||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 3 июля 2002 г. N 41-кпО02-75

 

Предс.: Боровиков В.П.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

в составе председательствующего Кочина В.В.

судей: Шишлянникова В.Ф. и Кудрявцевой Е.П.

рассмотрела в судебном заседании от 3 июля 2002 года дело по частному протесту прокурора на определение Ростовского областного суда от 16 апреля 2002 года, которым уголовное дело по обвинению

И., <...>, проживавшего в том же населенном пункте <...>,

в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "д", "ж", "к", 222 ч. 2 и 226 ч. 4 п. "б" УК РФ

М., <...>, проживавшего в том же населенном пункте <...>,

в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "д", "ж", "к", 226 ч. 4 п. "б" УК РФ направлено прокурору Чеченской Республики для производства дополнительного расследования.

Заслушав доклад судьи Шишлянникова В.Ф., заключение прокурора Башмакова А.М., поддержавшего доводы протеста, судебная коллегия

 

установила:

 

И. и М. обвиняются в том, что 1 марта 2001 года примерно в 21 час 30 минут на окраине села Новое Солкушино совершили умышленное убийство военнослужащих Федеральных войск В., Ж., Е. и похитили у них оружие.

Основанием для направления уголовного дела для производства дополнительного расследования, по мнению суда, послужила неполнота предварительного следствия, которая не может быть восполнена в судебном заседании.

Как указано в определении суда, неполнота предварительного следствия выразилась в том, что не установлена дата совершения преступления, а указанная в процессуальных документах обвинения дата не подтверждается заключениями судебно-медицинских экспертиз, не проверено алиби подсудимых о невозможности одновременного совершения инкриминируемого деяния и административного правонарушения, за совершение которого они 11 марта 2001 года были подвергнуты аресту, не проверена версия об убийстве военнослужащих 5 марта 2001 года другими лицами, не устранены противоречия по поводу номера подствольного гранатомета, похищенного у потерпевших, не проверены доводы защиты о применении к подсудимым на первоначальном этапе предварительного следствия незаконных методов расследования.

В частном протесте указывается на необоснованность направления дела для дополнительного расследования и ставится вопрос об отмене определения и направлении дела на новое рассмотрение.

Проверив материалы дела, обсудив доводы частного протеста, судебная коллегия находит, что протест подлежит удовлетворению, определение суда отмене, а дело направлению на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 232 УПК РСФСР и с учетом положений, содержащихся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 20 апреля 1999 года N 7-П, дело могло быть направлено для дополнительного расследования в случае неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, которая не может быть восполнена в судебном заседании, только при наличии об этом ходатайства одной из сторон, при этом суд не обязан следовать этому ходатайству во всяком случае и возвращать дело для производства дополнительного расследования, а вправе вынести приговор, основываясь в том числе на конституционном требовании о толковании неустранимых сомнений в пользу обвиняемого.

В определении или в постановлении суда в зависимости от обстоятельств, послуживших основанием для возвращения дела для дополнительного расследования должно быть указано, в чем конкретно выразилась неполнота произведенного дознания или предварительного следствия и почему суд лишен возможности восполнить ее в судебном заседании по ходатайствам участников процесса.

Направляя данное уголовное дело для производства дополнительного расследования, суд не учел в полной мере этих положений закона.

Так, подсудимые И. и М. обвиняются в совершении преступлений, имевших место 1 марта 2001 года примерно в 22 часа 30 минут.

Проведенные в ходе предварительного следствия судебно-медицинские экспертизы в отношении убитых Ж., В. и Е. установили, что смерть военнослужащих могла наступить за 4 - 6 дней суток до момента исследования трупов в морге. Исследование трупов проводилось 11 марта 2001 года. В ходе судебного разбирательства была проведена дополнительная судебно-медицинская экспертиза и на разрешение экспертов был поставлен ряд вопросов, в том числе и вопрос о времени наступления смерти. Эксперты в своем заключении в категорической форме указали, что смерть военнослужащих не могла наступить 1 марта 2001 года. Не могла она наступить и 2, 3, 4 марта 2001 года. По мнению экспертов, смерть военнослужащих наступила 5 - 7 марта 2001 года.

Указанное противоречие суд считает существенным и неустранимым в ходе судебного разбирательства.

В соответствии со ст. 74 УПК РФ, доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых устанавливается наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В качестве доказательств допускаются: показания подозреваемого, обвиняемого, показания потерпевшего, свидетеля, заключение и показания эксперта, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы. При этом следует иметь в виду, что по смыслу закона заключение экспертов должно оцениваться в совокупности с другими доказательствами, оно не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, подлежит оценке по внутреннему убеждению судей, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела.

Таким образом, заключение судебно-медицинской экспертизы о причине и времени наступления смерти военнослужащих Ж., В. и Е. является доказательством наряду с другими доказательствами, не обладающим преимуществом и подлежащим тщательной и всесторонней оценке в совокупности со всеми материалами дела, представленными органами предварительного следствия, в том числе показаниями И. и М., неоднократно в ходе предварительного следствия утверждавшими о том, что военнослужащие были убиты именно 1 марта 2001 года.

Без достаточных оснований судом сделан вывод и о том, что органами следствия не устранены противоречия относительно совершения обвиняемыми инкриминируемых деяний и административного правонарушения.

Из материалов дела (т. 2 л.д. 155 - 156) усматривается, что 11 марта 2001 года И. и М. были подвергнуты административному аресту на 7 суток за совершение административного правонарушения, имевшего место 1 марта 2001 года в 22 часа 30 минут в селе Новое Солкушино по ул. Первомайской 1. В то же время, им предъявлено обвинение в совершении преступлений, имевших место 1 марта 2001 года примерно в 22 часа 30 минут на окраине того же села.

Направляя дело для дополнительного расследования, суд сослался на то, что согласно предъявленному обвинению И. и М. в одно и то же время находились в разных местах.

Однако данное обстоятельство также не могло служить основанием для возвращения дела на дополнительное расследование, поскольку имеющееся противоречие могло быть устранено в ходе судебного следствия.

Так, И. и М. показывали, что 1 марта 2001 года они около 22 часов совместно с Н. находились в 2-этажном доме по ул. Первомайской. Конфликт с Н.Т. произошел около 22 часов. Спустя некоторое время после происшедшего, они видели как Е., ушел вместе с солдатами в сторону поляны, которая находится на окраине села по ул. Первомайской, 1. То есть, из показаний И. и М. видно, что дом по ул. Первомайской 1 является последним домом в селе и сразу за ним расположено то место, где было совершено убийство военнослужащих (окраина села). Данный факт подтверждается протоколом дополнительного осмотра места происшествия с участием И. с применением видеозаписи. Этим обстоятельствам суд не дал должной оценки.

Кроме того, из текста обвинительного заключения видно, что И. и М. обвиняются в совершении преступления, которое было совершено ими 1 марта 2001 года примерно в 22 часа 30 минут, то есть предварительным следствием не утверждается, что преступление было совершено именно в 22 часа 30 минут.

Не могут являться основанием для направления дела на дополнительное расследование имеющиеся противоречия по поводу номера подствольного гранатомета, похищенного у потерпевших,

Из материалов дела видно, что, заступая на пост, военнослужащий Ж. 1 марта 2001 года получил в свое распоряжение автомат АКС-74 N 943000 и подствольный гранатомет ГП-25 N 481259.

Согласно протоколу осмотра места происшествия с участием И. (т. 1 л.д. 169 - 182) последний указал место, откуда был изъят подствольный гранатомет N 1396, хищение которого и было вменено в вину подсудимым.

Как правильно указано в протесте, выявленные в ходе судебного следствия противоречия в номере подствольного гранатомета N 1396, обнаруженного при осмотре места происшествия с участием И., и подствольного гранатомета ГП-25 N 481259, похищенного у военнослужащего Ж., который он получил 1 марта 2001 года в свое распоряжение, заступая на пост, могли быть устранены в судебном заседании путем допроса свидетеля Т.А., являющегося заместителем командира батальона по работе с личным составом воинской части N 6776 ВВ МВД РФ и О. - начальника разведки воинской части N 6776 ВВ МВД РФ. Эти свидетели в ходе предварительного следствия показывали о том, какое оружие было закреплено за военнослужащими, и могли бы пояснить причины различия номеров на подствольном гранатомете, похищенном у Ж. Однако суд, имея реальную возможность допросить указанных свидетелей, этого не сделал.

При этом, судом не было принято во внимание и то обстоятельство, что остальное оружие, которое было похищено у убитых военнослужащих и обнаруженное при осмотре места происшествия с участием И., по номерам совпало полностью.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда о том, что органами следствия не проверены доводы защиты о применении к подсудимым на первоначальном этапе предварительного следствия незаконных методов расследования.

Как видно из материалов дела, по заявлению И. и М. о применении незаконных методов следствия была проведена прокурорская проверка и вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (т. 1 л.д. 224).

Таким образом, доводы И. и М. о применении к ним незаконных методов воздействия были проверены в ходе предварительного следствия.

Не может согласиться судебная коллегия с выводами суда и о том, что органами следствия не проверена версия об убийстве военнослужащих 5 марта 2001 года другими лицами.

На основе собранных доказательств, органы следствия пришли к убеждению о том, что убийство военнослужащих В., Ж., Е. совершили именно И. и М. 1 марта 2001 года.

Суду необходимо тщательно исследовать и глубоко проанализировать все собранные по делу доказательства, дать им надлежащую оценку и постановить приговор (обвинительный либо оправдательный).

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 379, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

определение Ростовского областного суда от 16 апреля 2002 года по уголовному делу по обвинению И. и М. - отменить, а дело направить на новое рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения И. и М. оставить прежней - заключение под стражу.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"