||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 20 мая 2002 г. N 1-О02-5

 

Предс.: Харитонов И.А.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в составе

председательствующего - Каримова М.А.

судей - Куменкова А.В., Грицких И.И.

рассмотрела в судебном заседании от 20 мая 2002 года дело по кассационным жалобам осужденных П. и П.Н. на приговор Архангельского областного суда от 21 декабря 2001 года, которым

П., <...>, русская, незамужняя, неработавшая, судимая 30 октября 2001 года по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ к двум годам лишения свободы в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком два года, -

осуждена по ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ к девяти годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Постановлено назначенные П. наказания по настоящему приговору и приговору от 30 октября 2001 года исполнять самостоятельно.

П.Н. <...>, русский, с образованием 6 классов, холостой, судимый: 8 мая 1998 года по ст. 158 ч. 2 п. "в" УК РФ к двум годам лишения свободы в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком один год; 4 февраля 1999 года по ст. ст. 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "г", 30 ч. 3 и 158 ч. 2 п. п. "а", "б", "в" УК РФ к двум годам трем месяцам лишения свободы, а с применением ст. 70 УК РФ к двум годам шести месяцам лишения свободы, освобожденный 31 мая 2000 года условно-досрочно на один год два месяца два дня, -

осужден по ст. 105 ч. 2 п. "д", "ж" УК РФ к десяти годам лишения свободы.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров окончательно П.Н. назначено наказание одиннадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Грицких И.И., объяснения осужденного П.Н., поддержавшего жалобу, заключение прокурора Хомицкой Т.П., полагавшую необходимым исключить указание суда о назначении П.Н. наказания в порядке ст. 70 УК РФ, а в остальном приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

П. и П.Н. признаны виновными и осуждены за убийство Д. на почве личных неприязненных отношений, из чувства мести, совершенное в ночь на 28 июля 2001 года при указанных в приговоре обстоятельствах группой лиц с особой жестокостью.

В кассационной жалобе осужденная П. указывает, что с приговором она не согласна.

Брат погибшего Д. в судебное заседание не явился и претензий не предъявил.

Преступление совершено на почве неприязненных отношений, которые возникли в результате попытки потерпевшего ее изнасиловать и его угрозы ножом лишить ее жизни.

В ее действиях не было умысла на убийство Д. Преступление произошло стихийно. К Д. со своим братом она пришла поговорить, чтобы тот извинился перед нею. Но пострадавший, открыв дверь, своими действиями спровоцировал их.

Из ее характеристики, как отмечает осужденная, следует, что она - бесконфликтная, доброжелательная девочка. У психиатра и нарколога на учете не состояла.

Просит принять во внимание изложенное, переквалифицировать ее действия со ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" на ст. 111 ч. 4 УК РФ, смягчить ей наказание.

В кассационной жалобе осужденный П.Н. просит учесть противоправные действия потерпевшего, побудившие его (осужденного) совершить преступление. Тот хотел изнасиловать его сестру, избил ее и угрожал убийством. По приходу их к потерпевшему с намерением поговорить, чтобы он извинился, Д. начал их оскорблять и угрожать расправой, а во время драки вытащил нож и ударил его (П.Н.) по ноге, пытался ударить еще раз, но нож он (осужденный) у него выбил.

Направляясь к Д., умысла на его убийство у них (осужденных) не было. Ножевые ранения потерпевшему он (П.Н.) нанес после того, как выбил у него нож.

Просит учесть личность потерпевшего, а также причины, приведшие к преступлению, его (П.Н.) чистосердечное признание, явку с повинной, отсутствие отягчающих обстоятельств.

Просит снизить ему срок наказания, находя его "слишком жестоким".

В своих дополнениях к жалобе от 4 марта 2002 года П.Н. утверждает, что своими действиями потерпевший спровоцировал его на совершение преступления.

В судебном заседании давал показания со слов сестры и двоюродного брата, а сам он ничего не помнит. Считает, что в момент преступления находился в состоянии аффекта. Просит учесть его возраст и состояние здоровья, повреждения, причиненные потерпевшим. Свою вину он не скрывает, а что делала сестра, не видел, поскольку находился в состоянии аффекта. Полагает, что он не является психически нормальным.

В дополнениях к жалобе от 15 апреля 2002 года П.Н. отмечает, что, направляясь к Д., он холодного оружия не брал, хотел заступиться за честь сестры. По его мнению, обстоятельства по делу являются основанием для переквалификации его действий на ст. 108 УК РФ суд дает противоречивую оценку при установлении факта совершения преступления группой лиц". Вывод суда о том, что он находился в момент совершения преступления в состоянии простого алкогольного опьянения, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как он (П.Н.) был сильно пьяным, перед выходом употребил еще 250 граммов водки, что подтверждается его показаниями в суде. Выводы суда об отсутствии у него сильного душевного волнения необоснованны.

Просит переквалифицировать его действия со ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ на ст. 108 (111) УК РФ и смягчить ему наказание.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия считает, что вина П. и П.Н. в содеянном ими подтверждена собранными по делу проверенными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами.

Сам П.Н. пояснил в суде, что 27 июля 2001 года его сестра П., двоюродный брат П.А. и он распивали дома спиртные напитки. Потом П. с ее слов ушла к подруге. Через некоторое время возвратилась с Эдиком и вновь с последним ушла.

Примерно через час П. прибежала домой, сообщила, что ее пытались изнасиловать, показала порезы на руках. Кто пытался ее изнасиловать, П. не говорила, только сказала, что тот человек - нерусской национальности. Он (П.Н.) выпил еще водки, покурил. Спросил у П., далеко ли живет тот, который пытался ее изнасиловать. Получив ответ, что дом находится недалеко, он вместе с П. и П.А. примерно в 12 - в первом часу ночи пошел к Д., хотел, чтобы последний извинился перед П.П. постучала в квартиру. Дверь открыл мужчина. П. сказала, что это он. Поняв, что этот мужчина пытался ее изнасиловать, предложил ему извиниться, но тот стал смеяться, обозвал его словом, свидетельствующим о его молодом возрасте.

Это его (П.Н.) задело, он (П.Н.) стал наносить Д. удары. Указал, что первоначально ударил его в лицо, так как у него такая привычка, сразу бить противника в нос. Не исключал, что этим ударом в коридоре сломал потерпевшему нос. Показал, что тот на какое-то время потерял ориентацию. Бил Д. в коридоре секции примерно 10 минут. в процессе избиения упал на пол. Увидев, что потерпевшему плохо, перестал его бить, затащил из общего коридора в комнату, положил на пол, предупредил, что если тот еще заденет П., то ему будет еще хуже. После этого он (П.Н.) отвлекся, а Д., лежа на полу, ударил его ножом по ноге. Он у Д. выбил из руки нож. Схватил со стола в комнате нож и стал наносить лежавшему Д. этим ножом удары. Куда делся складной нож, которым его поранил Д., не знает.

Потом он (П.Н.) увидел у дивана утюг. Взял его и, держа за шнур, размахивая, наносил удары утюгом Д., в том числе в область живота. Признал в суде, что бил потерпевшего ногой по груди, в область лица, мог попадать в шею.

Видел, что в комнате П. наносила Д. руками и ногами по телу удары, раза по два.

П.А. поливал водой потерпевшего, чтобы смыть с лица кровь.

Уходя из квартиры, нож, которым наносил удары Д., взял с собой, а по дороге домой его выбросил.

П.Н. пояснил в судебном заседании, что по приходу к Д. никаких телесных повреждений у него не заметил.

Признал, что все телесные повреждения, обнаруженные на трупе Д., причинены были ими (осужденными), его с сестрой совместными действиями.

В ходе судебного следствия П.Н. утверждал, что П. принимала участие в избиении Д. Избивал он потерпевшего в общей сложности в течение 15 - 20 минут. Свои действия объяснял своим алкогольным опьянением, чувством мести за поведение Д. в отношении П. Сразу ударил Д. в коридоре и "не стал решать проблему мирным путем, так как тот стал обзывать его и прогонять.

Осужденная П. показала в суде, что 27 июля 2001 года дома употребляла спиртные напитки. Вышла на улицу. Услышала из одного окна дома "нерусский голос". Решила узнать, взяли ли ее знакомого в армию. Зашла в ту квартиру, где находились в числе других лиц мужчина по имени Эдик, а также, как ей после стало известно, Д. Ей предложили выпить спиртного, на что она согласилась. Через некоторое время Эдик предложил ее проводить. Она пришла с ним к себе домой. Там ее брат с компанией продолжали пить спиртные напитки. Эдик сказал ей пойти в одну квартиру и поспать там. Она согласилась. Он привел ее в ту квартиру. Она легла спать на диван, а Эдик ушел.

Проснувшись, она увидела мужчину - Д., который "протягивал к ней руки". Она встала, хотела уйти, но тот не отпускал ее, сказал, чтобы она раздевалась.

Потом у него появился нож, которым он стал размахивать. Попал им в сумку, которой она прикрыла живот. Мужчина угрожал ее убить. Говорил, что если она не согласится, он ее изнасилует. Хватал ее. От его действий у нее были повреждения на плече, на пальце руки. Она его уговорила отпустить ее. Д. открыл дверь выпустил ее. Она прибежала домой и сказала брату - П.Н. и П.А., что нерусский мужчина пытался ее изнасиловать. Она и брат решили сходить к нему, поговорить с ним. Пришли к Д. разбираться втроем - она, брат и П.А., хотели узнать, зачем тот совершал в отношении нее такие действия. Постучались. Дверь в секцию им открыл Д. Она сказала, что это - тот человек. Брат - П.Н. ударил Д. кулаком. Они зашли в общий коридор, где П.Н. стал избивать потерпевшего. Потом затащил его в комнату, поскольку Д. не мог стоять, и продолжил его избиение. В комнате она тоже пинала потерпевшего ногами по телу. П.Н. взял со стола нож. Она взяла у брата нож и ткнула им в тело Д. в правую часть. Ударила ножом потерпевшего, чтобы причинить ему боль. Потерпевший в комнате вставать не пытался, лежал на полу.

Указала, что П.А. в избиении Д. участия не принимал. Потерпевший был обнаженным по пояс, на нем были только брюки. Когда он открыл им дверь, телесных повреждений у него на лице и теле не было.

В явке с повинной П. собственноручно излагала, что, придя к Д., с братом сразу начали его бить, стали "ножиком тыкать". Она, держась за стол, прыгала на лице и груди потерпевшего, воткнула ему нож в сторону груди, противоположную сердцу. При допросе в качестве подозреваемой П. поясняла, что после того, как Д. открыл им дверь, она и брат сразу же с ходу начали его бить руками и ногами по лицу, по различным частям тела. На нем были только спортивные штаны. Как он упал, они пинали его по очереди ногами по груди, по лицу. Стали "тыкать" его ножом, который лежал на столе. Она ударила его в грудь, в правую сторону. Брат взял у нее нож и ударил им Д. два раза. Тот был в сознании, ругался. Д. в это время лежал на полу. П.Н. порезал половой член Д.

П. подтверждала, что она и брат избивали Д. совместно, при допросе в качестве обвиняемой с участием защитника в лице адвоката. Признавала, что пинала его ногами, ударила ножом в правую сторону груди, прыгала у него по лицу и груди ногами, держась руками за стол.

На предварительном следствии П.Н. указывал, что он избивал Д., наносил удары ножом, порезал ему половой член.

Из показаний свидетеля П.А. на следствии видно, что после того, как парень открыл дверь коммунальной квартиры, П.Н. вошел в коридор и ударил потерпевшего несколько раз кулаком в лицо. Тот упал. П.Н. и П. стали пинать лежавшего парня ногами. Потерпевший не сопротивлялся. Открыв дверь, он что-то сказал на своем языке, а потом ничего не говорил. На нем были только спортивные брюки. П.Н. затащил парня в комнату, бросил его на пол. Потерпевший был уже "сильно избит, лицо синее, в крови, глазами не смотрел, тяжело дышал". П. и П.Н. продолжали наносить потерпевшему удары ногами по различным частям тела. Затем П. взяла где-то нож и ударила им парня в правую сторону грудной клетки. Потом П.Н. ударил тем же ножом потерпевшего в живот. В процессе избиения П.Н. брал утюг и ударил им парня в живот.

Он (П.А.) приносил с кухни воду и лил ее на лицо и тело потерпевшего, чтобы смыть кровь, просил осужденных прекратить избиение парня, но те не реагировали, так как были пьяные.

Когда в очередной раз он (П.А.) вернулся с кухни с водой в комнату, увидел, что П.Н. натягивал на живот парня спортивные брюки, при этом у П.Н. был нож.

Уходя из квартиры, П.Н. этот нож забрал с собой, а куда после его дел, не знает.

Ночевали они у себя в квартире. Утром ушли на работу. Вечером П.Н. говорил, что резал у потерпевшего половой член.

Свидетель Т. пояснила в суде, что 29 июля 2001 года П.Н. сказал ей об убийстве нерусского мужчины, что после подтвердила П.

Свидетель Л. в судебном заседании показала, что со слов осужденных ей известно, что они избили нерусского мужчину, который умер.

Вина осужденных подтверждается показаниями свидетелей С., В., К., изложенными в приговоре данными, отраженными в протоколе осмотра места происшествия.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта смерть Д. последовала от механической асфиксии от сдавления шеи твердым тупым предметом (предметами), что подтверждается наличием кровоподтека на передней поверхности шеи с очаговым кровоизлиянием в дерме и диффузным кровоизлиянием в подкожной клетчатке шеи, наличием перелома щитовидного хряща гортани с кровоизлияниями с мягкие ткани и слизистую гортани, наличием кровоизлияний в ткань щитовидной железы, наличием общеасфиктических признаков, указанных экспертом.

Телесные повреждения в виде сдавления шеи возникли в результате действия твердого тупого предмета (предметов) незадолго (до 30 минут) до наступления смерти потерпевшего, расцениваются как повлекшие тяжкий вред здоровью, явившийся причиной смерти Д.

У Д., кроме того, были выявлены: проникающее колото-резаное ранение правой половины грудной клетки без повреждения внутренних органов, проникающие (2) колото-резаные ранения живота без повреждения внутренних органов, которые возникли в результате действия колюще-режущего предмета, возможно, клинка ножа незадолго (до 30 минут) до наступления смерти и расцениваются как повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

У Д. имелись: перелом костей носа, переломы 2 - 6 правых ребер, множественные кровоподтеки, ссадины, ушибленные раны в области лица, грудной и брюшной стенок, конечностей, кровоизлияние в околопочечную клетчатку справа, которые возникли в результате действия твердых тупых предметов незадолго до наступления смерти; резаные (2) раны полового члена, которые возникли в результате действия режущего предмета, возможно, лезвия ножа, незадолго до наступления смерти потерпевшего.

Все телесные повреждения, обнаруженные у Д., являлись прижизненными.

Материалами дела установлено, что повреждения в области шеи у Д. могли быть причинены как от одного, так и множества ударов твердым тупым предметом в область шеи.

По заключению судебно-биологической экспертизы на джинсовых брюках (об. 10 - 16), на рубашке (об. 38 - 40), изъятых у П.Н., в других пятнах этих брюк, в пятнах (об. 22 - 33) на рубашке, в смывах со стены справа от входной двери коридора комнат секций 56 - 61 дома N 9 по ул. Набережной г. Коряжмы, в смывах со стены коридора напротив комнаты N 60, в смыве с пола коридора секции N 61, была обнаружена кровь человека, которая могла принадлежать Д. На полуботинках П., а также ее юбке была выявлена кровь человека, однако видовая принадлежность крови на ней не установлена из-за малого ее количества.

Оценив указанные выше и другие приведенные в приговоре доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины П. и П.Н. в умышленном причинении смерти Д. группой лиц, с особой жестокостью на почве личных неприязненных отношений, чувства злобы и мести к потерпевшему, возникших в связи с попыткой погибшего вступить в интимную близость с П.

Действия П. и П.Н. по ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ каждого судом квалифицированы правильно.

Выводы суда мотивированы, они соответствуют фактическим обстоятельства по делу, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Обстоятельства по делу исследованы полно, всесторонне, объективно.

Положенные в основу обвинения осужденных доказательства получены в установленном законом порядке, их допустимость сомнений не вызывает.

Доказательства по делу позволили суду обоснованно признать, что осужденные избивали Д. совместно, каждый из них нанес множественные удары кулаками, ногами в обуви по различным частям тела потерпевшего, наносили удары ножом, П.Н. - утюгом, били они его по голове, шее, грудной клетке и животу, в жизненно важные органы, причинили ему повреждения, повлекшие наступление смерти.

При таких обстоятельствах вывод суда о наличии у осужденных умысла на лишение жизни Д. является правильным.

Между действиями П., П.Н. и наступившими последствиями - смертью потерпевшего имеется прямая причинная связь.

Действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, применяя к Д. насилие, П. и П.Н. непосредственно оба участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего.

Суд обоснованно признал, что осужденные убийство Д. совершили группой лиц.

Они нанесли ему большое количество ударов, причинили большое количество телесных повреждений, избивали его в течение относительно длительного времени, П.Н. нанес Д. ранение в области полового члена. Избранный способ убийства свидетельствует о проявлении осужденными особой жестокости. Убийство потерпевшего совершено ими способом, который заведомо для П., П.Н. был связан с причинением Д. особых страданий и мучений; каждый из осужденных сознавал, что своими действиями они причиняют ему особые страдания.

Действовали осужденные сознательно, последовательно, целенаправленно.

Доводы П. и П.Н. в жалобах об отсутствии у них умысла на убийство Д., утверждения П.Н. о совершении им преступления в состоянии аффекта несостоятельны, на материалах дела не основаны.

Эти версии проверялись, как опровергнутые приведенными в приговоре доказательствами, они судом обоснованно отвергнуты.

Не соглашаться с выводами суда оснований нет.

Психическое состояние П., П.Н. исследовано.

Заключением судебно-психиатрической экспертизы установлено, что П.Н. хроническим психическим расстройством не страдает и не страдал им в период совершения правонарушения, у него не обнаруживалось и признаков временного психического расстройства. В его поведении признаки бреда, галлюцинаций, помрачения сознания, болезненных волевых расстройств и иных психических нарушений отсутствовали. В период совершения правонарушения П.Н. находился в состоянии простого алкогольного опьянения, с обычным для него рисунком поведения, что не лишало его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Экспертиза проведена компетентными на то лицами. Обстоятельства по делу, личность П.Н. экспертам были известны, они были предметом исследования и получили оценку в заключении. Выводы врачей-экспертов мотивированы, они не противоречат материалам дела, их объективность сомнений не вызывает.

Осужденные в отношении инкриминируемых им деяний обоснованно признаны вменяемыми.

Доказательства по делу, установленные фактические обстоятельства совершения осужденными преступления не свидетельствуют о нахождении П. и П.Н. в той ситуации в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения.

Для переквалификации действий П. на ст. 111 ч. 4 УК РФ, а П.Н. на ст. 107, 108 или 111 УК РФ, как о том они ставят вопрос в своих жалобах, оснований не имеется.

Рассмотрение дела без допроса в суде брата погибшего не помешало и не могло помешать суду всесторонне разобрать дело, не повлияло и не могло повлиять на выводы суда о виновности осужденных в содеянном.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, за исключением применения в отношении П.Н. ст. 70 УК РФ, органами предварительного расследования и судом не допущено.

По окончании предварительного следствия осужденные, в том числе П.Н., с материалами дела ознакомлены совместно с защитниками в лице адвокатов в полном объеме, без ограничения во времени, что подтверждается протоколами этих следственных действий (л.д. 224 - 225 т. 1). Положенные в основу обвинения осужденных собранные по делу доказательства, приведенные в приговоре, в судебном заседании исследованы в соответствии с требованиями ст. 20 УПК РСФСР.

Наказание осужденным по ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ими преступления, их личностей, всех обстоятельств по делу, влияния назначенного наказания на исправление каждого. При назначении наказания суд принял во внимание признание ими своей вины, раскаяние П.Н. в содеянном, их явки с повинной, поведение потерпевшего. Эти обстоятельства суд признал смягчающими наказание. Учел суд молодой возраст осужденных, состояние здоровья П.Н. Назначенное им наказание по ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ чрезмерно суровым, явно несправедливым не является. При назначении по данной статье УК РФ наказания требования закона судом не нарушены.

Для смягчения П. и П.Н. назначенного им по ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "ж" УК РФ наказания судебная коллегия оснований не находит.

Постановляя приговор, П.Н. суд назначил наказание в соответствии с п. "в" ч. 7 ст. 79 и ст. 70 УК РФ, ко вновь назначенному наказанию частично присоединил неотбытую часть наказания по приговору от 4 февраля 1999 года.

Между тем, как следует из материалов дела, преступления по приговорам от 8 мая 1998 года и 4 февраля 1999 года П.Н. были совершены в несовершеннолетнем возрасте. По приговору от 4 февраля 1999 года из мест лишения свободы он был освобожден 31 мая 2000 года условно-досрочно.

Согласно п. 5 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 30 ноября 2001 года "Об объявлении амнистии в отношении несовершеннолетних и женщин" П.Н., как условно-досрочно освобожденный, подлежал освобождению от оставшейся неотбытой части наказания за преступления, совершенные в возрасте до 18 лет.

Совершение им нового преступления в период неотбытой части наказания не препятствует применению данного акта амнистии, поскольку вышеназванным Постановлением каких-либо ограничений к распространению действия п. 5 в отношении него не установлено.

При таких обстоятельствах суд был не вправе назначать П.Н. наказание по правилам ст. 70 УК РФ.

Указание суда о назначении ему наказания в порядке ст. 70 УК РФ из приговора подлежит исключению.

Руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

приговор Архангельского областного суда от 21 декабря 2001 года в отношении П.Н. изменить, исключить указание суда о назначении ему наказания на основании ст. ст. 79 ч. 7 п. "в" и 70 УК РФ, считать П.Н. осужденным по п. п. "д", "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к десяти годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, а в остальном в отношении него и тот же приговор в отношении П. оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

Председательствующий

КАРИМОВ М.А.

 

Судьи

ГРИЦКИХ И.И.

КУМЕНКОВ А.В.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"