||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 июня 2002 г. N 67-О02-1

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Вячеславова В.К.

судей Коннова В.С. и Русакова В.В.

рассмотрела в судебном заседании от 27 июня 2002 г. дело по кассационным жалобам осужденного С.П. и адвоката Симакова Н.К. на приговор Новосибирского областного суда от 9 ноября 2001 г., которым

С.П., <...>, русский, со средним образованием, ранее не судимый;

осужден по ч. 1 ст. 222 УК РФ - к двум годам лишения свободы; по п. п. "б", "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ - к трем годам лишения свободы; по ст. 317 УК РФ - к семнадцати годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к восемнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с С.П. в пользу Д.Н. в возмещение морального вреда 10.000 рублей.

По данному делу также осужден по ч. 1 ст. 159 УК РФ И., приговор в отношении которого не обжалован и не опротестован.

С.П. признан виновным и осужден: - за открытое похищение имущества С.Т., совершенное в начале января 2001 г. с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья;

- за открытое похищение имущества С.Т., совершенное в конце января 2001 г. неоднократно и с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья;

- за открытое похищение имущества С.Е., совершенное в конце февраля 2001 г. неоднократно и с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья.

- за открытое похищение имущества С.Т., совершенное в период 10 - 11 марта 2001 г. неоднократно и с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья;

- за незаконное ношение 14 марта 2001 г. огнестрельного оружия (обреза охотничьего ружья 16-го калибра) и боеприпасов;

- за посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа - прапорщика милиции Д.С., 1969 года рождения, в целях воспрепятствования его законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, совершенное 14 марта 2001 г.

Преступления совершены им в г. Новосибирске при обстоятельствах, установленных приговором.

В судебном заседании подсудимый С.П. виновным себя не признал.

В кассационных жалобах:

- осужденный С.П. просит вынести справедливое решение, ссылаясь на неправильную оценку доказательств и чрезмерную строгость назначенного ему наказания, считает недоказанным хранение и ношение огнестрельного оружия. Утверждает, что в ходе предварительного следствия к нему и И. применялись незаконные методы расследования, а судебное разбирательство проведено с нарушением требований ст. 20 УПК РСФСР. Пытаясь опорочить показания свидетеля Б. указывает, что его (С.П.) рост 170 см;

- адвокат Симаков Н.К. в защиту интересов осужденного С.П. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на те же доводы, что и осужденный С.П. в своей жалобе, но при этом указывает рост С.П. - 190 см.

Заслушав доклад судьи Коннова В.С., заключение прокурора Костюченко В.В. об оставлении приговора без изменения, проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор в отношении С.П., законным и обоснованным по следующим основаниям:

Виновность С.П. в содеянном им установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Так, потерпевшая С.Т. поясняла, что она приготовила 400 рублей для свидания с дочерью в колонии. Примерно 10 января 2001 г. к ней в квартиру, когда там была ей соседка Т., пришел ранее незнакомый С.П., представился "Сергеем" и в грубой форме стал требовать у нее 300 рублей. Когда она сказала об отсутствии у нее денег, то С.П. заявил, что если у нее нет денег, то он будет разговаривать по-другому и стал угрожать расправой, посоветовал не забывать, что у них есть маленький ребенок. Он открыл свой карман и она, испугавшись его угроз, полагая, что он может причинить вред ребенку, положила туда имевшиеся у нее 400 рублей, после чего С.П. ушел.

В один из дней конца января 2001 г. С.П. вновь пришел к ним в квартиру и снова потребовал деньги - 100 рублей, а когда она отказалась отдать деньги, С.П. взял со стола нож и стал крутить его в руках, интересуясь, не боится ли она за жизнь ребенка, утверждал, что он может "раздеть ее до трусов". Испугавшись, что С.П. может причинить вред ей и ребенку, она отдала ему свои последние деньги - 100 рублей, остававшиеся на питание ребенку.

В начале марта 2001 г. С.П. вновь пришел к ней в квартиру и потребовал деньги - 100 рублей, при этом говорил, что он не хочет применять силу, но если она не отдаст деньги по-хорошему, то он возьмет их по-плохому, и напомнил о наличии маленького ребенка. Испугавшись этих угроз, она отдала С.П. 100 рублей.

Во всех этих случаях С.П. вел себя настойчиво, резко и грубо, произвел на нее жуткое впечатление. Она боялась угроз С.П., полагала, что он реально может привести угрозы в исполнение и причинить вред ей и ребенку, поэтому отдавала ему деньги.

Аналогичные показания давала потерпевшая С.Е., которая, кроме того, поясняла, что в один из дней конца февраля 2001 г., когда она была дома одна с ребенком, пришел С.П. и потребовал 100 рублей денег. Когда она сообщила, что денег у нее нет, С.П. спросил, не боится ли она за своего ребенка. Испугавшись, что С.П. может причинить вред ей и ребенку, она отдала ему 100 рублей.

Протоколом подтверждается опознание С.Е. С.П. как человека, неоднократно под угрозами требовавшего у нее и ее матери деньги.

Аналогичные показания С.Е. давала и в ходе предварительного следствия, в том числе - при проведении очной ставки с С.П.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевших С.Е. и С.Т., влияющих на выводы суда о виновности С.П., а также - оснований к оговору ими С.П. - не усматривается.

Их показания подтверждаются также показаниями свидетеля Т. о том, что когда она в январе 2001 г. находилась в квартире С.Т., туда пришел ранее ей незнакомый С.П., назвавшийся "Сергеем", который потребовал у С.Т. деньги. Когда та ответила, что денег у нее нет, имеются лишь 400 рублей для дочери в колонию, он потребовал отдать их ему, при этом вел себя грубо. С.Т. была напугана его поведением и отдала ему деньги.

Сам С.П. при проведении следственного эксперимента пояснял, что он выстрелом из имевшегося при нем обреза охотничьего ружья 16-го калибра убил сотрудника милиции.

Суд обоснованно признал достоверными указанные показания С.П., поскольку они соответствуют другим доказательствам и дал надлежащую оценку изменению им показаний.

Заключением экспертизы подтверждается соответствие изложенных при следственном эксперименте С.П. обстоятельств убийства фактическим обстоятельствам.

В ходе предварительного следствия при его допросах С.П. давал аналогичные показания (л.д. 211 - 212, 234 - 239, 218 - 219, 221 - 223 т. 2).

Объективно указанные показания С.П. подтверждаются заключением криминалистической экспертизы, из которого следует, что на поверхности куртки С.П. имелся комплекс металлов, характерных для продуктов выстрела; а в правом и левом карманах его же куртки ранее находились медьсодержащие объекты, каким могли быть патроны.

Как пояснял свидетель Б., до 23 февраля 2001 г. С.П. сообщил ему, что после изъятия ножа и деревянной дубинки, из арсенала у него осталась "волына". Ему известно, что "волына" означает обрез, пистолет, автомат.

Как следует из показаний И., что когда после 18 часов 20 минут 14 марта 2001 г. он находился с С.П., то обратил внимание, что у него что-то находилось под курткой. На его вопрос, что там находится, С.П. расстегнул куртку и он увидел два ствола. Когда они вышли из дома 26 по ул. Серафимовича, поблизости стояла милицейская машина с опознавательными знаками и к ним от машины подошел сотрудник милиции в форме, представился и стал выяснять, кто они такие и что там делали, стал проводить наружный досмотр С.П. С.П. стал отталкивать руку сотрудника милиции. В это время к ним пошел от машины второй сотрудник милиции. Он услышал шум потасовки, увидел, что сотрудник милиции пытается схватить С.П. за руку, а тот его отталкивает. Затем С.П. сделал подсечку сотруднику милиции и тот стал падать. Он (И.) стал убегать и, пробежав метров 15, услышал выстрел.

Аналогичные показания И. давал в ходе предварительного следствия, в том числе - при проведении очной ставки с С.П.

Ссылка в жалобах на оговор С.П. И., о чем тот признался в судебном заседании, несостоятельна, оснований у И. к оговору С.П. из материалов дела не усматривается и, как следует из протокола судебного заседания, И. не давал показаний об оговоре им С.П. по обстоятельствам убийства Д.С.

Ссылка С.П. на то, что ему ранее проводили хирургическую операцию, поэтому он физически не мог оказывать сопротивления, несостоятельна. Как следует из материалов дела, на время происшедшего С.П. работал, на стационарном лечении не находился, временно нетрудоспособен не был и каких-либо препятствий для совершения действий, в которых он признан виновным, из материалов дела не усматривается.

Как видно из материалов дела, доводы о применении незаконных методов расследования проверялись, но подтверждения не нашли и правильно отвергнуты судом как не состоятельные.

Так, с С.П. и И. ряд следственных действий проводился с участием понятых (т. 1 л.д. 126 - 140, 216 - 222, 223 - 233, 234 - 239, 240 - 248), при этом, как следует из протоколов, С.П. и И. показания давали добровольно, самостоятельно, свободно, без принуждения (л.д. 140, 233, 239, 248), никаких заявлений от участников этих следственных действий по проведению их не поступало. Очная ставка между С.П. и И. проводилась с участием адвоката (л.д. 208 - 215 т. 1).

В своих собственноручно написанных заявлениях, именуемых "явками с повинной", С.П. указывал, что они написаны им без физического и морального воздействия на него (л.д. 213, 214 т. 2). При допросах 16 мая, 22 августа, 6 сентября 2001 г. С.П. отказался давать показания (т. 2 л.д. 3228, 229, 232, 239), что также не соответствует доводам о применении к нему незаконных методов расследования.

Из акта судебно-медицинской экспертизы видно, что у С.П. каких-либо видимых телесных повреждений не имелось (л.д. 159 - 160 т. 1). Ссылка С.П. на то, что он не доставлялся к эксперту и не осматривался им, противоречит материалам дела. Как видно из акта экспертизы, осмотр С.П. экспертом проводился, приводятся особенности его кожного покрова; у него выяснялось наличие жалоб, которых он не предъявлял и пояснял, что "по поводу событий от 14 марта 2001 г. ничего пояснить не может. В последнее время телесных повреждений никто не наносил". Ознакомившись с актом экспертизы, С.П. никаких заявлений, ходатайств по проведению экспертизы и содержанию акта экспертизы не заявлял (т. 2 л.д. 230 - 231).

Из имеющихся в деле постановлений от 5 апреля и 30 августа 2001 г. (л.д. 161, 166 т. 2) следует, что доводы о применении к С.П. и И. незаконных методов расследования со стороны сотрудников милиции не нашли своего подтверждения и в возбуждении уголовного дела отказано за отсутствием в действиях сотрудников милиции события преступления. Данные постановления не отменены и в установленном законом порядке не признаны незаконными.

Виновность С.П. подтверждается и другими, имеющимися в деле, приведенными в приговоре, доказательствами.

Ссылки в жалобе С.П. на то, что свидетели С. и Б. не читали своих показаний в ходе предварительного следствия, они им не зачитывались и были записаны неверно, являются несостоятельными и противоречат материалам дела. Как следует из протоколов допросов, С. собственноручно указывал, что он прочитал протокол допроса, вносил в него уточнение и указывал, что в остальной части протокол записан с его слов верно (л.д. 178 ч. 1), при следственном эксперименте он показания давал в присутствии понятых и все участники следственного действия подписали протокол после того, как он был прочитан следователем, и указали об отсутствии у них замечаний и дополнений. Кроме того, показания С. при следственном эксперименте зафиксированы на видеозапись; Б. также подписала протокол допроса с указанием о том, что он ею прочитан и с ее слов показания записаны верно (л.д. 189 т. 1).

Ссылка в жалобе С.П. на то, что согласно показаний несовершеннолетнего свидетеля С. в судебном заседании до выстрела мимо него пробегали поочередно два парня, а после выстрела пробежал третий парень с обрезом, не свидетельствует, что в совершении убийства сотрудника милиции участвовали три "преступника". Относимость одного из пробегавших первых двух лиц к убийству из материалов дела не усматривается, а установление всех пробегавших (проходивших) мимо С. лиц в предмет доказывания по делу не входит.

Свидетель Б. показаний о росте С.П. не давал (л.д. 129 - 131, т. 1; 169 - 171 т. 1; 85 - 88 т. 3), поэтому в этой части его показаний противоречий не имеется. Сам С.П. в судебном заседании пояснял, что его рост - 187 см. (л.д. 115 т. 3).

Вывод адвоката Симакова в жалобе о том, что поскольку Б. указывал, что на стрелявшем была вязаная шапка, а С.П. заявил, что на нем была шапка-ушанка, то стрелявшим был другой человек, не может быть признан достоверным на основании одного такого признака. Кроме того, сам С.П. в ходе предварительного следствия пояснял, что при происшедшем на нем была спортивная шапочка (т. 1 л.д. 245; т. 2 л.д. 216). При личном обыске С.П., как видно из протокола, у него была черная шапочка (л.д. 198 т. 2).

Ссылка С.П. на то, что на его куртке имелись не следы выстрела, а следы употребления табачных изделий, надуманна, поскольку, как видно из акта экспертизы, комплекс металлов характерных для продуктов выстрела, и обнаруженных на куртке С.П., включал в себя олово, свинец, цинк, сурьму, что не входит в состав продуктов горения табачных изделий. Как видно из материалов дела, убийство Д.С. совершалось путем выстрела в него из обреза с учетом длины руки от тела С.П., длины обреза с расстояния 50 - 100 см от дульного среза обреза. При таких данных образование крови пострадавшего на куртке стрелявшего не является обязательным. Кроме того, С.П. был задержан не сразу же после выстрела, а впоследствии, когда он имел реальную возможность уничтожить следы крови с куртки, если они имелись на ней.

Показания свидетеля М. оценены судом верно, в совокупности с другими доказательствами и с учетом наличия у нее дружеских отношений с семьей С.П.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины С.П. в содеянном им и верно квалифицировал его действия по п. п. "б", "г" ч. 2 ст. 161; ч. 2 ст. 222 и ст. 317 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

Наказание С.П. назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному им, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

Неназначение судом С.П. пожизненного лишения свободы за умышленное лишение им жизни сотрудника милиции Д.С. в связи с его служебной деятельностью и назначение ему наказания в виде лишения свободы не на максимально возможный срок нельзя признать чрезмерно строгим наказанием, не соразмерным содеянному самим С.П.

Гражданские иски разрешены судом в соответствии с действующим законодательством.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

Присутствие сотрудников Ленинского РОВД в зале судебного заседания при открытом рассмотрении дела, связанного с убийством их коллеги - Д.С., не является нарушением какого-либо закона.

Как видно из протокола, в судебном заседании участниками процесса не заявлялось ходатайство о вызове в качестве дополнительного свидетеля мужчины, якобы, находившегося во время посягательства на Д.С. в квартире С.П., поэтому отсутствие его допроса в суде не является неполнотой судебного следствия. В обязанности суда не входит сбор дополнительных доказательств по делу.

С учетом конституционного принципа осуществления судопроизводства в РФ на основе состязательности самих сторон (а все иные нормативные акты могут применяться лишь в части, соответствующей Конституции РФ), данное дело рассмотрено судом всесторонне, полно и объективно.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Новосибирского областного суда от 9 ноября 2001 г. в отношении С.П. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

Председательствующий

В.К.ВЯЧЕСЛАВОВ

 

Судьи

В.С.КОННОВ

В.В.РУСАКОВ

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"