||  Судебная система РФ  ||   Документы Верховного суда РФ  ||   Документы Конституционного суда РФ  ||   Документы Высшего арбитражного суда РФ  ||  

||  ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ  ||  



 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 14 мая 2002 г. N 41-кпо02-4

 

14 мая 2002 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Степалина В.П.,

судей Климова А.Н. и Микрюкова В.В.

рассмотрела в судебном заседании дело по кассационным жалобам осужденного К., адвоката Фирсовой В.Ю., защитника Кузнецова В.К. на приговор Ростовского областного суда от 12 ноября 2001 года, которым

К., <...>, ранее не судимый,

осужден к лишению свободы по п. п. "к", "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 17 лет, по ст. 119 УК РФ на 1 год, на основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений - на 18 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

На основании ст. 100 УК РФ к нему же применены принудительные меры медицинского характера в виде лечения от алкоголизма.

Заслушав доклад судьи Климова А.Н., объяснения осужденного К., защитника Кузнецова В.К., полагавших приговор отменить и дело производством прекратить, заключение прокурора Сафонова Г.П., полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

К. признан виновным в убийстве на почве неприязненных отношений гр-ки Д., а затем гр-ки П. с целью скрыть преступление.

Кроме того, он же признан виновным в угрозе убийством гр-ке П.Е. и ее детям, которая была очевидцем указанных выше преступлений.

Данное преступление совершено им 11 февраля 2000 года в г. Шахты при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В суде К.в вину свою не признал.

В кассационных жалобах:

осужденный К. утверждает, что преступлений не совершал и что во время инкриминированных ему деяний он находился в квартире своей сожительницы К.О.; считает, что потерпевшая П.Е. в суде его оговорила; первоначально в ходе расследования она дала иные показания; показания свидетелей Р., К.А., К.Р. о нахождении его в доме погибших носят предположительный характер; отбор у него крови и образцов подногтевого содержания, обыск и изъятие его пуховика произведены с нарушением закона; не установлено точное время наступления смерти потерпевших; не дана должная оценка показаниям свидетеля Д.; просит приговор отменить и дело производством прекратить;

адвокат Фирсова в интересах осужденного К. указывает, что протоколы обыска и выемки вещей подзащитного не отвечают требованиям закона; кровь потерпевших также изъята с нарушением закона; показания потерпевшей П.Е. являются непоследовательными и противоречивыми; все имеющиеся по делу сомнения суд истолковал в пользу обвинения; неполно проверены иные версии гибели потерпевших; просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение;

защитник Кузнецов В.К. в интересах осужденного К. указывает на то, что приговор основан на предположении и противоречивых показаниях потерпевшей П.Е.; суд не дал должной оценки первоначальным показаниям П.Е. и заключению дактилоскопической экспертизы (т. 2 л.д. 26); пуховик и другие вещи К. изъяты с нарушением закона; просит приговор отменить и дело производством в отношении К. прекратить за недоказанностью его участия в преступлении.

В возражении государственный обвинитель не согласен с доводами жалоб и просит оставить приговор без изменения.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы жалоб, судебная коллегия приходит к выводу, что приговор постановлен правильно.

Вывод о виновности К. в содеянном основан на показаниях потерпевших П.Е., С., Д.А., свидетелей Я., К.Р., заключениях судебно-медицинских экспертиз и других доказательствах, подробный анализ которым дан в приговоре.

С доводами о том, что не установлены мотив и время убийства потерпевших Д. и П., согласиться нельзя.

Так, из приговора следует, что убийство Д.К. совершил на почве неприязненных отношений, а П. - с целью скрыть другое преступление.

Установил суд и время гибели потерпевших. В частности, указано, что это преступление совершено 11 февраля 2000 года в период с 18 до 20 часов. Данный вывод основан на показаниях потерпевшей П.Е., и он не противоречит заключениям судебно-медицинских экспертиз.

Нельзя согласиться с доводами жалоб о недопустимости протоколов обыска, выемки личных вещей К., заключений судебно-биологических экспертиз.

Обыск в квартире гр-ки К.О. проведен в ее присутствии и в соответствии с постановлением следователя, санкционированного прокурором (т. 1 л.д. 63, 64). В протоколе отражено описание некоторых бурых пятен на куртке-пуховике. В частности, указано наличие пятен в районе кнопок с внутренней стороны куртки, а также на подкладке левого рукава. При этом их количество не оговорено.

В протоколе осмотра вещественных доказательств следователь отразил наличие помарок на куртке, сорочке и спортивной куртке (т. 1 л.д. 69 - 71).

В заключении же эксперта описаны все пятна и помарки с указанием их форм и границ (т. 2 л.д. 60 - 61).

Существенных противоречий в перечисленных документах судебная коллегия не усматривает.

Согласно положениям ст. 171 ч. 2 УПК РСФСР изымаемые предметы предъявляются понятым и, при необходимости, упаковываются и опечатываются на месте выемки или обыска.

Как указано выше, свидетель К.О. присутствовала при выемки куртки-пуховика и от нее замечаний по содержанию протокола не поступило.

При описании вещественных доказательств эксперт указал о наличии на пакетах с вещами этикеток с подписями следователя и понятых, с оттиском мастичной печати. Образцы же крови поступили из бюро СМЭ за подписью эксперта, скрепленной печатью. При этом нарушений целостности пакетов не отражено.

Утверждения К. о подлоге в части приобщения к материалам дела вещественных доказательств опроверг в суде и свидетель М.

Суд тщательно проанализировал доводы К. о его невиновности и дал надлежащую им оценку в совокупности с имеющимися в деле доказательствами.

В материалах дела имеется выписка из амбулаторной карты К., в которой отражены травмы, имевшиеся у него в 1998 - 1999 годах. Иных повреждений у него не описано (т. 3 л.д. 258 - 260). Кроме того, из заключений судебно-биологических экспертиз следует, что кровь на куртке, рубашке и "олимпийке" от осужденного К. произойти не могла.

В ходе расследования и в суде проверялись версии о причастности других лиц к убийству потерпевших, в том числе Я. и П.

В ходе расследования П.Е. действительно в явке с повинной от 17 февраля 2000 года указала, что убийство совершил Я. (т. 1 л.д. 12 - 16). Однако, будучи допрошенной в качестве подозреваемой, утверждала, что преступление совершила она (т. 1 л.д. 85 - 86). В последующих показаниях она вновь указывала на Я., якобы совершившего убийство (т. 1 л.д. 87 - 89).

Между тем, судом было установлено, что эти показания П.Е. дала под воздействием угроз со стороны К., которые она воспринимала реально. Кроме того, приведенные показания П.Е. не соответствуют другим объективным доказательствам. В частности, в первоначальных своих показаний П.Е. указывала, что она нанесла матери и соседке ножевые ранения в грудь. Однако по заключениям судебно-медицинских экспертиз подобных телесных повреждений у потерпевших в районе груди не обнаружено. П.Е. ранее утверждала, что она с мужем и детьми вернулась в пос. Аютинский 12 февраля 2000 года около 13 часов. Однако следствием документально установлено, что Я. в это время находился на работе (т. 3 л.д. 261, 262).

Действительно, на внутренней поверхности входной двери на месте преступления обнаружены отпечатки среднего и безымянного пальцев левой руки Я. (т. 2 л.д. 27). Однако из показаний потерпевшей П.Е., свидетеля П.С. следует, что Я. не причастен к убийству потерпевших. Причем, из показаний П.Е. в суде усматривается, что Я. бывал в квартире ее матери. В представленных материалах имеются мотивированные постановления следователя о прекращении уголовного преследования в отношении Я., П.Е., и оснований сомневаться в их законности и обоснованности у судебной коллегии не имеется.

Тщательно проверены утверждения К. о том, что во время инкриминированных событий он находился в квартире своей сожительницы. Они обоснованно признаны не соответствующими действительности, и выводы об этом суд подробно мотивировал в приговоре.

Фактические обстоятельства дела установлены правильно, и им дана надлежащая юридическая оценка.

Наказание К. назначено с учетом содеянного, его личности и является справедливым.

Принудительные меры медицинского характера к нему применены в соответствии с заключением наркологической экспертизы и обстоятельств совершенных преступлений.

Психическое состояние К. проверено, и он обоснованно признан вменяемым.

Оснований для отмены и изменения приговора не имеется.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Ростовского областного суда от 12 ноября 2001 года в отношении К. оставить без изменения, жалобы - без удовлетворения.

 

 




Электронная библиотека "Судебная система РФ" содержит все документы Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Арбитражного суда РФ.
Бесплатный круглосуточный доступ к библиотеке, быстрый и удобный поиск.


Яндекс цитирования


© 2011 Электронная библиотека "Судебная система Российской Федерации"