||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 16 ноября 1998 года

 

Дело N 4-В98пр-138

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                       Лаврентьевой М.Н.,

    судей                                           Еременко Т.И.,

                                                    Пирожкова В.Н.

 

рассмотрела в судебном заседании от 16 ноября 1998 г. дело по иску К. к Ш. о признании брака недействительным и признании не приобретшей права на жилую площадь по протесту заместителя Генерального прокурора на решение Клинского городского суда от 25 июня 1997 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 18 августа 1997 г. и постановление президиума Московского областного суда от 11 августа 1998 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Т.И. Еременко, заключение прокурора М.М. Гермашевой, поддержавшей доводы протеста, Судебная коллегия

 

установила:

 

из материалов дела усматривается, что К., 1953 года рождения, в мае 1991 г. освободился из мест лишения свободы. На протяжении ряда лет он злоупотреблял спиртными напитками, с 1979 г. состоял на учете в наркологическом диспансере.

19.07.91 в Клинском горзагсе был зарегистрирован брак К. с Ш., 1965 года рождения, родной дочерью его сестры. 25.07.91 Ш. была прописана в четырехкомнатной квартире <...>, ответственным квартиросъемщиком которой являлась К.А. (бабушка ответчицы).

К. обратился в суд с иском к Ш. о признании брака недействительным и признании не приобретшей право на жилплощадь.

Решением Клинского горсуда от 25.06.97, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Мособлсуда от 18.08.97, в иске отказано.

Постановлением президиума Мособлсуда от 11.08.98 отклонен протест прокурора области об отмене судебных постановлений.

В протесте, внесенном в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда РФ, ставится вопрос об отмене постановленных по делу решений.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ находит постановленные по делу решения подлежащими отмене по следующим основаниям.

Отказывая К. в признании брака недействительным, суд пришел к выводу, что брак между истцом и Ш. был зарегистрирован с их обоюдного согласия, они вели совместное хозяйство, членом семьи являлась и бабушка ответчицы К.А. Признавая за ответчицей право на спорное жилое помещение, суд указал, что она приобрела право на него не только как жена К., но и как член семьи нанимателя этого жилья.

Однако данные выводы суда не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Как усматривается из приобщенного к настоящему гражданскому делу дела о расторжении брака между К. и Ш., рассмотренного этим же судом в 1992 г., брак расторгнут в отсутствие К. в судебном заседании, в связи с наличием его заявления о согласии на развод. Впоследствии постановлением президиума от 02.04.96 указанное решение суда отменено в связи с грубым нарушением прав К. и существенным нарушением процессуального права.

Кроме того, президиум указал, что проведенной по заявлению истца проверкой Клинской горпрокуратурой установлено, что ответчик имел намерение участвовать в деле, поскольку приводил доводы, свидетельствующие об отсутствии семьи как таковой и заключении брака без намерения создать семью со стороны Ш., преследующей лишь цель получения права на жилое помещение. В постановлении подчеркивалось, что эти доводы требовали тщательной проверки, поскольку не было учтено, что стороны состоят в родственных отношениях и брак расторгнут по инициативе ответчицы, спустя семь месяцев после его регистрации.

Истец последовательно на протяжении всего судебного разбирательства утверждал, что не имел намерения вступать в брак с ответчицей, более того, не присутствовал при его регистрации и не поддерживал с ней каких-либо отношений, что подтверждается объяснениями ряда свидетелей, в том числе М., К.Е., Р.Г., Р.В., Р.Т., Р.А., Х., П., Г.

По утверждению К., единственной действительной причиной вступления в брак стороны Ш. было намерение приобрести право пользования его квартирой.

Из искового заявления по настоящему делу усматривается, что истец в момент заключения брака с Ш. находился в болезненном состоянии (обострение хронического алкоголизма), что объективно подтверждается помещением его на стационарное лечение спустя неделю после заключения брака (л.д. 63).

Объяснения ответчицы об обстоятельствах вступления в брак, совместного проживания и ведения общего хозяйства находятся в противоречии с фактическим положением дел.

Так, истица утверждала, что К. давал ей деньги, она приобретала для него вещи, в том числе ковры, мебель.

Между тем К. на момент регистрации брака нигде не работал, после регистрации брака дважды находился на излечении в наркологическом диспансере. В заявлении о расторжении брака Ш. сама уже утверждала, что истец ушел от нее через месяц после регистрации брака. Как свидетельствуют материалы дела, фактически К. в это время находился на стационарном лечении.

Суд, утверждая, что регистрация брака была по желанию сторон и в их присутствии, сослался на показания С., заведующей Клинским ЗАГСом, между тем объяснения этой свидетельницы требовали более критической оценки, поскольку она является заинтересованным лицом, так как Ш. ранее состояла с ее сыном в браке, от которого имеется ребенок, прописанный также в спорной квартире (л.д. 133 - 134).

Показания свидетеля С., пояснившей суду, что К. обращался к ней по вопросу прописки жены и в ее присутствии расписался в форме N 15, не в полной мере соответствуют заключениям почерковедческих экспертиз об обстоятельствах подписи и ее характере (л.д. 132 - 133).

По заключению первоначально проведенной почерковедческой экспертизы подписи в документах выполнены не К. В связи с несогласием Ш. с выводами этой экспертизы была назначена повторная экспертиза, которая не опровергла первоначальные выводы, а лишь высказала предположение о выполнении подписей в документах К. с учетом "сбивающих" факторов, т.е. состояния алкогольного состояния.

Не могут быть признаны достаточно объективными и достоверными объяснения свидетелей Б.Ю.Г. и Б.Ю.Н., на которые суд сослался в своем решении. Так, Б.Ю.Г., бывший участковый инспектор, пояснил, что после освобождения из мест лишения свободы в 1991 г. К. был прописан к матери, стал злоупотреблять спиртными напитками, за ним был установлен административный надзор. Его объяснения в части знакомства с Ш. не конкретизированы и противоречат показаниям других свидетелей. Б.Ю.Н., работавший участковым инспектором с 1993 г., утверждал, что К. представлял ему Ш. как свою жену, между тем с апреля 1993 г., по объяснениям Ш., она состоит в другом браке.

Учитывая, что истец злоупотреблял спиртными напитками и состоял на учете в наркологическом диспансере, его представитель в судебном заседании заявлял ходатайство о назначении судебно-психиатрической экспертизы для выяснения вопроса о состоянии здоровья К. и возможности понимать значение своих действий в период заключения брака с Ш. и оформления ее прописки, которое безмотивно было отклонено судом (л.д. 192), хотя указанное обстоятельство имеет существенное значение для разрешения спора.

Руководствуясь ст. 329 ГПК РСФСР, Судебная коллегия

 

определила:

 

отменить состоявшиеся по делу судебные решения, направив дело на новое рассмотрение в тот же суд.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"