||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 8 июля 2002 года

 

Дело N 35-о02-24

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

 

    председательствующего                             Лутова В.Н.,

    судей                                           Сергеева А.А.,

                                                      Грицких И.И.

 

рассмотрела в судебном заседании от 8 июля 2002 года кассационную жалобу осужденного С. на приговор Тверского областного суда от 22 февраля 2002 года, которым

С., <...>, карел, со средним образованием, холостой, инвалид 3 группы, неработавший, судимый:

10 сентября 1998 года по ст. 30 ч. 3 и ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г", ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в", "г" УК РФ к двум годам одному месяцу лишения свободы, освобожденный из мест лишения свободы 14 июня 2000 года на основании п. 7 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 26 мая 2000 года "Об амнистии...", -

осужден по п. п. "к", "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ к пятнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Заслушав доклад судьи Грицких И.И., объяснения осужденного С., поддержавшего жалобу, мнение прокурора Пеканова И.Т., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

С. признан виновным и осужден за убийство А. в процессе ссоры на почве личных неприязненных отношений и за убийство М. после этого с целью сокрытия убийства А., совершенные при указанных в приговоре обстоятельствах в ночь на 18 августа 2000 года в квартире N 2 дома N 22 по улице Советской г. Лихославля Тверской области.

В кассационной жалобе осужденный С. указывает, что с учетом тяжести совершенного преступления в отношении него должна быть проведена стационарная психиатрическая экспертиза, однако этого органами следствия и судом не сделано.

На следствии он говорил, что преступления он возможно совершил только во время или после приступа эпилепсии. А. и М. в пьяном виде могли обзывать его аморальными словами или иным своим поведением могли вызвать у него приступ эпилепсии, во время которого и были произведены удары ножом вначале А., а потом М. Он определенной цели не имел, в течение 15 минут после приступа мог находиться в невменяемом состоянии. О таком его состоянии поясняли свидетели М.Г., М.А. и другие. Что касается показаний М.Г., то ею многое придумано. Некоторые фразы он мог сказать для большей уверенности, чтобы М.Г. и М.А. поверили ему. М.Г. могла его оговорить.

Материалы дела "искажены и неполны".

С точки зрения осужденного, не приняты во внимание инвалидности у него и его матери.

Виновным себя по ст. 105 ч. 2 п. п. "к", "н" УК РФ признать не может.

В дополнениях к жалобе осужденный утверждает, что М.Г. - заинтересованное лицо, убитые А. - ее брат, а М. - бывший муж. Она подвергалась с его (С.) стороны удушению, о чем оба они умолчали на суде. "Квалификацию своих действий находит неверной, а, отсюда, назначение такого наказания". "Он может и виновен, но не в той степени, как пытались доказать врачи, давая заключение о его вменяемости". По его мнению, его вина заключалась в том, что при его болезни нельзя употреблять спиртное, а он принял 100 граммов самогона.

Обсудив указанные в жалобе осужденного доводы, Судебная коллегия считает, что в ходе судебного разбирательства виновность С. в умышленном причинении смерти А. и М. подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, изложенных в приговоре.

Так, из показаний свидетеля Д.Н. видно, что 17 августа 2000 года в период с 14 до 16 часов она заходила в квартиру к А., где находились и М. с С. Все они были в состоянии опьянения, однако обстановка была спокойной. Побыв там минут 15, она ушла.

22 августа 2000 года к ней пришла М.Г. и сообщила, что по приезде в деревню С. ей (М.Г.) рассказал о том, что убил ножом А. и М.

Из показаний свидетеля Д.В. следует, что около 23 часов 17 августа 2000 года он заходил в квартиру А., так как там было шумно. Дверь ему открыл С., которого он (Д.В.) попросил вести себя в квартире потише. Тот ответил: "Хорошо", - и закрыл дверь. Через дверной проем во время разговора с С. видел еще одного мужчину в квартире.

Уточнил при допросе в судебном заседании, что в квартиру А. в тот день он заходил в 23 часа 57 минут.

Свидетель М.Г. пояснила в судебном заседании, что летом 2000 года ее сожитель С. поехал из деревни Поповка, где они тогда жили, в г. Тверь продавать грибы. Она дала ему ключ от своей комнаты в г. Лихославле, чтобы он мог в ней переночевать, поскольку не успевал на обратный автобус. Эта комната находилась в квартире дома по улице Советской. Вторая комната в той квартире принадлежала А. С. должен был вернуться в деревню утром следующего дня. На С. были одеты спортивные темно-синие брюки, темно-серый пиджак, коричневые полуботинки.

Возвратился С. в Поповку в пиджаке ее брата - А., в других брюках. Свой серый пиджак С. привез в сумке. Находился в подавленном состоянии.

Потом рассказал ей, что с А. и М. распивал спиртное, у него с А. произошла ссора, тот его оскорбил, назвав "козлом", за это он убил его ножом, ударил в правый бок, в печень, а затем ножом убил М., чтобы не было свидетеля убийства А. Говорил, что кому-то из потерпевших перерезал горло.

О происшедшем С. рассказал М.А.

Как следует из показаний свидетеля М.А., 16 августа 2000 года С. уехал продавать грибы. Вернулся в деревню он утром 18 августа. В тот же день во время распития спиртных напитков М.Г. сказала ей, что С. убил А. и М. На ее вопрос осужденный подтвердил слова М.Г., сказав, что зарезал их ножом, достал до печенок, так как они довели его, оставил их в квартире А.

Свои показания М.А. подтверждала в ходе следствия на очной ставке с С.

Свидетель М.В. указал, что 21 августа 2000 года от своей жены узнал, что С. в Лихославле зарезал А. и М. Это подтвердила М.Г., пояснив ему, что знает это от самого С.

Свидетель А.О. пояснила, что М.Г. говорила, что потерпевших убил С.

Свидетель П.С. показал, что в ночь на 22 августа 2000 года он пришел в гости к М.Г. в ее квартиру. Света в квартире не было, входная дверь не была заперта. Войдя в квартиру, прошел по коридору направо и споткнулся. Осветив зажигалкой комнату, увидел лежащего на полу вниз лицом мужчину. Он (П.С.) сразу же покинул квартиру и на следующий день об увиденном сообщил работникам милиции.

Из протокола осмотра места происшествия усматривается, что 22 августа 2000 года в квартире N 2 дома N 22 по улице Советской г. Лихославля были обнаружены трупы А. и М. Труп А. находился на полу возле дивана-кровати в положении лицом вниз в комнате по коридору направо, а труп М. лежал на полу смежной комнаты возле кровати лицом вниз. В правом боку трупа А. был воткнут нож.

Согласно заключений судебно-медицинского эксперта у А. 1964 года рождения имелись: рана шеи слева, проникающая в правую плевральную полость с повреждением ткани правого легкого, 2 раны спины справа, которые были причинены на шее одним ударом, на спине двумя ударами колюще-режущего орудия, которым мог быть нож, изъятый с места преступления. Ранение шеи причинено ударом в направлении слева направо, сверху вниз, спереди назад, являлось опасным для жизни в момент нанесения, квалифицируется как повлекшее тяжкий вред здоровью. Раневые каналы на спине имели направление сверху вниз, справа налево, сзади наперед. Указанные повреждения А. были причинены ему незадолго до наступления его смерти.

Причиной смерти А. явилось ранение шеи слева, проникающее в правую плевральную полость с повреждением ткани правого легкого, которое сопровождалось наружным и внутренним кровотечением, что привело к развитию острой массивной кровопотери.

У М. были выявлены: поверхностные резаные раны (4), колото-резаные раны (3) в области шеи; колото-резаная рана в области груди, проникающая в левую плевральную полость и через диафрагму в полость брюшины с повреждением поперечной ободочной кишки; в области живота колото-резаная рана, проникающая в брюшную полость с повреждением брыжейки тонкого кишечника и желудка, колото-резаная рана, заканчивающаяся в мягких тканях живота; в области спины колото-резаная рана, проникающая в левую плевральную полость с повреждением нижней доли левого легкого.

Ранения груди, живота, спины М. были причинены ударами колюще-режущего орудия, которым мог быть нож, изъятый с места преступления, являлись опасными для жизни в момент нанесения и квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью потерпевшего.

Все повреждения у М. образовались незадолго до наступления его смерти.

Причиной смерти М. явились множественные проникающие колото-резаные ранения груди, живота и спины с повреждением левого легкого, желудка, кишечника, которые сопровождались наружным и внутренним кровотечением, что привело к острой массивной кровопотере.

Смерть потерпевших могла наступить в установленное судом время.

После задержания у С. была изъята рубашка, как установлено по делу, принадлежавшая ему.

Заключением судебно-биологической экспертизы установлено, что на этой рубашке была обнаружена кровь человека, которая могла принадлежать потерпевшему М. и не могла произойти от С.

Проверив доказательства, оценив их с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, все собранные доказательства в их совокупности достаточными для разрешения дела, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины С. в убийстве А. в процессе ссоры на почве личных неприязненных отношений и в - убийстве М. с целью сокрытия убийства А., неоднократно.

Действия С. по ст. 105 ч. 2 п. п. "к", "н" УК РФ судом квалифицированы правильно.

Положенные в основу обвинения С. доказательства получены в установленном законом порядке, их допустимость сомнений не вызывает.

Показания осужденного, свидетелей, которые они давали в ходе предварительного расследования и в судебном заседании судом проверены, всем им при постановлении приговора дана верная юридическая оценка.

Не доверять показаниям М.Г. у суда оснований не было. Как правильно установлено судом, М.Г. на предварительном следствии и в судебном заседании давала последовательные показания. Противоречий в ее пояснениях не имеется. Показания М.Г. подтверждаются другими доказательствами по делу. М.Г. утверждала в суде, что отношения у нее с С. нормальные, его она не оговаривает. Сам С. признал в судебном заседании, что по приезде в деревню Поповка, застав дома М.Г., говорил ей, что ее брата - А. и мужа - М. уже нет. В тот же день, когда они были у М.А., последняя спрашивала его, действительно ли он убил потерпевших, он это признал, отвечал утвердительно.

Оговора С. со стороны свидетелей, в том числе М.Г., Судебная коллегия не усматривает.

Ссылки осужденного на то, что об убийстве потерпевших М.Г., М.А. он говорил в шутку, суд обоснованно признал несостоятельными.

О лишении им жизни А. и М. С. сообщил названным свидетелям за четверо суток до обнаружения трупов потерпевших, рассказывал обстоятельства преступления, которые могли быть известны только лицу, совершившему убийства, нашедшие подтверждение в ходе предварительного расследования и в судебном заседании.

Данных, свидетельствующих о применении в ходе предварительного расследования незаконных методов ведения следствия, по делу не установлено.

Использование в качестве орудия преступления - ножа, нанесение им с достаточной силой ударов в жизненно важные органы потерпевших, характер и локализация причиненных телесных повреждений свидетельствуют о наличии у С. умысла на лишение жизни А. и М.

Между его действиями и наступившими последствиями - смертью потерпевших имеется прямая причинная связь.

Мотив посягательства С. на А. и М. проверялся, он установлен и правильно указан в приговоре.

Действовал осужденный в отношении потерпевших сознательно, последовательно, целенаправленно.

Личность С., его психическое состояние исследованы с достаточной полнотой.

По заключению судебно-психиатрической экспертизы С. обнаруживает признаки органического поражения головного мозга травматического генеза с интеллектуально-мнестическим снижением и эписиндромом, однако указанные экспертами расстройства не столь выражены и при сохранности у него критических способностей мышления не лишают возможности С. осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Во время инкриминируемых ему деяний с 17 по 19 августа 2000 года С. не находился в состоянии временного болезненного расстройства психической деятельности, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Данные о личности, обстоятельства по делу экспертам были известны, в ходе проведения экспертизы они были предметом исследования, получили оценку в заключении врачей-экспертов. Выводы экспертов мотивированы, они соответствуют доказательствам по делу, не противоречат им.

С учетом данного заключения, личности осужденного, всех установленных по делу обстоятельств в отношении инкриминируемых ему деяний суд обоснованно С. признал вменяемым.

Не соглашаться с таким выводом суда оснований не имеется.

Для проведения в отношении осужденного повторной, в том числе стационарной, судебно-психиатрической экспертизы, о чем С. указывает в своей жалобе, оснований не установлено.

Доказательства по делу не свидетельствуют о насилии, издевательствах или о тяжком оскорблении С. со стороны потерпевших. Ссора у С. с А. возникла на почве их обоюдного алкогольного опьянения, во время совместного распития спиртных напитков. Убийство М. С. совершил с целью сокрытия своих действий в отношении А., чтобы избавиться от свидетеля.

Суд обоснованно признал, что в той ситуации, при совершении убийства потерпевших, в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения или в состоянии необходимой обороны С. не находился.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, органами следствия и судом не допущено.

Наказание С. назначено с учетом требований ст. ст. 6, 60 УК РФ. Состояние здоровья осужденного и его матери, как о том отмечает С. в жалобе, суду при постановлении приговора было известно, при назначении наказания эти данные приняты во внимание, они, а также неправильное поведение потерпевшего А. признаны обстоятельствами, смягчающими наказание. Назначенное осужденному наказание по своему виду и размеру чрезмерно суровым, несправедливым не является.

Для смягчения С. наказания Судебная коллегия оснований не находит.

Кассационная жалоба осужденного удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Тверского областного суда от 22 февраля 2002 года в отношении С. оставить без изменения, а его кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий

В.Н.ЛУТОВ

 

Судьи

А.А.СЕРГЕЕВ

И.И.ГРИЦКИХ

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"