требований о различных выплатах: ежемесячного денежного довольствия, компенсации взамен продпайка, пособий на детей, материальной помощи, денежных компенсаций, а также о выдаче вещевого имущества, индексации указанных сумм и о компенсации морального вреда.

Основанием для отмены состоявшихся решений, наряду с другими нарушениями, послужило то обстоятельство, что суд разрешил только часть требований Кадацкого: о выплате денежного довольствия, компенсации за продпаек, индексации этих выплат и компенсации морального вреда. Решение по остальным вопросам, поставленным в жалобе, суд не принял.

Военная коллегия расценила это как существенное нарушение норм процессуального права, повлекшее принятие незаконного решения (3н-90/98).

Схожие ошибки иногда допускали и военные суды округов.

Например, в июле 1998 г. Военная коллегия отменила определение военного суда МВО по делу офицера Скрыльникова о досрочном увольнении с военной службы в связи с тем, что в этом определении не был приведен существенный довод заявителя, содержащийся в его кассационной жалобе, об увольнении без направления на обследование ВВК (1н-209/98).

Согласно же требованиям ст. 311 ГПК РСФСР суд обязан изложить в своем определении содержание жалобы и при ее отклонении указать мотивы, по которым доводы жалобы признаны неправильными или не являющимися основанием к отмене решения.

В соответствии со ст. 165 ГПК РСФСР при признании ответчиком иска и принятии его судом выносится решение об удовлетворении заявленных требований.

Несоблюдение этого правила повлекло судебную ошибку по делу Пивня.

Пивень был уволен с военной службы по п. "б" ч. 2 ст. 49 Закона РФ 1993 г. "О воинской обязанности и военной службе" - в связи с несоответствием требованиям, установленным для военнослужащих.

Не согласившись с основанием увольнения, Пивень обратился в военный суд с жалобой, в которой просил о внесении изменений в приказ и увольнении его с военной службы по состоянию здоровья или по достижении предельного возраста пребывания на военной службе.

Военный суд Фокинского гарнизона признал действия командира правомерными, а избранное основание для увольнения Пивня правильным.

Военный суд Тихоокеанского флота решение суда гарнизона оставил без изменения.

Эти решения были опротестованы председателем Военной коллегии по следующим основаниям.

Из протокола судебного заседания видно, что представитель командования, которому в соответствии с доверенностью было предоставлено право признавать требования заявителя, в выступлении в прениях согласился с требованиями Пивня о необходимости изменения основания его увольнения с военной службы, признав тем самым требования заявителя.

В этом случае суд, в соответствии со ст. 165 ГПК РСФСР, обязан был вынести решение об удовлетворении просьбы заявителя, однако указанное требование закона им выполнено не было.

К тому же никакого обоснования своего решения об отказе в принятии признания ответчиком требований заявителя в судебном решении не содержится.

В жалобе заявителя изложены и другие требования, связанные с исключением его из списков личного состава части, предоставлением ему в году увольнения очередного отпуска с неполной продолжительностью, с выплатой положенных при увольнении с военной службы видов довольствия.

Судом никакого решения по жалобе Пивня в этой части не принято.

Военная коллегия, рассмотрев дело, состоявшиеся по нему судебные решения изменила, удовлетворив жалобу Пивня частично.

Приказ командира, в части определения основания увольнения заявителя с военной службы, признан незаконным, и на командира возложена обязанность внести в свой приказ изменения и уволить Пивня с военной службы по одному из следующих оснований - состоянию здоровья или достижении предельного возраста пребывания на военной службе.

В остальной части жалоба Пивня направлена в военный суд гарнизона для рассмотрения по существу (2н-333/97).

Несоблюдение судом требований ст. 165 ГПК РСФСР о необходимости разъяснения заявителю последствий отказа от жалобы является существенным нарушением процессуального закона, влекущим отмену судебного решения.

К такому выводу пришла Военная коллегия, рассмотрев в декабре 1997 г. в порядке надзора дело Проходцева.

Как видно из материалов дела, Проходцев обратился в военный суд Московского гарнизона с заявлением об отмене приказа Министра обороны РФ, в соответствии с которым он был уволен с военной службы за невыполнение условий контракта, и приказа начальника факультета Академии об исключении его из списков личного состава факультета.

В ходе судебного разбирательства Проходцев написал новое заявление, в котором отказался от своих требований, мотивируя это тем, что с аналогичной жалобой он обратился в Пресненский народный суд города Москвы.

Военный суд гарнизона принял отказ Проходцева от жалобы и дело производством прекратил. Это решение военным судом округа оставлено без изменения.

В протесте Председателя Военной коллегии ставился вопрос об отмене состоявшихся судебных решений по следующим основаниям.

В последнем своем заявлении в суд Проходцев указал, что он "отказывается от своей жалобы, поскольку такая же жалоба была подана им ранее в Пресненский народный суд, требования ст. 220 ГПК РСФСР ему известны".

Рассмотрев это заявление, военный суд гарнизона вынес определение о принятии отказа Проходцева от жалобы и о прекращении производства по делу.

В частной жалобе Проходцев, утверждая, что судья не разъяснил ему последствия отказа от жалобы, просил отменить указанное определение, из-за которого аналогичная его жалоба не может быть рассмотрена в народном суде.

Военный суд округа оставил частную жалобу без удовлетворения и указал в определении, что, как вытекает из текста заявления Проходцева, последнему судьей были разъяснены последствия отказа от жалобы.

Между тем в своем заявлении Проходцев указал лишь на свою осведомленность о последствиях отказа от жалобы. Согласно же требованиям ч. 3 ст. 165 ГПК РСФСР суд, до принятия отказа Проходцева от жалобы, обязан был разъяснить последнему последствия данного процессуального действия независимо от того, известны они ему или нет.

Никаких данных о том, что последствия отказа от жалобы Проходцеву были разъяснены, в материалах дела не имеется.

Получив сообщение от Проходцева о том, что аналогичная его жалоба находится в производстве народного суда, военный суд гарнизона после соответствующей проверки, в случае подтверждения данного факта, должен был на основании п. 4 ст. 221 ГПК РСФСР вынести определение об оставлении жалобы без рассмотрения.

Согласившись с доводами протеста, Военная коллегия отменила судебные решения и материалы направила на новое рассмотрение (1н-377/97).

В соответствии со ст. 311 ГПК РСФСР мотивы, по которым суд второй инстанции пришел к своим выводам, должны быть указаны в кассационном определении.

В июле 1997 года военным судом Ленинградского военного округа при рассмотрении в кассационном заседании дела Теревя и др. было изменено решение военного суда Выборгского гарнизона в части суммы судебных расходов по оплате помощи представителя.

В указанном деле судом первой инстанции объединены 20 жалоб военнослужащих на действия командования войсковых частей, связанные с невыплатами денежного довольствия.

Каждому из заявителей оказывал юридическую помощь один и тот же адвокат, который затем участвовал в судебном заседании в качестве их представителя.

По решению военного суда гарнизона войсковая часть 62415 должна была выплатить юридической консультации 15 миллионов неденоминированных рублей в счет возмещения судебных расходов, связанных с участием в деле адвоката.

Военный суд округа, рассмотрев дело по кассационной жалобе командования, в которой вопрос о судебных расходах не ставился, по своей инициативе снизил указанную сумму до полутора миллионов рублей. При этом в определении лишь указано, что военный суд округа находит присужденную ко взысканию сумму завышенной. Почему суд пришел к такому выводу и почему он счел необходимым снизить ее именно до полутора миллионов рублей, в определении не отражено.

Нельзя признать мотивировкой принятого решения цитирование судом положения ст. 91 ГПК РСФСР о том, что расходы по оплате помощи представителя возмещаются в разумных пределах и с учетом конкретных обстоятельств. По смыслу ст. 311 ГПК РСФСР военному суду округа следовало привести в определении конкретные доказательства, свидетельствующие о завышении этой суммы, и мотивы, по которым принято решение о ее уменьшении, чего сделано не было.

В связи с изложенным возникают сомнения в законности и обоснованности решения суда второй инстанции.

Так, никем не оспаривалось, что адвокат реально оказал помощь 20 военнослужащим и представлял их интересы в судах первой и второй инстанции, причем объединение всех этих жалоб в одно производство произошло по инициативе суда, а фактически адвокат работал с двадцатью различными клиентами. Присужденная ко взысканию военным судом гарнизона сумма в пересчете составляла 750 тысяч неденоминированных рублей на каждого заявителя. Это находится в пределах существовавших на тот период расценок на оказание юридической помощи гражданам органами адвокатуры. На снижение указанной суммы могло повлиять то обстоятельство, что все жалобы рассмотрены в одном судебном заседании, но в таком случае суду следовало произвести соответствующие расчеты и указать об этом в определении.

 

НЕДОСТАТКИ В ОБЗОРНЫХ ДОКУМЕНТАХ ВОЕННЫХ СУДОВ ОКРУГОВ

 

Следует отметить, что некоторые рекомендации, направляемые военными судами округов и флотов в нижестоящие суды, основаны на неверном толковании закона, что на практике может повлечь принятие незаконных решений.

Так, в Справке о практике рассмотрения дел по жалобам военнослужащих за первое полугодие 1997 года, подготовленной военным судом Северо-Кавказского военного округа указано, что, согласно главе 24-1 ГПК РСФСР, военным судам подсудны лишь жалобы на неправомерные действия должностных лиц, поэтому при принятии жалобы необходимо входить в оценку правомерности обжалуемых действий:

"При поступлении жалобы военнослужащего, связанной с невыплатой причитающегося довольствия, следует установить, выделялись ли в соответствующую воинскую часть денежные средства на соответствующие выплаты. Если деньги не выделялись, то никаких нарушений в действиях командования не усматривается и следует выносить определение об отказе в приеме жалобы в связи с неподсудностью ее военному суду. В том случае, если денежные средства на соответствующие выплаты выделялись, но командование части использовало их не по назначению либо выплачивало их не всем военнослужащим, а по своему усмотрению, в действиях должностных лиц усматриваются признаки нарушения прав военнослужащих и жалоба подлежит рассмотрению по существу".

Данное утверждение противоречит ст. 46 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 1 и 3 Закона Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан", в соответствии с которыми гражданами могут быть обжалованы в суд любые действия или решения (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, учреждений, предприятий и их объединений, общественных организаций, объединений и должностных лиц, кроме действий (решений), проверка которых отнесена законодательством к исключительной компетенции Конституционного Суда Российской Федерации либо в отношении которых предусмотрен иной порядок судебного обжалования.

Решение же о соответствии или несоответствии обжалуемых действий закону суд, согласно ст. 239-7 ГПК РСФСР, может принять лишь по результатам рассмотрения жалобы по существу, а не при подаче ее заявителем, как предлагается в Справке.

 

Отдел обобщения судебной практики

Военной Коллегии Верховного Суда

Российской Федерации

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"