||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 15 мая 2002 г. N 39-О02-3

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Галиуллина З.Ф.,

судей Ахметова Р.Ф., Родионовой М.А.

15 мая 2002 года рассмотрела дело по кассационным жалобе осужденного М. и протесту прокурора на приговор Курского областного суда от 10 декабря 2001 года, по которому

М., родившийся 8 февраля 1945 года, ранее не судимый, -

осужден по ст. 105 ч. 2 п. п. "д", "е" УК РФ к 14 годам лишения свободы, по ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. "а" УК РФ - к 9 годам лишения свободы, по ст. 119 УК РФ - к 1 году лишения свободы, по ст. 222 ч. 1 УК РФ - к 2 годам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений окончательно ему назначено 15 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Рассмотрены и разрешены гражданские иски.

Заслушав доклад судьи Ахметова Р.Ф., объяснения осужденного М., поддержавшего доводы своей кассационной жалобы, заключение прокурора Башмакова А.М., полагавшего переквалифицировать действия М. с п. "а" на п. "н" ч. 2 ст. 105 и 30 ч. 3 УК РФ и назначить соответствующее наказание, в остальной части приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

М. признан виновным в убийстве Ч., совершенном с особой жестокостью, общеопасным способом, покушении на убийство двух лиц - А., угрозе убийством А.З., а также в незаконном хранении огнестрельного оружия - карабина и боеприпасов.

Преступления совершены 25 апреля 2001 года в с. Верхняя Ольшанка Пристенского района Курской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании М. вину не признал.

В кассационной жалобе осужденный М., ссылаясь на то, что у него умысла на убийство не было, ставя под сомнение доказательства, в том числе показания потерпевших А. и А.З., положенных в основу приговора, просит приговор в части его осуждения по ст. 119 УК РФ отменить и дело прекратить за отсутствием состава преступления, переквалифицировать его действия в отношении Ч. и А. и назначить наказание с учетом его возраста, личности и наличия у него инвалидности. Ссылается на то, что он подписывал соответствующие протоколы по уговору следователя. Утверждает, что А. дерзко и цинично в его адрес высказывал "унижения", неоднократно пытался ударить его палкой, в связи с чем у него возник "нервный стресс", и он дальнейшие свои действия не помнит.

В другой жалобе он же, ссылаясь на неполноту, односторонность следствия, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение уголовного закона, просит приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение. Считает, что перед экспертами не был поставлен вопрос о нахождении его в момент совершения преступлений в состоянии аффекта. Указывает, что в приговоре достаточных доказательств, подтверждающих нахождение его в момент совершения преступления в нетрезвом состоянии, не приведено. Утверждает, что он лишь хотел попугать А. Выражает свое несогласие с тем, что он осужден за убийство, совершенное общеопасным способом. Приговор в части осуждения по ст. 222 ч. 1 УК РФ не оспаривает.

В кассационном протесте прокурор, участвовавший в процессе в качестве государственного обвинителя, просит переквалифицировать действия М. со ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. "а" УК РФ на ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. "н" УК РФ, исключить из приговора осуждение М. по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ по мотиву неправильного применения уголовного закона. Указывает, что данных о том, что убийством зятя в присутствии тестя (А.) последнему причинены особые страдания, в деле не имеется. Переквалификацию действий М. с п. "н" на п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ считает неправильной, противоречащей выводам суда о том, что последний покушался на убийство А. после выстрелов в Ч.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и протеста, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены приговора.

Как видно из материалов дела, выводы суда о виновности М. в совершенных при отягчающих обстоятельствах убийстве, покушении на убийство, угрозе убийством и незаконном хранении огнестрельного оружия и боеприпасов основаны на надлежаще исследованных в судебном заседании доказательствах, должный анализ и правильная оценка которым даны в приговоре.

Вина осужденного в содеянном, помимо показаний самого М. об обстоятельствах производства им выстрелов из винтовки в потерпевших, подтверждается подробно изложенными в приговоре доказательствами, в том числе показаниями потерпевшего А., согласно которым М. до обеда ссорился с ними (А. и А.З.), а после обеда через забор произвел два выстрела из ружья и убил его зятя Ч., затем произвел выстрел в него, но не попал, поскольку он (А.) успел ударить палкой по стволу ружья; показаниями потерпевшей А.З. о том, что М. после убийства их зятя Ч. целился из ружья и в нее, в связи с чем она вынуждена была прятаться за дверью сарая; показаниями свидетелей С., С.В., которым непосредственно после случившегося об обстоятельствах происшедшего рассказала А.З.; показаниями свидетеля З., которому М. в присутствии адвоката рассказал об обстоятельствах совершенных им преступлений; данными протокола осмотра места происшествия, выводов баллистической, судебно-медицинской экспертиз, согласно которым смерть Ч. наступила от огнестрельного пулевого ранения спинного мозга.

В соответствии с фактическими обстоятельствами дела, установленными в судебном заседании, действиям М. по ст. ст. 119 и 222 ч. 1 УК РФ дана правильная юридическая оценка.

То, что М. незаконно хранил огнестрельное оружие и боеприпасы, подтверждается изложенными в приговоре выводами баллистической экспертизы, показаниями свидетеля М.Е. - жены М. и последним не оспаривается.

Что касается доводов М. о том, что он обстоятельства дела не помнит, поскольку в результате того, что А. высказывал в его адрес оскорбления и через забор пытался ударить его палкой, у него возник нервный стресс, на что делается ссылка и в кассационной жалобе, то они судом тщательно проверены и обоснованно отвергнуты, поскольку эти доводы противоречат совокупности добытых по делу доказательств, в том числе вышеприведенным показаниям потерпевших А. и А.З.

Что касается доказательств, в том числе показаний потерпевших А., положенных в основу приговора, то они не вызывают сомнений в их достоверности, поскольку согласуются и подтверждаются совокупностью других доказательств и получены с соблюдением требований закона.

То, что М. заранее приготовил винтовку, зарядил его патронами, неоднократно производил выстрелы в потерпевших, видно и из исследованных в судебном заседании показаний самого М., данных им в ходе допросов с участием адвокатов, защищающих его интересы.

Ссылка М. на то, что он подписывал соответствующие протоколы по уговору следователя, также необоснованна и противоречит данным, содержащимся в этих протоколах, а также показаниям свидетеля З. о добровольности дачи М. показаний по делу.

Как видно из материалов дела, нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу не допущено. Обстоятельства дела, а также личность М. исследованы всесторонне, полно и объективно. В проведении дополнительных следственных действий, в том числе повторной судебной психолого-психиатрической экспертизы необходимости нет.

Вопреки доводам кассационной жалобы М. сомнений в объективности выводов стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы не имеется, поскольку они согласуются совокупностью других доказательств, в том числе положенными в основу приговора показаниями самого М.

Как правильно установлено судом, М. преступления совершил не в состоянии аффекта, а в состоянии простого алкогольного опьянения, о чем свидетельствуют не только выводы вышеупомянутой экспертизы, но и показания М. об обстоятельствах дела и употреблении перед случившемся самогона, а также подробно изложенные в приговоре показания свидетеля Б. о нахождении М. в тот день до происшествия в состоянии алкогольного опьянения и данными протокола медицинского освидетельствования М.

В связи с этим согласиться с доводом осужденного о том, что в приговоре не приведены доказательства, подтверждающие факт нахождения его в момент совершения преступлений в состоянии алкогольного опьянения, невозможно.

В то же время, как правильно указано в кассационном протесте, приговор подлежит изменению, действия М. следует переквалифицировать со ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. "а" УК РФ на ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. "н" УК РФ и назначить соответствующее наказание, поскольку согласно обвинению и приговору у М. умысел на убийство второго лица возник лишь после убийства первого, то есть после убийства Ч.

Однако с доводом протеста об исключении из приговора осуждения М. по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ согласиться невозможно, поскольку, как правильно указано в приговоре, М. совершил убийство, "осознавая, что Ч. является мужем родной дочери - А. и А.З. - Ч.В., понимая, что причиняет А. особые страдания и мучения", что усматривается и из подробно изложенных в приговоре показаний данного потерпевшего.

В то же время из приговора следует, что М., имея умысел на лишение жизни Ч., с близкого расстояния произвел два прицельных выстрела в голову потерпевшего и причинил соответствующие телесные повреждения, от которых Ч. скончался на месте.

При таких обстоятельствах невозможно согласиться с выводом суда о том, что "М. осознавал, что стреляя в Ч. из нарезного спортивно-охотничьего оружия, действует общеопасным способом, умышленно подвергал опасности жизнь другого человека - А., находившегося рядом с Ч."

В связи с этим из приговора осуждение М. по п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ подлежит исключению, а наказание по ст. 105 ч. 2 п. "д" УК РФ с учетом обстоятельств дела и личности виновного - смягчению.

Что касается наказания по ст. ст. 222 ч. 1 и 119 УК РФ, то оно М. назначено в соответствии со ст. 60 УК РФ, с учетом тяжести содеянного, личности виновного и всех обстоятельств дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Курского областного суда от 10 декабря 2001 года в отношении М. изменить:

переквалифицировать действия М. с п. "а" на п. "н" ч. 2 ст. 105 и 30 ч. 3 УК РФ, по которым назначить 8 лет лишения свободы;

исключить из приговора осуждение М. по п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ;

смягчить М. наказание по ст. 105 ч. 2 п. "д" УК РФ до 10 лет лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 ч. 2 п. "д", 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. "н", 119, 222 ч. 1 УК РФ, окончательно М. назначить 11 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор оставить без изменения, а кассационные жалобу и протест - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"