||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 июня 2002 г. N 35-О01-81

 

Председательствующий: Шмелев А.Ю.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Лутова В.Н.

судей - Куменкова А.В. и Грицких И.И.

рассмотрела в судебном заседании от 24 июня 2002 года дело по кассационным жалобам осужденного К.С.Е. и адвоката Вировец М.А. на приговор Тверского областного суда от 5 сентября 2001 года, которым

К.С.Е., 23 июля 1980 года рождения, уроженец г. Твери, русский, со средним образованием, холостой, несудимый, -

осужден к лишению свободы: по ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "д", "е", "з" УК РФ на пятнадцать лет, по ст. 119 УК РФ на один год, по ст. 167 ч. 2 УК РФ на три года, по ст. 139 ч. 1 УК РФ к шести месяцам исправительных работ с удержанием 10% заработка в доход государства.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений наказание К.С.Е. назначено семнадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с К.С.Е. в пользу С.Г.В. 1820 рублей, в пользу П.Е.А. 3600 рублей в возмещение материального ущерба.

Заслушав доклад судьи Грицких И.И., объяснения осужденного К.С.Е., поддержавшего свою и адвоката Вировец кассационные жалобы, заключение прокурора Пеканова И.Т., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

К.С.Е. признан виновным и осужден за незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающих в нем лиц, за убийство двух лиц - С.М.К. и П.Г.В. общеопасным способом, с особой жестокостью, из корыстных побуждений, за умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества, повлекших причинение значительного ущерба, путем поджога, за угрозу убийством Ф., совершенные в г. Твери 29 декабря 2000 года при указанных в приговоре обстоятельствах.

В кассационной жалобе осужденный К.С.Е. указывает, что с приговором он не согласен, находит его неправильным и несправедливым. Утверждает, что С.М.К. и П.Г.В. убивать он не хотел, не поджигал их, имел лишь намерение поджечь квартиру, выгнать их из дома. Ф. убийством не угрожал. Она имела возможность от него убежать, сообщить о его намерениях С.М.К. и П.Г.В. Раньше он ее не бил, отношения с ней у него были хорошие. В квартиру он незаконно не проникал, дверь "открыл легким ударом ноги". Признает себя виновным по ст. 167 ч. 2 УК РФ, действительно хотел и поджег квартиру. Не предполагал, что может наступить смерть людей.

Просит снизить ему наказание.

В дополнениях к жалобе К.С.Е. просит приговор отменить, дело направить "на новое судебное расследование в ином составе суда".

По его мнению, выводы суда не соответствуют "реальным" обстоятельствам дела. Предварительное и судебное следствия проведены неполно и односторонне. Приговор основан на "лживых" показаниях заинтересованных лиц.

Считает, что потерпевшим нельзя было назначать определенные препараты, поскольку они были алкоголиками, а ходатайство адвоката о проведении новой судебно-медицинской экспертизы на предмет определения "истинного факта смерти" погибших во внимание не принято, было отклонено. Не были вызваны М. - работник пожарной охраны и повторно ряд свидетелей (каких не указывает). Не учтены его (осужденного) показания о происшедшем в ту ночь, которые являются правдивыми, а свидетели "путались и придумывали объяснения", на следствии также давали лживые пояснения.

Суд не обратил внимание на то, что он не пытался скрыть следы преступления, от правоохранительных органов сам не скрывался. Отмечает, что он не наркоман, спиртное не употребляет, в ту ночь был в трезвом виде, в полной памяти и все помнит, работал и занимался спортом.

Адвокат Вировец М.А., выступающая в защиту осужденного, в кассационной жалобе утверждает, что приговор постановлен на противоречивых показаниях заинтересованных в деле лиц. Суд не исследовал все версии по делу. Приводит показания К.С.Е. в судебном заседании. Считает, что показания С.М.К., Ф., О. нельзя признать достоверными. К их показаниям суд подошел односторонне, некритически. Полагает, что они давали показания с целью избежать ответственности за соучастие в преступлении. Излагает показания Ф., О., дает им анализ, характеристику Ф. С точки зрения адвоката, показания этих лиц противоречивы. Показания П.Е., дочери умершей П.Г.В., даны со слов последней. Полагает, что выводы суда об умысле К.С.Е. на убийство обоснованы на косвенных доказательствах и показаниях заинтересованных в деле свидетелей. Суд не исследовал версию К.С.Е. о том, что С.М.К. получил ожоги в результате взрыва бутылки с бензином, которая оказалась на кровати, когда потерпевший тушил пламя. По мнению адвоката, С.М.К. мог не различить, куда брошена была К.С.Е. спичка, мог не запомнить деталей совершенного преступления. В ходатайстве об истребовании истории болезни С.М.К. и дополнительном допросе свидетеля С. было отказано. Ходатайство о назначении С.М.К. посмертной комплексной психологической и психиатрической экспертизы было оставлено судом без удовлетворения, необходимо было выяснить, мог ли он в состоянии опьянения в момент совершения преступления 29 декабря 2000 года правильно воспринимать, запоминать и воспроизводить обстоятельства, а также в связи с заболеванием правильно воспроизводить обстоятельства на 5 января 2001 года. Эксперт, проводивший пожарно-техническую экспертизу, в суде не допрошен. Как считает адвокат, суд необоснованно критически отнесся к показаниям К.С.Е., свидетелей К.А.А., Т. и А. Доказательства по делу, по мнению защитника, свидетельствуют лишь о прямом умысле К.С.Е. на уничтожение чужого имущества путем поджога и о его неосторожной вине по отношению к смерти С.М.К. и П.Г.В. Реальность угрозы, которая исходила от К.С.Е. в отношении Ф., не подтверждена доказательствами по делу. Умысла у К.С.Е. на проникновение в квартиру против воли проживающих там лиц не было.

Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия считает, что вина К.С.Е. в содеянном им подтверждена собранными по делу, проверенными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами.

Так, сам осужденный К.С.Е. в судебном заседании пояснил, что поздно вечером 28 декабря 2000 года, проходя мимо дома N 76 по улице Санкт-Петербургское шоссе, решил зайти в квартиру N 2, в квартиру своей бабушки - С.Г.В.

Постучался ногой в дверь. Дверь была не заперта. Вошел в квартиру. Из своей комнаты вышел С.М.К., налетел на него драться. Выбежавшие в прихожую П.Г.В. и Ф. сказали, что он (К.С.Е.) - сын С.Е. С.М.К. успокоился. Перед ним (К.С.Е.) извинились, говорили, что перепутали его с другим лицом. Попросили у него денег на спиртное. Он обещал спиртное купить.

С.М.К. и П.Г.В. ушли в свою комнату. Он оставался с Ф. Через некоторое время пошел за спиртным, но по дороге покупать спиртное раздумал, вернулся обратно. С.М.К. и П.Г.В. интересовались, принес ли он спиртное.

Он же стал выяснять у Ф., почему она не дала согласие на его прописку в эту квартиру.

Та объясняла, что он не приходит защищать ее и бабушку от С.М.К. и П.Г.В. В случае дачи ими согласия на его прописку С.М.К. и П.Г.В. их убьют.

Он сказал ей, что если бы он прописался в этой квартире, не пустил бы в нее С.М.К. и П.Г.В.

У него были намерения прописаться в эту квартиру, чтобы ее не потерять, так как собирался идти служить в армию, а за это время С.М.К. и П.Г.В. квартиру могли продать, поскольку собирались сделать это. К тому же, его (К.С.Е.) отец говорил, что П.Г.В. хотела в эту квартиру прописать своего сына.

Он (К.С.Е.) предложил Ф. сжечь эту квартиру. Рассчитывал, что после пожара С.М.К. и П.Г.В. не будут в ней жить.

Сказал Ф., чтобы она собирала свои вещи, своего знакомого парня - О. отправила домой. Они с ней пойдут за бензином, предложил взять для этого пластиковые бутылки.

Ф. сказала О., чтобы тот уходил домой. Взяла две бутылки и они (осужденный и Ф.) пошли на автозаправочную станцию, где купили три литра бензина.

С бензином они возвратились в квартиру. Там находился О. Из своей комнаты вышла П.Г.В., спросила, принесли ли спиртное, почему пахнет бензином. Он ответил, что спиртное они не принесли, сейчас он все сожжет. Сказав, что этого он сделать не сможет, П.Г.В. ушла в свою комнату.

Ф. сообщила О. о намерениях. Последний сказал, что потерпевших лучше побить.

Он (К.С.Е.) сказал, что "это надо им, а не ему (О.), надо, чтобы те ушли из квартиры".

О. говорил, что у него на потерпевших "есть зуб", поскольку они обидели Ф.

Он (К.С.Е.) предложил О. стать у подъезда, избить потерпевших, когда последние будут выбегать, для чего отвинтил ножку от табурета и передал ее О.

Сам же, взяв бутылку с бензином, открыв ее, зажигалку, пошел в комнату П.Г.В. и С.М.К. Последние лежали на постели. Спросили, что ему надо. Он сказал, чтобы они "сваливали", он все подожжет. Прошел к окну, стал поливать бензином пол, тумбочку. П.Г.В. на кровати села. С.М.К. вскочил и пошел на него.

Поняв, что тот намерен его ударить, наклонился, зажег зажигалку. С.М.К. ударил его ногой в область левого плеча. Бутылка с бензином у него (К.С.Е.) вылетела, он облился бензином. Брызги бензина попали на кровать. Бутылка, видимо, улетела под кровать, произошел взрыв.

С.М.К. сразу выпрыгнул в окно. Он (К.С.Е.) тоже загорелся. Стал снимать с себя перчатки, кофту. Дверь оказалась запертой. Он и П.Г.В. открыть ее не смогли. Тогда он разбил другую раму окна и выпрыгнул на улицу, а за ним из окна выпрыгнула П.Г.В.

Убежал к своему другу - Т., у которого некоторое время проживал, лечился от ожогов.

На следствии о своей непричастности к пожару давал неверные показания. В ИВС его запугивали два работника милиции, а в камере били два "арестанта". Последние требовали дать показания на Ф., что он и сделал, написал явку с повинной, где изложил, что поджог совершила Ф., которая хотела отравить потерпевших. Потом тем "арестантам" нужны были новые показания о том, что он облил потерпевших, убил их. На допросе у прокурора показания не давал, только подписал их.

О насилии в отношении него со стороны "арестантов" никому не жаловался, за медицинской помощью не обращался.

Потерпевшая Ф. пояснила в суде, что в квартире N 2 дома N 76 по Санкт-Петербургскому шоссе г. Твери были прописаны она, ее бабушка, С.М.К. и С.Е. В этой квартире С.М.К. проживал в отдельной комнате с П.Г.В.

В июле 2000 года ее (Ф.) сестра - Люба сообщила, что с ней (Ф.) хочет встретиться мать осужденного - К.А.А., которая намерена решить вопрос о прописке своего сына К.С.Е. в их квартиру. На встрече с К.А.А. она (Ф.) дала согласие на прописку К.С.Е. При другом после этого разговоре сказала, что С.М.К. на это не согласится, поскольку хочет прописать в этой квартире своего общего с П.Г.В. сына.

К.С.Е. говорил, что в таком случае пусть С.М.К. выбирает между Черкассами и Лебедевым - местами расположения кладбищ г. Твери.

Она (Ф.) об этих разговорах рассказала своей сестре - О.К., которая посоветовала ей отозвать согласие на прописку К.С.Е., поскольку она сама (Ф.) может остаться без жилья. Об этом же ей (Ф.) говорила и П.Г.В.

С.М.К. и она (Ф.) написали заявления об отказе дачи согласия на прописку кого-либо в их квартиру.

В августе 2000 года К.С.Е. просил ее паспорт для оформления своей прописки в их квартиру, угрожая ей, говорил, что если она не хочет все сделать по-хорошему, будет по-плохому. В тот же период времени К.С.Е. избил С.М.К.

В ночь на 29 декабря 2000 года она и О. находились у нее в комнате. С.М.К. и П.Г.В. легли спать в своей комнате.

Услышала голос человека, который просил впустить его в квартиру, а С.М.К. не пускал, выгонял его. Она вышла в коридор. С.М.К. сказал ей, что приходил К.С.Е. и говорил, что прописан в квартире. Через несколько минут раздался стук в дверь. Стучал К.С.Е., кричал, что прописан в квартире. С.М.К. крикнул ей, чтобы она не открывала дверь. Если К.С.Е. сломает дверь, то они вызовут милицию.

Дверь изнутри была заперта на задвижку. К.С.Е. как-то сломал дверь, оказался в прихожей квартиры, стал стучаться в комнату к С.М.К. и П.Г.В. Из комнаты вышли П.Г.В. и С.М.К. с молотком без рукоятки, ударил им несколько раз К.С.Е. Последний "налетал" на С.М.К. П.Г.В. и О. их разняли. Все успокоились.

Обещая принести спиртное, К.С.Е. ушел. Потом вернулся и сказал, что спиртных напитков не принес. Покурил и вновь ушел. Так он уходил из квартиры и возвращался еще два раза.

Придя в квартиру последний раз, К.С.Е. пригласил ее на кухню и сказал, что собирается сжечь С.М.К. и П.Г.В. Она должна ему в этом помочь. Если она это сделает, то будет жить. В противном случае он ее сожжет. Сказал, чтобы О. она отправила домой.

Подчиняясь К.С.Е., сказала О., чтобы тот уходил домой. После этого пошла с К.С.Е. в соседний дом, куда заходил осужденный на некоторое время. Вернулся К.С.Е. с деньгами. Они снова зашли в ее квартиру, где по просьбе осужденного она взяла две пустые полуторалитровые пластиковые бутылки. Она и К.С.Е. пошли на бензозаправку, где К.С.Е. купил три литра бензина.

Вернувшись к ней в квартиру, застали там О., который сообщил, что не смог попасть к себе домой. К.С.Е. сказал ей, что О. тоже надо поджечь как свидетеля, потому что он все расскажет. Она стала уверять осужденного, что тот этого не сделает. Пошла в комнату к О., сообщила ему о намерении К.С.Е. поджечь С.М.К. и П.Г.В., но тот не поверил.

К.С.Е. отвинтил от табурета две ножки, одну из которых дал О. и сказал, чтобы тот добивал того, кто будет выбегать. О. ножку от табурета бросил на диван и сказал, что она ему не нужна. Вторая ножка оставалась у К.С.Е., с которой он вышел из ее маленькой комнаты.

Послышались крики П.Г.В.: "Сережа, что ты делаешь?", - звуки ударов. Из-под двери комнаты С.М.К. и П.Г.В. увидела пламя. Она испугалась, выбежала на улицу, куда вышел и О.

Последний видел, как из окна горящей комнаты выпрыгнули С.М.К., П.Г.В. и К.С.Е. Он погнался за К.С.Е., но его не догнал.

Указала, что она не предлагала К.С.Е. поджечь квартиру, не говорила ему, что собиралась отравить С.М.К. и П.Г.В. Она и О. квартиру не поджигали. Дверь комнаты потерпевших после того, как туда зашел К.С.Е., не запирали, ключа от замка той двери у нее не было.

Свидетель О. в судебном заседании показал, что 28 декабря 2000 года он и Ф. пришли примерно в 23 часа к ней домой. В квартире находились С.М.К. и П.Г.В. Примерно через час в дверь квартиры раздался стук. К двери подходил С.М.К., но не открыл ее. Минут через 15 К.С.Е. вышиб входную дверь, зашел в квартиру. С.М.К. "полез" с К.С.Е. драться. У него в руке был молоток без ручки. Он (О.)успокоил С.М.К. Все сидели, стали разговаривать. П.Г.В. попросила К.С.Е. принести спиртного. Тот обещал. Раза три уходил из квартиры и возвращался вновь, но спиртного не приносил.

Затем К.С.Е. отозвал Ф. на кухню.

После этого К.С.Е. и Ф. из квартиры ушли. Через некоторое время они возвратились с двумя бутылками бензина.

К.С.Е. попросил у Ф. перчатки, спички. Открутил ножку от табуретки, дал ее ему и сказал, чтобы он (О.)стоял у двери, не давал никому убегать из квартиры. Эту ножку от табуретки он (О.)не взял, остался с Ф. в ее комнате.

К.С.Е. взял бутылку с бензином, перчатки, другую ножку от табуретки и пошел в комнату С.М.К. и П.Г.В.

Ф. сообщила ему, что К.С.Е. собирается поджечь потерпевших, он не поверил. Однако через несколько минут из той комнаты послышались крики С.М.К. и П.Г.В.: "Что же ты делаешь?".

Он (О.)выбежал на улицу. Видел как из окна выпрыгнула П.Г.В. Она вся горела. Он стал гасить на ней пламя. Тут из окна выскочил К.С.Е. Он погнался за ним, но не догнал. Осужденный убегал в сторону больницы.

Он (О.)сбегал за матерью. Они стали тушить пожар. Горела комната С.М.К. и П.Г.В., горели находившиеся в ней вещи - диван, шкаф, стулья, телевизор, занавески.

Со слов Ф. ему известно, что К.С.Е. угрожал ее сжечь, если она не пойдет с ним за бензином.

Из показаний С.М.К. на следствии видно, что 29 декабря 2000 года, придя к ним в квартиру около часа ночи, его племянник .С.Е. заявил, чтобы он освобождал для него квартиру.

Эта история началась давно. Ранее его (осужденного) мать претендовала на эту квартиру, а потом и ее сын (К.С.Е.) стал выдвигать на нее претензии. На эту квартиру ни К.С.Е., ни его мать никаких прав не имели. В ней был прописан только отец осужденного - его (потерпевшего) брат - С.Е.

В ночь происшедшего он (С.М.К.) сказал К.С.Е., что прав на квартиру он не имеет, предложил приходить ему на другой день и трезвым.

Потом он (С.М.К.) услышал звук вышибаемой двери. К.С.Е. стал стучаться в дверь их (потерпевших) комнаты. Они открыли дверь. У него (С.М.К.) с К.С.Е. началась "потасовка". Их разняли Ф., парень последней и П.Г.В.

После этого они помирились, покурили. К.С.Е. спросил у него пустую бутылку, сказав, что сходит за самогонкой. К.С.Е. и Ф. из квартиры ушли.

Он (С.М.К.) и П.Г.В. легли спать на диване в своей комнате.

Сквозь сон услышал, что в комнату кто-то зашел. Почувствовал запах бензина. Он толкнул П.Г.В. и вскочил. Та закричала: "Сережа, что ты делаешь?" Он (С.М.К.) увидел стоявшего в комнате К.С.Е. со спичками в руках. Пытался схватить его за руки, чтобы он не смог зажечь спичку. Однако К.С.Е. отскочил от него, зажег спичку и кинул ее на диван. Диван, на нем (С.М.К.) одежда, лицо загорелись, вспыхнула П.Г.В., стала кричать. Он (С.М.К.) попытался выбежать через выход, но оттуда его ногой оттолкнул К.С.Е., не давал им (потерпевшим) выйти. Тогда он (С.М.К.) выбил окно и с П.Г.В. выскочили в него на улицу, стали сбивать с себя пламя. Потом его и П.Г.В. доставили в больницу.

Свидетель С. подтвердил свои показания на следствии, где пояснял о том, что ночью на 29 декабря 2000 года в больницу на "скорой помощи" были доставлены с ожогами тела С.М.К. и П.Г.В. Оба они были в сознании. С их слов ему стало известно, что они легли спать. К ним в комнату зашел племянник, облил их лежавших бензином, зажег спичку и бросил ее горящую на них. На них загорелась одежда, вещи в комнате. Из комнаты выбежать им не дал племянник. Тогда они выбили окно и выпрыгнули на улицу.

С. указал в суде, что он присутствовал при допросе потерпевшего С.М.К. следователем прокуратуры. С.М.К. был в сознании, давал пояснения сам. Протокол со слов потерпевшего был составлен правильно, что он (С.) и присутствовавшая при этом медсестра удостоверили своими подписями.

Потерпевшая П.Е. пояснила в судебном заседании, что погибшая П.Г.В. ее мать.

30 декабря 2000 года к ней (П.Е.) пришла Ф. и сообщила, что ночью к ним пришел К.С.Е., вышиб входную дверь. У С.М.К. с ним возникла драка. После этого К.С.Е. облил С.М.К. и ее мать бензином, поджег их. Те выпрыгнули в окно. Их увезли в больницу.

Она (П.Е.) навещала мать в больнице, которая рассказала ей, что к ним в комнату пришел К.С.Е., облил ее и С.М.К. бензином и поджег их.

До происшедших событий мать говорила ей, что К.С.Е. хотел прописаться в их квартире, но С.М.К. на это не давал согласие. В связи с этим осужденный постоянно угрожал ей и С.М.К. Рассказывала, что К.С.Е. уже выписался из своей квартиры, где проживал. Когда узнал, что С.М.К. намерен прописать в квартире своего и П.Г.В. сына, в отношении последних вновь со стороны осужденного начались угрозы.

В результате пожара в комнате, где жили С.М.К. и ее мать, сгорели вещи, в том числе и вещи П.Г.В.

Из показаний потерпевшей С.Г.В. на следствии видно, что летом - осенью 2000 года к ней обратился ее внук - К.С.Е., сын ее сына Евгения по вопросу прописки в ее квартире. Она не возражала, но ее сын - С.М.К., проживавший с ней в квартире, был против. К.С.Е. жил со своей матерью. В связи с такими обстоятельствами К.С.Е. и С.М.К. поссорились. Из-за того, что К.С.Е. не прописывают в квартире, его мать стала винить ее (С.Г.В.).

После происшедшего она была в больнице у сына - С.М.К., который сказал ей, что его и П.Г.В. облил бензином К.С.Е. и поджег их. В ее квартире сгорели: диван-кровать, телевизор, табуретки и другие вещи.

Свидетель Т. показал в суде, что в конце декабря 2000 года ночью к нему домой пришел К.С.Е., попросил разрешения переночевать у него, объяснил, что дома у него какие-то разногласия. К.С.Е. был немного встревожен. К.С.Е. жил у него несколько дней.

На предварительном следствии Т. указывал, что телесных повреждений у К.С.Е. по приходу последнего в ту ночь он не заметил. Не видел таковых он у него и утром. Примерно в 6 часов 30 минут - 7 часов он (Т.) позвонил девушке К.С.Е. - Л., сообщил, что тот пришел к нему ночью. Та приехала, стала разговаривать с К.С.Е. и они поругались. Он (Т.) и Л. из квартиры ушли.

Пришел с работы он около 17 часов. К.С.Е. находился у него, выглядел спокойным. На левой половине лица у К.С.Е. заметил синяк. Последний сказал ему, что подрался с парнем Ф.

30 декабря за К.С.Е. пришла Л. и они ушли договариваться о встрече Нового года. Потом он видел их уже 1 января 2001 года, когда они пришли к нему в гости. 3 января узнал, что К.С.Е. лег в больницу.

Эти показания Т. в судебном заседании признал достоверными.

Свидетель М. пояснил в судебном заседании, что ночью на 29 декабря 2000 года в составе пожарного караула он прибыл на тушение пожара в квартире дома по Санкт-Петербургскому шоссе. В подъезде дома сидели обгоревшие мужчина и женщина. Последняя пояснила, что когда они легли спать к ним в комнату с бутылкой бензина "влетел" племянник, облил их бензином и поджег. Они выпрыгнули в окно. Указал, что входная дверь в квартиру была выбита. В одной из комнат все выгорело. Как он считает, очаг возгорания находился в районе кровати.

Вина К.С.Е. подтверждается изложенными в приговоре данными, отраженными в протоколе осмотра места происшествия, акте о пожаре.

По заключению пожарно-технической экспертизы причиной пожара явилось занесение открытого источника огня (пламени спички) посторонним лицом в комнату, где находились потерпевшие, с применением легковоспламеняющейся жидкости (бензина).

Согласно заключений судебно-медицинских экспертов у С.М.К. 1961 года рождения имелись на голове, шее, туловище, левой руке и ногах термические ожоги, которые образовались от воздействия пламени незадолго до поступления в больницу, возможно 29 декабря 2000 года, возникли от действия горящей жидкости, возможно, бензина. Имевшиеся у С.М.К. термические ожоги пламенем 3 - 4 степени 45% поверхности тела явились в момент причинения опасными для жизни, квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью.

Смерть С.М.К. наступила от глубоких, обширных термических ожогов пламенем, осложнившихся развитием двустороннего гнойного воспаления легких. Смерть его наступила 7 января 2001 года.

Кроме названных повреждений, у потерпевшего имелся закрытый перелом правой пяточной кости, который возник от действия тупого твердого предмета незадолго до поступления в больницу.

Причиной смерти П.Г.В. 1952 года рождения явились термические ожоги пламенем ягодиц, задней поверхности бедер, голеней 3 АБ степени 25% (3 Б - 5%) поверхности тела, осложнившиеся ожоговой болезнью в стадии септикотоксемии.

У П.Г.В. были выявлены раны на коже ягодиц с переходом на задние поверхности бедер и голеней в верхней трети, затрагивающие глубокие слои кожи.

Повреждения у потерпевшей возникли от действия высокой температуры (открытого пламени), являлись опасными для жизни в момент причинения, относятся к тяжкому вреду здоровья.

Смерть П.Г.В. наступила в 7 часов 30 минут 16 января 2001 года.

Заключением судебно-медицинского эксперта установлено, что у К.С.Е. имелись кровоподтек в области левой глазницы и следы от заживления ссадин лба, левой лобно-височной области и у наружного угла левого глаза, которые были причинены твердым предметом (предметами), возможно от одного (или нескольких) воздействия, в том числе удара (ударов) руками или ногами постороннего человека, в ночь на 29 декабря 2000 года.

Повреждений от действия пламени у К.С.Е. не обнаружено.

Свидетель К.А.А. показала в суде, что она с двумя сыновьями проживает в трехкомнатной квартире, где прописаны также ее мать с мужем, но фактически с ними не проживают. Мать купила дом в деревне и с мужем живет там. Ее (К.А.А.) сын К.С.Е. (осужденный) имеет в квартире свою отдельную комнату. Его отец, а ее бывший муж - С.М.К. предложил прописать в своей квартире К.С.Е., чтобы "не пропала" квартира, чтобы у сына был "угол". К.С.Е. выписался из своей трехкомнатной квартиры и хотел прописаться в квартире С-ных, однако С.М.К. и П.Г.В. согласия на это не давали.

28 декабря 2000 года ее сын К.С.Е. намеревался съездить с Т. и А. на турбазу, сказал, что домой приедет после Нового года. Пришел он 30 декабря, что-то взял и опять ушел. На левой стороне лица у него было покраснение, объяснил это тем, что упал.

После пожара Ф. говорила ей, что поджог совершил К.С.Е.

Свидетель А. пояснила в суде, что ночью, примерно в 2 часа 30 минут к ней приходил К.С.Е., взял 200 рублей. На улице его ожидала Ф. Зачем ему нужны были деньги, К.С.Е. не говорил.

Утром ей позвонил Т., попросил прийти к нему. У него находился К.С.Е., с которым у нее разговор не получился и она уехала. Вечером того же дня или на следующий день она видела К.С.Е. У последнего на лице были сильные ожоги. Она купила в аптеке противоожоговую мазь и ею мазали лицо осужденного. Где он получил ожоги, она не спрашивала, сам об этом он ей не говорил. Новый год она встречала вместе с К.С.Е.

Однако на предварительном следствии А. указывала, что К.С.Е. заходил к ней ночью на 29 декабря 2000 года. 30 декабря она видела у К.С.Е. на лице синяки. От ответа о причине их появления К.С.Е. уклонился.

О наличии на лице К.С.Е. ожогов А. в ходе предварительного следствия не говорила, хотя ей задавался конкретный вопрос о том, какие телесные повреждения в те дни она видела на лице у К.С.Е.

Из справки ООО "Концерн-Европа" следует, что по протоколу заправки смены N 213 на АЗС, расположенной по адресу: г. Тверь, Санкт-Петербургское шоссе, 132, в 2 часа 53 минуты 29 декабря 2000 года было продано 3 литра бензина АИ-76.

Материалами дела установлено, что С.А.А. (К.А.А.) с сыновьями К.С.Е. и К.А., Г.В.Н. и Г.А.В. занимали соответственно одну и две комнаты в квартире N 8 дома N 53 по Санкт-Петербургскому шоссе г. Твери.

К.С.Е. из этой квартиры по его заявлению был выписан 28 августа 2000 года.

В квартире N 2 дома N 76 по Санкт-Петербургскому шоссе гвери на момент происшествия были прописаны С.Г.В., С.Е. и С.М.К., а также Ф.

Из заявлений С.М.К. и Ф. на имя начальника ЖУ N 32 от 1 сентября 2000 года, приобщенных к материалам дела, видно, что они просили без их разрешения не прописывать К.С.Е.

Согласно смете ЖЭУ-2 стоимость ремонта комнаты в квартире N 2 дома N 76 по Санкт-Петербургскому шоссе г. Твери составляла 2153 рубля 40 копеек.

Сам К.С.Е. на предварительном следствии при допросе в качестве подозреваемого 7 января 2001 года признавал, что он вошел в комнату, где спали С.М.К. и П.Г.В., стал поливать их и кровать бензином. Они проснулись и сказали, что он делает. Он поджег бутылку с бензином и бросил ее в сторону кровати. Сразу все вспыхнуло. С кровати вскочили С.М.К., а потом П.Г.В. Вся комната была объята пламенем. Видел, как в окно выскочил горящий С.М.К., а за ним - П.Г.В. Потом он тоже выпрыгнул в окно на улицу.

Оценив доказательства по делу в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины К.С.Е. в незаконном проникновении в жилище, совершенном им против воли проживающих в нем лиц, в угрозе убийством Ф., у которой имелись основания опасаться осуществления им этой угрозы, в убийстве двух лиц - С.М.К. и П.Г.В. общеопасным способом, с особой жестокостью, из корыстных побуждений, в умышленном уничтожении и повреждении чужого имущества путем поджога, повлекших причинение значительного ущерба.

Действия К.С.Е. по ст. ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "д", "е", "з", 119, 139 ч. 1, 167 ч. 2 УК РФ судом квалифицированы правильно.

Выводы суда мотивированы, они соответствуют фактическим обстоятельствам по делу, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Обстоятельства по делу исследованы полно, всесторонне, объективно, в соответствии с требованиями ст. 20 УПК РСФСР.

Не доверять изложенным выше показаниям потерпевших Ф., С.М.К., П.Е., С.Г.В., свидетеля О. у суда оснований не было. Пояснения этих лиц согласуются между собой, подтверждаются другими доказательствами. Каких-либо существенных противоречий в их пояснениях не установлено.

Самооговора осужденного, оговора его со стороны потерпевших и свидетелей судебная коллегия не усматривает.

Положенные в основу обвинения К.С.Е. доказательства получены в установленном законом порядке, их допустимость сомнений не вызывает.

Показания осужденного, свидетелей К.А.А., Т., А., которые они давали на предварительном следствии и в судебном заседании, проверялись, причины изменений ими пояснений выяснялись, всем им, а также другим указанным судом доказательствам при постановлении приговора дана верная юридическая оценка.

Данных, свидетельствующих о применении в ходе предварительного расследования незаконных методов ведения следствия, по делу не установлено.

Дав анализ доказательствам по делу, приведя мотивы, утверждения К.С.Е. о применении на предварительном расследовании незаконных методов ведения следствия суд обоснованно признал недостоверными.

Для сомнений в способности погибших правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания, оснований не имеется.

Проведение посмертной психолого-психиатрической экспертизы в отношении С.М.К. не вызывалось необходимостью. Для проведения таковой оснований не установлено.

Как видно из показаний свидетеля С., при доставлении С.М.К. и П.Г.В. в больницу последние рассказывали ему обстоятельства происшедших событий. Допрос С.М.К. проводился в его (С.) присутствии и медсестры. Потерпевший давал показания сам, находился в сознании. Изложенные С.М.К. сведения в протоколе были записаны правильно.

Имеющие значение для дела обстоятельства у С. в судебном заседании были выяснены.

Обстоятельства происшедших событий со слов матери - погибшей П.Г.В. пояснила в суде потерпевшая П.Е., со слов сына - погибшего С.М.К. указывала потерпевшая С.Г.В.

Излагаемые С.М.К. и П.Г.В. обстоятельства подтверждаются другими фактическими данными по делу.

Причина смерти С.М.К. и П.Г.В. установлена, указана в заключениях судебно-медицинских экспертов.

Объективность выводов экспертов сомнений не вызывает.

Экспертизы проведены компетентными лицами. Их заключения основаны на данных исследования трупов. Заключения подробно мотивированы, не противоречат материалам дела, соответствуют им.

Для проведения повторных судебно-медицинских экспертиз в отношении погибших оснований нет.

Свидетель М. в судебном заседании допрошен.

Рассмотрение дела без допроса эксперта, проводившего судебно-пожарно-техническую экспертизу, не помешало и не могло помешать суду всесторонне разобрать дело, не повлияло и не могло повлиять при наличии указанных в приговоре доказательств на выводы суда о виновности К.С.Е. в содеянном.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, органами предварительного следствия и судом не допущено.

Доводы осужденного и его защитника в жалобах о том, что в квартиру К.С.Е. незаконно не проникал, Ф. убийством не угрожал, С.М.К. и П.Г.В. убивать не хотел, бензином их не обливал и не поджигал, а все произошло от взрыва бутылки, о неосторожности К.С.Е. по отношению к смерти потерпевших, несостоятельны, на материалах дела не основаны, противоречат им.

Эти версии на предварительном следствии и в судебном заседании тщательно проверялись, как опровергнутые приведенными в приговоре доказательствами, они судом обоснованно отвергнуты.

Не соглашаться с выводами суда оснований не имеется.

Из показаний С.М.К., Ф., О. видно, что К.С.Е. проник в квартиру, а затем в комнату, занимаемую С.М.К. и П.Г.В., незаконно, вопреки воле и согласию проживавших в них лиц. Как показал М., входная дверь квартиры, запор на ней были сломаны. Из показаний самого осужденного следует, что С.М.К. был против вхождения его в жилище. Материалами дела установлено, что К.С.Е. в этой квартире не проживал, не был в ней прописан, отношений к ней не имел. Сознавал, что проникает в нее самовольно, желал этого.

Потерпевшая Ф. на предварительном следствии и в судебном заседании утверждала, что К.С.Е. при изложенных ею обстоятельствах угрожал ей убийством.

С учетом прежних высказываний К.С.Е. в адрес С.М.К., намерение его в ту ночь сжечь С.М.К. и П.Г.В., фактических его действий в отношении них суд обоснованно признал, что у Ф. имелись основания опасаться осуществления К.С.Е. угрозы.

Преступление - угроза убийством считается оконченным с момента высказывания такой угрозы или ее выражения в иной форме.

Доказательствами по делу установлено, что К.С.Е. высказывал намерение убить С.М.К. и П.Г.В. Приобрел бензин. Использовал его, облил им потерпевших, поджег их. Горючие, легковоспламеняющиеся свойства бензина К.С.Е. знал.

Фактические данные по делу позволили суду обоснованно признать наличие у К.С.Е. умысла на лишение жизни С.М.К. и П.Г.В.

Между действиями К.С.Е. и наступившими последствиями - смертью потерпевших имеется прямая причинная связь.

Действия К.С.Е. охватывались единством его умысла на убийство С.М.К. и П.Г.В. - двух лиц, совершены они были им в отношении потерпевших одновременно.

Избранный осужденным способ убийства - сожжение потерпевших заживо заведомо для него был связан с причинением потерпевшим особых мучений и страданий. Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что К.С.Е. сознавал причинение своими действиями особых страданий потерпевшим. Вывод суда о проявлении осужденным особой жестокости является правильным.

Поджигая в ночное время потерпевших в квартире, расположенной на первом этаже пятиэтажного многоквартирного жилого дома, К.С.Е. сознавал, что избранный им способ убийства создает опасность для жизни и других лиц, находившихся в этом доме. Убийство потерпевших К.С.Е. совершил общеопасным способом.

Мотив посягательства К.С.Е. на С.М.К. и П.Г.В. выяснялся, он установлен и правильно указан в приговоре.

Законность и обоснованность осуждения К.С.Е. по ст. 167 ч. 2 УК РФ в жалобах не оспаривается.

Действовал осужденный сознательно, последовательно, целенаправленно.

Психическое состояние К.С.Е., его личность исследованы с достаточной полнотой.

С учетом заключения проведенной в отношении него судебно-психиатрической экспертизы, его личности, всех обстоятельств по делу в отношении инкриминируемых ему деяний К.С.Е. обоснованно признан вменяемым.

Наказание К.С.Е. назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ.

Назначенное ему наказание чрезмерно суровым, явно несправедливым не является.

При назначении наказания требования закона судом не нарушены.

Для смягчения осужденному наказания судебная коллегия оснований не находит.

Кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

приговор Тверского областного суда от 5 сентября 2001 года в отношении К.С.Е. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

Председательствующий

ЛУТОВ В.Н.

 

Судьи

КУМЕНКОВ А.В.

ГРИЦКИХ И.И.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"