||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 30 июля 2002 г. N 11-О02-52

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Лаврова Н.Г.

судей Бурова А.А. и Ахметова Р.Ф.

рассмотрела в судебном заседании от 30 июля 2002 года кассационные жалобы осужденных Ш., Г., его законного представителя Г.Г., адвокатов Рамазановой Г.А., Туктарова Р.А., Ибрагимова О.М. и потерпевшего С. на приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 5 апреля 2002 года, которым

Г. <...>, с неполным средним образованием, несудимый,

- осужден к лишению свободы по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ на 10 лет, по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ на 2 года и по совокупности преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно на 10 (десять) лет в воспитательной колонии,

и Ш. <...>, учащийся КТЭК, несудимый,

- осужден к лишению свободы по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ на 20 лет, по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ на 2 года и по совокупности преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ на 21 (двадцать один) год в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с Г. и Ш. в пользу С. в возмещение материального ущерба 3000 рублей в солидарном порядке и в счет компенсации морального вреда соответственно 600 000 рублей и 400 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Бурова А.А., объяснения адвоката Ибрагимова О.М. и потерпевшего С., поддержавших доводы своих кассационных жалоб, и мнение прокурора Хорлиной И.О., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

Г. и Ш. осуждены за убийство С. и С.Р. группой лиц.

Они признаны также виновными в краже, совершенной группой лиц по предварительному сговору.

Преступления совершены 22 ноября 2001 года в гор. Казани при указанных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании Ш., признав себя виновным в краже, вину в убийстве отрицал. Г. в последних своих показаниях пояснил, что убийство он совершил один.

В кассационной жалобе осужденный Г. утверждает, что вмененных ему действий не совершал и не мог совершить, так как находился в сильной степени алкогольного опьянения. На предварительном следствии признал себя виновным в результате незаконных методов ведения следствия. Указывает на нарушение судом требований ст. 20 УПК РСФСР и гарантированного законом его права на защиту. Приговор просит отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение.

Адвокат Туктаров в кассационной жалобе в защиту Г. указывает на неполноту предварительного и судебного следствия, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Не установлено время и другие обстоятельства, в том числе мотив убийства, совершения преступления. Г. не мог совершить убийство, так как находился в сильной степени алкогольного опьянения. Не было у него и сговора на кражу. На предварительном следствии он дал показания, находясь в шоковом состоянии после падения с 7-го этажа дома, а также в результате недозволенных методов ведения следствия. Ссылается на то, что судом не устранены противоречия в показаниях свидетелей А., А.Н. и С.О. Гражданский иск рассмотрен с нарушением закона. При назначении наказания не учел несовершеннолетний возраст Г. Ставит вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение.

Адвокат Ибрагимов в кассационной жалобе в защиту Г. утверждает, что приговор является незаконным и необоснованным. Органами следствия и судом нарушены требования ст. ст. 20, 68 и 71 УПК РСФСР. Многие доказательства получены с нарушением ст. 69 ч. 2 УПК РСФСР. Не установлено точное время совершения преступления, мотив преступления и другие обстоятельства. Не выяснено физиологическое состояние Г., возможность нахождения его в состоянии аффекта после нанесенных оскорблений со стороны потерпевших. Указывает на то, что при даче показаний на предварительном следствии, на которые ссылается суд в приговоре в подтверждение его вины, Г. мог находиться в шоке после падения с 7-го этажа. Кроме того, не проверено его заявление, что эти показания он дал под физическим воздействием сотрудников милиции. Ссылается на сомнения в том, что он мог совершить указанные в приговоре действия, поскольку находился в сильной степени алкогольного опьянения. Указывает на наличие противоречий в показаниях свидетелей А., А.Н. и С.О., на то, что в судебном заседании не были просмотрены видеосъемки следственных экспериментов, по делу не установлен предварительный сговор, а также на то, что суд при назначении наказания не учел несовершеннолетний возраст Г. как смягчающее обстоятельство. Гражданский иск рассмотрен с нарушением требований ст. 29 ч. 2 УПК РСФСР. Доказательств вины Г. в деле не имеется. Ставит вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение.

В кассационной жалобе Г.И. - законный представитель осужденного Г., анализируя материалы дела, в том числе показания своего сына и Ш., утверждает, что сын не мог совершить вмененные ему действия. Показания Ш. являются лживыми. Сын на предварительном следствии показания дал в результате незаконных методов ведения следствия. Выражает несогласие с суммой, взысканной с сына, в счет компенсации морального вреда. Ставит вопрос об отмене приговора.

Осужденный Ш. в кассационной жалобе (основной и дополнительной), не оспаривая вину в краже чужого имущества и решение суда о взыскании с него материального ущерба от этой кражи, утверждает, что убийства не совершал и содействия Г. в совершении этого преступления не оказывал. Не согласен он с решением суда о взыскании с него 400 000 рублей в счет компенсации морального вреда. Выводы суда относительно признания его виновным в убийстве не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Показания Г. на предварительном следствии, на основании которых суд признал его виновным в убийстве, противоречивые. Кровь у него на руках появилась тогда, когда он помогал последнему ее смывать с его куртки. Указывает на то, что суд не установил мотив убийства, якобы им совершенного. Приговор в части осуждения его по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ просит отменить и дело производством прекратить. Гражданский иск о взыскании с него вышеуказанной суммы в счет компенсации морального вреда просит оставить без рассмотрения.

Адвокат Рамазанова в кассационной жалобе (основной и дополнительных) в защиту Ш., анализируя материалы дела относительно убийства, утверждает, что суд при рассмотрении дела в этой части нарушил требования ст. ст. 20, 68 и 71 УПК РСФСР. Не было установлено время совершения данного преступления, мотив якобы совершенного Ш. убийства. Суд не дал оценки показаниям Г. о непричастности Ш. к этому преступлению. На предварительном же следствии он дал противоречивые показания и в результате незаконных методов ведения следствия. Приговор в части осуждения Ш. по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ просит отменить и за недоказанностью вины производство по делу прекратить. Гражданский иск о взыскании с него 400 000 рублей в счет компенсации морального вреда просит оставить без рассмотрения. Не оспаривая вину Ш. в краже, указывает на то, что гражданский иск о взыскании с него 3000 рублей в возмещение материального ущерба рассмотрен судом с нарушением требований ст. 29 ч. 2 УПК РСФСР. С учетом этого ставит вопрос об отмене приговора в этой части и направлении дела на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Потерпевший С.Ф. в кассационной жалобе, ставя вопрос о пересмотре дела, указывает на несогласие с переквалификацией действий Ш. на ст. 158 ч. 2 УК РФ, со взысканной суммой в возмещение материального ущерба и морального вреда, а также мягкостью назначенного осужденным наказания. Ссылается также на то, что не все лица, причастные к убийству его детей, привлечены к уголовной ответственности.

В возражениях на кассационные жалобы осужденных Ш., Г. и законного представителя последнего потерпевший С.Ф. выражает свое с ними несогласие.

Проверив материалы дела и обсудив приведенные в кассационных жалобах доводы, судебная коллегия находит, что фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и подтверждены исследованными судом доказательствами, а доводы жалоб - неосновательными.

Как видно из материалов дела, 22 ноября 2001 года в прихожей своей квартиры были обнаружены трупы С. и С.Р. с признаками насильственной смерти, а из квартиры пропал видеоплеер "Акай" стоимостью 3000 рублей.

Из показаний осужденного Г. на предварительном следствии при допросе его в качестве подозреваемого и обвиняемого соответственно 25 и 27 ноября 2001 года, на очной ставке с Ш. 28 ноября 2001 года и при проведении следственного эксперимента 25 ноября 2001 года усматривается, что убийство брата и сестры С. совершил он, причем С.Р. он убил вместе с Ш., а С. - при пособничестве последнего. Они с Ш. похитили также видеоплеер.

Помимо этого Г. подробно рассказал об обстоятельствах, при которых было совершено их убийство и действиях каждого из осужденных.

Так, из этих его показаний на предварительном следствии усматривается, что они с Ш. 22 ноября 2001 года около 6 часов вечера пошли к С.Р. Дверь им открыл ее брат С., который дал им воды. Когда же С. и С.Р. стали их обзывать и выгонять из квартиры, он, Г., молотком стал наносить удары С. по голове. Ш. в это время стал избивать С.Р. и повалил ее на пол. Нанеся удары С., он несколько раз ударил молотком по голове и С.Р.Ш. в это время зажимал ей рот и бил. Когда же молоток сломался, он, Г., на кухне взял ножи и ими нанес удары С.Р. и С. При ударах молоток он держал в правой руке. После убийства они из квартиры похитили видеоплеер и ушли. Его руки были испачканы кровью и он их протер снегом.

Противоречий в вышеуказанных показаниях осужденного Г. на предварительном следствии, ставящих их под сомнение, не имеется.

В деле нет данных, которые давали бы основание признать, что, давая эти показания на предварительном следствии, Г. оговорил Ш.

При проверке материалов дела не нашли подтверждения ссылки в жалобах на то, что он вышеуказанные показания на предварительном следствии дал в результате недозволенных методов ведения следствия и что при даче этих показаний он находился состоянии шока.

Частичный отказ Г. от этих показаний не исключает их из числа доказательств, поскольку они подтверждены показаниями потерпевшего С.Ф., обнаруживавшего трупы своих детей в прихожей квартиры и пропажу видеоплеера "Акай" стоимостью 3000 рублей, о том, что обнаруженные на месте происшествия ножи принадлежат их семье, молоток же им не принадлежит, показаниями самого Ш. о краже из квартиры потерпевших видеоплеера "Акай".

Показания Г. на предварительном следствии объективно подтверждены протоколом осмотра места происшествия относительно обнаружения трупов С. и С.Р., ножа с погнутым клинком, черенка молотка и рукоятки ножа, заключениями судебно-медицинского эксперта о характере и степени тяжести причиненных им телесных повреждений и причине их смерти, актом судебно-медицинской экспертизы, из которого видно, что из тела С.Р. были извлечены нож и клинок ножа, заключением эксперта-биолога, согласно которому на смывах с рук Г. и Ш. была обнаружена кровь, заключением эксперта, проводившего дактилоскопическую экспертизу, о том, что на одной из коробок, находившихся в шифоньере квартиры С. и С.Р., имелись отпечатки пальцев рук обоих осужденных, а также другими доказательствами, полно и правильно приведенными в приговоре.

Противоречий в показаниях свидетелей А., А.Н. и С., ставящих их под сомнение, не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, при проверке материалов дела не установлено.

Не установлено и нарушения судом гарантированного законом права осужденного Г. на защиту.

Судом проверено заявление осужденного Ш. об алиби и отвергнуто, так как оно материалами дела опровергнуто.

В описательно-мотивировочной части приговора указано время и другие обстоятельства совершения преступления.

Исходя из показаний осужденного Г. на предварительном следствии, суд пришел к правильному выводу, что убийство брата и сестры С. и С.Р. было совершено на почве возникшей с ними ссоры.

При этом из этих его показаний усматривается, что при совершении вмененных ему действий он не находился в состоянии аффекта.

Доводы в жалобе потерпевшего С.Ф. о причастности других лиц к убийству его детей органами следствия проверялись и ими не установлена. Новых данных о причастности кого-либо к совершению этого преступления в судебном заседании не добыто. Не указаны они и в его жалобе.

Данных о том, что убийство его детей было совершено при разбойном нападении, в деле не имеется.

Таким образом, вывод суда о виновности Г. и Ш. основан на добытых по делу доказательствах, достоверность которых не вызывает сомнений у кассационной инстанции.

При таких данных ссылка в жалобах на неисследованность материалов дела является неубедительной.

Само по себе, то обстоятельство, что в судебном заседании не были просмотрены видеозаписи следственных экспериментов, не опровергает вывод суда о виновности Г., поскольку его вина подтверждена всеми другими приведенными в приговоре доказательствами.

Юридическая квалификация содеянного Г. по ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" и 158 ч. 2 п. "а" УК РФ и Ш. по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ является правильной.

Вместе с тем, правильно установив фактические обстоятельства дела, суд ошибочно квалифицировал действий Ш. по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ.

Как указано в приговоре, убийство С. и С.Р. осужденный Ш. совершил группой лиц.

В то же время, правильно придя к выводу, что убийство С.Р. он совершил группой лиц, суд ошибочно указал в приговоре, что и убийство С. было им совершено группой лиц.

Как видно из дела данный вывод суда основан на предположении.

В то же время согласно требованиям ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Из показаний осужденного Г. на предварительном следствии, которые по мнению суда являются бесспорным доказательством вины Ш. в содеянном, усматривается, что он участия в убийстве С. не принимал, а только оказал пособничество Г. в его убийстве.

При таких данных содеянное осужденным Ш. подпадает под признаки преступлений, предусмотренных ст. 105 ч. 2 п. "ж" и ст. ст. 33 п. 5 и ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ, по которым и надлежит квалифицировать его действия.

В связи с изменением правовой оценки содеянного Ш. необходимо внести в приговор соответствующее изменение относительно осужденного Г., поскольку убийство С. он совершил не группой лиц.

По делу была проведена комплексная судебно-психолого-психиатрическая эксперта. Проводившие ее эксперты пришли к выводу, что Г. психическим заболеванием не страдает, может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. Во временном расстройстве психической деятельности он также не находился. Помимо этого они исключили у него и состояние физиологического аффекта.

Заключение экспертов было проверено в судебном заседании, его обоснованность у суда не вызвала сомнений и суд правильно пришел к выводу, что он во меняемом состоянии совершил инкриминируемые ему деяния.

Наказание осужденным Г. и Ш. (последнему по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ) назначено в соответствии с требованиями закона с учетом содеянного, данных о личности, несовершеннолетнего возраста Г. и судебная коллегия не находит оснований для его снижения, а также отмены приговора за мягкостью назначенного им наказания.

При назначении Ш. наказания по ст. 105 ч. 2 п. "ж" и ст. ст. 33 п. 5 и 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности указанных преступлений и данные о его личности.

Что же касается решения суда относительно гражданского иска, то приговор в этой части подлежит отмене с направлением дела на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, поскольку он потерпевшим был заявлен в ходе судебного следствия, а не до его начала.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 5 апреля 2002 года в отношении Ш. и Г. изменить:

переквалифицировать действия Ш. со ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" на ст. 105 ч. 2 п. "ж" и ст. ст. 33 п. 5 и 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ, назначив ему лишение свободы по ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ на 18 лет и по ст. ст. 33 п. 5 и 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" УК РФ на 15 лет,

исключить из приговора указание о совершении Г. убийства С. группой лиц.

По совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 ч. 2 п. "ж", ст. ст. 33 п. 5 и 105 ч. 2 п. п. "а", "ж" и ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно Ш. назначить 21 (двадцать один) год лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Этот же приговор в части гражданского иска отменить, а дело направить на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

В остальном приговор о них оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"