||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 26 июня 2002 г. N 49-о02-41

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Ермилова В.М.,

судей Ахметова Р.Ф., Ламинцевой С.А.

26 июня 2002 года рассмотрела дело по кассационным жалобам осужденных П., М. и адвоката Клокова О.А. на приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 1 февраля 2002 года, по которому

П., родившаяся 21 июня 1971 года, не имеющая судимости, -

осуждена по ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ к 9 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

М., родившийся 5 января 1974 года, не имеющий судимости, -

осужден по ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ к 13 годам лишения свободы, по ст. 158 ч. 2 п. "г" УК РФ - к 3 годам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений окончательно ему назначено 14 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Согласно ст. ст. 97 ч. 1 п. "г", 99 ч. 2 УК РФ М. постановлено назначить принудительную меру медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра от алкоголизма.

Разрешены иски потерпевшей П.Г. о компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба.

По делу осужден М.А., в отношении которого приговор не обжалован и не опротестован.

Заслушав доклад судьи Ахметова Р.Ф., объяснения осужденного М., поддержавшего доводы своей кассационной жалобы, заключение прокурора Третецкого А.В., полагавшего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

П. и М. признаны виновными в убийстве П.И., совершенном группой лиц, а М. - и в краже имущества данного потерпевшего, совершенной с причинением значительного ущерба.

Преступления совершены 6 ноября 2001 года в г. Благовещенске Республики Башкортостан при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании М. и П. вину признали частично.

В кассационных жалобах:

осужденная П., отрицая наличие у нее умысла на убийство потерпевшего, ставит вопрос о переквалификации ее действий на ст. 111 ч. 1 УК РФ и назначении более мягкого наказания. Ссылаясь на то, что в ходе предварительного следствия показания об обстоятельствах дела давала в результате применения к ней незаконных методов ведения следствия, выражает свое несогласие с тем, что в основу приговора положены эти показания. Утверждает, что она нанесла удар ножом П.И. лишь с целью напугать и при этом не почувствовала проникновение ножа в тело потерпевшего. Ссылается на показания М. о том, что все 3 ранения в области грудной клетки потерпевшего нанес он сам. Выражает свое несогласие и с оценкой суда ее личности;

осужденный М., ссылаясь и на доводы, приводимые в кассационной жалобе П., ставит вопрос о переквалификации его действий со ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ на ст. 105 ч. 1 УК РФ и об отмене приговора в части его осуждения по ст. 158 ч. 2 п. "г" УК РФ и прекращении дела за отсутствием состава преступления. Утверждает, что одежду и обувь потерпевшего он забрал и выбросил с целью скрыть следы преступления. Вывод суда о совершении убийства группой лиц считает неправильной, поскольку он не присоединялся к действиям П. и не помогал ей, убийство совершил один. Ссылается на то, что в ходе предварительного следствия в отношении него применялись незаконные методы ведения следствия;

адвокат Клоков О.А., ссылаясь и на вышеприведенные доводы, просит переквалифицировать действия М. со ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ на ст. 105 ч. 1 УК РФ и отменить приговор в части осуждения данного лица по ст. 158 ч. 2 п. "г" УК РФ и прекращении дела за отсутствием в его действиях состава преступления. Указывает, что как П., так и М. действовали самостоятельно, без согласования своих действий.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены данного приговора.

Как видно из материалов дела, выводы суда о виновности П. и М. в убийстве, совершенном группой лиц, М. - и в краже чужого имущества основаны на надлежаще исследованных в судебном заседании доказательствах, должный анализ и правильная оценка которым даны в приговоре. Надлежаще оценены как показания П. и М., так и показания допрошенных по делу свидетелей.

В соответствии с фактическими обстоятельствами дела, установленными в судебном заседании, действиям П. и М. дана правильная юридическая оценка. Оснований для переквалификации действий этих осужденных, о чем ставится вопрос в кассационных жалобах, не имеется.

Доводы П. и М. о недопустимости их показаний, данных в ходе предварительного следствия, необходимости переквалификации их действий, а также доводы М. об отсутствии у него умысла на кражу чужого имущества, на что делается ссылка и в кассационных жалобах, судом тщательно проверены и обоснованно отвергнуты, поскольку указанные доводы необоснованны и противоречат совокупности добытых по делу доказательств.

То, что данному убийству предшествовал возникший во время совместного употребления спиртных напитков между М. и П.И., а также между П. и П.И. конфликт, в ходе которого М. неоднократно наносил удары руками по лицу П.И., видно не только из показаний М.А., свидетелей Х. и С., но и из показаний самого М.

По показаниям свидетеля С., положенным в основу приговора, М., обращаясь к П.И., заявил, что он живым не уйдет. П., сказав, что она его "завалит", с ножом направилась к П.И., вернувшись, сообщила, что она его убила.

Согласно показаниям М.А., когда П.И. продолжал выражаться нецензурно, П., заявив, что он (П.И.) ей надоел, резко прошла в прихожую и, забежав на кухню, сказала, что она его "пырнула". Когда он (М.А.) предложил вызвать скорую помощь, М. сказал, что не надо, он его "добил". По указанию М. П. проверила наличие в подъезде дома и на улице людей, и они с М. труп потерпевшего выбросили в подвал строящегося дома. До этого М. с трупа П.И. снял куртку, ботинки, сложил их вместе с кепкой потерпевшего в пакет, а впоследствии унес эти вещи с собой.

Из показаний П., положенных в основу приговора, следует, что она в связи с тем, что П.И. ее оскорбил, со стола взяла кухонный нож и им ударила последнего в область грудной клетки, в результате чего тот упал.

Согласно показаниям М., положенным в основу приговора, он, видя, что П.И. еще жив, с целью убийства дважды ударил его ножом в область грудной клетки.

Согласно выводам судебно-медицинских экспертиз смерть П.И. наступила от трех колото-резаных ранений груди с повреждением сердца, легких, осложнившихся острой кровопотерей и тампонадой сердечной сорочки. Кроме того, потерпевшему были причинены колото-резаная и резаная рана шеи, кровоподтек век левого глаза и левой подглазничной области, кровоподтек и ссадина кожи костного отдела спинки носа и ссадины лба.

Из выводов судебно-биологической экспертизы следует, что на предметах одежды, как П., так и М. обнаружена кровь, происхождение которой от потерпевшего П.И. не исключается.

Вышеприведенные и другие доказательства, положенные в основу приговора, получены с соблюдением требований закона, подтверждаются совокупностью других доказательств и, вопреки доводам жалоб, сомнений в их объективности не вызывают.

Что касается положенных в основу приговора показаний П. и М. об обстоятельствах данного дела, то они получены в ходе неоднократных допросов с участием адвокатов, защищающих их интересы.

О наличии у П. и М. умысла на убийство П.И. свидетельствует как орудие преступления - нож, так и тяжесть и локализация телесных повреждений, причиненных потерпевшему, нанесение ранений в область расположения жизненно важных органов, а также действия указанных лиц.

С доводами кассационных жалоб о том, что данное убийство совершено не группой лиц, согласиться невозможно, поскольку участники данного преступления, находясь на одном и том же месте, в одно и то же время, преследуя одну и ту же цель, используя одно и то же орудие преступления - нож, руководствуясь одним и тем же мотивом - неприязнью к потерпевшему, возникшей после совместного употребления спиртных напитков, зная о действиях друг друга, друг за другом в одну и ту же область наносили удары и причинили ранения, от которых потерпевший скончался на месте.

Доводы М. об отсутствии у него умысла на хищение чужого имущества также необоснованны. Как правильно указано в приговоре, об умысле М. на хищение свидетельствует тот факт, что он, сложив вещи потерпевшего в пакет, унес с собой, а не выкинул вместе с трупом потерпевшего.

Как следует из материалов дела, обстоятельства данного дела исследованы всесторонне, полно и объективно. Необходимости в проведении дополнительных следственных действий нет.

По делу нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, также не допущено.

В то же время из приговора указание о том, что при назначении наказания суд учитывает обстоятельства, отягчающие наказание, подлежит исключению, поскольку таких обстоятельств, как видно из приговора, не имеется.

Несмотря на вносимое в приговор изменение, наказание, назначенное П. и М., смягчению не подлежит, поскольку оно соответствует требованиям закона, тяжести содеянного, личности виновных и всем обстоятельствам дела. Назначенное П. наказание нельзя признать явно несправедливым вследствие его суровости.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 339 УПК РСФСР, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 1 февраля 2002 года в отношении П. и М. изменить, исключить из приговора указание о том, что при назначении наказания суд учитывает обстоятельства, отягчающие наказание.

В остальной части приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"