||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 10 июля 2002 г. N 67-о01-75

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в составе:

председательствующего - Разумова С.А.

судей - Глазуновой Л.И. и Коннова В.С.

рассмотрела в судебном заседании от 10 июля 2002 года кассационные жалобы осужденных К.А.Ю., Б. и адвокатов Брагиной Э.А., Осипова О.Ю. на приговор Новосибирского областного суда от 24 июля 2001 года, которым

К.А.Ю., <...>, русский, с неполным средним образованием, ранее не судимый, -

осужден по п. п. "ж", "к", "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к четырнадцати годам лишения свободы; по п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ - к двум годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к пятнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Б., <...>, русский, со средним образованием, не работавший, ранее не судимый, -

осужден по п. п. "ж", "к", "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к четырнадцати годам лишения свободы; по п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ - к двум годам лишения свободы; по совокупности преступлений, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к пятнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с назначением на основании п. "г" ч. 1 ст. 97 и ч. 2 ст. 99 УК РФ принудительной меры медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра от алкоголизма.

Постановлено взыскать солидарно с К.А.Ю. и Б. в пользу К.И.С. в возмещение материального ущерба 640 руб.

К.А.Ю. и Б. признаны виновными и осуждены за убийство К.А.В., 1979 года рождения, совершенное 13 ноября 2000 года группой лиц на почве личных неприязненных отношений; за кражу имущества К.А.В. на сумму 850 руб., совершенную в ночь с 13 на 14 ноября 2000 года группой лиц по предварительному сговору и с незаконным проникновением в жилище; за убийство П., 1956 года рождения, совершенное 14 ноября 2000 года неоднократно, по предварительному сговору группой лиц и с целью сокрытия другого преступления (убийства К.А.В.).

Заслушав доклад судьи Коннова В.С., объяснения осужденных К.А.Ю., Б., К.А.Н., мнение прокурора Козусевой Н.А., полагавшей судебное решение в отношении К.А.Ю. и Б. без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационных жалобах:

- осужденный К.А.Ю. просит отменить приговор и прекратить дальнейшее производство по делу, ссылаясь на несовершение им преступлений и необоснованность приговора. Считает, что предварительное следствие проведено с нарушениями уголовно-процессуального законодательства, а судебное разбирательство - односторонне, с обвинительным уклоном. Полагает, что доказательства оценены неверно;

- адвокат Брагина Э.А. в защиту интересов осужденного К.А.Ю. просит отменить приговор и прекратить дальнейшее производство по делу, ссылаясь на недоказанность вины К.А.Ю., на неправильную оценку доказательств и необоснованное неприобщение к материалам дела записок К.А.Н.;

- осужденный Б. просит отменить приговор и направить дело на новое расследование, ссылаясь на то, что он преступлений не совершал, на неправильную оценку доказательств, на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. Считает, что предварительное и судебное следствие проведены с нарушениями уголовно-процессуального законодательства, а протокол судебного заседания искажен. Обращает внимание на то, что орудие убийств - нож, не найдено;

- адвокат Осипов О.Ю. в защиту интересов осужденного Б. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на недоказанность вины Б., на неправильную оценку доказательств и на неприобщение к материалам дела записок К.А.Н.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор в отношении К.А.Ю. и Б. законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Виновность К.А.Ю. и Б. в содеянном ими подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Судом проверялись доводы о применении к К.А.Ю. и Б. незаконных методов расследования, однако эти доводы не подтвердились и правильно отвергнуты судом как несостоятельные.

Как следует из материалов дела, 16 ноября 2000 года в отношении К.А.Ю. была проведена судебно-медицинская экспертиза, у него были обнаружены ссадины и раны, образовавшиеся около 2 - 3 суток до момента осмотра (то есть 13 - 14 ноября 2000 года), а задержан он был в день проведения экспертизы - 16 ноября 2000 года. Других телесных повреждений у него обнаружено не было (л.д. 66 - 67 т. 1). Его допрос проводился с 14 час. 25 мин. 17 ноября 2000 года (задержан он был в 18 час. 30 мин. 16 ноября 2000 года) с участием адвоката и, как видно из протокола допроса, ни он, ни адвокат не заявляли о нахождении К.А.Ю. в состоянии опьянения. К.А.Ю. в протоколе делал собственноручные записи и их содержание и исполнение не свидетельствуют, что они сделаны пьяным человеком (л.д. 79 - 81 т. 1).

Б. в своем заявлении, именуемом "явка с повинной", указывал, что написал его собственноручно, без принуждения со стороны сотрудников милиции (т. 1 л.д. 33). При допросе в качестве подозреваемого 15 ноября 2000 года он указывал, что сотрудники милиции и прокуратуры к нему никакого психического и физического воздействия не оказывали. Явку с повинной и свои показания при допросе он давал добровольно, без какого-либо принуждения (т. 1 л.д. 36). Аналогичные показания он давал при допросе 22 января 2001 года и в судебном заседании 29 марта - 19 апреля 2001 года (т. 1 л.д. 248; т. 3 л.д. 37, 38, 65). При проведении судебно-психиатрической экспертизы и при допросах 22 января и 12 марта 2001 года он указывал причиной изменения им показаний, что он боялся К.А.Н. (т. 1 л.д. 181, 248; т. 2 л.д. 43). Б. был задержан 15 ноября 2000 года, на следующий день ему была проведена судебно-медицинская экспертиза, не обнаружившая каких-либо телесных повреждений, образование которых было возможно ранее 14 ноября 2000 года (л.д. 34, 68 - 69 т. 1).

Их доводы также опровергаются приведенными в приговоре показаниями свидетеля Х.

При таких данных указанные доводы К.А.Ю. и Б. противоречат материалам дела и являются несостоятельными.

Участие адвоката в написании заявления задержанного уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрено. Как следует из протокола, при разъяснении права на защиту Б. заявил, что в услугах адвоката он нуждается с момента предъявления обвинения (л.д. 35 т. 1). При таких данных его допрос в качестве подозреваемого в отсутствием адвоката не является нарушением права Б. на защиту. Написание заявления подозреваемым после задержания, именуемое им "явка с повинной", фактически не являющееся явкой с повинной, не свидетельствует о недопустимости такого документа (заявления) в качестве источника доказательств по делу.

Как пояснял в ходе предварительного следствия К.А.Ю., при совместном употреблении спиртного в сторожке К.А.В. стал скандалить и он (К.А.Ю.) и К.А.Н. ушли из сторожки к нему домой. Когда уже стемнело, к ним в дверь стал кто-то стучать. Когда он и К.А.Н. вышли на улицу, то увидели, что пришли К.А.В. и Б., в итоге у них получилась драка, К.А.В. сразу начал драться с ним. Затем драка закончилась (л.д. 80 т. 1).

Аналогичные показания в ходе предварительного следствия давал и Б., который, кроме того, пояснял, что когда произошла драка, он и К. отбежали к перекрестку. Когда он вернулся к дому К.А.Ю., то у дома на земле лежал сторож, был он без одежды, на его теле была кровь, он не двигался. К.А.Ю. и К.А.Н. просили оттащить сторожа (л.д. 33, 37, 88 - 89 т. 1).

Из показаний свидетеля С. следует, что вечером 13 ноября 2000 года у дома К.А.Ю. была толпа, раздавались крики и ругань, он понял, что там происходит драка.

Свидетель К.А.Ю., отец осужденного К.А.Ю., также пояснял, что после того, как стучали в дверь их дома, началась драка, драка была на улице (т. 1 л.д. 29; т. 3 л.д. 58).

Подсудимый К.А.Н. также пояснял, что у дома К. между К.А.В. и К.А.Ю. произошла драка, К.А.В. разбил К.А.Ю. нос, они стали избивать К.А.В. и тот потерял сознание.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы видно, что у К.А.Ю. имелись: ссадины - в области спинки носа, над верхним краем левой брови; поверхностная рана на волосистой части головы; а также - ссадины и раны на руках, образование которых возможно 13 ноября 2000 года (л.д. 66 - 67 т. 1).

Указанные доказательства подтверждают наличие драки между К.А.В. и К.А.Ю. и наличие мотива у осужденных для убийства К.А.В.

Как пояснял подсудимый К.А.Н., после того, как от избиения у дома К.А.Ю. К.А.В. потерял сознание, они втроем (он, К.А.Ю. и Б.) отнесли К.А.В. на пустырь и бросили его на тропинку. Здесь К.А.В. пришел в сознание и стал нецензурно выражаться, и они втроем вновь стали его избивать. Затем он пошел к охраннику завода и под предлогом передать закуску, взял у него нож. Вернувшись с ножом на пустырь, он увидел, что лежавшего К.А.В. прижимали к земле ремнем, накинутым на шею, К.А.Ю. и Б. Он приставил к шее К.А.В. нож и потребовал извинений, но тот вновь выразился нецензурно, и он решил убить его, нанес К.А.В. не менее 4 ударов ножом в грудь и живот, при этом К.А.Ю. и Б., видя его действия, продолжали ремнем удерживать К.А.В. Затем Б. выхватил у него нож и сам нанес ножом К.А.В. не менее 3 - 4 ударов в область груди и живота. После этого он взял у Б. нож и перерезал им горло К.А.В. под ремнем (по смысловому содержанию, под ремнем - означает не за ремнем, а ниже расположения ремня на шее), который держали К.А.Ю. и Б. Когда они вернулись втроем в дом К.А.Ю., то Б. сжег свою тельняшку, так как после убийства К.А.В. она была вся в крови.

Суд обоснованно признал достоверными приведенные показания К.А.Н., поскольку аналогичные обстоятельства он излагал в своем заявлении, именуемом "явкой с повинной", и при допросах 16 ноября 2000 года, 11 марта 2001 года (т. 1 л.д. 39; 48 - 52, 53; т. 2 л.д. 28 - 29), и эти его показания соответствуют другим доказательствам. С учетом несовершеннолетнего возраста К.А.Н. при совершении преступлений, его изменение показаний в интересах К.А.Ю. и Б., ранее совершавших преступления и осуждавшихся взрослых лиц, с учетом показаний свидетеля К.А.Ю., отца осужденного К.А.Ю., что после совершения преступления, когда он разговаривал с ребятами, К.А.Н. говорил, что он "всю вину возьмет на себя" (т. 3 л.д. 57); показаний К.А.Н. в ходе предварительного следствия о том, что ему неудобно перед бывшим знакомым Б. (т. 1 л.д. 253 - 254), суд дал надлежащую оценку изменению показаний К.А.Н.

Как следует из показаний свидетеля К., отца осужденного К.А.Ю., когда сын с друзьями вернулся домой, то он (его сын - К.А.Ю.) рассказал, что они убили двоих, один из них - сторож садов; что они натворили дел и в результате за ними два трупа (т. 1 л.д. 29, 217). Потом он почувствовал запах гари и, выглянув, увидел, что на кухне Б. сжигал какие-то вещи, он разглядел его тельняшку, его затолкали обратно в комнату (л.д. 32 т. 1; л.д. 56 т. 3; л.д. 36 т. 4).

Приведенные показания свидетеля К. соответствуют указанным показаниям К.А.Н.

Из показаний Б. видно, что после того, как К.А.Ю. и К.А.Н. попросили помочь отнести лежавшего сторожа, чтобы его никто не видел, он и К.А.Ю. - за ноги, К.А.Н. - за руки, отнесли его на пустырь и положили на снег. Он и К.А.Ю. остались стоять рядом со сторожем, а К.А.Н. куда-то убежал и через несколько минут вернулся с ножом. Ремень ему дал К.А.Ю. К.А.Н. наносил сторожу удары ножом, а затем - перерезал ему горло (т. 1 л.д. 33, 36, 89, 90; т. 3 л.д. 65). На газовой плите К.А.Ю. он сжег свой тельник, так как на нем была кровь К.А.В. (т. 3 л.д. 36; т. 4 л.д. 30).

К.А.Ю. пояснял, что он действительно давал старый черный ремень (т. 3 л.д. 43 - 44). Он был на пустыре и видел находившихся там Б. и К.А.Н. и лежавшего на тропинке К.А.В., который был без одежды и грудь которого вся была в крови (л.д. 80 - 81). Впоследствии отец говорил ему, что Б. сжигал на их газовой плите какие-то вещи.

Из заключений судебно-медицинских экспертиз следует, что смерть К.А.В. наступила от множественных (13) проникающих колото-резаных ранений груди и живота с повреждением сердца, легких, печени с массивным внутренним кровотечением. Также на трупе имелись 4 резаных раны мягких тканей затылочной области головы и резаная рана мягких тканей шеи. Кроме того, на трупе имелись множественные ушибы мягких тканей. Кровоподтеки и ссадины на шее К.А.В. могли образоваться от сдавления шеи ремнем.

Протоколом подтверждается, что обнаруженный на месте происшествия ремень имел наружную поверхность черного цвета (л.д. 3 т. 1).

При таких данных, с учетом приведенных показаний К.А.Н. и свидетеля К.Ю.А., а также с учетом того, что избитого, но живого К.А.В. К.А.Ю. и Б. стали относить от дома на пустырь, а унеся его туда, не ушли, пока ударами ножа К.А.В. не был убит; что К.А.Ю. давал ремень, а этим событиям предшествовала драка между К.А.Ю. и К.А.В.; что тельняшка Б. оказалась в крови и он уничтожал ее, с учетом приведенных доказательств суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины К.А.Ю. и Б. в соисполнительстве группового убийства К.А.В.

Ссылка в жалобе Б. на то, что если бы они удерживали К.А.В. ремнем, то не мог бы говорить, не основана на доказательствах и материалах дела. Сила надавливания ремнем на шею не препятствовала произнесению слов, что видно из того, что смерть К.А.В. наступила не от механической асфиксии при удушении.

Необнаружение ножа не влияет на выводы суда о виновности К.А.Ю. и Б. в содеянном, выводы об их виновности суд делал на основании других доказательств.

Ссылка на то, что не найден и не допрошен сторож завода, который дал нож К.А.Н., не влияет на законность и обоснованность приговора, поскольку, как следует из материалов дела, указываемый сторож очевидцем убийства не был и ему никто из осужденных не сообщал обстоятельства убийства. Кроме того, данная ссылка не основана на законе, поскольку в обязанности суда не входит сбор дополнительных доказательств, а как видно из протокола, никто из участников процесса не заявлял ходатайства об установлении и допросе такого лица. Конституционный принцип осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон в данном случае судом не нарушен.

Необнаружение крови на куртке К.А.Ю. не свидетельствует о его невиновности в убийстве, поскольку сам он не признан виновным в нанесении ударов ножом и, кроме того, он был задержан спустя значительное время после происшедшего, когда он имел реальную возможность уничтожить следы крови, если они имелись, со своей куртки.

Его довод, что он был в трико и ремня у него не было, не соответствует имеющимся доказательствам. Ни он сам, ни его отец видетель К., таких показаний не давали.

Уничтожение камуфлированной одежды К.А.Н. не влияет на законность и обоснованность приговора. Уничтожение этой одежды проводилось не следственно-судебными органами, а сотрудниками следственного изолятора в соответствии с приказом Министра юстиции РФ N 148 от 12 мая 2000 г. "О правилах внутреннего распорядка и содержания обвиняемых и подозреваемых в следственных изоляторах" (т. 1 л.д. 137, 138).

Как следует из акта судебно-медицинской экспертизы и фототаблицы к ней, ранения К.А.В. наносились в различные области (от головы до подвздошной кости), имели различный характер (непроникающие резаные и проникающие колото-резаные) длинники входных отверстий проникающих ранений были различного ориентированы. Как пришел к выводу эксперт, в момент их причинения взаиморасположение потерпевшего и лица, наносящего удары, могло быть различным, при таких данных ссылка жалобы Б. на то, что все ранения К.А.В. наносились одним лицом из одного положения - несостоятельна.

Ссылка в жалобе К.А.Ю. на показания свидетелей К. и М. не влияет на законность и объективность приговора, как видно из их показаний, они не давали показаний о невиновности К.А.Ю. в убийстве К.А.В.

Как пояснял подсудимый К.А.Н., после убийства К.А.В. они втроем решили пойти в сторону, чтобы похитить оттуда что-либо ценное, о чем они договорились между собой. Придя в сторожевой дом, Б. и К.А.Ю. стали собирать вещи, а он складывал их в сумку. Затем они с этой сумкой пришли домой к К.А.Ю.

Аналогичные показания К.А.Н. давал и в ходе предварительного следствия.

Суд обоснованно признал достоверными показания К.А.Н. в указанной части. Объективно его показания подтверждаются протоколом выемки из дома К.А.Ю. похищенных вещей и сумки (л.д. 43 т. 1).

Виновность К.А.Ю. и Б. в краже подтверждается и другими, имеющимися в деле, приведенными в приговоре, доказательствами.

Виновность К.А.Ю. и К.А.Н. в убийстве П. подтверждается:

- показаниями К.А.Н. о том, что К.А.Ю. и Б. договорились с П., чтобы тот помог им спрятать труп К.А.В. Он (К.А.Н.) остался в доме К.А.Ю., а вернувшиеся через некоторое время К.А.Ю. и Б. сообщили, что они убили П. из-за того, что тот мог донести на них в милицию;

- показаниями свидетеля К., отца осужденного К.А.Ю., о том, что вернувшийся сын сообщил, что они убили двоих, один из которых - П.; что они натворили дел и в результате за ними два трупа (т. 1 л.д. 29, 217);

- заявлением Б., именуемого "явкой с повинной", и его показаниями в ходе предварительного следствия о том, что он и К.А.Ю. попросили П. помочь им отнести и спрятать труп сторожа. П. согласился. Они втроем перетащили труп сторожа к забору, справа от тропинки. Потом К.А.Ю. сказал, что надо убить П., потому что он - свидетель. К.А.Ю. снял с себя ремень, накинул его на шею П. и они вдвоем задушили его, потянув ремень в разные стороны. При этом Б. указал детальные подробности происшедшего: что К.А.Ю. завязал ремень на шее П. узлом, узел получился на передней поверхности шеи, указал положение трупа П., в каком они оставили его. Приведенные Б. данные объективно подтверждаются приведенными в приговоре данными протокола осмотра места происшествия и заключения судебно-медицинской экспертизы;

- показаниями подсудимого Б. в судебном заседании о том, что ему ремень давал К.А.Ю. (л.д. 65 т. 3);

- показаниями К.А.Ю. в ходе предварительного следствия о том, что П. душил Б. (т. 1 л.д. 79 - 81).

Изменению показаний допрошенных лиц суд дал надлежащую оценку.

Как следует из постановления следователя от 31 мая 2001 г., уголовное дело в части совершения К.А.Н. убийства П. прекращено за отсутствием состава преступления. Данное постановление не отменено и в установленном законом порядке не признано незаконным.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и дав надлежащую оценку всем доказательствам в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины К.А.Ю. и Б. в содеянном ими и верно квалифицировал действия каждого из них по п. п. "ж", "к", "н" ч. 2 ст. 105 и п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

Судом правильно отказано в приобщении к делу в качестве доказательств записок, полученных непроцессуальным путем, не в соответствии с требованиями закона такие записки, независимо от их авторства, не могут быть признаны допустимыми доказательствами.

Нахождение лычки звания "младший сержант" у ворот дома К., на что ссылается Б., не влияет на законность и обоснованность приговора и на правильность выводов суда в отношении него.

Нахождение на тропинке, ведущей к трупам, аудиокассеты (как признано установленным судом, из домика К.А.В. осужденными были похищены и аудиокассеты) также не влияет на законность и обоснованность приговора, поскольку как следует из материалов дела, труп К.А.В. переносился и убийство П. совершалось после совершения кражи из сторожевого домика К.А.В.

Незаконных действий следователя С. при проведении осмотра места происшествия с участием обвиняемого К.А.Н. не усматривается.

Наказание К.А.Ю. и Б. назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному каждым из них, с учетом данных об их личности, влияния назначенного наказания на их исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

Гражданский иск разрешен судом в соответствии с действующим законодательством.

Принудительная мера медицинского характера назначена Б. в соответствии с требованиями п. "г" ч. 1 ст. 97 и ч. 2 ст. 99 УК РФ и в жалобах не оспаривается.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, как об этом ставится вопрос в жалобах, из материалов дела не усматривается.

Непроведение очных ставок между сообвиняемыми К.А.Ю. и Б. не свидетельствует о неполноте проведенного предварительного следствия. Проведение (либо непроведение) очных ставок является компетенцией следователя и решается им этот вопрос исходя из имеющихся материалов дела, проведение очной ставки между сообвиняемыми не имеет целью преждевременное (до окончания предварительного следствия) ознакомление их с показаниями друг друга. Как видно из материалов дела, К.А.Н. отказался от проведения очной ставки с К.А.Ю. (т. 1 л.д. 254), вследствие чего проведение такой очной ставки было беспредметным.

Проверка показаний обвиняемого К.А.Ю. с выходом на место (на непроведение чего он ссылается в жалобе) при отрицании им своей вины не вызывалась необходимостью.

В соответствии с конституционным принципом осуществления судопроизводства в РФ на основе состязательности сторон органы предварительного следствия представили суду доказательства, которые, по их мнению, подтверждали виновность обвиняемых в предъявленном обвинении, эти доказательства в судебном заседании были исследованы, получили оценку суда и суд пришел к выводам, изложенным в приговоре.

Ссылка в жалобе К.А.Ю. на то, что прокурором не был разрешен его отвод следователю С., не свидетельствует о нарушении закона.

Как следует из материалов дела, следователем С. обвинительное заключение было составлено 1 июня 2001 г. (л.д. 166 т. 4) и утверждено прокурором 8 июня 2001 г., в тот же день - 8 июня 2001 г. - уголовное дело было направлено прокурором в суд (т. 4 л.д. 1). Заявление К.А.Ю. об отводе следователя зарегистрировано 1 июня 2001 г., то есть после окончания предварительного следствия, когда отвод следователя уже невозможен, и поступило в прокуратуру 9 июня 2001 г., то есть когда дела у прокурора не имелось, оно было направлено в суд (т. 13 - 14). Такое заявление правильно было направлено прокурором в суд для сведения и приобщения к делу. Согласно ч. 3 ст. 217 УПК РСФСР после направления дела в суд всякие ходатайства и жалобы по делу направляются непосредственно в суд. Таким образом, в данном случае уголовно-процессуальный закон нарушен не был.

Данное дело органами предварительного следствия - расследовано, а судом с учетом конституционного принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон - рассмотрено всесторонне, полно и объективно. Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом, и надлежащим образом обоснованы, мотивированы.

Принесенные на протокол судебного заседания замечания рассмотрены в установленном законом порядке. По окончании предварительного следствия Б. дважды ознакамливался с материалами дела (т. 2 л.д. 54, т. 3 л.д. 140), дважды в судебных заседаниях материалы дела исследовались в его присутствии и с его участием. С судебным производством по делу он ознакомлен. Очередное - после рассмотрения дела судом - ознакомление осужденного с материалами дела действующим уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Новосибирского областного суда от 24 июля 2001 г. в отношении К.А.Ю. и Б. оставить без изменения, а кассационные жалобы К.А.Ю., Б., Брагиной Э.А. и Осипова О.Ю. - оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий

С.А.РАЗУМОВ

 

Судьи

Л.И.ГЛАЗУНОВА

В.С.КОННОВ

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"