||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 августа 2002 г. N 51-кпо02-48

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Шурыгина А.П.

судей Шишлянникова В.Ф. и Микрюкова В.В.

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Барышевой Е.В. на приговор Алтайского краевого суда от 13 мая 2002 года, которым

К.Е., <...>, не имеющий судимости,

осужден к лишению свободы

по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "в", "д" УК РФ сроком на 15 лет;

по ст. 167 ч. 2 УК РФ сроком на 3 года.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 17 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст. ст. 97 ч. 1 п. "г" и 99 ч. 2 УК РФ применены принудительные меры медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра от алкоголизма.

Постановлено взыскать с К.Е. в счет компенсации морального вреда в пользу С. и У.А. по 50 000 рублей каждому и 5031 рубль в пользу У.А. в возмещение материального ущерба.

Заслушав доклад судьи Шишлянникова В.Ф. по обстоятельствам дела и доводам жалобы, мнение прокурора Найденова Е.М., полагавшего приговор изменить, исключить осуждение по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ, судебная коллегия

 

установила:

 

К.Е. признан виновным в умышленном с особой жестокостью убийстве двух лиц, заведомо для виновного находившихся в беспомощном состоянии ввиду престарелого возраста, Т.Н. 1938 года рождения и У.Б. 1937 года рождения, а также в умышленном уничтожении и повреждении имущества названных потерпевших путем поджога.

Преступления совершены на почве ссоры и внезапно возникших личных неприязненных отношений 2 января 2002 года в доме <...> при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В судебном заседании К.Е. вину признал полностью.

В кассационной жалобе адвокат Барышева Е.В. в интересах осужденного, не соглашаясь с приговором, указывает, что умысел на убийство возник у осужденного после того как потерпевший У.Б. замахнулся на него. Оба потерпевших, по мнению адвоката, могли оказать сопротивление ее подзащитному, поэтому он необоснованно осужден по пункту "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Не согласен адвокат и с тем, что убийство потерпевших К.Е. совершил с особой жестокостью. По мнению адвоката, для осуждения по данному квалифицирующему признаку необходимо установить умысел на совершение убийства с особой жестокостью, однако такого умысла у ее подзащитного не было.

В жалобе оспаривается обоснованность осуждения К.Е. и по ст. 167 ч. 2 УК РФ, при этом адвокат ссылается на показания осужденного о том, что он ничего не поджигал в доме потерпевших.

Кроме того, в жалобе указывается, что материальный ущерб от поджога в сумме 5031 рубль ничем не подтвержден и необходимость ремонта дома в связи с его возгоранием не проверялась.

И, наконец, в жалобе указывается, что при назначении К.Е. наказания, суд не принял во внимание положительные характеристики, которые дали ему соседи, не учел суд и того, что в связи с уходом сожительницы от К.Е., у последнего возникла длительная психотравмирующая ситуация, которая повлияла на его поведение.

С учетом доводов своей жалобы адвокат просит изменить приговор, переквалифицировать действия К.Е. со ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "в", "д" УК РФ на ст. 108 ч. 1 УК РФ, а в части осуждения по ст. 167 ч. 2 УК РФ приговор отменить и дело производством прекратить.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению.

Вина К.Е. в содеянном при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора, материалами дела установлена полностью и подтверждена совокупностью собранных по делу доказательств, анализ которых подробно изложен в приговоре, в том числе и собственными показаниями осужденного, признавшего свою вину в убийстве двух лиц.

Все собранные доказательства, которые положены в основу приговора, исследованы судом всесторонне, полно и объективно, им дана надлежащая оценка в совокупности, выводы суда о доказанности осужденного в совершении инкриминируемых деяниях обоснованы и в приговоре мотивированы.

Не может согласиться судебная коллегия с доводами жалобы о том, что К.Е. действовал в целях самозащиты.

Как установлено судом, 2 января 2002 года примерно в 20 часов в квартире У.Б. между К.Е. и потерпевшими произошла ссора. В ответ на грубое высказывание Т.Н. о сожительнице К.Е., последний ударил потерпевшую, отчего та упала. Когда за нее заступился У.Б., К.Е. нанес руками и ногами удары по туловищу и лицу потерпевшего. Но этим осужденный не ограничился и использовал в качестве оружия нож. Прекратил наносить удары К.Е. только когда потерпевшие оказались неподвижными: У.Б., оставаясь на диване, а Т.Н. - на полу. Как показал К.Е. в ходе предварительного расследования, бил он Т.Н. для того, чтобы она не поднялась. Чтобы скрыть следы содеянного, осужденный поджег имущество в квартире, где находились трупы потерпевших.

Из изложенного, как об этом правильно указано в приговоре, следует, что убийство потерпевших охватывалось единым умыслом К.Е.

Как следует из обстоятельств дела, явное преимущество в непродолжительном конфликте между престарелыми, к тому же находившимися в тяжелой степени опьянения потерпевшими, с одной стороны, и К.Е., с другой стороны, было на стороне последнего и как установлено судом, потерпевшие находились в состоянии обороны от осужденного.

Так, в соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы, 3 января 2002 года у К.Е. обнаружены повреждения, не причинившие вреда здоровью в виде царапин нижней челюсти справа (2), которые причинены действием твердого предмета, имеющего острую грань, в срок, не противоречащий 2 января 2002 года (т. 1 л.д. 164). При производстве экспертизы К.Е. пояснил, что "оцарапал подбородок проволокой". В судебном заседании К.Е. на своей версии о том, что эти повреждения причинены ему У.Б., не настаивал.

При проведении же судебно-биологической экспертизы, под ногтями пальцев левой руки Т.Н. обнаружена кровь, которая может происходить от К.Е. (т. 2 л.д. 3 - 14).

Более того, о защите потерпевших от нападавшего на них К.Е. свидетельствуют и его собственные показания в суде, пояснившего, что после нанесения им ударов потерпевшей Т.Н., У.Б. взял нож, чтобы защититься. А после того, как нож осужденный выбил у потерпевшего, последний как следует из показаний К.Е. на предварительном следствии, и не пытался поднимать орудие.

Утверждать о состоянии аффекта К.Е. в момент совершения преступления, также оснований не имеется. Оскорбительные отзывы Т.Н. о В. были направлены не в адрес самого осужденного. В. - его сожительница, с которой он на момент совершения преступления уже не проживал. Самой ее на месте происшествия не было. Оскорбление прозвучало только от Т.Н. У.Б. этого разговора не поддержал.

Последовательность и целенаправленность действий К.Е. после ссоры, поджог имущества потерпевших с целью сокрытия преступления, участие после обнаружения соседями пожара в тушении огня, свидетельствуют, как об этом правильно указано в приговоре, о достаточном самоконтроле К.Е. и наличии у него критической оценки своих поступков, позволяющих ему твердо и всесторонне взвесить последствия своего поведения. Отсюда, унесенный им с собою с места преступления нож - орудие убийства, и сокрытие его в малодоступном месте; замена куртки, в которой был на месте происшествия, имеющей следы крови, на другую, чистую.

При наличии таких данных, оснований для квалификации действий К.Е. по ст. 108 ч. 1 УК РФ, как об этом ставится вопрос в кассационной жалобе, не имеется.

Несостоятельными являются доводы жалобы адвоката о том, что К.Е. в процессе лишения жизни потерпевших действовал не с особой жестокостью.

По смыслу закона, при квалификации убийства по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ надлежит исходить из того, что понятие особой жестокости связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. Признак особой жестокости наличествует, в частности, в случаях, когда убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.д.). Особая жестокость может выражаться в совершении убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет им особые страдания.

Как видно из материалов дела, убийство У.Б. осужденный совершил в присутствии близкого потерпевшему человека - его сожительницы Т.Н., чем причинил ей особые страдания.

Кроме того, потерпевшим было нанесено большое количество ударов ножом: У.Б. не менее 12, а Т.Н. не менее 24.

Суд, дав оценку этим обстоятельствам, обоснованно пришел к выводу о том, что К.Е. совершил умышленное убийство с особой жестокостью.

Вместе с тем, из осуждения К.Е. по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "в", "д" УК РФ подлежит исключению пункт "в", поскольку возраст потерпевших (64 и 65 лет), не свидетельствует о том, что они находились в беспомощном состоянии. Что касается нахождения потерпевших в состоянии алкогольного опьянения, то это обстоятельство не является основанием для квалификации действий виновного при убийстве по пункту "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Несостоятельными являются доводы жалобы адвоката о невиновности К.Е. в совершении преступления, предусмотренного ст. 167 ч. 2 УК РФ и неподтвержденности материального ущерба.

Как видно из материалов дела и приговора суда, вина К.Е. в совершении преступления, предусмотренного ст. 167 ч. 2 УК РФ и размер материального ущерба от этого преступления в сумме 5031 рубль, подтверждены показаниями самого осужденного, которые он дал на предварительном следствии, не отрицая факта поджога квартиры потерпевших, показаниями потерпевшей С. и У.А., перечисливших уничтоженные и поврежденные огнем вещи, свидетелей Т.С., Д., К.В., Р., протоколом осмотра места происшествия, актом о пожаре, заключением пожарно-технической экспертизы, согласно которому причиной пожара послужило воспламенение горючих материалов от открытого источника огня (пламени, спички, зажигалки). В квартире имелось три независимых очага пожара, без признаков перехода пламени от одного очага к другому. Самодельный электронагревательный прибор к возникновению пожара не причастен (т. 2 л.д. 18 - 20).

Согласно справке АО ПМК "Восточная", стоимость ремонтных работ по покраске и побелке двухкомнатной квартиры составляет 5031 рубль (т. 2 л.д. 50).

Суд тщательно проанализировал вышеуказанные доказательства и обоснованно признал доказанной вину К.Е. в умышленном уничтожении и повреждении чужого имущества, совершенном путем поджога, обоснованно признал установленным размер причиненного пожаром материального ущерба в сумме 5031 рубль и правильно квалифицировал действия осужденного по ст. 167 ч. 2 УК РФ.

Психическое состояние К.Е. проверялось и он обоснованно признан вменяемым относительно содеянного, что соответствует заключению амбулаторной психиатрической экспертизы, из которого также следует, что К.Е. страдает хроническим алкоголизмом 1 - 2 стадии, нуждается в принудительном лечении, которое ему не противопоказано по состоянию здоровья (т. 2 л.д. 35 - 36).

Наказание К.Е. назначено в соответствии с законом и требованиями ст. 62 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности виновного, всех обстоятельств дела, в том числе и тех, на которые указывает в жалобе адвокат, оно является справедливым и оснований для его смягчения не имеется, несмотря на то, что из осуждения К.Е. подлежит исключению п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Принудительные меры медицинского характера в виде принудительного лечения от алкоголизма судом применены к осужденному К.Е. обоснованно.

Гражданский иск судом разрешен правильно, с учетом доказанности вины К.Е., в соответствии с требованиями закона, принципами соразмерности и справедливости.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену или изменение приговора, ни органами предварительного следствия, ни судом не было допущено и на это обстоятельство нет указаний в кассационной жалобе адвоката.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Алтайского краевого суда от 13 мая 2002 года в отношении К.Е. изменить, исключить осуждение по пункту "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

В остальном приговор оставить без изменения, а кассационную жалобу адвоката, - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"